Глава 15

      Кэтлин посмотрела на сидящую напротив неё девушку. Та не пила чай, ее руки так и не взяли ложки. Она словно окаменела, пока слушала, и теперь с нескрываемыми болью и страданием смотрела на индианку, впитывая каждое слово.       - Но как же так... - наконец пробормотала Эбигейл и закрыла лицо ладонями. Острое чувство несправедливости затопило ее, вызывая жгучее желание разрыдаться. Столько боли, столько крови и непонятно из-за чего. Она приняла тот факт, что Джек мертв, но что он умер так страшно, не укладывалось в голове.       - А как вы узнали это все? - наконец глухо спросила Эбигейл. Потерла лицо ладонями и выпрямилась, найдя остатки сил, чтобы взглянуть на женщину.       - Я нашла его в лесу. Он был мертвее всех мертвых. - Кэтлин говорила и старалась не закрывать глаза даже на миг. Страшная картинка до сих пор преследовала ее по ночам, вызывая дрожь по телу. - Но стоило мне дотронуться до него, как он захрипел и посмотрел на меня. Джека там уже не было. На следующую ночь вождь пришел и рассказал все.       Индианка вдруг странно замолчала, словно осеклась и с прищуром посмотрела на девушку. Казалось, она размышляла - говорить или нет. Та вздрогнула и ответила ей взглядом. Ещё одна тайна? Какая на этот раз?       - Ты знала, что Лили была его помощницей? Она должна была умереть, как и все, но Джек вмешался, играя на том, что она его видит.       - Значит, это правда, что он ее убил?       Кэтлин кивнула и принялась убирать чашки со стола.       - В сравнении с тем, как умирают те, кого приносят в жертву, Джек проявил намного больше сострадания, чем жители этого города все вместе взятые.       - Погодите-погодите, - вскинулась Эбигейл. - Что-то не сходится!       Она нахмурилась, пытаясь уловить мысль за хвост, но та ускользала прочь, никак не желая попадаться в руки.       Индианка стучала чашками, намыливая их в маленькой раковине, но молчала, дожидаясь, что наконец скажет девушка. Она давала ей необходимое пространство для размышления. Маленькие часики тихо тикали, стоя на невысоком комоде.       - Но ведь он должен был после положенного жертвоприношения затихнуть на девять лет. Или была новая жертва? - наконец облачила девушка свои мысли в слова. Она поймала на себе искрящийся взгляд женщины и ее неожиданную, широкую улыбку, от которой растянулось лицо.       - Я знала, что ты умная девочка! - Кэтлин вернулась и присела опять. - А жертвы и не было. Джек обвел их вокруг пальца: залёг на дно, давая им поверить, что такая неожиданная смерть тоже сработала. Знала бы ты, как местные обрадовались!       На ее лице заметалась откровенная ненависть и злоба, но Эби понимала эти чувства. Как ещё относиться к тем, кто пришел в твой дом и убил твоего ребенка?       - Но зачем Лили тогда играла в темную от него? - спросила девушка. Она все ещё не понимала мотивов этих призрачных существ. Какой во всем этом прок? Зачем такая сложная партия с ее участием?       - Она устала. - развела руками индианка, как будто объясняла маленькому ребенку совершенно элементарные вещи. - Она хотела найти покой, а, помогая Джеку в его планах, Лили этого лишалась. Шутка ли, ходить по свету в виде осознанного призрака и понимать, что живой ты никогда уже не будешь.       - Значит, она играла за его спиной, давая мне намеки и шансы уйти. - пробормотала Эбигейл. Теперь все кусочки пазла вставали на свои места. Вот почему она привлекла ее внимание; вот почему помогала ей и вот о чем были ее слова.       - В этом городе у каждого свои тайны и свои цели. - пожала плечами индианка. - Ты помогла ей. - Кэтлин намерено умолчала о том, что происходит с призраками, если окружению становится известно, что они перешли на другую сторону.       - А почему он соврал? Почему рассказал другую историю, что вы - его бабушка?       Индианка хмыкнула:       - Это ты лучше спроси у этого охламона, почему он вдруг меня состарил! Между прочим, я не так уж и стара!       Эби не смогла сдержать усмешки. Женщина была настолько забавной, когда начинала шутить, что это выглядело даже мило.       Девушке даже не понадобилось задавать следующий вопрос. Она и так уже поняла, что человек в черном и Джек - одно лицо. Интересно, зачем он тогда ее душил в доме Амбер? Впрочем, об этом она ещё спросит.       Кэтлин снова посмотрела на Эбигейл, но теперь Дербиш была в странном предвкушении, словно сейчас ей откроется великая тайна, совсем как дверь за нарисованным камином.       - А теперь мне нужно кое-что тебе рассказать. - отозвалась Кэтлин и заговорила, понизив голос до шёпота.       Выйдя из трейлера, Эбигейл остановилась на улице и задышала. Воздух пьянил, был свеж и наполнял лёгкие прохладой, заставляя голову кружиться. По двум тротуарам убегающей вперёд улицы то и дело появлялись мерцающие фигуры. Они смотрели на Эби, но пока ничего не предпринимали, в отличии от мстительной Дороти, которая даже после смерти осталась при своем гадком характере.       Эбигейл снова шла по коридору из мертвых, глядя только вперёд. Она испытывала странную смесь эмоций, которые сама не могла осознать и принять в полной мере. Да, страх присутствовал, он был реален и был правильным, ведь ни один нормальный в мире человек не может не испугаться внезапного появления мертвых. Но помимо этого она испытывала грусть и острое сожаление. Они мертвы, они знали об этом, но всеми силами тянулись к живым, словно это могло воскресить их, помочь ощутить себя тёплыми и со стучащими сердцами. Разве это не было большей мукой - желать то, что навсегда ушло, и уже никогда не вернётся?       Вся эта ватага мертвых шла молчаливой стеной за ней. Оказавшись рядом со своим домом, а, вернее, с домом бабушки, Дербиш остановилась, глядя на темные и поразительно чужие окна. Сколько лет она здесь провела, живя в верхней комнате? Включала свет, ходила взад-вперед и в целом чувствовала себя прекрасно?       Теперь она стоит напротив этих самых окон и думает, что все в жизни имеет свойство заканчиваться. А хорошее, как известно, заканчивается гораздо быстрее.       Слова миссис О'Хэлл не выходили из головы, не могли никак осознаться и осмыслиться. Если такой вариант развития существует, то как его осуществить? Очередная игра в темную, даже сама возможность этой игры очень не нравились блондинке.       Эбигейл поднялась на крыльцо дома и, прислонившись ухом к двери, задержала дыхание и прислушалась. В доме царила тишина. Сначала Эби даже не поняла, что ничего не слышит - настолько это было неожиданно и оглушающе, что казалось ужасно шумным.       Интересно, где бабушка?..       Эби припомнила - Френсис часто уходила вечером, может, раза четыре в неделю, через день. Куда она уходит? Сначала она говорила что-то про вязальный клуб, но девушка припомнила - однажды она заметила, что вязание лежит дома.       Ещё одна тайна - темная и бессмысленная, но у Дербиш была догадка. Что, если бабушка посещает этот самый совет?..       Девушка достала ключ из-под коврика и отперла дверь. Та удивительно легко распахнулась, приглашая войти. На темной улице открытый дверной проем напоминал пасть страшного зверя.       Ей нужны были ее документы и вещи. Эбигейл не была намерена находиться в этом доме дольше, чем это требовалось. Хотелось побыстрее уйти, раствориться в густом лесу позади. В отличие от города, лес не был страшным, старался оградить. Кто бы мог подумать, что чудовища будут жить в домах и вести светские беседы, попивая чай?       Эби прошла внутрь. Ей не нужен был свет, она прекрасно знала расположение вещей, могла найти каждую с закрытыми глазами. Так что без проблем отыскала первую ступеньку и поднялась в свою комнату. Там, все же воспользовавшись фонариком на телефоне, блондинка достала сумку, с которой сюда приехала, и принялась складывать вещи.       Как и в прошлый раз, их было немного. Сверху легли документы. Впрочем, девушка подумала и переложила паспорт и водительское в карман джинсов. В задний карман отправился кошелек.       Забросив сумку на плечо и остановившись в дверях, Эбигейл оглядела комнату, мысленно прощаясь с ней. Она оставляла большинство воспоминаний позади, в тайне от самой себя надеясь больше никогда сюда не возвращаться.       Стоило закрыть дверь и спуститься по лестнице вниз, как чья-то черная тень мелькнула перед глазами. Эби вскрикнула, кидаясь куда-то вбок и налетая на комод. Черная тень выругалась и Эби с изумлением узнала голос мэра - Филлипа Уинстона. Придерживая сумку, девушка бросилась в гостиную.       - Эби, остановись! Надо поговорить! - пропыхтел позади мэр Хэллоуэла.       Эби даже не думала отвечать. Верх глупости - тратить драгоценный воздух на ничего не значащие слова. Жителям этого города слова были не нужны. Они при любом раскладе шли убивать. История Джека - живое тому доказательство.       Пробегая по гостиной, она заметила открытое окно, и нахмурилась. Мелькнула мысль: "А что, если выпрыгнуть в него?"       Но тут же отмела ее. Бабушка всегда запирала окна, когда уходила. Это ловушка, не иначе.       Девушка свернула в маленький коридорчик, в конце которого была дверь в подвал. Слыша шумное дыхание позади, ей не оставалось ничего другого, как молниеносно вбежать туда и запереть дверь на крепкий засов. Его вешал на двери ещё дедушка Эби черт знает сколько лет назад.       И засов до сих пор служил на совесть.       Эбигейл сбежала с лестницы и отступила вглубь подвала, в густую темноту, которая тут же обняла ее липкими когтистыми руками. Дверь пару раз вздрогнула от мужских ударов, а после приглушённый голос Филлипа скомандовал кому-то:       - Ломай.       Сердце пропустило удар.       Все. Теперь все.       Вне сомнений - они сломают дверь, войдут и найдут ее.       - Господи, пожалуйста. - взмолилась девушка, отступая все дальше и дальше. Она не отводила взгляда от дверного проема, за которым угадывалась суматоха. Слышался топот и треск ломающегося полотна. - Господи, не дай им меня убить...       Слезы потекли по лицу совершенно непроизвольно. Удержать их внутри было невозможно. Эбигейл силилась что-то придумать, но в голову ничего не лезло. Неужели все так и кончится?..       Боковое зрение вдруг выхватило нечто из темноты и девушка подавилась вдохом, сдавленно застонав.       В углу, на плечиках вешалки висело белое платье в пол и накидка. Эби не смогла сдержать громкого всхлипа. Она прижала ладонь ко рту, заглушая любой звук, что мог вырваться из горла.       Это было то самое платье, в котором она была во сне - длинное, в пол, чуть облегающее фигуру, но не стесняющее движений. Тонкая накидка, словно сотканная из паутины, покровом опускалась на бретельки.       Едкий спазм скрутил желудок, но в нем не было ничего, кроме недавнего чая. Девушка удержала его внутри. Она, словно под гипнозом смотрела и смотрела на платье, отчётливо вспоминая свой сон.       Рваный и окровавленный подол...       Неужели, они настолько сумасшедшие, что бросят ее в холодном осеннем лесу в одном платье и накидке?!       Оглушительный треск древесины раздался откуда-то слева и это привело ее в чувство. Следовало искать выход, а не придаваться мыслям о собственной гибели. Эби рванула в дальний угол. Окошко было под самым потолком. В него проникали блеклые лучи уличного фонаря, служа ориентиром, как свет маяка.       Эбигейл вскочила на нагромождение коробок и, решив не тратить время на открывание створки, подхватила стоящую на подоконнике старую банку с масляной краской и со всей силой, на которую только была способна, ударила в стекло. Оно звонкими и яркими осколками осыпалось вниз, оставшись где-то внизу горсткой, похожей на кусочки льда.       Блондинка избавилась и от тех кусков, что прочно держались в раме и, подтянувшись, вылезла наружу. Спертый воздух подвала сменился аппетитным кислородом, который девушка глотала с жадностью голодного человека. Кислород кружил голову, заставлял помутиться рассудок...       Именно поэтому она не сразу почувствовала, как чья-то рука схватила ее за капюшон парки и рванула куда-то на землю. Дербиш опрокинулась навзничь и с ужасом увидела, как Линда Харпер стоит и целится ей в грудь.       Эбигейл громко сглотнула. Все слова, которые рвались изнутри, застряли комком в горле. Она могла лишь смотреть в чёрное око наведенного на нее дула и надеяться, что оно не выстрелит.       - Нет, дорогуша. - едко прошипела шериф. - Только не в мою смену.       Эби хотела было отползти, но снизу послышался шум - это толпа все же сломала подвальную дверь и теперь они искали беглянку, не подозревая, что та успела вылезти на улицу. Внезапно глаза Эбигейл за что-то зацепились. Позади мелькнул какой-то стремительный силуэт, а после этого Эби едва не закричала от ужаса, когда быстрая мужская фигура одним ударом вырубила Линду. Шериф осела на землю, выронив пистолет, но у Дербиш даже мысли не возникло, чтобы поднять его. Она во все свои огромные серые глаза смотрела на фигуру, угадывая очертания кожаной куртки, банданы, шляпы...       - Уходи! - нечеловеческим голосом прорычал мужчина. Голос звучал приглушённо из-за банданы, что скрывала лицо, но и это не было причиной. У него действительно был такой голос - низкий, раскатистый. - Уходи, мать твою, чего расселась?!       Дважды повторять не пришлось. Эбигейл подхватила сумку и, поднявшись на дрожащие ноги, бросилась бежать прямо к кромке леса, что начинался за домиком.       Когда она скрылась за первыми деревьями, то рискнула обернуться, не слыша ничего от грохота крови в ушах. Мужчины уже не было, но с другого угла домика заплясали лучи фонарей и послышались голоса. Эби не стала медлить, а припустила прямо в лес.       Бежала она долго. Ноги уставали, а кислород, совсем какое-то мгновение назад казавшийся вкусным, теперь сжигал лёгкие. Она падала и поднималась снова. Руки покрыли кровавые царапины, джинсы покрылись отвратительными разводами грязи. К куртке прилипали мокрые листья.       Эби остановилась лишь тогда, когда из ночной темноты прямо ей навстречу выплыло небольшое здание. В нем не горели светом окна, оно было чёрное и пустое.       Она вышла на Инн-роуд.       Отель смотрел на нее, девушка глядела в ответ. Они изучали друг друга, словно старые друзья, которые встретились после долгой разлуки. Дом понимал ее и звал к себе, обещая место, где она укроется на эту ночь.       Эби бы очень хотела вернуться в домик к Джеку, но история Кэтлин не оставляла сомнений: туда ей путь заказан. Вполне возможно, ее также выволокут из дома, держа за руки и ноги.       Обняв себя за плечи, Эбигейл смахнула свободной ладонью слезы с лица. Блондинке было ужасно страшно входить в этот отель, но ещё страшнее остаться ночевать в лесу. В отеле же ее точно не станут искать.       Дрожа, как осиновый лист, Дербиш приблизилась к потрескавшейся вывеске, машинально отмечая то, как сильно прошедшие годы потрепали ее. Дом ждал ее. Дом с темными глазами и провалом рта. Дом желал ее и звал, обещая покой.       В конце концов, за все время, что Эби провела в Хэллоуэле, глупостей она натворила предостаточно. Из смелости? О нет, это слово точно не про нее. Скорее, от небольшого ума...       Иначе объяснить тот факт, что она приблизилась ко входу, Эбигейл не могла.       Внутри было тихо. Даже половые доски не скрипели под подошвами. Эби включила фонарик на телефоне и с удивлением увидела, что внутреннее убранство бывшего отеля оказалось достаточно уютным. Девушка запоздало вспомнила, что компания во главе с Карой и Свеном украшали дом к Хэллоуину. Что ж, они достигли своей цели - здесь было приятно находится, не пробирало до мурашек.       Не зная расположения комнат, Эбигейл боязливо шагала по коридору, двинувшись куда-то вправо от стойки регистратора. Интересно, в каком номере хозяин отеля вышиб себе мозги?       "Господи, Эбигейл, о чем ты вообще думаешь?! - зло обсекла девушка саму себя. - Тебя загоняли, как дичь; целились из пистолета; ты собралась заночевать в заброшенном доме, а сама думаешь о том, где мистер Янсон отправился в свое последнее путешествие? У тебя вообще мозгов нет?!"       Она вошла в первую попавшуюся комнату и с удивлением увидела, что ребята попытались предусмотреть все варианты, а потому застелили одиночную кровать обычным, самым дешевеньким постельным бельем. Эби аж слезу пустила. Ей не придется спать на дощатом полу или на объеденном диване, какое блаженство!       Блондинка стянула обувь и куртку, и свернулась калачиком в чужой кровати для призраков, чтобы после этого забыться сном.       Спала Эбигейл на удивление спокойно, даже подушка не сбилась на правый край, как это было обычно. Эби села на постели и зевнула, потерев глаза. В первое время она растерянно оглядывалась по сторонам, не понимая, где вообще находится. А вот после события вчерашнего вечера навалились на нее и сбили с ног, словно мощный порыв ветра. Эби поглядела на пол, надеясь, что это сон, но нет - сумка с вещами стояла рядом с кроватью, ненавязчиво намекая, что все было по-настоящему.       - О Боже. - лишь прошептала блондинка, прикрыв ладонью рот, и снова огляделась по сторонам. Хоть дом и приютил ее на эту ночь, но задерживаться здесь точно не стоило. Неизвестно, когда придет Кара с компанией и какой будет их реакция на то, что Дербиш забралась в их логово и вздремнула. Совсем, как в сказке: "Кто спал на моей постели?!"       Дербиш невесело хихикнула. После этого всунула ноги в ботинки и, поправив постель, забросила сумку на правое плечо.       Утро приобразило старый отель. Он окрасился в приглушённые, приятные глазу тона. Было видно, что стойка регистратора когда-то давно была из красного дерева. Сейчас же она потеряла былой лоск, оставшись ветхой и потрескавшейся. Красноты не было. Эбигейл оглядывала избитые временем ковры и мебель. Все здесь было приветом из того времени, когда Эби ещё даже в планах не было.       "Вероятно, здесь было бы неплохо снять ужастик. Даже декорации бы не понадобились..."       Опять. О чем она только думает? Вся ее жизнь после переезда в Хэллоуэл - сплошной фильм ужасов.       Мысленно поблагодарив дом, Эбигейл вышла за порог и, засунув руки в карманы куртки, пошла куда-то вперёд по улице. Утро было непривычно ясным и даже немного морозным. Девушка не заметила мороза ночью, когда бежала, ей было не до этого, но сейчас ее дыхание вырывалось маленькими облачками изо рта и и эти облачка тут же исчезали. Солнце пыталось изо всех сил подарить крохи тепла земле. Эти крохи оно хранило бережно именно для таких случаев - когда кажется, что солнце больше не появится, небесное светило неожиданно озаряло своим светом небо.       Совершенно машинально Эби достала телефон и посмотрела на время и дату. Восемь утра сорок две минуты. Двадцать девятое октября. Невольно к горлу подкатил комок. Уже? Так быстро? Ей осталось всего два дня, но она только сейчас поняла, как много упустила из-за своей зацикленности на плохом. Эбигейл постоянно жалела себя, лелеяла свою хандру и редкие воспоминания, видя в них только боль вместо возможного источника силы.       Блондинка подставила лицо робкому лучику солнца и грустно улыбнулась от спазма, что скрутил желудок. Перед смертью не надышишься, хоть и очень хочется.       Куда же теперь идти? На работе ее точно будут ждать... А у Джека? Стоило проверить эту мысль. Не соваться открыто, а выяснить, как далеко зашли горожане в своем стремлении к покою на ближайшие девять лет.       Эби держалась подальше от оживленных улиц. Она натянула капюшон на голову, но зорко высматривала каждый клочок всего видимого пространства. Теперь любой человек, будь то взрослый или ребенок был для нее подозрительным. Она подсознательно ждала подвоха. Воображение рисовало картины, как на нее набросится толпа с сетями и вилами. Как бы не так.       Петляя, словно заяц, Дербиш шла к домику с задней стороны, скрытая ветвями деревьев. И, чем ближе она подходила, тем сильнее в воздухе витал запах гари. Девушка вдыхала его, морщась от горького привкуса. Сердце сжималось от страшного предчувствия, не было никаких сомнений в том, что случилось нечто ужасное и неисправимое.       Мотоцикла возле домика не было.       Как и самого домика.       На его месте осталось одно лишь пепелище. Эбигейл хватило одного взгляда и грудь как-то странно дернулась, остановившись на половине вдоха. До слуха донёсся какой-то неестественный звук и девушка не сразу поняла, что этот звук издает она сама. Бросив сумку на пожухлую траву, Эби рванула вперёд. Не оставалось сомнений - дом сожгли этой ночью. А если бы она была внутри в это время?!       Но и это был не самый главный вопрос. Ужасный страх за Джека погнал ее вперёд. Она бродила по пепелищу, расшвыривая обгорелые доски и куски мебели носками ботинок, от чего те стали черными.       Одна ее часть понимала - волноваться за уже мертвого мужчину глупо, к тому же вчерашней ночью он спас ее, а, значит, и в доме его не было. Но другая часть отказывалась от любых доводов, пока не увидит его живым своими глазами. Пока не дотронется, пока не ощутит под пальцами упругую смуглую кожу...       - Доброе утро, Эби. - раздался позади голос Френсис Дербиш.       Эбигейл обернулась и застонала от ужаса. Позади нее стояла толпа из горожан. Вчерашние преследователи в полном составе, кто-то присоединился только недавно. А вот мэра не было. Интересно, как же он пропустит такое чудо?       Рядом с бабушкой стояла Линда Харпер. Ее голова была забинтована. Лба не было видно, глаза смотрели сразу после белой полоски бинта. Эти глаза горели жаждой отомщения. И вновь на Эби шериф наставила свое оружие. Это было крайне странного вида ружье. Гладкое и чёрное, оно словно сошло со страниц книг о научной фантастики. Девушка нахмурилась. С чего бы вдруг Линде менять свой привычный пистолет на какое-то фантасмагоричное ружье? Значит, оно несёт какую-то функцию. Вопрос в другом - какую?       Эбигейл ощутила отголоски накатывающих раздражения и злости. Со временем эта лавина грозила увеличиться, погребсти под собой. А ещё она банально устала бояться и убегать. Хватит, будь что будет. Она сумеет найти выход и вырваться, и сделать это так, чтобы из ее преследователей не осталось никого.       - Твоя группа поддержки в полном составе. - вдруг хмыкнула Дербиш. - Вот только мэра потеряли. Где же он? Пропустил утреннюю охоту по причине болезни?       По лицам присутствующих мазнула тень, словно над ними пролетела большая птица и на мгновение закрыла крылом солнце. Что ж, видно слова Эби попали в слабое звено.       - Судя по тому, что дом вы спалили, и все ещё охотитесь за мной, его там не было, верно?       И снова в десятку. Зачем ждать ответа, если лица были крайне красноречивы? Джека они не нашли, иначе бы не пришли за ней. Значит, единственный их вариант - вернуть девчонку и отдать беснующемуся духу, чтобы тот успокоился.       Она посмотрела на Харпер долгим и пристальным взглядом. Серые глаза были полны ненависти ко всем, к этому городу, что Линда на мгновение отступила назад. Ненависть девчонки была сильнее ее собственной. Но это не помешало взять себя в руки и сжать ружье покрепче.       - Как головушка? Болит? Надеюсь, он устроил тебе сотрясение, лживая сука, потому что это малое, что ты заслужила!       Толпа охнула, а Эби выплескивала всю желчь, всю злость и все те страхи, которые испытывала.       Френсис вдруг поманила Линду пальцем к себе, и что-то зашептала ей на ухо. Харпер кивнула и выпрямилась.       - С наступающим Хэллоуином, индейская потаскушка. - сказала шериф и грянул выстрел.