Сладкое терзание милых кошмариков

Номер 3 к настройкам так и не прикоснулся, но мог безопасно наблюдать динамику и активность. Привлекло и удивило его то, что Ле Блан, в Ноксусе, кажется заигралась по полной. С ночи, вплоть до утра, Обманщица активно пользовалась своей игрушкой, чем снабдила её обильным объёмом магической силы. При этом, шёл активный, но медленный процесс какой-то синхронизации и переноса. Куда - непонятно. Но это определённо имело положительный фактор на объёмах магии. Сброс давления и архивирования. Грамотное распределение нагрузки. Что касается второй активной игрушки, её активность была рваным графиком. То её активировали, то оставляли в покое. Однако по статусу она всегда оставалась активной. А третья как была неактивной, так и осталась. Но у неё была своя задача, описанная одним основным понятием: "... Разведчик?" прочитал название гений хаоса. Такова была приписка в строке его роли. Имелась плашка, раскрывающая подробные статусы и качества, словно для экономии места восприятия. Гений хаоса оценил и сравнил её с другими игрушками, у которых подобной особенности не наблюдалось. Не было даже "настроек", только "управление". И лично он не наблюдает никакой системы защиты от этого управления "разведчиком". Но он пока всё еще не готов рисковать. Только задумчиво хмурится на замысловатые строки. Лично у него нет никаких сомнений в том, что он от этого отбросит коньки... а значит, нужно прибегнуть к посторонним лапкам.

***

Леди стояла подле арены лабиринта, ныне затянутое кремовым туманом, сулящий битву иллюзий для тех, кто ступает на её поприще. Кажется, туман успел сгуститься, за последние пару дней, уже ничего не разглядеть. Она стоит в гуще этого покрова и черпает его когтистыми ладонями, будто собирает лоскутки ткани, перебирая их пальцами. И с улыбкой напевает какую-то забавную мелодию, которая пахнет как отголоски нежного и безобидного кошмара. The Vitamin String Quartet - Jack And Sally Montage {из Кошмар перед Рождеством} Вспоминала она то, что отец когда-то старался превратить её кошмар в сказку, скроенную настоящим мюзиклом и персонажами, чьи роли исполняли его приспешники. Играть в кошмаров им подходило, а музыкальные наладки на основе сказочности, творили из ужаса детский шедевр, служащий для развлечения. И концовка у него была хорошая, не смотря на влияние тьмы. Посещают её и короткие видения. Как некто следит за Леди, сидящей в мраморной беседке. Кремовая стать выглядит спокойной и слегка задумчивой, внушая своим видом мягкую строгость и тайны, скрытые в её разуме, которые прямо сейчас таятся в её голове. Непостижимое знание, над которым она работает. "О, да-а-а..." протянула про себя Самка с шепчущим довольством "Это именно то, что мне было нужно" Чувство уверенности, чьё-то мнение. Чей-то взгляд, в котором Леди такая. Для чего ей эти лоскутки, она знала точно.

***

Идея об украшении вязаных квадратов, руками приспешников, у Самки отпала. Она пыталась себе представить, как каждый приспешник будет ломать голову над этой специфической задачей... И как бы она себе это не представляла, в её понимании это выглядело с очень большой натяжкой. Масса непонимания со стороны приспешников, головоломка как исполнить "приказ" содержащий в себе условия о безвредной прочности. И её понимание, что пусть их труд, будучи элементом одеяния, это нечто вроде индивидуальной памяти в деталях, но в то же время фоновый шум для изделия. Посторонний. А вот от Марис, как от духа дикой магии, это может иметь свой плюс. У пикси наверняка получилось бы что-то интересное. Дни для Самки пролетают незаметно. Скуку она развеивает фантазиями и сном, бодрствует в основном в одиночестве, а редкие обмолвки с приспешниками её устраивают. Буквально толика обмена диалогами, где окружающие в основном интересуются осведомлённостью Леди в чём-либо, а потом удивляются, что она в курсе. В курсе изуродованной стены формации рисунками, в курсе чужаков, в курсе снабжения ресурсами в лабиринте, приближающихся островов для изучения и присоединения. Самка знала об этом чисто из своих сновидений, и что удивительно - никто не спрашивал у неё что-то, что по её мнению было съедено в памяти. Она рассудила об этом про себя так - "чужие дела". Лорд Вейгар приходил и уходил, проводя с супругой какое-то время и почивая её угощениями. Ей просто нравилось обмениваться с ним парой мыслей и избавляться от каких-то тревожных домыслов. Вейгар в этом плане рубил глупости с плеча, называя некоторые моменты и мысли абсурдом, который не имеет смысла. И думать об этом не видит причин. Может так он её защищает, но это действительно приносило ей облегчение. Сколько бы он не спрашивал "Что за хитрости у тебя на уме", Самке каждый раз хотелось отвечать "Не хочу никаких хитростей. Морока" Ей и вправду чувствовалось, что устраивать интриги или обдумывать их, тяжкий труд и бремя. Но про себя она признавала, что что-то само получается. То, что она обычно воспринимает как безобидные игры. - Думаю стоило бы внести немного романтичного уюта в грядущий вечер. - нарушила тишину Самка, пересчитав количество вязаных квадратов. Не хватало еще пары десятков. Она подумала о горящих свечах, когда снаружи стемнеет. И эта мысль внушала ей какое-то мирное довольство. - Вечер может наступить прямо сейчас. - охотно намекнул супружеский голос. - Торопить события не хочется. - мягко улыбнулась она, ссылаясь на естественность событий. Но он её слушать не стал и будто щёлкнул пальцами стальных перчаток. На улице плавно, но стремительно стемнело, а в комнате вспыхнули язычки пламени на свечах, которых оказалось больше чем стояло прежде. Где-то в уголках комнаты витки тьмы лизнули стены. - Нц, о-о-ох. - тихо протянула Самка, с одной стороны слегка возмутившись, а с другой восхитившись. "Красотища" заулыбалась она, оценивая уютный полумрак взглядом. Жёлтые глаза слегка довольно прищурились, не сомневаясь в собственных способностях. Она улеглась на бок, сгребая в охапку свои изделия будто сокровища, и улыбчиво засмотрелась на него. В темноте, при свечах, он выглядит мрачно, но кажется просто сногсшибательно. "Грешно быть таким красивым" не удержалась она от мысленного комментария с воодушевлённой ноткой игривости. Он улёгся напротив неё и счастливо пощурился яркими глазами. - Оцениваешь древо меланхолии и расхищения? - слегка льстиво и тихо прокомментировал он - Когда-нибудь жертва принесёт утешение. - Из маленьких деталек строится нечто целое. Пусть и на мой вкус, но результат меня не разочарует. - довольно пожамкала она свои "сокровища" - Чем их больше, тем полнее чувство предвкушения. Жёлтые глаза только заманчиво смотрели на неё. Пусть она и переключилась в моменте на свои изделия, но даже это не меняло сути разговора. Атмосфера романтически-мрачного затишья превращалась в немое предложение. О фантазиях. Но внезапно накатывал неловкий стыд... Самка настолько была убеждена, что общается с Вейгаром, что не заметила как на деле это оказался миньон. Невнимательность и тьма супруга в конструктах размывали границы, когда он ими управлял. Неловкая пауза нарушилась распахнувшейся дверью, в которую влетел сам Вейгар, тут же запрыгивая на кровать и буквально спихивая с неё конструкта, с какими-то благодарственными бормотаниями в духе "Спасибо за службу, а теперь проваливай" И триумфально занимал его место, рухнув на кровать рядом с супругой. Миньон послушно покинул светлую комнату, дрожащую при свечах. - Любовь? - с почти раболепным восторгом поинтересовался он. Самка слегка поджала губы в улыбке. - Когда-нибудь, я перепутаю вашего конструкта. И будет весьма неловко. - Сеть помощи сполна за это поплатится. - ни сколько не смутился Вейгар. Самка слегка заинтересованно перевела взгляд в лёгкой задумчивости. - Склонна предложить вам что-то... личное. - с какой-то смущенной интригой, почти шёпотом поделилась она - Может даже что-то непозволительное, в рамках безобидной фантазии. - Нет. Оставь это. - тихо отверг он украдкой. "Это скверно отразится..." мысленно добавил он. "Вы не хотите?" тихо поинтересовалась она, слегка удивляясь. А в ответ увидела как в его глазах блеснула лукавая и двуличная нотка. Конечно хочет. Просто втайне. Эта взаимная игра представляла из себя обменом фантазий, как предварительные заготовки или предложения. Своего рода коротенькие откровения. И "непозволительное" играло здесь особую роль невозможного или крайне рискованного. Или просто очень смелого. Настрой у Самки был именно что смелым и в каком-то смысле бесстыдным. Её картина была приземлённой, но так уж пёстро возникла идея. Она сидела на кровати перед ним раздвинув колени. Его пальцы задавали пульсирующий такт, небольшой игрушкой, которая уж точно не нанесёт ей или плодам какой-либо травмы или урона. Её же пальцы поддерживают эту сокровенную и неприличную симфонию. Ощущения слишком хороши, чтобы стесняться, а Вейгар слишком красив, чтобы смущаться. В данной картине, он владеет её ощущениями, задавая ритм и характер движения. Так она и достигнет кульминации, с чуть более настойчивого, но уверенного движения с его стороны. Как внутренний стон превратится в выдох, которым она поделится с ним. Чтобы не было слышно, чтобы никто не смог уловить, чем они там занимаются. Вейгар мужался с каким-то заинтригованным зудом в теле. И его фантазия была продолжением её... "Я бы предпочёл..." начал он свой мысленный комментарий, воплощая некое видение "Уничтожить лишнюю жидкость" Картина того, как его тьма нырнула бы между её ног, деликатно проникая внутрь, во влажное лоно, внушая ей ощущение проникновения. "Вдоволь бы насладился ощущениями внутри. Желал бы проникнуть в самую глубь" "Это опасно для плодов" внезапно слегка взбрыкнулось в её мыслях. "Это фантазия" поправил он её как ни в чём не бывало. Он продолжает рисовать эту картину, как тьма нырнула бы в само чрево, огибая всё внутри в сладостном исследовании и завоевании. И выныривала бы обратно, с довольной усладой. Самка закусывала язык от предвкушения, почти до боли. "... Как же я хочу жрать!" вскочила она с кровати. И было не совсем понятно, действительно ли её мучал голод к материальной пище, или к тому, чтобы вкусить эти фантазии наяву. Безопаснее, конечно, было бы пойти и оторваться на простой еде...

***

Она бежала по коридору в сторону кухни с ощущением хищной срочности, но резко затормозила. Её нос уловил знакомый сладостный аромат "шоколада". Это были покои Изготовителя, который сейчас не спал. Однако вместо двери нынче красовался плотно завешенный балдахин. - Да что же это такое!? - воскликнул из комнаты кутюрье, будто бег в коридоре его чем-то потревожил - Неужели опять? Самка чувствовала, как приспешник, судя по звуку, вставал из сидячего положения, наверное с кресла, намереваясь проверить что творится в коридоре. Но ей было не до этого. Она фыркнула, отгоняя обманчивый аромат и рванула на кухню. На кухне она вцепилась в белоснежный зефир, который лежал кучкой в плетёной корзине. И жмурясь, впилась в него зубами с остервенением, словно хотела разорвать чью-то плоть и сожрать её. И в этом находила отдушину, правда только после нескольких укусов. Лакомство податливо и липко рвалось, таяло во рту, но глотала она всё-равно кусками. За этим делом её и застал кутюрье. За этим странным и диким пожиранием. Он просто застыл в проходе, пока Леди не зыркнула на него с каким-то почти озлобленным и зверским оскалом. - Свалите! - рявкнула она, раздавив зефир в руке, превращая его в жалкую массу. - Какой аромат! - жалобно вздрогнул кутюрье, и ретировался в коридор с глаз Леди. Ничего кроме "свалите" Самка из себя выдавить не смогла. Ей казалось, что она была готова укусить и самого кутюрье, чтобы не лез... А о ароматах... она была действительно влажной между ног от возбуждения, но в этом хищном рывке как-то не обратила внимания. Это ставило её в несколько неловкое положение, но раздавленный зефир она всё-же съела. Не пропадать же добру... и помыла руки, ломая голову в каком виде возвращаться в комнату - такой же влажной или всё-таки стянуть с кухни полотенце... А чей-либо любопытный нос она готова откусить. Мысленное обращение с надеждой к Вейгару плодов не дало, будто он и сам был немного в шоке. Просто предложил отложить бессмысленное решение... Так она и шагала обратно, агрессивно настроенная с угрожающей походкой. Никто ей не повстречался. Когда она вошла обратно, Вейгар всё еще был там и выглядел угрюмо. И при его виде, Самка как-то виновато расстроилась. "Извините..." тихонько, как девочка помялась она. В кровать она залезла под одеяло, натягивая его на плечи. В комнате воцарялась тишина. Пауза, где Вейгар размышлял о своём, а Самка успокаивалась в уюте. "... Это я виноват" слегка сокрушился Вейгар, но встречал её недоумение. С его стороны послышалось только какое-то тяжёлое дыхание. Он надевал на неё ошейник, от чего внутри уже всё пульсировало в откликах взаимного влечения. Но он опускался ниже, наклоняясь в беременному животу супруги... и прислушивался. Его восприятие улавливало эту странность, которую подмечал Номер 3 прежде. Запутанная и тернистая пульсация. И обомлел от наплывшего счастья. - Отдыхают и посматривают, как маленькие червячки и чудовища поют. - с каким-то умилением предположил Вейгар, ссылаясь на недавние изыскания супруги в памяти. О постановках сказки Монсеньором. - Хороший мультик, - довольно заулыбалась Самка, слегка помяв лапами под одеялом - Добрые страшилки. "Дружелюбный и хитрый" прокомментировал он. Так и лёг, на уровне её живота, будто прислушивался к этим звукам. Это внушало внутреннее ликование и в то же время успокаивало. Возбуждение утихомирилось. Самка только слегка довольно понежилась о подушку щекой и расслабилась. Уютная идиллия при свечах, где Леди укуталась в одеяло, ощущая на шее красивейший по её мнению подарок, и Лорд, лежащий рядом, слушающий эфемерные колебания их растущего потомства в её чреве.

***

Леди снились небольшие обрывки, которые она будто обдумывала на подсознательном уровне, и постепенно они тонули в памяти, принося облегчение. "Я бы предпочёл..." послышался эхом голос Вейгара "Снизить градус" И даже те небольшие обрывки превращались в совсем маленькие. Теперь они превратились просто в строчки смысла. Краткое содержание. Где Владимир был шокирован тем, что Леди когда-то жила среди магов крови и теперь считает её кровожадным монстром. Где Ле Блан спорит с ним, ссылаясь на эпатаж предка Леди, считая что у неё это в крови. Они обсуждали потомков Лорда и Леди. Пара фраз Обманщицы, преисполненная негодованием и сочувствием: - Бывший был гораздо суровее и строже... Они ни за что не расстанутся. Последняя её фраза являлась её мнением о Самке с Вейгаром. И отдельным, мелькнувшим кадром, наполненным смиренным почтением и воздухом Ионийского края, в деревянную миску формы остролистного цветка, кто-то возложил зелёные листья. Подношение. И ветром подхватил молчаливую молитву сложенных ладоней.