Отдых.

Четверо союзников укрылись за грядой острых скал, возвышавшихся над унылой, пыльной равниной, где раскинулся лагерь таркатанов. Воздух дрожал от их гортанных криков и лязга оружия. В центре лагеря, под усиленной охраной, они разглядели знакомую мощную фигуру в маске — Коталь Кана, его руки были скованы за спиной. — Куда они его везут? — сквозь зубы процедил Лю Кан, его кулаки сжались от бессильной ярости. Китана, не отрывая взгляда от пленника, ответила с ледяной уверенностью: —В Колизей, без сомнений. Шао Кан захочет публичной казни. Чтобы унизить его и нас. Кун Лао, нетерпеливо перебирая пальцами обод своей шляпы, рванулся было вперёд: —Тогда атакуем сейчас! Пока они не увели его вглубь территории! — Нет! — резко остановила его Китана. — Мы не добьёмся расположения Бараки, если перейдём в наступление. Мы пришли вести переговоры, не начинать войну на два фронта. Нира, до этого момента молча наблюдавшая, тихо спросила: —Тогда что нам делать? — Сначала нужно договориться с ним, — объяснила Китана, не отводя взгляда от лагеря. — С Баракой. И вместе ударить по Шао Кану. Это единственный способ. Кун Лао скептически фыркнул: —Таркатаны не будут нас слушать. Их первым инстинктом будет атаковать. Мы для них — мясо. Лю Кан мрачно кивнул, его взгляд выискивал в лагере другую фигуру: —И это не говоря о Джейд. При малейшем признаке опасности, они убьют её первой. При этих словах Нира резко повернулась к Лю Кану, её голубые глаза расширились от внезапной догадки. —Джейд?.. — прошептала она. Затем её взгляд стал остекленевшим, она смотрела в пространство, но словно видела что-то за его пределами. Её пальцы непроизвольно постучали по рукояти её клинка, выбивая нервный ритм. Кун Лао заметил её отсутствующий вид и наклонился к ней. —Эй, ледышка, с тобой всё в порядке? — Да... да, всё хорошо, — автоматически ответила она, не вслушиваясь в вопрос. Её ум работал с бешеной скоростью, складывая разрозненные факты в единую картину. Угрозы, инстинкты, приоритеты... И вдруг её лицо озарилось. Она резко подняла голову, и её взгляд, полный решимости, встретился сначала с Лю Каном, затем с Китаной. — У меня есть идея, — твёрдо заявила она. Лю Кан обернулся к ней. Видя необычайную серьёзность в её глазах, он не задал вопросов. Вместо этого на его обычно суровом лице расплылась короткая, но тёплая, ободряющая улыбка. Он верил в её интуицию. Кун Лао и Китана переглянулись, затем оба уставились на Ниру, ожидая продолжения. Тишина, нависшая между ними, была густой и полной ожидания. План простой воительницы из Лин Куэй мог стать тем самым ключом, который откроет им путь к спасению союзников и победе. _____________________________Пару часов спустя__________________________ Воздух в обители Ширай Рю снова был наполнен энергией, но на этот раз в ней витало не только напряжение, но и ощущение первой, хрупкой победы. Союзники, собравшиеся в главном зале, встретили возвращающуюся команду облегчёнными вздохами и вопросами, сыпавшимися со всех сторон. Джеки, дочь Джакса, первая бросилась вперёд, её лицо светилось надеждой. Кассандра Кейдж стояла чуть поодаль, скрестив руки, но её внимательный взгляд не упускал ни одной детали. Молодой Джакс Брикс, массивный и молчаливый, кивком приветствовал Лю Кана. В углу, словно тени, стояли Ханзо Хасаши и Саб-Зиро, последний не сводил глаз с Ниры, быстро оценивая, цела ли она. И над всем этим, у своего посоха, возвышался Рейден, его лицо было невозмутимым, но в глазах читался интерес. — Вы целы! — воскликнула Джек. — Как всё прошло? Вы спали его? — Коталь Кан с нами, — устало, но с достоинством ответила Китана. — Он ранен, но жив. Мы доставили его к целителям Эдении. Лю Кан кивнул, подтверждая её слова, но оставался молчаливым, предоставив слово более красноречивому товарищу. И Кун Лао с готовностью подхватил нить повествования. Он шагнул вперёд, его глаза блестели от возбуждения. —Вы бы видели это! Этот турнир... толпы этих тварей... а Шао Кан на своём троне сидел, как паук в паутине! Они уже занесли топор над головой Коталя! Он сделал драматическую паузу, оглядев аудиторию. —Но тут мы ворвались! Лю Кан проложил путь, а Китана... она сражалась как десять фурий! Но вы знаете, кто действительно всех удивил? — Он повернулся и указал на Ниру, которая стояла чуть позади, стараясь быть незаметной, и смущённо отводила взгляд. — Наша ледяная принцесса из Лин Куэй! — провозгласил Кун Лао. — Когда на неё набросилась целая орда этих зубастых уродов, я уже думал, придётся вытаскивать её за шиворот... Но нет! Он с жаром начал размахивать руками, иллюстрируя свой рассказ. —Она не стала с ними фехтовать! Она... она превратила землю под их ногами в каток! Представляете? Один взмах руки — и лёд, гладкий как зеркало! Они поскальзывались, падали друг на друга, как кегли! А она... — Кун Лао рассмеялся, — она просто скользила между ними, как призрак! Бам! Раз! Два! И всё! Ни одного лишнего движения! Это было... искусство! Настоящее искусство боя! Я такого даже у Саб-Зиро не видел! Саб-Зиро, услышав это, лишь слегка наклонил голову, но в его глазах мелькнула тень гордости. Ханзо издал короткий, одобрительный хриплый звук. — Она не сражалась с каждым, — продолжал Кун Лао, обращаясь уже ко всем. — Она лишила их возможности сражаться вообще! Это дало нам ту самую секунду, которая понадобилась Лю Кану, чтобы выхватить Коталя из-под самого носа у Шао Кана! Все взгляды были прикованы к Нире. Она чувствовала, как горит её лицо, но на сей раз это был не стыд, а смущённая гордость. Она посмотрела на Саб-Зиро и увидела его почти незаметный кивок. Затем её взгляд сам собой потянулся к Рейдену. Бог Грома смотрел на неё внимательно, задумчиво. Он не улыбался, но его суровые черты смягчились. В его глазах читалось не просто одобрение, а то самое любопытство, о котором он говорил Кассандре. Он видел не просто воина. Он видел тактику, контроль и ту самую «иную» энергию, проявленную в бою столь изобретательно. Его молчаливый взгляд говорил яснее любых слов: «Наш разговор состоится. И очень скоро». Рейден стоял перед собравшимися союзниками, его фигура, озаренная мерцающим светом факелов, казалась еще более массивной и величавой. Однако на его челе лежала тень беспокойства. — Новости из Внешнего мира весьма... обескураживают, — начал он, его голос, обычно громоподобный, сейчас звучал приглушенно и устало. — Но местонахождение крепости Кроники остаётся загадкой. Она существует за пределами известных миров и, как оказалось, вне поля моего зрения. Я не могу ощутить её. Скорпион сделал шаг вперед, его жёлтое одеяние колыхнулось. —Мы с Саб-Зиро искали Харона. Но его лодка ещё не явилась к берегам реки. Похоже, нам придётся подождать несколько дней, пока он не появится. Рейден повернул к нему свой тяжёлый взгляд. —Он нам поможет? Согласится ли он быть нашим проводником? Ханзо покачал головой, его голос был лишён обычной хриплой уверенности. —Вероятно. Но я не уверен. Цена за его услуги всегда высока, и его верность принадлежит только правителю Преисподней. — Тем не менее, это наш единственный шанс, — твёрдо произнёс Рейден. — Я прошу вас разузнать. Дождаться его и выяснить, что потребуется для нашего прохода. Он обвёл взглядом всех присутствующих. —Союз армий Эдении и Земного Царства — это, конечно, сила. Но её всё ещё недостаточно. Нам нужны ещё бойцы. Нам нужны их сердца и их воля. Его взгляд остановился на Лю Кане и Кун Лао. —С нами будут войны Шаолиня. Лю Кан, Кун Лао, вы отправляетесь в Заоблачный Храм. Помогите монахам подготовиться к тому, что грядёт. Мобилизуйте всех, кто способен держать в руках посох. Кассандра Кейдж, стоявшая рядом с Джек, кивнула, её лицо было серьёзным. —Хорошо. Чем больше тренированных бойцов, тем лучше. Рейден сделал паузу, и в его осанке впервые за весь вечер появилась тень не божества, а уставшего полководца, который видит измождение своих солдат. —Сейчас нам всем нужно одно, — сказал он, и его голос смягчился. — Отдых. Предлагаю всем бойцам воспользоваться этой передышкой, чтобы собраться с силами. Следующие несколько дней будут критическими. Восстановите свои силы. Мы встретимся снова, когда Харон даст о себе знать, и монахи Шаолиня будут готовы к маршу. В зале повисло согласное молчание. Даже самые пылкие, как Кун Лао, и самые недоверчивые, как Кассандра, понимали правоту его слов. После спасения Коталь Кана и подготовки к новой миссии, короткая передышка была не роскошью, а необходимостью. Кивки и короткие слова согласия пронеслись по залу. Воины начали расходиться, унося с собой груз новых задач, но и небольшую надежду на то, что предстоящий отдых даст им силы для решающей битвы. ___________________________Позже______________________ Вечер опустился на Огненный сад, окрашивая небо в тёмно-лиловые и оранжевые тона. Внутри главного здания царила спокойная, почти домашняя атмосфера: слышался негромкий гул голосов, Кассандра и Джек о чём-то спорили, Кун Лао с кем-то делился впечатлениями от недавнего похода, а Саб-Зиро и Ханзо молча сидели в углу, наблюдая за происходящим. Лю Кан, обходя зал, заметил Рейдена. Бог Грома стоял в открытом проёме двери, ведущей в сад, его мощная фигура была обращена к наступающим сумеркам. Но его взгляд был направлен не на закат, а куда-то ближе. На его лице застыло выражение глубокой задумчивости. Лю Кан тихо подошёл к нему и вышел наружу. —Лорд Рейден? — тихо спросил он. — Что-то случилось? Рейден не повернулся, лишь медленно покачал головой. —Нет, Лю Кан. Всё спокойно. Просто... наблюдаю. Лю Кан последовал за его взглядом и увидел то, что привлекло внимание Рейдена. На изящном каменном мостике, переброшенном через ручей в саду, сидела Нира. Она свесила ноги с парапета и смотрела вниз, на тёмную воду, в которой отражались первые звёзды. Рядом с ней лежал её потрёпанный блокнот. Она то вглядывалась в своё отражение, то брала в руки уголь и что-то быстро, почти инстинктивно, дорисовывала на странице. — Она часто так делает, — тихо заметил Лю Кан. — После боя, или когда остаётся одна. Рисует. Кажется, это помогает ей... упорядочить мысли. — Она не просто рисует, — голос Рейдена был безмятежен, но в нём слышалась та самая проницательность, что всегда выдавала в нём бога. — Она ведёт летопись. Не событий, а... ощущений. Она запечатлевает дух момента. Я чувствую это. Он наконец повернулся к Лю Кану, и в его глазах плескалась не тревога, а острое, живое любопытство. —Ты сражался рядом с ней. Что ты можешь сказать о ней? Не как о воине, а как о... человеке. Лю Кан задумался, подбирая слова. —Она... верная. Безоговорочно. Когда мы были в Эдении, она могла бы злиться, что её не взяли в Преисподнюю, но она сосредоточилась на задаче. Её умение видит поле боя иначе. Она не ищет славы. Она ищет... эффективности. И в её сердце нет злобы. Только решимость. — Решимость... — Рейден снова посмотрел на одинокую фигурку на мосту. — Да. Это я чувствую. Но есть в ней и что-то ещё. Что-то, что дремлет. Сегодня, когда Кун Лао рассказывал о её трюке со льдом... это был не просто контроль над стихией. Это была... связь. Глубже, чем просто техника. — Вы думаете, она... не та, за кого себя выдаёт? — спросил Лю Кан с лёгкой тревогой. — Нет, — Рейден покачал головой. — Она именно та, за кого себя выдаёт. Верная воительница Лин Куэй. Но я подозреваю, что она и сама не до конца знает, кто она на самом деле. Или... что она носит в себе. Её душа отзывается на зов, который она сама, возможно, не слышит. Он вздохнул, и его дыхание смешалось с вечерним ветерком. —Когда придёт время, мне нужно будет поговорить с ней. Откровенно. Потому что если то, что я подозреваю, — правда, то её роль в грядущей битве может оказаться куда значительнее, чем роль простого солдата. Лю Кан молча кивнул, понимая. Они оба смотрели на Ниру, которая, закончив рисунок, снова уставилась на своё отражение в воде, словно пытаясь разглядеть в нём ответы на вопросы, которые ещё даже не были заданы. Она была тихим, загадочным центром спокойствия в преддверии надвигающейся бури, и Рейден был полон решимости разгадать её тайну, прежде чем буря накроет их всех.