23

Ускользни от этих фриков. Встретимся в заброшенном доме.       Либитина была заинтригованна и слегка встревожена, когда обнаружила секретное послание. Записку подсунули ей в сумку во время обеда. Мысль о воссоединении с Тайлером тронула ее до глубине души.       По мере приближения дня поездки в Джерико Либитина раздумывала над своим решением. С одной стороны, она начала строить свою жизнь в Академии Невермор, налаживая связи и дружбу со своими сокурсниками. С другой стороны, таинственная записка пробудила в ней воспоминания о времени, проведенном с Тайлером. Возможно, он разработал для них план, как сбежать из этого странного места, окружавшего Либитину.       Либитина постоянно нервничала, находясь в непосредственной близости от своей сестры-близнеца. Она боялась, что Уэнсдей узнает ее.       Когда другие ученики садились в автобус, Либитина слегка замешкалась. Она знала, что ее выбор будет иметь последствия, независимо от того, какой путь она выберет. Глубоко вздохну, она отвернулась от автобуса, приняв окончательное решение.       Вместо того, чтобы присоединиться к экскурсии, девушка тихонько ускользнула с территории академии. Она помнила маршрут, по которому они с Тайлером ходили в прошлый раз. Тропинка вела ее через густой лес, листья хрустели под ее кроссовками, пока она удалялась от безопасной школы.       Вдалеке показался заброшенный дом, его обветшалый фасад навевал воспоминания о времени, проведенном в нем. Открыв скрипучую дверь, Либитина невольно ощутила смесь ностальгии и дурных предчувствий. Она вернулась, как и было сказано в таинственном послании.       Внутри заброшенный дом сохранял ту же жутковатую атмосферу. В тусклом свете, проникавшем через разбитые окна, танцевали пылинки. Сердце Либитины бешено колотилось, когда она тихо позвала:       — Тайлер? Ты здесь?       Минуты тянулись, как часы, пока она ждала ответа. Ее чувства были напряжены дл предела.       Из тени появилась фигура с растрепанными кудрями на макушке. Это был он, и все же парень выглядел иначе, чем в прошлый раз, когда они были в этой комнате вместе. На его лице виднелись следы времени и борьбы, а в глазах застыло дикое выражение.       Появление Тайлера поразило Либитину, и она не могла не заметить произошедших с ним изменений. Он казался более суровым, в его взгляде появилось затравленное выражение, которого раньше не было. Когда они встретились взглядами, напряжение в комнате стало ощутимым.       Взгляд Тайлера задержался на девушке, отмечая изменения в ее внешности. Теперь на ней была строгая форма Академии Невермор, что резко отличало ее от той, какой он знал ее раньше. Вид ее в этой форме показался ему сюрреалистичным. В его глазах эта униформа олицетворяла то самое учреждение, которое давало приют тем, кого он считал чужаками и врагами.       Его голос был тихим, почти завораживающим:       — Ты пришла. Я не был уверен, что придешь.       Либитина кивнула, ее сердце бешено колотилось от нахлынувших эмоций.       — Конечно, Тайлер. Записка… Я сразу поняла, что она от тебя. Что случилось? Где ты был? — Ее карие глаза, обрамленные непослушными прядями волос, которые она в спешке собрала в хвост, излучали неподдельное беспокойство.       Тайлер на мгновение заколебался, затем жестом пригласил ее сесть на пыльный, потрепанный временем диван. Он встал напротив нее, его поза была напряженной.       — Пришлось бежать, — начал он, не отрывая от нее пристального взгляда. — Мне пришлось исчезнуть. Они считают, что я представляю опасность.       Либитина слушала с напряжением, ее мозг лихорадочно работал, пока она пыталась сложить кусочки головоломки из загадочного ответа Тайлера. Парень молчал, не зная, что сказать девушке, которая сидела перед ним. Она была невинной душой, которую он втянул в опасную ситуацию, и она совершенно об этом не подозревала.       Беспокойство Либитины усилилось, когда Тайлер замолчал. На его лице было видно, как ему трудно выразить свои мысли. Она знала, что в его ситуации было что-то большее, чем он показывал, и ее беспокойство за его благополучие росло с каждой минутой. Она протянула руку, нежно положив ее на его ладонь в молчаливом жесте поддержки и понимания.       — Все в порядке, Тайлер, — мягко заверила она. — Ты можешь доверять мне. Через что бы ты ни проходил, мы справимся с этим вместе, — в ее голосе звучала неподдельная теплота, а в глазах отражалась решимость быть рядом с ним, даже перед лицом неизвестности.       В тишине комнаты в воздухе повисло неоспоримое напряжение, притягивающее Либитину и Тайлера друг к другу. Их желание поцеловать друг друга становилось сильнее с каждым мгновением, невысказанное влечение становилось ощутимым.       Но их интимный момент был внезапно прерван безошибочно узнаваемым голосом Уэнсдей Аддамс. Она заметила отсутствие Либитины в группе, которая готовилась сесть в автобус для поездки, и поспешно последовала за ней к заброшенному дому.       — Какой сюрприз, — пробормотала Уэнсдей, и ее слова, словно лезвие ножа, прорезали напряженную атмосферу. Внезапное вторжение заставило Либитину и Тайлера отстраниться друг от друга. — Значит, твоя цель — манипулировать девушками, чтобы они попадали под твои чары, в то время как ты продолжаешь убивать невинных существ?       Лицо Тайлера побледнело, когда обвиняющие слова Уэнсдей пронеслись по комнате, как порыв холодного ветра. Либитина, которая сидела рядом в полном замешательстве, пыталась разобраться в том, что происходило между ними. Она не знала об истинной природе действий Тайлера и обвинений, которые звучали в его адрес.       Тайлер пытался обрести дар речи, переводя взгляд с напряженного взгляда Уэнсдей на растерянное выражение лица Либитины. Наконец ему удалось выдавить из себя:       — Уэнсдей, ты не понимаешь… Это не то, что ты думаешь.       Выражение лица Уэнсдей оставалось холодным и неумолимым:       — Тогда просвети меня, — с вызовом произнесла она, скрестив руки на груди. — Объясни, зачем ты вовлек эту невинную девочку в свою паутину вранья.       Взгляд Тайлера стал еще яростнее, его внутреннее смятение было заметно по тому, как напряглось его тело. Его чудовищная фигура угрожала вырваться на свободу, борьба за контроль была видна по сжатым кулакам и венам, пульсирующим на лбу. Либитина с широко раскрытыми от удивления глазами наблюдала, как обостряется ситуация.       Уэнсдей, не испуганная угрожающим поведением Тайлера, продолжала стоять на своем. Ее темные глаза по-прежнему были устремлены на него с молчаливым вызовом посмотреть правде в глаза. В комнате повисло ненадежное равновесие в ожидании следующего хода в этом противостоянии.       Либитина резко встала между Тайлером и Уэнсдей. В ее голосе слышалась смесь замешательства и вновь обретенной уверенности:       — Знаешь, мама с папой ошиблись насчет того, какого ребенка заперли в психиатрической больнице, — пробормотала она, и в ее голосе прозвучала тихая решимость.       Уэнсдей смотрела на Либитину с насмешливым выражением лица, словно пересматривая свою позицию. Ситуация приняла неожиданный оборот, и замечание Либитины заставило ее задуматься. Казалось, что баланс сил в комнате изменился, и никто не был до конца уверен, как действовать дальше.