Глава 3. Приватный разговор с Кларой.

Неаполь, 25 марта 1908 года Клара, недовольная болтливостью племянника, повернулась к Андреа, её взгляд стал серьёзнее. — Андреа, можно поговорить наедине? Только ты и я, без лишних ушей, — она бросила взгляд на Джулио, ясно давая понять, что подслушивать не стоит. Мальчик кивнул, показывая, что уважает тётю больше, чем отца, и не ослушается. Андреа, слегка удивлённый просьбой, помедлил, но ответил: — Конечно, синьора. Выйдем на улицу? Клара покачала головой. — Нет, поднимемся на второй этаж, в мою комнату. — Она взглянула на Томаса и Джулио. — Томас, милый, Джулио, найдите себе занятие. Беседа может затянуться, но я постараюсь быть краткой. И не волнуйся, Томас, соблазнять твоего друга я не намерена. Томас фыркнул, скрывая улыбку. — Попробуй его соблазни! Когда он уйдёт, расскажу, как я пытался свести его с красавицами Неаполя. Но у Андреа, видно, либо сердце из камня, либо, что вероятнее, уже есть дама сердца, да, друг? — Он с ухмылкой посмотрел на Андреа. Тот пропустил подколку мимо ушей, обратившись к Кларе: — Веди, синьора. И по пути скажи, о чём хочешь говорить. Клара, дождавшись конца их дружеского обмена, кивнула и направилась к лестнице на второй этаж. Андреа последовал за ней. Вскоре они оказались в её комнате. Комната Клары была небольшой, но уютной. У одной стены стоял массивный гардероб, у другой — кровать с вышитым покрывалом. Рядом с кроватью — тумбочка с книгой и фарфоровой статуэткой. Над спинкой кровати висели картины с видами Неаполя, а у окна, рядом с гардеробом, стояли горшки с геранью, наполняя воздух тонким ароматом. Изящная люстра отбрасывала мягкий свет. Клара опустилась на кровать и жестом пригласила Андреа сесть рядом. Он прикрыл дверь и устроился на указанном месте, оглядывая комнату. — Уютно, — заметила Клара, словно оправдываясь. — Мой уголок покоя. После смерти мамы я всё чаще здесь уединяюсь. Но не об этом я хотела говорить. Она понизила голос, оглядываясь на дверь, словно боясь, что их подслушают. — Дело в Томасе. За несколько дней до… до трагедии с твоей семьёй он куда-то уезжал. Куда — не знаю, он не сказал. Вернулся другим: настороженным, будто ждёт чего-то и боится, что это случится. Я пыталась расспросить, но он отмалчивается. И ещё… он с кем-то переписывается. Тайно, так, что ни я, ни Джулио не знаем, с кем. Но я уверена, это связано с той поездкой. Андреа нахмурился, поражённый. Томас, которого он знал как открытую книгу, скрывает что-то? — Уезжал? Переписывается? — переспросил он. — С кем? И чего он ждёт? В письме он писал, что отец настоял, чтобы Арабеллу похоронили, когда я вернусь. Может, на похоронах что-то произойдёт? Клара задумалась, её брови сдвинулись. — Похороны? Твой отец? Откуда Томас это узнал? Он не говорил, что близок с твоей семьёй. И почему умолчал, что погибла не только Арабелла? Андреа стиснул кулаки, чувствуя, как доверие к другу рушится. — Он сказал, что узнал о других смертях только при моём приезде. Но теперь… либо он решил, что весть о сестре выдернет меня из Англии, либо ему велели скрыть правду. Но зачем? И кто? Клара посмотрела в окно, её пальцы нервно теребили край платья. — Не знаю. Но если что-то случится на похоронах, кто за них отвечает? Андреа покачал головой. — Это мне и нужно выяснить. Кто занимается похоронами? Клара помедлила, словно припоминая. — Синьор Джиованни Берто. Пожилой человек, лет шестидесяти. Его знают в Неаполе, найдёшь легко. Андреа поднялся, давая понять, что разговор окончен. — Спасибо, Клара. Если заметишь что-то странное в Томасе, вышли записку с Джулио, хорошо? Она встала, кивнув: — Конечно, Андреа. Я сама хотела это предложить. И… это может звучать необычно, но возьми оружие. Чую, ты ввязываешься в опасное дело. Андреа замер у двери, удивлённый её словами. Он кивнул, обернувшись: — Учту, Клара. Береги себя. Если что, шли Джулио — я передам адрес, где остановлюсь. Он вышел, оставив Клару в раздумьях. Спустившись вниз, Андреа миновал гостиную, где Томас и Джулио играли в карты, и, не прощаясь, покинул дом. Его шаги гулко отдавались на мощёной улице, а мысли были заняты одним — синьором Берто.