Tanz an einem Herbsttag

[8 октября, 1936 год]

Просторная гостиная погружена в мягкий желтоватый свет, создающий атмосферу тепла в этот дождливый день. Под аккомпанемент стучащих по карнизу капель невольно погружаешься в свои мысли и забываешь о тревогах, ещё несколько часов назад занимавших все мысли. Йозеф такую погоду любит — она дарит покой, помогает остановиться в этой бесконечной суете и окунуться в воспоминания. В его руках — Фауст: он уже почти выучил его наизусть, но каждый раз сдается перед желанием перечитать эти уже почти родные страницы снова. «Когда воскликну я: "мгновенье, прекрасно ты, продлись, постой!"» — читает он, придавая интонациям в голове торжественный тон, как вдруг тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине, внезапно прерывается: заставляя его вздрогнуть от неожиданности: — Давай потанцуем, папа? — Хельга умоляюще заглядывает в глаза и улыбается той самой улыбкой, которой просто невозможно отказать. Йозеф откладывает книгу на журнальный столик и раскрывает объятия; девочка тут же льнет к нему, радостно хихикая. — Поставь свою любимую музыку, — просит она, пока мужчина ловко подхватывает ее на руки. В дверном проеме он замечает Магду, улыбающуюся снисходительно и чуть устало: — Хильда и Хельмут уже спят, а она отказалась ложиться в кровать, пока ты не потанцуешь с ней, — негромко поясняет женщина, наблюдая за тем, как Йозеф с дочерью на руках одной рукой достает пластинку и вставляет ее в проигрыватель; переливы фортепианной мелодии заполняют комнату. — Шопен, вальс ля минор? — мужчина отпускает девочку на пол и, галантно подавая ей руку для танца, кивает: — Люблю слушать его осенью. Светлая меланхолия переплетается с домашним теплом. Навевает приятные воспоминания, — делится он, небольшими шагами ступая по квадрату; Хельга старательно шагает в такт музыке и с удовольствием делает поворот, одной рукой придерживая юбочку домашнего платья. — Мне тоже нравится эта музыка, папа! — восклицает она, явно желая, чтобы внимание родителей вновь переключилось на нее. На ее щеках от движения появляется румянец, и Йозеф, замечая это, не может сдержать улыбки. — Подожди, не отпускай ее пока что, я хочу вас сфотографировать, — Магда заканчивает фразу уже уходя вглубь дома; Геббельс слышит ее шаги по лестнице на второй этаж. — Я хочу когда-нибудь танцевать как вы с мамой! — Хельга отрывает взгляд от пола и смотрит сияющими глазами на отца. — Обязательно, милая, — Йозеф еще раз помогает сделать девочке поворот под его рукой, — а пока я всегда рад потанцевать вместе с тобой. В этот момент он слышит щелчок фотоаппарата, и комната на миг озаряется вспышкой. Ему не терпится увидеть фотографию, но он точно уверен — она обязательно запечатлела светящуюся от счастья Хельгу.