5

После библиотеки коридоры были тише, чем обычно. Только редкие факелы потрескивали в стенах, отбрасывая колеблющиеся тени.   — Пойдём, я провожу тебя, — тихо сказал Теодор, когда они вышли из библиотеки. Селин хотела возразить, что в этом нет смысла: они и так жили в одной башне, и она прекрасно справилась бы одна. Но слова застряли. Хотелось ещё хотя бы несколько минут рядом. Поэтому они шли рядом, шаг в шаг.   — Знаешь, — начал он, сунув руки в карманы, — никогда не думал, что Риверс может быть такой опасной спутницей.   — Опасной? — она вскинула бровь, слегка ухмыляясь.   — Да. Оказывается, ты умеешь выбивать почву из-под ног. — Нотт усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то настоящее. Селин фыркнула.   — А ты ведёшь себя так, будто весь мир тебе обязан быть под ногами.   — Ошибаешься, — тихо ответил он. — Иногда я сам не знаю, где мой мир заканчивается. Она посмотрела на него искоса. В свете факелов его каштановые кудри отливали золотом, а линии скул казались резче. Он выглядел слишком взрослым, слишком красивым. И опасным. Они остановились у её двери. Девушка аккуратно положила ладонь на ручку.   — Спасибо, что проводил.   — Конечно. — Тео шагнул ближе. — Только, Селин. Она подняла взгляд в темноте, и не успела ничего сказать.  Его губы накрыли её губы вторым поцелуем. На этот раз не робко. Уверенно, горячо. Его ладонь легла ей на щёку, пальцы прошлись по коже, и от этого прикосновения у неё внутри всё перевернулось. Она хотела оттолкнуть его. Должна была. Но вместо этого поддалась, сжимая его рубашку на груди. Его дыхание смешивалось с её, и мир сузился до одного ощущения: Тео. Когда он отстранился, у обоих перехватывало дыхание.   — Чёрт возьми. — прошептал он, и на этот раз в голосе не было бравады. Только растерянность. Селин прижала ладонь к губам и растерянно взглянула на него.   — Спокойной ночи, Тео, — сказала она едва слышно и скользнула в свою комнату, прежде чем могла передумать. Тео Он спустился в гостиную, где в камине догорал огонь. Сел, оставив в ладонях ощущение её кожи, её губы, её запах. Сел он тяжело, развалившись в кресле. Перед глазами снова и снова вставала картина: как она смотрела на него, как чуть прикусила губу, как её пальцы дрожали на его груди. Дафна. Он должен был думать о ней. Они встречались, были идеальной парой, все шептались об этом. Но сейчас он ловил себя на том, что не помнит ни её голоса, ни её прикосновений. Только Селин.   — Что ты со мной делаешь, Риверс? — пробормотал он и уставился в огонь. Ночью он так и не смог уснуть. Селин Блондинка лежала на кровати, зажавшись под одеялом, но сон не приходил. На губах до сих пор горел его вкус, на коже хранилось  его прикосновение. Сколько лет она прятала от самой себя этот интерес?  Сколько раз украдкой следила за его ухмылкой, за тем, как его кудри падали на лоб, за его быстрыми, сильными движениями на тренировках по квиддичу? И теперь, когда это наконец произошло, она чувствовала не только вину. Но и долгожданное облегчение. Селин закрыла глаза. На губах сама собой появилась улыбка.