3 Арка. Часть 2

— Ничего страшного, такое бывает, — девушка вздохнула, еле сдерживая улыбку. Поправила свои короткие рыжие волосы волосы, широко улыбнулась подруге, идущей по другую сторону, и вновь повернулась к задумчивому парню, — Завалил тест и завалил. Да-а, теперь ты третий по рейтингу. Но, это ведь ничего страшного! Скоро ты сможешь вернуться на своё второе место. — Крыса. Егор сплюнул это слово в сторону и поспешил отойти от этой… от вот этой! Которая с первого дня его вымораживает настолько, что хочется ей все космы рыжие повыдирать. Выскочка лицемерная. Они соперничали с первого дня. Егор, который в свои семнадцать лет был мастером молний и пре-мастером огня, считал себя самым лучшим и выдающимся магом столетия так точно. Он был первым за пятьдесят лет четырехстихийником, владел практически всем, чем можно было. Оставалась лишь земля и, если бы Егор хотел, он бы обязательно научился ей управлять. Просто он пока не хотел! И дальше Егор бы считал себя лучшим, первым во всём, и в теоретических, и в практических дисциплинах. Если бы не было в его группе ЕЁ. На шаг впереди, на одну сделанную домашнюю больше, на одну улыбку больше нравящаяся преподавателям. Она успевала всё и везде, была активной участницей внеучебной жизни и в целом чаще Егора занимала первую строчку в группе. При этом, имела жалкий пятый уровень стихии! Егор искренне не понимал, как же так могло получиться? Он ведь родился с привилегией, способностью управлять молниями. Да, пусть ему запрещено было пользоваться ими во время учёбы, но ведь огнём он тоже владел умело. Почему же другая огневичка на практике получает высший балл, а он отправляется на пересдачу зачёта? У Лоджа! Который его с сопливого детства лично тренировал. Алиса Лануа была настоящей лисой. Хитрой, рыжей, разве что хвоста не было. Волосы больно уж короткие. — Гросс, да ладно тебе! — за спиной раздались хихиканья. Егор швырнул лист с тестом в сторону, закрывая себе уши обеими руками. Это только добавило злорадствующего смеха Алисе и её подружкам заодно. К черту, как он может уехать на придуманную эвакуацию с Академии, когда тут такая зараза ходит и думает, что она самая лучшая? Пойдёт дядя Слава с такими идеями к черту, у Егора вся жизнь сломается, если он уедет. Если эта Лануа не захлопнет свой рот, то вся жизнь коту под хвост. Гросс станет лучшим в группе, прям завтра! Когда пересдаст тест и выиграет все спарринги на полигоне с третьим курсом. А эта дура рыжая… — О-о-о, Егор, приве-е-ет! — перед лицом Егора выскочил брат этой дуры рыжей. Только этот был не рыжим, этот был пятнистым из-за врожденного заболевания, при котором кожа местами теряет цвет. Витилиго, кажется. Дана задолбала в своё время Егора, чтобы он выучил этот термин и перестал называть Алекса пятнистым. — Здорова, — Гросс на «отвали» пожал ему руку и попытался было пройти вперёд, чтобы уйти. Алекс Лануа не увидел в этом жесте ничего необычного и пошёл. Рядом с Егором, конечно. Параллельно активно приседая ему на уши. — Представляешь, завалили меня на полигоне этом. Дурак я какой, решил, что можно доверять защите Яна! Поставили третьекурсника к пятому курсу, ну не идиоты ли? И случилось мне попасть в пару к Яну. «Ян, вообще-то, пре-мастер, как и ты. Болван.» — подумал Егор, но вслух не сказал. Ссориться с Алексом в его планы не входило, всё-таки, человеком он точно был не плохим. И пусть Гросс всю дорогу до заднего двора Академии всем своим видом показывал, что на разговор он не настроен, Александра Лануа это не впечатлило совершенно. Он улыбался, болтал, рассказывал «невероятные» истории, только не отставал. Настроение было поганым и с каждым новым «а ещё…» становилось ещё хуже. И ведь Егор прекрасно знал, что всё это с ним происходит только ради одного вопроса. — Кстати! Дану ты не видел, случайно? — словно невзначай спросил Лануа, стоило им оказаться на улице. Да-да, и так было каждый раз и абсолютно со всеми родственниками этой самой Даны Уже ни для кого не было секретом, что Алекс просто сохнет по этой зануде. Наверное, он был единственным в мире, кто может с самыми серьезными намерениями подкатывать к человеку, который меняет постельное белье каждые четыре дня и выходит на пробежку каждое утро в шесть часов. И ладно бы, были бы вместе, всем родственникам Даны вмиг стало бы спокойнее, ведь на них больше не было бы обращено такое внимание. Но, нет. Дана улыбалась Алексу, была согласна с ним дружить, куда-то ходить, разговаривать, только вот сразу ему сказала «нет» в романтическом плане и периодически это повторяла. А Алекс и не расстраивался, уже четыре года за ней ухлестывал. И комплименты отваливал каждый раз, и цветы приносил. Жалко было этого добряка. Только и он был той ещё занудой, по мнению Егора так точно. — Без понятия. Вроде, у неё дополнительные занятия в библиотеке… — А, да, точно! Четверг же! Спасибо большое, — Алекс даже дослушивать не стал, сразу умчал в обозначенную сторону. Ну и Бог с ним, Егору так было только лучше. Деяна действительно проводила время в библиотеке и любила это делать. Дополнительные лекции по зельеварению помогали подтянуть материал по учёбе и проходить то, что они никогда бы не прошли. Например, вряд ли бы они изучали зелье, способное отравить только магов земли, но не способное отравить всех остальных. Или зелье, которое по капле крови определяет человек перед тобой или маг. Гросс вообще любила изучать то, что недоступно другим. Вместо гулянок и посиделок она всегда выберет интересную книгу, но при этом занудой она не была. Просто на вечеринках ей было… неинтересно. Её не интересовали шутки, которые шутили ровесники, не интересовало пойло, которое они пили. Многие говорили, что она строит из себя «не такую как все». Только Дана ничего не строила. И шутки она любила. Только другие. — И ты уйдешь, думая, что я — обычный смертный. Но, ты так и не узнаешь, что я маг воздуха и вода серая, а не прозрачная… Потому что нужно было не из-под крана наливать. Гросс хихикнула. Не лучшая шутка Лоджа, но забавная. Дана с Сэмом ходили вместе на многие дополнительные занятия, разве что Деяна предпочитала не посещать тринадцатый час полигона в неделю, а у Сэма, в следствии того, что его отец вёл этот предмет, а до отца этот предмет вёл его дед. В общем, наследственность была достаточная, чтобы прогулы карались чуть ли не по закону. Сама Дана же не любила практические занятия в целом, пусть и имела к ним отменный талант, доставшийся точно от отца. Единственное, что задевало Деяну из года в год, так это то, что она единственная из магов огня в своей семье не унаследовала способность к молниям. От того она чувствовала себя неполноценной, пускай отец и пытался раз за разом убедить её в том, что такое по наследству не передается и нужно было развивать. — Пойдём уже, мне надо еще успеть к Яну. А то я его уже дня три не видел, наверное, — Сэм первым поднялся со своего стула, задвигая его к столу. Дана повторила движение, только её стул задвинул он же, — У тебя какие планы? — Пока не знаю… — фраза началась радостно, но, стоило Гросс увидеть на горизонте приближающегося Лануа, лицо автоматически скукузилось. Нет, она любила его как друга, конечно же! И хотела бы проводить время. Только с Сэмом это время было ненапряжным, он не делал и намека на недружеское внимание, у них было куча интересов. Лануа же пытался «завоевать» её сердце уже битых четыре года — с момента, как он впервые перешагнул порог этого учебного заведения. Очевидно, они были знакомы и раньше, но это обострение пришлось именно на учебную пору. Сначала Деяне было даже прикольно. Она улыбалась, никак не отвечала и держала нейтралитет. С годами нейтралитет скатился в негатив и теперь было проще избегать Алекса, чем раз за разом объяснять ему, что они не будут вместе. А тот с годами становился всё более напористым и словно собирался добиться своего во что бы то ни стало. Ещё хуже было только то, что в последний год Дана начала метаться в своём отношении к Алексу. Вот ей с ним интересно и разговаривать, и время проводить, а на следующий день она ловит мощнейший откат и даже видеть его не может. Сейчас было время отката. — Привет, Дея! — «Дана», Алекс, я же просила, — сквозь пассивную агрессию улыбается девушка и приветственно обнимается с парнем. Тот чуть дольше, чем нужно, задерживает её в объятиях и чуть сильнее обнимает за талию, но Дана пропускает это мимо себя. — Дея — это больше про тебя, чем Дана. Деяна тяжело вздохнула. Да, и с этим тоже были проблемы. Имя «Дея» было больше домашним, так часто называла мама, иногда папа, но никогда все остальные. Как с детства была Данкой и Даной, так и выросла. Все относились с пониманием и использовали привычную форму имени. Все, кроме этого неадекватного поклонника. Дана вообще в любовь не верила. Даже смотря на то, как он бегает за ней четыре года и не заводит никаких отношений. Всё потому, что мама ей рассказывала много сказок про вечную любовь, а в конце, когда Дана поделилась размышлениями об Алексе впервые за пару лет, за одним ужином наедине с дочкой, вдруг не сказала, что любви в их с отцом паре никогда не было. Или была, но в студенческое время, больше двадцати пяти лет назад. А сейчас они не то что не любят, даже не друзья друг другу. Вся сказка вмиг разрушилась. Нет, она не рыдала ночами, да и мама сказала, что жалеть никого не нужно. Только вот больше никогда Деяна не ждала принца на белом коне. Люди, в которых она видела неземную любовь и поддержку, были друг для друга никем. Горькая правда победила сладкую ложь, а пазл в голове сложился. Вот, почему они чаще были порознь, вот почему отец никогда не ездил на семейные поездки, даже если они с бабушкой по его линии. Алекс же, видимо, верил в эту самую любовь. И обязательно между ними. — Может прогуляемся? — Алекс как всегда, прямо в лоб. Дана вздохнула, уже думая, как бы отмазаться. Сегодня она точно не готова терпеть все эти попытки взять её за руку или приобнять. И Лодж, как назло, стоит и молчит. Наблюдает только. Он давно уже заметил поползновения Лануа. Спросил пару раз Дану, всё ли в порядке. Та подтвердила, что обо всём знает, ей особо не нравится, но друг он неплохой. Там Лодж и успокоился, потому что точно узнал: соперничества нет. И раз подход Александра Лануа Дане не зашёл — ему бы тоже такое не понравилось — он будет действовать по-другому. Пока что получалось, ведь такой кислой мины, которую Гросс выдавала Лануа, он в свой адрес ещё ни разу так и не увидел. — У меня… дела, — вдруг выдаёт Дана, неловко улыбаясь, — Спасибо за приглашение, но мне нужно к Сене… очень срочно. Она просила помочь ей выбрать свадебное платье, без меня там, сам понимаешь, никак. Судя по секундному недоверию в глазах, Алекс прекрасно понимал, что без Даны там отлично справятся. Но, ничего не оставалось, кроме как кивнуть и пометить себе галочку возле пункта «не забыть подождать у комнаты Есении».

***

— Так. Я не понял. Ты… погоди, что? — Я не поеду никуда, это бред. Костя просто молча вздернул брови вверх и смотрел куда-то мимо Егора. Для кого дядя Слава распинался, кому рассказывал важность этой поездки? Видимо, только Косте, потому что тот в назначенное время стоял как штык с небольшим рюкзаком вещей, больше схожего на учебный. — Егор, будет поздно. Вас закроют со дня на день, всех магов огня будут проверять. Они найдут у вас молнии и уничтожат вас для безопасности системы. — Я понял, я услышал тебя, — кивнул Егор, — Как ты предлагаешь мне бросить всё, братьев, сестер и рвануть? В Академии тысяча магов огня, и если придётся убегать от смерти, я убегу, это уж не сомневайтесь. А если по предсказанию мы с Костей должны совершить революцию, мы её совершим! Брови Кости ускакали ещё выше. Дядя Слава тяжело вздохнул, смотря на племянника, как на ошибку природы. Ещё вчера вечером этот план казался идеальным. Никита раздобыл информацию по своим каналам, не зря работает в Императорском дворце, Слава быстро придумал, что же им делать. Там и Диана подсобила, подкинула варианты, куда можно уехать. Единственное, что Славе пришлось пересилить себя и оставить в Академии Дану с Аникой и Владом, чтобы не привлекать излишнего внимания. А так, Егора спасать у него вообще особого желания не было. Только вот он намного более вероятно является тем самым носителем молний из предсказания. Урожденный же. И Кирилл урожденный. Всё было очень сложно и действовать нужно было молниеносно. Как иронично. — Егор, не задумывайся об этом, я ведь тебе всё уже вчера объяснил. Если ты не в состоянии, я повторю тебе ещё раз! — с нажимом повторил дядя Слава, наклоняясь к Егору, — Как ты думаешь, насколько быстро проверят на молнии человека, у которого пол тела забито татуировками с молниями?! — У тебя тоже они есть, — огрызнулся Егор, — С какого я вообще должен делать всё, что ты скажешь? И ты, как баран, уже сумку собрал. Последнее было сказано уже Косте. Тот вообще слов не находил и был готов уехать хоть сейчас. Уже, желательно, без Егора. — Вещи собрал, вышел и встал по стойке смирно! — рявкнул Слава, выходя из себя. Этот… вот этот его всю жизнь раздражал. Не удивительно, что именно он родился у Кирилла и Дианы. Егор сморщился и обязательно выдал бы что-то нелицеприятное. Если бы не влез Кирилл, всё это время молчаливо стоявший за спиной у Славы и не комментирующий действия сына. — Ладно. На него обернулись абсолютно все. И злые Слава с Егором, и смирившийся Костя. — Пусть остаются. Раз они так хотят и такова судьба… — Кирилл, ты что, идиот? — Вячеслав Мендес всегда отличался отменным терпением и умиротворением, но, видимо, не сегодня. Сегодня случился день, когда все его довели до белого каления, — Твой папаша твоего сына испепелит на месте, как только увидит искорки на кончиках пальцев. — Если ему так хочется, то пускай. Честное слово, Костя никогда не думал, что ему придётся смотреть на то, как двое самых спокойных из его родственников друг друга душат и кулаками отмудохают! Пока только смотрели друг на друга. Долго. Без слов. И Егор не собирался ждать исхода этого разговора. На его сторону встал хоть кто-то, а то, что это был папа, только добавляло уверенности. Проскользнув мимо родственников к выходу, он вышел и лишь: — Егор! Раздалось в спину. Дядя Слава. Тем более не обернется. С чего вообще он должен сбегать от своей собственной судьбы?! — О. Егор. Алиса. — А ты чего прогулял подготовительные? Опять всё завалишь… Ай-яй-яй, ну как же так… Я так скоро совсем расслаблюсь из-за отсутствия конкуренции. — Пошла ты, Лануа. К черту со своей конкуренцией. Вообще ко мне больше не подходи, подружек своих весели улюлюканиями. Гросс точно был не в лучшем своём настроении. А Лануа была бы не Лануа, если бы не рассмеялась ему в спину. — Здорово сказано, Гросс! Хоть немного пошевели своими мозгами на завтрашнем тесте. Как же он ненавидит эту рыжую выскочку.

***

— Ну что? Они эвакуировались? Голос главнокомандующего армией Империи Атхэш звучал строго и безэмоционально. И только стоящий напротив человек прекрасно знал, чего ему стоило держаться так выдержано и строго. — Егор ушёл в отказ. Сказал, если нужна революция, он её устроит. Костя отказался следом, сказав, что не оставит Дану. Кирилл поддержал решение Егора, — Никита Мендес, соответствующе своей должности начальника службы безопасности Империи Атхэш, отчитывался коротко и ясно. Марк Гросс сморщился, закрывая лицо рукой и лишь на секунду позволяя себе проявить эмоции. — Это Егор, — припечатал Гросс. Мендес кивнул, сжимая губы. То, что пророчество про Егора, было ясно практически сразу, несмотря на то, что Костя тоже обладал молниями. Иногда, конечно, возникали сомнения при взгляде на Егора. Но, раз за разом, если задуматься, всё приводило именно к нему. Костя отказался ехать из-за Даны. Это грело сердце, подсказывая Марку Гроссу, что всё-таки он правильно воспитал собственных детей. Они виделись не часто из-за загруженных графиков, в последний раз Гросс видел их на похоронах. Не самое лучшее воспоминание из его жизни, и в жизни детей уж точно, но больше возможности вырваться ни одной не было. Слишком уж ответственные должности у него. — В целом, все стабильно у всех. Яна только не увидел. Никто не знал, где он, и сам он на глаза мне ни разу не попался. — В его стиле, — вздохнул Гросс, неожиданно для самого себя улыбаясь, — В детстве он любил прятаться на чердаке, а мы его всей толпой искали. Даже Дея. Так она ему всыпала, хоть и самой было едва ли восемь… — Да, Марк. Я помню эту историю. Слышал раз… десять. Гросс тут же замолчал, улыбка с лица пропала. Да, и правда, что это он тут за сентиментальностями в прошлое подался? Тут впереди такое нерадостное будущее, что аж закачаешься. — И что предлагаешь делать дальше? — Так, — Мендес начал ходить вправо-влево, — По моим данным, у них есть еще дней пять-семь, после чего магов огня начнут изолировать. Сначала отменят пары по предмету, затем начнут переселять их в отдельный корпус, самый дальний. А затем уже проводить тесты и истреблять всех сомнительных или обладателей чего-то похожего на молнии. — А в городе? — В городе уже сейчас арестовывают магов огня. Это пока в столице. Через пару дней начнут прочесывать округ. Боюсь, Кирилла найдут в течение этих пары дней, в их с Дианкой деревню заявятся уже завтра. — Не переживай, — качнул головой Марк, — Кирилл очень умело маскируется и ему опасность точно не грозит. Мы проверяли, по тестовым аппаратам на стихию у него показывает лишь огонь и ноль предрасположенности к молниям, у него эта способность напрямую из огня. Другая проблема в том, что у Кости покажет молнии. И у Егора, возможно, тоже. — Мы можем насильно их вывезти. — Не стоит. Отец тронет их в последнюю очередь, моих он обожает. И они его тоже, Ян с Костей особенно. Дане ничего не грозит, у неё только огонь. Давай лучше решим что-то с твоей старшей дочерью. У неё ведь огонь? — Да, — Мендес помрачнел, — Только синий. И у Влада тоже огонь. — Н-да-мс, — цокнул Марк Гросс, забарабанив пальцами по столу, — Будем думать. Регину срочно отправим в Объединенные Силы Бальварона к матери. Влада, Костю и Егора будем вызволять и как можно скорее. — А если не получится? — Никита Мендес в чудеса не верил уже очень давно. А полгода назад, когда на его руках умерла его сестра, несмотря на наличие рядом сильнейшего в Атхэше водного целителя, в чудеса он перестал верить окончательно. — Значит, Егор забабахает самую мощную революцию за пару веков. Старуха Элена никогда не ошибается, и даже несмотря на то, что отец знает про это пророчество уже лет сорок, не помогает ему найти не то что Кирилла, даже меня. Егор так просто не сдастся и не погибнет, слишком он… хитрый. — И вредный. Да. И вредный. Марк Гросс вздыхает и поворачивается на фотографию, расположенную на его столе. Так, чтобы гостям не было видно. И ему сейчас видно не было, но на ней была изображена ещё одна такая же хитрая и вредная, как Егор. — Значит, так. Не медлим, — Гросс повернулся к огромному аппарату на стене, похожему на телефон, — Соедините меня немедленно с Объединенными Силами Бальварона!