Часть 8

Её тело предательски реагировало на его близость. Каждый мускул помнил его прикосновения, каждый нерв отзывался на его присутствие. Эти широкие плечи, этот мощный торс — всё в нём сводило её с ума. «Чёртов Масленников!» — мысленно выругалась она, чувствуя, как предательски колотится сердце. Как он посмел так глубоко проникнуть в её душу? Как посмел стать настолько необходимым? Она шла по улице, но мыслями была там, в парке, где он смотрел на неё этим своим особенным взглядом. Где она чувствовала себя самой желанной женщиной на свете. Где он был её всем. «Ведьма…» — вспомнила она прозвище, которым её наградили в определённых кругах. Но сейчас она чувствовала себя не могущественной колдуньей, а простой женщиной, околдованной его чарами. Её пальцы до сих пор помнили тепло его рук, а губы — вкус его поцелуев. Она хотела обернуться, броситься в его объятия, прижаться к его груди и забыть обо всех обидах. Но гордость не позволяла. «Ты не должна показывать слабость», — твердила она себе, но тело не слушалось. Оно жаждало его прикосновений, его присутствия, его защиты. Она остановилась у витрины магазина, глядя на своё отражение. В глазах читалась боль и желание. Желание, которое она не могла контролировать. Желание, которое делало её уязвимой. «Он околдовал тебя, — шептал внутренний голос. — Простой проверкой, одним взглядом, одним движением». И в этот момент она поняла: она проиграла. Проиграла ему, проиграла себе, проиграла своей независимости. Потому что влюбилась по-настоящему, без оглядки, до безумия. Она резко остановилась посреди улицы, чувствуя, как внутри закипает ярость. Всё тело дрожало от противоречивых эмоций: желание броситься в его объятия боролось с гордостью и обидой. Плевать на гордость! Плевать на обиды! Она слишком долго играла в эти игры. Сплюнув на асфальт с такой силой, что капли слюны разлетелись в стороны, она развернулась на каблуках. Её решимость была такой же твёрдой, как лёд, по которому она сейчас шла. «Найду. Догоню. И выскажу всё, что думаю!» — мысленно приговаривала она, ускоряя шаг. Прохожие с удивлением смотрели на эту женщину в дорогой шубе, которая, словно одержимая, пробиралась сквозь толпу. Её волосы развевались на ветру, а глаза горели решимостью. Она свернула в парк, где они расстались. Огляделась по сторонам. Его не было. Но она знала — он где-то здесь. Чувствовала его присутствие каждой клеточкой своего тела. Её шаги становились всё увереннее. Она шла по его следу, как охотничья собака. И пусть весь мир подождёт — сейчас для неё существовал только он. Только Дмитрий. Только эта погоня за своим счастьем. «Ну, Масленников, держись!» — усмехнулась она, сворачивая за поворот. — «Теперь ты от меня не отделаешься». Парк казался бесконечным лабиринтом, где каждый поворот мог скрывать его фигуру. Но его нигде не было. Ни у лавочек, ни у прудов, ни в тени деревьев — нигде. Она металась между дорожками, вглядываясь в каждую тень, вслушиваясь в каждый шорох. Но слышала только собственное дыхание и стук сердца, отдающийся в ушах. «Куда же он делся?» — думала она, останавливаясь и озираясь по сторонам. Парк был словно пустой, только ветер играл с опавшими листьями. Она проверила все места, где они обычно встречались. Осмотрела скамейки, беседки, даже заглянула за скульптуры — всё напрасно. Его след простыл. «Может, он ушёл?» — промелькнула страшная мысль. Но она тут же отмела её. Нет, он не мог просто так уйти. Не после всего, что произошло. Её телефон молчал. Никаких сообщений, никаких звонков. Только глухая тишина, которая давила на нервы. Она села на ближайшую скамейку, пытаясь собраться с мыслями. Где ещё он мог быть? Куда мог уйти? И главное — почему? В голове крутились самые страшные сценарии. Может, он передумал? Может, решил, что она слишком много о себе возомнила? Или… или просто понял, что она ему не нужна? Но нет. Она знала — дело не в этом. Просто он играет очередную игру. Только на этот раз она не собиралась плясать под его дудку. Встав со скамейки, она решительно направилась к выходу из парка. Если он хочет играть — пусть. Но теперь правила будут другими. И она покажет ему, кто здесь главный. Внезапная мысль пронзила её сознание, словно молния. Она резко остановилась, достала телефон и открыла ленту социальных сетей. План созрел мгновенно, дерзкий и рискованный. Пальцы летали по экрану, находя нужное фото в интернете. Идеальная картинка: мужчина и женщина, стоящие спиной к камере, силуэты которых действительно напоминали их с бывшим. Геолокация… Вот она, совсем рядом. Несколько быстрых движений — и пост опубликован. Фотография, геолокация, время. Всё как надо. Теперь оставалось только ждать реакции. «Пусть поревнует», — усмехнулась она, убирая телефон в карман. План был прост, но эффективен. Дмитрий терпеть не мог, когда кто-то другой появлялся в её жизни, пусть даже на фото. Она медленно пошла к выходу из парка, наслаждаясь собственной хитростью. Впервые за долгое время она чувствовала, что контролирует ситуацию. Что теперь карты в её руках. «Посмотрим, как тебе понравится быть на моём месте», — думала она, представляя его реакцию. Как он будет проверять телефон, как заметит пост, как начнёт искать её. На губах появилась лёгкая улыбка. Она знала, что долго ждать не придётся. Дмитрий никогда не мог устоять перед возможностью проверить, что происходит. И сейчас он обязательно клюнет на эту наживку. Она остановилась у кафе, заказала кофе и стала ждать. Ждать того момента, когда её план сработает, и Дмитрий поймёт, каково это — испытывать ревность. Его машина появилась на парковке через считанные минуты. Дмитрий выскочил из автомобиля, не обращая внимания на прохожих, его взгляд лихорадочно искал её среди редких посетителей кафе. Она стояла в тени, наблюдая за ним. То, что она увидела, поразило её до глубины души. В его глазах не было привычной злости или ярости — только искреннее отчаяние. Слезы катились по его щекам, и он даже не пытался их скрыть. «Дима…» — прошептала она, но он не слышал. Его взгляд был прикован к телефону, пальцы нервно листали ленту социальных сетей. Медленно, словно боясь спугнуть это редкое проявление слабости, она вышла из тени. Сделала шаг, другой. Его плечи напряглись, когда он почувствовал её присутствие. — Дима, — её голос прозвучал мягче, чем она ожидала. Он резко обернулся, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на надежду. Надежда, которая тут же сменилась болью, когда он увидел, что она одна. Она подошла ближе, встала на цыпочки, пытаясь дотянуться до его губ. Её пальцы коснулись его щеки, стирая следы слёз. — Я здесь, — прошептала она, чувствуя, как сердце разрывается от нежности. — Я никуда не уходила. Их губы встретились в нежном, почти робком поцелуе. В этот момент все игры, все проверки, все обиды отступили на второй план. Осталась только правда — правда их чувств, правда их любви. Он прижал её к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет. Словно только сейчас понял, насколько сильно она ему нужна. В этот момент они оба осознали, что их игра зашла слишком далеко. Что пора перестать проверять друг друга и просто быть вместе. Она осторожно усадила его на пассажирское сиденье, сама села за руль. Включила обогрев, чтобы согреть его озябшее тело. Но тепло не помогало — его трясло от рыданий. Дима плакал, как ребёнок, которого лишили любимой игрушки. Его сильные плечи содрогались, а из груди вырывались глухие рыдания. Она никогда не видела его таким уязвимым, таким настоящим. — Тише, тише… — шептала она, обнимая его за плечи. — Я здесь. Я с тобой. Он пытался что-то сказать, но слова тонули в потоках слёз. Его пальцы судорожно вцепились в её руку, словно боясь, что она исчезнет. — Я… я думал… — наконец выдавил он, — что потерял тебя. Она молчала, давая ему возможность выговориться. Понимала — сейчас ему нужно выпустить всю боль, все страхи, которые он так долго держал в себе. — Я не могу без тебя, — его голос звучал хрипло, надломленно. — Не могу… Она прижалась к его спине, чувствуя, как колотится его сердце. В этот момент все их игры, все проверки показались такими глупыми, такими бессмысленными. — Я знаю, — прошептала она. — Я тоже не могу без тебя. Его рыдания постепенно стихали, сменяясь прерывистым дыханием. Она продолжала гладить его по голове, как маленького ребёнка, которого нужно успокоить. Когда он наконец затих, она развернула машину и поехала к нему домой. Туда, где они смогут наконец поговорить по душам, без масок и игр, просто как два человека, которые любят друг друга. В зеркале заднего вида она увидела, как он уснул, прислонившись головой к стеклу. Его лицо было спокойным, почти детским. И в этот момент она поняла — они оба нуждаются друг в друге больше, чем готовы признать. Когда машина остановилась у его дома, она осторожно коснулась его плеча: — Дима, мы приехали. Он вздрогнул, словно очнулся от тяжёлого сна. Его глаза были покрасневшими, но в них читалась благодарность за то, что она рядом. — Прости, — пробормотал он, потирая лицо руками. — Не знаю, что на меня нашло. Она лишь покачала головой, помогая ему выйти из машины. В доме было тепло и тихо. Она провела его в гостиную, где зажгла приглушённый свет. — Давай присядем, — предложила она, указывая на диван. Он послушно опустился на мягкие подушки, всё ещё не до конца пришедший в себя. Она села рядом, не касаясь его, но оставаясь достаточно близко, чтобы он чувствовал её поддержку. — Я никогда не видела тебя таким, — призналась она тихо. — Ты напугал меня. Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями: — Я просто… не могу потерять тебя. Эти проверки, игры — всё это было попыткой убедиться, что ты действительно со мной. Что ты не уйдёшь. Она взяла его руку в свою, переплетая пальцы: — Я никуда не уйду. Но и ты должен понять — я не позволю больше играть с моими чувствами. Он кивнул, прижимая её руку к своей груди: — Я понял. Больше никаких проверок. Только честность. В его глазах читалась искренность, и она наконец смогла расслабиться. Они сидели в тишине, держась за руки, понимая, что этот момент стал поворотным в их отношениях. — Знаешь, — улыбнулась она, — может, нам стоит научиться доверять друг другу без этих испытаний? Он улыбнулся в ответ, впервые за вечер по-настоящему: — Согласен. Давай попробуем.