Глава 7

      Никто не знал, но состояние Натали Льюис не было результатом одного дня. Это было систематично и молодая женщина знала, что рано или поздно ей придется ответить за грехи своей бурной молодости. Вернее, за один-единственный грех, который был совершен по глупости.       Если сравнить фотографии того времени и посмотреть на Натали сейчас, было сложно поверить, что это - один и тот же человек. Жгучая брюнетка с ярким макияжем, соблазнительными формами. Тогда она часто смеялась. Но после произошедшего стала тише воды и ниже травы. Замкнулась в себе, перестала общаться со многими друзьями. Стала бледной тенью самой себя - тихой, пугливой и незаметной.       Теперь же Натали зашла в квартиру, тут же включила сигнализацию и отправилась на кухню, чтобы разогреть себе ужин. В эту пору уже начинало темнеть пораньше, чем летом, а потому женщина включила свет везде, где только можно было. Маленькие клочки мрака, которые оставались в квартире, наводили на нее ужас. Неумолимо казалось, что оттуда кто-то бросится и будет очень долго и очень больно терзать плоть.       Натали ела разогретую в микроволновке пасту, когда домашний телефон зазвонил. Она едва не подавилась скользкими и длинными макаронами в томатном соусе и пронзительно закашлялась.       Запив все это дело крутым кофе, Льюис подошла к телефону и сняла трубку. В зеркальном отражении холодильника увидев свои огромные и перепуганные глаза.       - Алло? - тихо шепнула в трубку. Другой рукой вцепилась в столешницу, потому что предполагала, что ноги могут подкоситься.       И не ошиблась. Они подломились, стоило только услышать:       - Пора платить по счетам, Нэт. - раздался мужской голос в трубке. Чуть приглушённый, но такой знакомый. Льюис вцепилась зубами в мякоть ладони, чтобы не закричать от дикого страха.       - Я не знаю, о чем ты. - тихо прошептала дрожащим голосом.       - Да брось. - на том конце провода прозвучала усмешка. - Мы все это проходили каждый раз.       - И каждый раз ты пугал меня зазря, чтобы снова замолкнуть.       - Не переживай, детка. В этот раз я не позволю этому празднику крови закончиться ровно в двенадцать. Напомни, какой твой любимый ужастик? Кажется, "Хэллоуин" 78-го, детка?       Не желая больше слушать, Натали опустила трубку, заканчивая звонок.       Он зазвонил вновь, но теперь женщина просто выдернула телефонный провод из места подключения. Где-то в голове забилось, что это она уже видела.       Звон оборвался, но тут же начался заново, заставляя женщину отступить вглубь квартиры.       Точно, это ведь "Кошмар на улице Вязов"...       Метеором Натали пронеслась по всей своей жилой площади, позакрывала замки на окнах и плотно их зашторила тяжёлыми портьерами. Страх не отпускал, а продолжал нарастать, увеличиваясь в геометрической прогрессии.       Она достала телефон из кармана черных брюк и набрала "911". Ответом ей стала гнетущая тишина. Мельком глянув на экран, Льюис обомлела: не было сигнала.       В век высоких технологий Натали Льюис осталась совсем без связи.       Она заметалась по квартире, снова и снова пробегая комнаты: гостиная, спальня, кухня и санузел. Здесь было негде спрятаться, но и в безопасности она себя не ощущала.       С громким хлопком свет во всей квартире погас.       - Нет! - вскрикнула женщина. Теперь она была похожа на саму себя в молодости. Пронзительно кричала, глаза горели, а щеки отливали алым румянцем. Хотела было уже броситься к щитку на лестницу, но замерла, как перепуганный зверёк. Входная дверь распахнулась, сигнализация молчала. Женщина слишком поздно вспомнила, что в охранке нужно было поменять аккумулятор. Сейчас, лишившись даже крохи питания от общего кабеля электричества, она была бесполезна и не могла защитить свою хозяйку.       Повеяло холодом, пробирающим до костей.       - Милая, я дома! - раздался зычный мужской голос от двери.       И мисс Льюис захлебнулась криком, бросившись бежать.       23-го октября, когда главная библиотекарша не пришла на работу, все остальные работники забили тревогу. Натали Льюис не поднимала ни домашний телефон, ни сотовый, что было вовсе не в ее привычках. Обычно всегда пунктуальная и собранная, Натали ставили в пример другим. Теперь же пора было бить в набат.       - Эби, сходи к ней ты, ладно? - обратилась к ней Мэри. Она была немногим старше самой Дербиш, но постоянно задирала нос и указывала девушке, где, по ее мнению, ей следовало быть. Эбигейл считала, что самой Мэри отлично подойдёт байкерский мотель, забитый под завязку мужиками, но стойко молчала, понимая, что не в ее интересах вступать в полемику. Что взять с той, которая на работе подкладывает внутрь книги эротический журнал с мужчинами, в котором самое приличное - это волосы?       Так что Эби быстро положила обратно в сумку свой блокнот, ручку и телефон, и, захватив парку с вешалки, отправилась домой к Натали. Пускай Мэри и дальше смотрит своих мужиков, а Дербиш не против прогуляться.       Мисс Льюис жила на достаточно людной улице, но чем ближе подходила Эби, тем все чаще ловила себя на мысли, что людская толпа здесь бессильна. Однажды она уже понадеялась на людей и кошмар случился. Что же стоит ожидать теперь, девушка не знала. Отрубленных голов? Монстров под кроватями?       Да тут и нечего говорить, ведь с каждым проведенным днем Эби все чаще и чаще замечала мертвых в самых разных местах. Они шли за ней по пятам, шептали истории и разные вещи, от просьб помощи до оскорблений. У девушки уши в трубочку сворачивались от того, что она слышала, а сердце замирало от густого страха, который покрывал все ее внутренности. Сколько исповедей самоубийц она слышала? А стенаний рано ушедших? Ей уже хватало, она была переполнена историями мертвых.       Беспокойство нарастало в груди, пока Эбигейл поднималась на четвертый этаж, где жила молодая женщина. Нашла нужную дверь... С каждым движением и вдохом кровь стучала в висках набатом, а перед глазами плыли круги. Крайне близка была паническая атака, которая убивала любую здравую мысль.       Блондинка надеялась, что все будет не так просто, но дверь распахнулась лишь от одного прикосновения, приглашая войти. Дьявол. Это слишком плохой признак.       Дрожь пробежала по телу, в горле пересохло, пока девушка прошла узкий коридорчик и вышла в гостиную.       Увидев то, что там было, Эби всхлипнула и закрыла рот рукой. На светлом дереве, коим был устелен пол, была огромная, широкая полоса уже успевшей запечься крови и вела прямо в спальню. Туда же вели и глубокие борозды, которыми был исчерчен пол. В нескольких полосах что-то застряло и Эби, пока ещё сдерживая рвотный порыв, со страхом увидела, что это ногти.       Ступая по следам, девушка зашла в спальню.       Там на постели лежала она. Вся обезображенная, окровавленная и безжизненная. На ее лице застыл ужас, а рот, что распахнулся в крике, был залит темной кровью. Не сразу Эби разглядела, что внутри не было языка, но, стоило оглянуться, как тут же нашла - под шторой, возле батареи.       Рвота подкатила к горлу и плеснулась дальше, на бежевый и ворсистый ковер, что был в красных разводах. Эбигейл, содрогаясь в приступах, рухнула на колени. Спина ходила ходуном, лицо бороздили потёки туши.       Когда порыв иссяк, а глотать стало очень больно, девушка посмотрела прямо перед собой, через силу сфокусировав взгляд. Там была окровавленная рука, которая держала фотокарточку, а, вернее, ее часть. Она была оторвана и неровный край приходился на фигуру второго человека на фото, не давая разглядеть, кто же там изображен.       Не зная, что делает, Эби вынула из мертвых рук фотографию и, осторожно завернула ее в салфетку, чтобы спрятать в сумку. Эбигейл знала, что это все было как-то связано, но здесь смотреть фото было опасно.       Она встала на ноги, стараясь не смотреть на тело и, обернувшись, наткнулась на Лили. Та спокойно, но очень устало смотрела на девушку.       - Ты теряешь время, Эби. Найди уже меня.       Эбигейл не чувствовала страха перед ней. Она понимала и усталость призрака, ведь сама ее и испытывала, а потому лишь кивнула:       - Хорошо. Только сначала я заявлю в полицию.       Дальше снова она давала показания шерифу. Это казалось уже невыносимо смешным, если о таком можно сказать подобным образом. Не может же Эби магнитом притягивать смерти тех людей, кто ее окружает? А, если вдруг... Предвестник смерти в маленьком городке.       После всех формальностей ее отпустили домой. Вот только домой Эби не пошла. Она направилась прямиком в дом Дороти Амбер и сейчас шла за мертвой подругой детства по дороге из жёлтого кирпича.       На синей двери была лента с печатью полицейского департамента. Ключи от входной двери явно с собой забрали копы. Но с ней была Лили.       Девочка зашла за другую сторону дома и залезла рукой в глиняный вазон. Там пошарила немного и достала ключ от кухонной двери. Хорошо, всё-таки, когда нужно влезть в дом, где жил кто-то из твоих знакомых.       Она вошла внутрь. Со времени ее последнего визита сюда не изменилось ничего. Лишь гостиная была залита кровью, но Эбигейл уже избавилась от своего завтрака, а потому блевать было попросту нечем.       - Зачем мы здесь? - тихо спросила Эби. Тишина давила на уши. Рядом с мертвой девочкой было неуютно.       - Показать тебе пару вещей. Не бойся.       Они поднялись на второй этаж, в ту комнату, где тогда пряталась Дербиш. Там, деловито пройдя на середину, Лили пару раз оглядела комнату, будто заново вспоминала расположение вещей и где какая сторона. После выбрала центр ровно под люстрой и прошла вправо три шага. Там опустилась на корточки перед кукольным домиком. Лили он был почти что в полный рост, Эби же доходил лишь до талии. Однако со зверской силой Лили подняла кукольный домик. Пара выломавшихся половиц четко показали, что под домом был тайник.       Эбигейл приподняла брови, смотря в мертвое маленькое личико.       - Чего ещё я о тебе не знаю?       Лили пожала плечами и хихикнула. Она запустила руку вниз и достала кожаную тетрадку. Та была изрядно потрёпанной и пожелтевшей, вся в паутине. Что же там такого могло быть написано? Неужели Лили пропала не просто так летом, девять лет назад?       - Прочти там, где будешь в безопасности. - посоветовала девочка, опуская домик обратно и делая вид, что ничего и не было. - А теперь пойдем...       Эбигейл сжала в руках тетрадку, а после подумала и положила ее в сумочку, туда, где уже лежала окровавленная фотография.       Что ещё они могут найти этом доме? У старушки были свои скелеты в шкафу, но что, если окажется, что скелеты - вовсе не речевой оборот? Что, если это она однажды убила Лили?..       Страшная мысль пробила током. Лили посмотрела на Эби, словно услышала, о чем та думает, и покачала головой, чуть хмыкнув. Нет, это далеко не так. Хотя, так было бы намного проще. Но вышло то, что вышло, а значит и нечего сотни раз думать - что было бы. Соблазнительно, но бессмысленно.       Эбигейл спустилась в подвал. Лестница была достаточно крутой, чтобы девушка задалась вопросом - как старая Дороти спускалась по ней каждый раз и не свернула шею? Вероятно, это также был бы самый лучший исход. Сотни возможных вариантов, а все равно не получилось.       Лили подвела ее к темному углу подвала. Лишь приглядевшись, Дербиш увидела отблески странного пламени на стенах и, отодвинув портьеру, которой был завешен этот закуток, замерла. Что это такое, что это все значит?       Прямо перед ними было четыре плоских камня. Они почернели от постоянного пламени, а снизу были подсвечены красным, на каменной поверхности - едва различимы странные полукружия. Рядом с причудливой плитой, на которой и жарились эти камни, был столик. На нем стояли колбочки без подписи, но у всех у них было одно общее - покрытое красной коркой дно.       - Это... Кровь? - прошептала Эбигейл, посмотрев на Лили. Та задумчиво ковыряла пальцем в дырке в щеке, а заметив взгляд подруги, тут же прекратила, по-детски спрятала руки за спину.       - Увы, но да.       - Чем тут вообще занималась твоя бабушка? - блондинка огляделась, но больше не заметила ничего странного. Только этот алтарь. Какую функцию он выполнял? Что она с этим делала? Для чего?       - Это началось не с нее. Давным-давно, когда даже наши бабушки были детьми. Она проверяла жителей, кто подходит.       - Подходит для чего?       Эби сглотнула. Крайне нехорошее предчувствие поселилось в груди. Она не к месту вспомнила, как Дороти Амбер расцарапала ей запястье и содрогнулась, посмотрев на руку. Та все ещё была перебинтована, но раны, оставленные острыми ногтями, постепенно затягивались. А вот воспоминания оставались свежими.       Что, если ее кровь была на этих камнях?!       - Лили, для чего я подхожу?!       Девочка сжалась, она явно не хотела говорить. В глазах появился испуг, а мутные глаза заблестели. Она замотала головой настолько сильно, что Эби испугалась, что Лили останется без нее, совсем как Почти Безголовый Ник, но тут призрак бросился наверх, поспешила убежать из подвала.       - Стой!       Перепрыгивая через две ступеньки, Эбигейл выбежала в коридор. Столкнулась с Лили, но девочка не шелохнулась. Она замерла, как соляной столб, смотрела в сторону двери странным, по-взрослому твердым взглядом. Тихий шепот донёсся до девушки, хотя Лили не размыкала губ:       - Эби, это тот самый момент, чтобы бежать.       Серые глаза глянули туда, куда смотрела Лили. Прямо к ним, через открытую дверь кухни, шел мужчина. Лицо его скрывала шляпа, что бросала тень на глаза, а нос и губы не давал разглядеть черный платок на манер бандитов дикого запада. Тяжёлые ботинки, похожие на военные, ступали по скрипучим доскам. Черные джинсы и старая коричневая кожаная куртка - сплошной сгусток мрака.       Мужчина остановился, смотря на обеих, а после склонил голову к плечу. Протянул руку в перчатке и согнул указательный палец, подзывая к себе.       - Бежим! - Эбигейл потянула Лили за холодную и мертвую руку. Бросилась на лестницу, снова взлетая на второй этаж, как пару дней назад. Сердце лихорадочно стучало в груди, казалось, что выпрыгнет и укатится куда-то прочь, кровь стучала и пульсировала в висках. В комнате Лили прятаться было не вариант, а потому девушка и призрак вместе залетели в ванную комнату и захлопнули дверь. Эби подперла дверь шваброй, но этого было ничтожно мало, если посмотреть на телосложение вторженца. То, как он двигался, давало понять, что это мужчина с достаточно развитой мускулатурой. Высокий, в темном, словно вестник смерти. Такой эту дверь вынесет на раз-два, и их заодно на этой же двери.       Эби прислонилась спиной к полотну, надеясь, что ее веса хватит, чтобы не дать войти преступнику, но взвизгнула и зажмурилась.       На дверь обрушился кулак. Дверное полотно чуть прогнулось, на нем осталась вмятина.       - Лили, надо поговорить. - за спиной Эби раздался голос. Дверь казалась картонной, можно было услышать каждый звук, что был в другой части дома. От мужского низкого голоса по телу побежали мурашки. Слишком звучно и слишком рядом.       Эбигейл ошарашенно посмотрела на Лили, которая стояла в углу, у стойки вафельных полотенец. Несмотря на то, что девочка была мертва, она побледнела, слилась цветом лица с белыми полотенцами.       - Он что, тебя видит?..       Девочка промолчала, смотря на подругу детства. Промолчала, но по мертвым глазам стало ясно - да, видит, и, более того, у них есть свои какие-то дела.       Это стало неожиданностью для Эбигейл. Кто же он такой, если видит тех, кого обычные люди не видят? Сама Дербиш не в счёт, тут какая-то другая ситуация. Что ещё он может?       Дверное полотно за спиной раскололось, в дыре едва ли не по плечо показалась рука. Эби не успела отскочить и сильное предплечье передавило ей горло.