Глава 3. Небо с тремя лунами.

Глава 3. Небо с тремя лунами. Утро выдалось солнечным и тёплым. Хотя до начала курортного сезона оставалось ещё почти два месяца, погода была словно на заказ. Ни единого облачка на небе, никакого намёка на шторм или сильный ветер. Даже волны, разбивающиеся о похожие на чёрное стекло, лавовые камни, накатывали будто с какой-то осторожностью, не желая испортить путешественникам их планы. Громкий крик морских чаек, пытавшихся поймать себе среди океанской глади что-то на завтрак, сумел опередить заведенные будильники компаньонов. Выйдя из палатки, магистр теологии тщательно потянулась, а затем, удивившись себе самой, зевнула с такой громкостью, что ещё не успевший подняться на ноги Брендон, поинтересовался, всё ли с ней в порядке. Всё было более чем в порядке, ведь за ночь Веста смогла прекрасно выспаться и набраться сил. Несмотря на виденные кошмары и напряжённо прошедший вчерашний вечер, энергия в ней бурлила во всю. И не только в ней одной. Брендон и Клаус проснулись ещё до того, как первые солнечные лучи успели коснуться мирных вод Тихого Океана. И почти сразу принялись за перенос аппаратуры и подручных средств на площадку с менгирами. Будто бы за время проведённое в этом месте, сила, исходившая от дивного острова, наполнила каждого из компании от кончиков пальцев ног до макушек голов и теперь они были полностью готовы к проведению запланированного обряда. Даже старик Аахан двигался заметно резвее и энергичнее, чем во время вчерашней вылазки. Казалось, проведённая здесь ночь омолодила его лет на пятнадцать. Вместе с остальными, профессор антропологии, несмотря на протесты Брендона и Весты, помог им донести несколько небольших сумок со всем необходимым. Почистив зубы и умывшись питьевой водой из походной фляги, она съела в качестве перекуса два клубничных йогурта, которые запила фисташковым протеиновым коктейлем. Весь последующий день требовал огромных затрат энергии, но при этом слишком обильно есть тоже было нельзя, ведь чрезмерно набитый желудок не позволил бы сконцентрироваться на медитативных упражнениях, которые должны были помочь с подготовкой к обряду, к тому же, чрезмерно тяжёлая еда могла вызвать ощущение сонливости, а сегодня она не могла позволить себе такой роскоши. В первую половину дня проводилась транспортировка и установка оборудования рядом с кварцевым кругом. Камеры, прожектора, переносные генераторы, кабели, мотки и много чего ещё. Брендон и Клаус занимались подключением проводки и заправкой генераторов бензином, в то время, как Аахан и Веста раскладывали перенесённую электронику по местам. Напротив, каждого из камней установили по два ярких прожектора и по несколько измеряющих датчиков температуры, фиксаторов ФЭГ, тепловизоров и детекторов электромагнитного поля. Кроме того, предприимчивый немец захватил даже счётчик Гейгера, («-На всякий случай, друзья мои.»), который также был готов к использованию. Примерно в полутора метрах от камней исследователи разместили пункт управления: на двух разборных пластиковых столах располагалось несколько мониторов и клавиатур, а также ноутбук Клауса. Под столами и рядом с ними – куча разных железных и пластмассовых коробок с выпирающими из них извивающимися проводами. Ну и как обязательная мера безопасности – рация на случай, если понадобится помощь береговой охраны. Как только генераторы были заправлены, а электрооборудование подготовлено к работе, Херцог занялся подключением и настройками. Он отлично разбирался во всех современных компьютерных программах и хорошо понимал особую технику, предназначенную для фиксирования пара нормальных явлений. Он полностью погрузился в работу с приборами, перескакивал то к одному компьютеру, то ко второму и что-то резво выстукивал по клавишам, что-то переключал на аккумуляторах, что-то отсоединял и подсоединял. В своём не по размеру большом мешковатом свитере в широкую жёлто-зелёную полоску и ярко-красной бейсболке со сдвинутым набок козырьком, этот своеобразный европейский специалист сейчас походил на типичного ботаника-заучку из американских комедий девяностых годов. Он уже почти закончил свою подготовку, как вдруг его довольно наглым образом отвлекли от работы. Когда Клаус был готов перезагрузить полностью подключённую систему, прямо на ребро открытого ноутбука уселась довольно крупная чайка и своими ярко-серыми глазами тупо уставилась на мастера гадательной системы Ленорман. Казалось, этот небесный житель тоже хотел поучаствовать в предстоящем эксперименте и сейчас своим многозначительным молчанием, и настойчивым взглядом требовал, чтобы его взяли в дело. -Кыш! Кыш! Fick dich, du verdammter schwanzlutscher! – закричал на птицу машущий руками Клаус, чем вызвал приступ звонкого смеха у Весты-чан. Он пытался ударить по чайке своей красной кепкой, однако та ловко уклонилась от всех выпадов немца, после чего благополучно отправилась парить в небесную высь. -Да чего ты так с ним, может быть, он просто хотел поиграть с тобой в «Far Cry»! – улыбавшийся Брендон как раз подносил к столам ещё несколько стульев – А то ты всё время в одиночку играешь. -Он мне монитор когтями поцарапал! Когтями поцарапал! Вот же gefiedertes kondom! – раздражённый Клаус водил большим и указательным пальцами по ребру открытой половины ноутбука – Ну хоть на клавиатуру не нагадил, и на том спасибо. -Ты смотри по тише с такими идеями, а то ведь он может услышать и вернуться с целью их воплощения. – друид слегка хлопнул блондина по спине. Фыркнув, Клаус Херцог продолжил то, от чего его отвлекли. Вскоре работа оказалась завершена, и записывающая аппаратура вместе с датчиками и детекторами была полностью готова зафиксировать всё, что должно было произойти в этом загадочном полукруге во время их мероприятия. Где-то с двенадцати часов дня началась подготовка к обряду. Она включала в себя медитацию, работу с дыханием, распевание некоторых мантр, а также репетицию с произношением заклятий и проведением особых движений, именуемых магическими пассами. Разумеется, они и раньше репетировали, и готовились, но сейчас всё должно было быть сделано без сучка и задоринки, с математической точностью. Даже Клаус отбросил своё дуракаваляние и полностью перевоплотился в прилежного и серьёзного члена ответственной группы, отданного процессу общего дела. Следующим этапом была установка магической защиты. Если они собирались зайти на территорию астральной реальности в своих телах из плоти и крови, им следовало позаботиться о том, чтобы иметь надёжный щит от потенциальных опасностей нематериального мира. Веста и Брендон в основном пользовались руническими амулетами-оберегами, кроме того, в качестве дополнительной защиты применялись японские Омамори, работу с которыми магистр теологии освоила ещё во времена своей учёбы в Софии. Клаус предпочитал использовать свой фамильный амулет Оберег Валькирии, много лет передававшийся из поколения в поколение. Ну а старик-индус защищался при помощи Чакральных браслетов, увешанных разноцветными полудрагоценными камнями. До наступления полуночи оставалось ещё четыре часа, поэтому компания устроила себе небольшой отдых и лёгкий перекус из кисломолочных продуктов и овощей с фруктами. С наступлением заветного часа все были готовы к ритуалу. Они встали в центр полукруга, обступив центральный камень. Ночь Полнолуния выдалась ещё более яркой, чем вчерашняя. Свет Луны настолько сильно заливал каменный участок, что складывалось впечатление, что сейчас ранний рассвет. Это несколько облегчало поставленную задачу, да и уверенности в успехе заметно прибавляло. Им не требовалось никаких приспособлений и колдовских примочек, вроде свечей, трав, платов или благовоний. Ритуал представлял собой песнопения и произношение мантр, а также звуковую медитацию. Именно мантры и иммерсивные звуковые медитации можно было назвать наиболее универсальным видом магического взаимодействия с нематериальным миром. Определённые заклинания могли просто не подойти для конкретного места и типа энергии, которым то было наделено, также, как и алгоритм действий, вроде жертвоприношения или использования определённой атрибутики. В то время, как звуковые колебания всегда являлись наиболее «компромиссными» видами взаимодействия с энергетикой объектов, наделённых особыми силами. Также они использовали перенаправление их собственной энергии, на камни. Кроме того, учитывался и опыт других экспериментаторов-мистиков, ранее соприкасавшихся с этим местом. Наиболее сильно опирались на опыт работы мистика Ингрема Доула, учувствовавшего в том самом первом удачном опыте девяностых годов. Доул описывал, свой мистический процесс как перенаправление частичек жизненной энергии в саму энергетическую структуру кварцевых монолитов. Веста О'Райли стояла в середине полукруга напротив маленького камня, возведя руки к небу, другие трое обступив девушку, направили вытянутые руки на неё. Формально, в этой позе не было необходимости, однако она помогала ей и остальным лучше сосредоточиться. Она взывала к своей сокрытой силе. Взывала к своей Амазонской крови. Пусть без Амазонского Камня она и не обладала прежними способностями, но она знала, что Камень — это ещё не всё. Сперва, казалось, что ничего не происходило. Снежно-белые колонны минерала, намертво вросшие в чёрную скалу, продолжали всё так же равнодушно хранить свой многотысячелетний сторожевой пост. Однако, спустя несколько минут все четверо стали ощущать слабую вибрацию в воздухе. Затем, Весте показалось, что монолиты будто бы стали излучать слабый свет. В ярком освещении Луны это было понятно не до конца, тем не мене, присмотревшись можно было разглядеть чёткую разницу. Но были не только камни: неожиданно для всех, на остров налетел сильный ветер. Хотя на звёздном небе по-прежнему не было ни единого облачка, у команды сложилось впечатление, что они попали в центр настоящего шторма. Ветер свистел и бушевал, прожекторы и треноги с датчиками стали дрожать и шататься, хотя и не попадали. Не обращая внимания на радикально поменявшиеся погодные условия, эзотерики продолжили распевание мантр и фокусировку жизненной энергии. Океанская вода вокруг острова начала бурлить, подобно кипятку в кастрюле, а потом от поверхности стал исходить густой пар. Менгиры засветились ещё сильнее, теперь уже струящуюся вокруг них энергию, вибрирующую подобно электрогенератору, можно было заметить даже издалека. Густые частички света, напоминающие радиоактивную пыль, исходили от каждого из кварцевых монолитов, а затем бесследно растворялись в воздушном пространстве. Прямо над маленьким камнем загорелось крошечное жёлтое пятно, похожее на огонёк от свечки. Пламя свободно парило в воздухе, подобно светлячку. Сперва огонёк неподвижно висел только в одном месте, однако затем принялся очень медленно выписывать круговые движения над условным алтарём. Датчики оборудования стали издавать пищащие ритмичные звуки, как больничные аппараты. Пламя стало становиться ярче. Светящийся шар начал расти. Вначале увеличился до размера футбольного мяча, затем – стал величиной с одноместную кровать, а после уже по величине не уступал легковому автомобилю. В следующем этапе трансформации, шар изогнулся, приняв более овальную форму, его контуры стали расплываться по краям, а в центре стала вырисовываться картинка какого-то чужеродного пейзажа. Ветер стих, а кипящая водная гладь успокоилась, однако кварцевый круг продолжал проецировать оптическую аномалию, становившуюся всё ярче и больше. Клаус, стоявший несколько минут после проведённого обряда, будто загипнотизированный, наконец-то вышел из своего транса и тут же бросился к мониторам компьютеров и принялся проверять каждое из устройств. -Что показывает оборудование? – Брендон встал за спиной блондина. -Датчики зафиксировали мощную вибрацию и выброс световых частиц. Как мы и предполагали источником являются монолиты. – он немного отмотал уже записанные данные - Они будто бы батарейка или аккумулятор. Накопили направленную нами силу и активизировались. -Как солнечная батарея… - предположил Брендон. -Скорее, уж, как лунная. – ответил немец – Также я зафиксировал воздушные потоки, исходящие прямо из этой аномалии. И их температура отличается от температуры на острове. Это не просто оптическая аномалия. Ну а мой счётчик Гейгера молчит. При «включении» камушки радиоактивными не стали. Как и вызванная нами аномалия. Так что лейкемия и онкология никому из здесь присутствующих не грозит. -Оля-ля! Ты такой молодец! – севшая на соседний стул Веста-чан потрепала за плечо своего подопечного – Когда соберёмся отметить, я приготовлю свой лимонный торт специально для тебя. -Спа-спасибо… - засмущавшись, парень залился краской и опустил взгляд на клавиатуру. Несколько минут все четверо всматривалась в «картинку», красовавшуюся в центре аномалии.  Они видели высокую зелёную траву, видели непонятного цвета небо, видели деревья, которые находились где-то вдалеке. Друид поднял с земли небольшой камушек и бросил его в центр отверстия. Камень пролетел сквозь поток света и упал на травянистую землю на той стороне, не вызвав никаких побочных явлений и не встретив никакого сопротивления. Как будто бы его просто выкинули в окно. Соединяющий миры «разрез» оказался примерно до трёх метров в высоту и до полутора метров в ширину. По краям открывшейся «расщелины» горели яркие огненные полосы, которые чётко обозначали границу этой странной штуки. Брендон попытался обойти эту необычную «дверь» и подойдя к порталу с боковой стороны с удивлением для себя увидел лишь очень тонкую полоску света, колыхавшуюся в воздухе, подобно длинной верёвке. Верёвке, которая ни к чему не крепилась. Затем, друид обошёл «разрез» сзади, чтобы не увидеть вообще ничего. -Вес, вы меня сейчас видите? – он махал руками над головой. -Нет, милый. -Подойди сюда. Зайдя за фронтальную часть разреза, и став рядом с супругом, Веста обнаружила, что отсюда аномалии видно не было. Они смотрели на Клауса и Аахана, на которых падало освещение, излучаемое источником, которого они с Брендоном увидеть не могли. Как будто сам воздух светился вокруг старика и юноши. Посмотрев друг на друга, супруги кивнули и взявшись за руки, шагнули в сторону, где сейчас должна была находится вызванная ими аномалия. При этом ничего не произошло, они просто подошли к столу с аппаратурой, как будто посреди камней ничего и не было. Спустя несколько секунд немец показал им запись, в которой они прошли сквозь проход, словно через какой-то нелепый компьютерный спецэффект из малобюджетного фантастического фильма. Очевидно, воспользоваться «входом» можно было только, с одной стороны. -Ну что ж, теперь мы примерно знаем, как устроена механика этого явления. – Аахан стоял перед порталом, рассматривая потусторонний мир – Какое удивительное открытие. Сколько новых знаний оно сможет принести миру мистики и эзотерики.  -Не знаю, кто как, а я уже на высоком старте. – Клаус вооружался камерами и фотоаппаратами, а также датчиками и разнообразными фиксирующими устройствами – Мы мало чего сумеем открыть, если сейчас просто будем стоять и смотреть. Супруги О’Райли тоже собирали исследовательский инвентарь. Некоторые из игрушек были достаточно дорогим удовольствием. Несколько новомодных камер, карманный тепловизор, парочку гауссметров, мультиполевой электромагнитный ЭДС и несколько аналогичных приборов. У Брендона было ещё кое-что. Шестизарядный «Ruger Blackhawk», подготовленный как дополнительная мера предосторожности. Как эзотерик и мистик он понимал, что в нематериальном мире призраков и иллюзий от такой штуки будет мало проку в случае потенциальной опасности. Но как бывший военный, он также понимал, что поход в любое потенциально опасное место без подобной штуки тоже не особо разумный ход. Проверив застёжку на кобуре, ирландец застегнул свою походную куртку, после чего положил ладонь на плечо любимой жены. -Ты этого хочешь любовь моя? Ты всё ещё хочешь посмотреть, что находится за чертой? – шепнул он ей на ухо. -Да, дорогой. Я хочу, чтобы мы посмотрели на это вместе. Он взял её за руку. Синхронно они приблизились в упор к проходу. Всего один шаг отделял их от чего-то, что могло изменить всю их судьбу. Они войдут в этот в мир одновременно. Они вдвоём сделают это великое открытие. Когда дело касалось открытий и исследований, то здесь они всегда и всё делали вдвоем со дня их свадьбы. С сердцем, колотящимся, как дикий гром, Веста шагнула через портал, в этот дивный, новый мир, обещавший невиданное...

***

Вопреки ожиданиям, переход из одного мира в другой не показался путешественникам чем-то необычным. Наоборот, всё оказалось настолько заурядным и невпечатляющим, что даже удивляло. Осмотревшись вокруг, она обнаружила, что стоит посреди лесной поляны. Природа здесь была дикой. Конечно, перемена в воздухе и климате миров была разительно ощутима: вместо запаха морского бриза здесь чувствовался густой аромат леса, температура воздуха превышала температуру места, из которого они прибыли, а шумы океанского прибоя сменились миролюбивыми звуками лесного ветра и шелестом веток. И тем не менее, никакого чувства перерождения в новом измерении, никакой резкой перемены в сознании и восприятии при переходе из одной реальности в другую, путешественница не ощутила. Она как будто вышла из тёмного и холодного здания прямиком на залитую солнечным светом летнюю улицу. В то же время, место удивляло. Атмосфера была не похожа ни на что, что она когда-либо знала. Небо здесь расцветало бледно-розовыми оттенками, облака оказались окрашены в вишнёво-красный цвет. Трудно было сказать, день сейчас или ночь, но в некоторых местах просматривались слабые звёздные огоньки из неизвестных на Земле созвездий. А ещё в небе этого мира висело целых три лунных спутника, которые наблюдали за ландшафтом, словно мудрые старые божества. Усеянная густой тёмно-зелёной травой поляна, на которой они оказались, достигала по меньшей мере, до одного километра в диаметре, находясь в кольце из густых лесных зарослей. Но самое неожиданное было не в этом. -Это не то, что мы ожидали. Совсем не то. – сделал заключение старик Аахан. Все четверо поняли, как сильно они ошибались в своих предположениях. Это был не астральный мир, в который планировали попасть экспериментаторы. Это была другая планета. Материальная и реальная. Хотя полной уверенности не было ни у кого, планета, эта, по предположениям новоприбывших, находилась даже не в одной вселенной с Землёй, а в параллельной реальности, в другой вселенной. Этот кварцевый круг не соединял материальную и астральную реальности, он соединял две разные материальные вселенные. Открытие, которое они только что совершили, оказалось гораздо более грандиозным, чем они могли себе представить. Ведь если они объявят о подобном на весь мир, а не просто в ограниченном кругу знатоков мистических наук, то это может вообще перевернуть само понятие о современной науке, как таковой. Другая планета. С атмосферой, пригодной для жизни. Брендон обошёл светящийся меж пространственный «порез», чтобы обнаружить за ним такой же точно полу круг из пяти огромных камней белого кварца. Прямо, как на Алахеле. Только здесь камни были немного ниже тех, что сторожили вершину острова. Или не ниже, а скорее, больше поглощены землёй, в которой находились. Очевидно, кварцевый круг в этом мире уже давным-давно никем не использовался. А был ли здесь кто-то, кто мог бы использовать такие артефакты? Был ли здесь вообще кто-то? -Значит, это дверь в обе стороны. – разговаривавший сам с собой друид, фотографировал камни – Интересно, а ещё где-нибудь такие же штуки есть? Сколько вообще таких проходов? - Проёмов. – поправила его Веста, хотя и сама не зная зачем. -Что? – опустив фотоаппарат, он взглянул на жену. -Это не проход, милый. Это проём. -Ну окей, пусть будет проём, если тебе так больше нравится. -Дело не в том, что мне нравится, просто вче… Их разговор прервал вопль какого-то неизвестного животного. Звук более всего походил на крик североамериканского белоголового орлана. Им с Брендоном иногда доводилось слышать этих величественных птиц во время общения с индейскими шаманами в резервациях коренных народов Северной Америки. Только этот крик был более низкий и хриплый, а также вызывал в душе чувство чего-то мерзкого и опасного, будто кричавшее существо прямо сейчас угрожало незваным гостям, забредшим на его территорию. -Помните – не разделяемся. – рука бывшего морпеха машинально скользнула по кобуре с револьвером - И далеко от группы никто не отходит. Не закончив разговор, Брендон и Веста продолжили осматривать свою находку. Клаус всё снимал на камеру, в то время, как Аахан просто смотрел. Деревья, очень отдалённо напоминающие баобабы, извивались и шелестели, своей живописностью их рисунок не уступал любому тропическому лесу на Земле, а цветы тихо пели под легким ветерком. Самым активным исследователем, принявшимся осматривать открытую ими землю, был, конечно же, Клаус. Блондин так увлёкся съёмкой, что и не заметил, как отдалился от группы, желая, как следует рассмотреть здешний ландшафт. Сейчас бывшего предводителя Квартета Амазонок стало преследовать настойчивое предчувствие, что за ними смотрит какая-то невиданная ей сущность. И если вчера ночью при разговоре с Клаусом она была уверена, что эта сила следит из того самого места, в которое их должны были привести менгиры, то теперь интуиция настаивала на том, что наблюдатель пребывал не в этом параллельном их родной вселенной, материальном измерении, а где-то в другом, ещё более загадочном и малодоступном для обычных, смертных существ, уровне реальностей. На «верхнем этаже», если угодно. -Звуча в гармонии вселенной и в хоре сфер гремя, как гром, златое солнце неизменно течёт предписанным путём. – на родном немецком обратился парень к трём висящим в розовом небе лунам, будто желая дать им понять, что он, пришелец из другого мира, искренне уважает их, безмолвных древних стражей и наблюдателей этого нового для него места – Непостижимость мирозданья даёт нам веру и оплот, и, словно первый день создания, величествен вселенной ход! Тут парень остановился, будто парализованный. Он увидел что-то, что потрясло его до глубины души. Его, кто был готов столкнуться со всеми причудами астрального мира и бестелесных разумных существ, будто бы по голове ударили. Он открыл рот и выпучил глаза, руки с камерой непроизвольно опустились вниз. -Mein Gott! Да что же это? Все остальные в неспешном ритме последовали за блондином. То, что увидели они, было ещё более неожиданно, чем всё, что они успели встретить в этом загадочном месте: их взору предстал разбитый танк. Проржавевший, обросший мхом и почти на половину ушедший под землю, этот агрегат очевидно пролежал здесь уже не один десяток лет, а может быть и гораздо дольше. Причём, танк этот явно не принадлежал ни к одному из известных видов боевых машин, когда-либо созданных человеком: Брендон, отслуживший в военно-морских войсках Обороны Ирландии, был абсолютно точно в этом уверен. По своей величине это чудо технической мысли превосходило любую известную Брендону боевую машину, когда-либо созданную в истории военной науки. Только сейчас каждому из них в голову начали приходить вопросы не самого приятного характера. Что если здесь есть вирусы, неизвестные человеческой науки? Или радиация? Какая-то другая, не такая, какую способен идентифицировать счётчик Гейгера. А может быть, они уже нахватались каких-нибудь мелких, незримых для глаза паразитов, которые уже вовсю размножаются прямо в их кровеносной системе? Никто из них вообще не рассчитывал, что они окажутся в другом материальном мире, расчёт был на астральное измерение, наполненное нематериальными сущностями. Они были учёными, но не биологами, вирусологами, химиками или уфологами. Поэтому предусмотреть подобного не могли. Что-то громко хлопнуло. Как хлопушка, которую взрывают на Новый Год или на День Святого Патрика. И этот хлопок оборвал жизнь Аахана Чатуверди. В эти несколько секунд никто вообще не понял, что произошло. Профессор просто замер, как околдованный. Замер и опустил обе руки вниз. В правом глазу старого индуса торчала длинная чёрная стрела, украшенная тёмно-оранжевым оперением. Стрела вошла так глубоко, что прошила голову старика насквозь, а окровавленный наконечник теперь выпирал из того места, где располагается затылочный пучок. Пройдя несколько метров вперёд, йог стал шататься из стороны в сторону, а затем рухнул в густую траву. Тут же, мимо головы Брендона пролетела ещё она стрела, левым ухом он услышал звонкий гул, похожий на жужжание огромного насекомого, а кожей ощутил касание разрезанного стрелой воздуха. -Веста! Клаус, ложитесь! – прокричал ирландец во всё горло – Ложитесь и прижмите головы к земле! Какие-то мгновения спустя в них полетел целый рой таких же чёрных, смертоносных стрел. Они втыкались в землю, свистя и издавая неприятные хлюпающие звуки во время попадания в землю. Одна из стрел задела левое плечо Клауса. Парень издал приглушённый болезненный стон. К счастью, наконечник не воткнулся, а просто поцарапал плоть молодого человека. Через пару секунд обстрел прекратился. -Быстрее! Назад к камням! – поднимая с земли жену и прикрывая её собственным телом, Брендон с молниеносной скоростью извлёк из кобуры револьвер. Тут же воздух заполнил дикий гул, сотканный из вопля сотни диких голосов. Из части леса, расположенной слева от полукруга им, навстречу выбежала цела толпа каких-то безумных дикарей. Вооружённые копьями, топорами и ножами, издавая воинственный душераздирающий клич, местные аборигены мчались в сторону троицы чужаков с самыми недружелюбными намерениями. Первый выстрел бывший морпех сделал в воздух. Он рассчитывал, что это отпугнёт или хотя бы притормозит этих кошмарных лесных жителей, но те, как ни в чём не бывало продолжили бежать на них. Последовало ещё два выстрела, на этот раз прямо в центр толпы. Бежавший впереди всей толпы длиннорукий верзила, чью голову украшал роуч из пёстрых перьев неведомых птиц, бездыханно свалился лицом в траву. Подняв раненного немца, друид толчками развернул его и свою супругу обратно к проходу, но там их ждал неприятный сюрприз. Твари с луками и копьями обступили кварцевый полукруг, подобно стражникам. Никто из них похоже не собирался прыгать в открытый меж пространственный проход, однако и подпускать чужаков к магической аномалии они не собирались. Их было по крайней мере, три десятка. Очевидно пока часть племени отвлекала их посредством стрельбы, остальные отрезали им путь назад. Брендон трижды выстрелил из револьвера и трое из монстров упали замертво. Однако, это совершенно не отпугнуло остальных. Напротив, троглодиты пришли в ещё большую ярость и отправили в сторону троицы несколько стрел и копий. Ирландец сделал попытку выстрелить ещё, только чтобы услышать звонкий спускового крючка, бьющегося об опустевший барабан. Брендон мысленно выругался на самого себя за то, что не решился взять с собой светошумовую гранату, как подумывал изначально. Существа бежали отовсюду. Они напоминали пещерных дикарей с картинок исторических книг. Почти голые, с бандажными повязками на бёдрах и примитивными браслетами на руках, они могли вызвать ассоциации с дикарями из племени сентинельцев. Однако, в них было что-то ненормальное даже по меркам жителей из другого мира. Эти туземцы как будто были чем-то больны. Все они были очень худыми, кости выпирали из серой, как древесный пепел, морщинистой кожи. Лица и черепные кости страдали от аномальной деформации. Некоторые из них имели по одному глазу или не имели носов. Кожные покровы тварей были покрыты какими-то мерзкими нарывами и язвами, сочащимися желтоватым мутным гноем. Как будто бы здесь прошла эпидемия жуткого вируса или все они пострадали от колоссальной дозы радиации. Длинные чёрные волосы, покрывали деформированные головы, у некоторых из них были собраны по подобию конских хвостов. Но что страшило сильнее всего – это глаза гуманоидов. Это не были глаза существ, которые могли быть отдалённо родственным человеческой расе. Они горели ярко-оранжевым свечением, будто тлеющие угольки в печи. И они не просто отбрасывали свечение, они излучали его. Как будто бы в мозг каждой из тварей была вкручена небольшая оранжевая лампочка, чей свет выходил из двух отверстий в черепе. -Лес! – Брендон указал пальцем в сторону леса – Бегите в лес! Постарайтесь спрятаться. -А ты… -Я сразу за тобой, давай, быстро! – он направил перезаряженное оружие и произвёл в сторону нападавших несколько выстрелов. Ещё двое туземцев неподвижно легли на траву поляны. Не понимая, что делает, управляемая не столько головным, сколько спинным мозгом, она бросилась бежать. Сначала Клаус следовал прямо за ней, но примерно через несколько минут она потеряла его из виду.

***

Она бежала. Вот только куда – понять не могла. Бескрайний лес, в котором она сейчас оказалась, был похож на безумной силы, зелёный водоворот, затянувший в свои недра крошечное тело одной потерянной чужеземки. Неизвестные ей виды растений метеорами проносились через её периферический взгляд, почва под ногами была плотной и неровной, а густая сочная листва высоких деревьев практически полностью скрывала от взгляда со стороны трёх космических спутников этого сурового старого мира. Вот только от его бешеных обитателей так хорошо листва местной растительности скрыть не могла. За спиной она слышала вопли и крики своих преследователей. Они как будто находились повсюду. Десятки, а возможно и сотни. Вся густая чаща сейчас была заполнена этими уродливыми тварями с серой кожей и горящими жёлтыми глазами. Чем-то лес напоминал ей лес родной Амазонии, в котором она выросла, вот только в том лесу не было разъярённых обезумевших дикарей, упорно желавших выпустить ей кишки. Она споткнулась о выпиравший из земли засохший корень, однако, устояла на ногах. И вновь помогла цирковая сноровка в сочетании с любовью к активным видам спорта. Тем не менее, ногу Веста потянула и это замедлило скорость бега. В полуметре от неё в землю воткнулась толстая чёрная стрела, украшенная ярким оперением. Такая же точно стрела оборвала жизнь Аахана Чатуверди около десяти, а может и двадцати минут назад. Через несколько мгновений её взору открылась крошечная полянка, посреди которой располагался небольшой земляной холмик, заваленный стволами упавших деревьев. Сбавив темп, Веста осторожно подошла к холмику. Она заглянула под одно из деревьев. Возможно ли там надёжно спрятаться? Навряд ли. Откуда-то издалека раздались выстрелы. Очевидно, стрелял её муж. И тут она увидела бегущего к ней Клауса Херцога. В руке он держал сигнальную ракетницу, его широко раскрытые глаза смотрели куда-то в сторону. -Госпожа! Госпожа, осторожно! – одной рукой парень махал над головой, а второй указывал на что-то справа от холмика. Из-за одного из приваливших бугорок стволов выскочил дикарь. В руках он держал кривую истёсанную дубину. Почти лысый, с непропорционально огромного размера головой, лбом, выпирающим как огромная шишка, и крошечными глазками, близко посажеными друг от друга. Вся голова покрыта разбухшими чёрными венами. Гидроцефал. За ним нарисовался ещё один уродец, косматый, с более пропорциональными чертами. У этого в руке был каменный томагавк, обвешанный верёвками и пёстрыми разноцветными перьями. Клаус с наскока налетел на одного из преследователей и попытался ударить того по массивной голове зажатой в руке ракетницей, однако удар прошёл по касательной и в итоге пришёлся по плечу. От неожиданности дикарь выпустил из рук свою неуклюжую дубинку. Оскалив коричневые щербатые зубы, деформированный урод оттолкнул немца в сторону. Сзади Клауса за шиворот схватил другой дикарь, покрепче и повыше головастика. Одной рукой он приподнял парня над землёй, а затем отбросил за один из упавших стволов, и кинулся на того с топором наперевес. Ушибленный ракетницей туземец, внимания на немца переводить не стал, предпочтя сосредоточиться на женщине и теперь уже голыми руками предпринимал попытку схватить Весту за горло. Но этот пещерный идиот явно недооценил свою потенциальную жертву, за что моментально поплатился. Девушка что есть силы надавила согнутыми большими пальцами на горящие глаза твари. Тут же она почувствовала, как оба пальца покрыло что-то тёплое и липкое. Уродец с серой кожей отпрянул назад, скуля, будто подстреленный шакал. Видя, как орущий от боли недоумок схватился руками за раздавленные глаза, Веста носком своего походного ботинка трижды заехала гидроцефалу в его причинное место, а когда тот потерял равновесие, и опустился на колени, обрушила на плешивую бесформенную голову его же собственную дубину, отчего та буквально взорвалась, как переспелый арбуз. Всё-таки не зря её муж какое-то время заставлял её посещать уроки Крав-Маги три раза в неделю. Тем временем второй пещерный хищник, выбравший целью юного Клауса, времени даром не терял. С дикими воплями, напоминавшим визг бешенной обезьяны, мутант махал топором перед лицом Херцога. Благодаря своей молодости и природной проворности, Клаусу какое-то время удавалось избегать смертоносных попаданий каменной секирой. Однако, в конечном итоге, монстр всё-таки сумел задеть парня, попав ему по левой ноге. Пронзаемый доселе неведомой ему болью, уроженец Германии свалился на спину, распростёршись прямо напротив разъярённого охотника, который уже замахнулся над белобрысой головой своим грозным оружием, намереваясь нанести последний добивающий удар раненной жертве. Впрочем, несмотря на растерянность и дикую горящую боль в ноге, немец всё же сумел дотянуться до только что уроненной им ракетницы. Клаус выстрелил в лицо мутанта. Световая ракета попала прямо между глаз, где тут же намертво застряла. Дикарь в контузиях рухнул на землю и стал судорожно махать руками и ногами. Всего за несколько секунд розовое пламя полностью съело кожу и мягкие ткани на лице первобытного гуманоида. Сперва оголив искривлённые белоснежные кости, а затем окрасив их же в чёрный, угольный цвет, заряд с шипением погас. Парень попытался встать, но оказался свален на лесную траву приступом новой дикой боли. Каждое, даже самое незначительное движение превращало его жизнь в предсмертную агонию. Он наконец-то осмелился посмотреть на то, что осталось от его левой ноги, после того, как та встретилась с каменным томагавком аборигена. Рана оказалась очень серьёзной: чуть ниже коленки головка большеберцовой кости была практически перерублена и теперь белыми колышками выглядывала из кровавого скользкого месива, которое когда-то можно было назвать лодыжкой Клауса Херцога. Обрубок ноги держался исключительно на тонкой связке мышц и небольшом кусочке кожи. Кровь из парня вытекала с изумительной скоростью. Всего за несколько секунд под культей образовалась небольшая ярко-красная лужица алого содержимого арийских артерий и вен. Веста подбежала к своему подопечному и приподняла ему голову. Тот закричал во всю глотку. Она беглым взглядом осмотрела рану. Кое-что в базовой медицине она смыслила: во время подготовки к миссионерским миссиям, в которых они с Брендоном иногда участвовали, Веста несколько раз проходила курсы оказания первой помощи. Она понимала, насколько плоха рана молодого человека и что без оказания помощи профессиональных медиков, протянет он недолго. Оторвав лоскут ткани от своей походной бурой куртки, девушка сделала из него некое подобие жгута, которым обмотала сочащийся кровью обрубок. -Ты только не двигайся. Всё будет хорошо. – она попыталась плотнее закрепить жгут своими окровавленными руками – Я тебя не оставлю. Откуда-то совсем рядом отчётливо слышался резвый топот целой толпы. Вместе с ними раздавались и противные повизгивания тварей. С каждым мгновением, звуки становились всё громче и громче. Через несколько минут, а может быть и секунд, они окажутся на полянке. -Гос-госпожа... уходи-те… - слабеющий блондин с мучением выдавливал из себя слова – Бе-ги-те… Пожж-жалу-уйста. -Нет. -Уходи-и-ите. Не надо… -Нет. Я тебя одного не оставлю. И точка. -Не прощу… - он взял её за воротник её красного свитера и притянул к себе – Уходи, или не прощу. -Что? - Если сейчас о-о-о-станешь-с-ся со мной то, не прощу. – по выражению его лица и взгляду она понимала, что он прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что говорит - Я тебя не прощу. Даже после смерти не прощу, если ты не убежишь. -Клаус, я не могу. - Умоляю! Беги! Спасайся. Или не прощу! – собрав немногие оставшиеся силы, он оттолкнул её от себя – Спасись! Ну же! -Я приведу помощь. – она и сама и не поняла, кому она так нелепо лжёт, ему или себе. Но это лучшее, что она сейчас могла сделать для него. Хотя бы не дать ему увидеть собственные страдания. Встав с колен и посмотрев ещё несколько секунд на раненного молодого человека, Веста побежала к противоположной стороне полянки, оканчивавшейся зарослями густых кустистых растений. Остановившись, Веста пригнулась и спряталась в листве одного из кустов. Она наблюдала за тем, как несколько серых тварей выходят из лесной чащи. Они заметили пострадавшего. Они видели серьёзность его ранения, а потому предпочитали не спешить. Вначале Веста насчитала восьмерых, но потом оказалось, что их намного больше. Они всё выходили и выходили. Вооружённые копьями, луками, топорами и дубинками. Изувеченные язвами и страшными кожными заболеваниями, с кривыми конечностями, черепами неправильной формы и неестественно светящимися тёмно-оранжевым цветом, глазами. Штук сорок, не меньше. Примерно с десяток троглодитов обступили парня, пока остальные стали осматривать поляну и заглядывать под упавшие стволы деревьев рядом с холмиком. Один из смотревших на раненого что-то промычал своим соплеменникам и тогда те принялись добивать пойманную жертву. Но они не использовали оружия, они стали затаптывать его босыми ногами. Голые стопы с огрубевшей кожей обрушивались на тщедушное тело экстрасенса, сокрушая каждый клочок живой ткани. Она слышала, как трещат кости её ученика. Слышала, как рвутся связки и лопаются хрящи в его теле. Его кожа слезала с мягких тканей. Один коротышка с сильно выпирающим животом и широкими ногами, напоминающими слоновьи, запрыгнул парню на грудную клетку. Звук треснувших рёбер и воздуха, выходящего через лёгкие, пропоротые осколками костей, на мгновение заполнил пространство сумрачного леса. А через секунду Клаус Херцог был мёртв. Его тело превратилось в окровавленную студенистую массу, походившую на вату, которую облили красной акварельной краской. Зажавши рот руками, она неимоверными усилиями подавила в себе желание закричать. Глаза заполнили слезы. Это ведь она одобрила его кандидатуру, когда проводился набор группы экспедиторов. Это ведь она заявила, что лучшего помощника, чем её выдающийся ученик для подобной миссии не найти. Это ведь она отмела все сомнения членов комиссии, набиравших команду, когда те заявили, что Клаус Херцог ещё слишком молод и неопытен. И вот теперь он погиб такой страшной смертью. Погиб, спасая её. Стараясь не шуметь, Веста на полусогнутых ногах продолжила свой поход в неизвестном ей направлении, как можно дальше от этого места жуткой бойни. А тем временем всё больше и больше тварей продолжало заполнять крошечную поляну, а некоторые из них уже направились в сторону, где только что располагалось временное убежище беглянки. Даже будь у неё сейчас с собой Амазонский Камень, она навряд ли бы сумела противостоять столь огромной толпе обезумевших дикарей. Выбить пять или шесть ещё бы смогла, но вот целую сотню? Да и есть ли в душах таких тварей частички, именуемые Зеркалами Мечты? Есть ли вообще у них души? Маловероятно. Если бы удалось призвать на помощь несколько дешманских духов-помощников, против такого количества вооружённых и яростных тварей, парочка безмозглых призраков-лемуров не смогла бы слишком долго выстоять. С другой стороны, она могла использовать Камень, чтобы с его помощью улететь отсюда как можно дальше. Но вот только Амазонский Камень смог бы забрать только её одну, а как же Брендон и Клаус? Воистину, когда вырастаешь, то начинаешь подмечать ряд проблем, которые в детские годы показались бы чепухой, придуманной унылыми и ничего не смыслящими в истинной жизни, глупыми взрослыми. Да и вообще, будь она сейчас прежней собой, её навряд ли заботила бы судьба кучки каких-то взрослых кретинов, за которыми гоняется целая армия бешеных папуасов посреди непроходимого инопланетного леса. Наоборот, они с сёстрами смотрели бы на происходящее из безопасного места как на какую-нибудь отвязную комедию с Лесли Нильсеном и обхохатываясь, делали бы ставки, на то, кого из великовозрастных кретинов изрубят следующим. У Весты снова возникло ощущение, что кто-то действительно наблюдает за ней и остальными. Наблюдает, как они спасаются от полчища взбесившихся троглодитов и при этом от души забавляется. В детстве Паллада, самая инфантильная из четвёрки, обожала одно специфическое развлечение, которым она очень любила хвастаться перед сёстрами: пинцетом отлавливала мух, пчёл и стрекоз, залетавших на территорию Цирка, а затем бросала их в сети паутины, которую находила в самых дальних уголках их убежища. Смотря, как плотоядные членистоногие вырывали тянущиеся куски рыхлой плоти у обречённых крылатых жертв своими хелицерами, восхищённая синеволосая ведьма хлопала в ладоши и смеялась громким заливистым хохотом. Вот и сейчас бывший лидер Амазонского Квартета ощущала себя мухой или пчелой, которую в сети к паукам забросил всемогущий садист, наслаждающийся страданиями низших с его точки зрения, форм жизни. Двух жертв пауки уже съели, осталось ещё две. Отойдя на достаточное расстояние и как следует отдышавшись, она снова перешла на бег. Здесь ландшафт начинал уходить вверх, как у подножий пологих гор, под ногами попадалось всё больше и больше кривых корней деревьев, выпирающих из рыхлой бурой земли. Бежать стало намного сложнее, но другого выбора не было. Что-то хлестнуло её по лицу – скорее всего ветка. И тут же она почувствовала режущую боль на лбу. Не обращая внимания на временный дискомфорт, магистр теологии постаралась ускорить начавший замедляться бег. Она чувствовала, как по лицу стекает какая-то горячая жидкость, чувствовала тянущую боль в ноге, но сейчас обращать внимание на такие мелочи не было времени. Примерно ещё через тридцать метров подъёма, ландшафт резко становился плоским. Очевидно, она забралась на что-то наподобие холма. Здесь росли хвойные деревья, больше напоминающие сосны, однако кора их была серо-чёрного оттенка, как будто бы они обгорели в пожаре, в то время, как иголки, напротив, пестрили ярко-жёлтым цветом. Немного осмотревшись, Веста метрах в двадцати от себя увидела отвесный обрыв с правой стороны от подъёма, по которому только что забежала на холм. Как же высоко она забралась! С обрыва открывался вид на ту самую поляну с камнями и остатками танка. Никого из тварей посреди поляны видно не было, как и не было тел застреленных туземцев. Не было видно и тела Аахана, хотя на месте, где оно лежало, чернела лужица уже успевшей запечься, крови. Очевидно, дикари унесли труп индуса с собой. Портал между камнями всё ещё был открыт. Всё также сиял ярким жёлтым светом, а посередине аномалии просматривалось ночное небо острова Алахеле. Она не услышала, как сзади к ней подкрались. Рука крепко зажала ей рот. Сперва она попыталась вырваться, но затем ей стало ясно, чья эта рука. Повернувшись к подкравшемуся и взглянув ему в глаза, она едва не закричала. -Боже мой, Брендон! Ты живой! – Амазонка бросилась на шею мужу, крепко его обхватив – Клаус… Они догнали Клауса. Я… Я думаю, он мёртв… -Тише-тише-тише. – он крепко обнял жену – Успокойся. Вдохни поглубже. -Клаус… Эти твари… Они… Они схватили Клауса… - она чувствовала, как голос начинает превращаться в плач. -У тебя кровь идёт! Дай посмотрю! – достав из кармана носовой платок, он приложил его к ране на голове жены и стал протирать медленными аккуратными движениями – Порез вроде бы неглубокий. -Со мной всё нормально, не переживай. -Хорошо. Теперь давай подумаем, как бы нам добраться обратно к камням. -Послушай, я… - она запнулась – Я должна была сказать… сказать тебе… Ещё вчера. -Что? Что ты хотела сказать? -Я не хотела тебе говорить… Вчера… Вчера, возле тех камней я видела её. Я видела Элизабет. -Что? -Нашу девочку. Я видела её вчера, когда подходила к менгирам. Тогда, перед сном. Это было как видение. -Я… я не понимаю… -После этого я подумала, что взаимодействие с камнями поможет мне понять… Понять, что произошло с ребёнком... -О господи, Веста… Во второй раз в жизни она увидела в его глазах настоящий испуг. Первый был во время выкидыша. Напугать Брендона О’Райли не могло практически ничего. Во всяком случае, ей нечасто доводилось видеть, чтобы тот паниковал или впадал в ступор. На любую трудность или опасность он реагировал либо с холодной рассудительностью, либо с привычной для его выдающихся предков, боевой яростью. В то время, как страх, являлся для него чем-то инородным. Но сейчас, он боялся и боялся он не этих горлопанящих туземцев-болванов. Боялся он за разум жены. За разум, который, по его мнению, был готов дать трещину. Дать трещину и открыть бездну безумия. Крепко обнимая Весту, Брендон погладил её по затылку. -Прошу, успокойся. – он старался говорить спокойно и мягко – Мы поговорим об этом позже, хорошо? -Дорогой, нам нужно.. -Берегись!!! Он успел оттолкнуть жену в сторону, и та свалилась на ковёр из засохших хвойных иголок. Нож подкравшегося к ним аборигена не достал до них считанные миллиметры. Брендон ручкой револьвера ударил по носу нападавшего, отчего голова последнего немного запрокинулась назад, а из ноздрей хлынуло два тёмных потока вещества, служившего монстру кровью. Однако, равновесия тварь не потеряла и даже не выпустила оружие. Размахивая ножом, мутант наступал на Брендона. Мужчина уклонялся от неуклюжих выпадов существа с серой кожей. Когда тварь сделала очередной тычок в сторону ирландца, тот, сработав на опережение, нанёс ногой мощный пуш-кик прямо в солнечное сплетение оппонента, чем тут же заставил последнего обмякнуть. Перехватив руку и захватив конечность дикаря в замок, друид выломал ему локтевой сустав. Со звонким хрустом локоть твари выгнулся в противоположную от угла сгиба, сторону. Выпущенный из обессилевшей ладони нож, упал рядом с сидевшей на корточках Вестой. Ещё через секунду, Брендон свернул монстру его щуплую шею. Мёртвое тело поверженного существа распласталось в засохшей хвое словно дешёвая тряпичная кукла. -Брендон, пригнись!!! – дикий вопль вырвался из груди девушки. Лезвие топора прогудело в каких-то десяти сантиметрах над головой друида, ровно за секунду до того, как тот успел пригнуться и отработанным кувырком откатиться в сторону. Стоявший за его спиной мутант вновь замахнулся, намереваясь расколоть череп мужчины. Повинуясь исключительно инстинктам, Амазонка схватила лежащий на земле нож. Она метнула оружие, угодив второму дикарю прямо в яремную ямку. Троглодит закашлялся и выронил топор. Своими распухшими пальцами мутант схватился за ручку ножа, пытаясь извлечь тот из тела, вот только нож вонзился очень глубоко и при очередной попытке вытянуть его, обладатель пострадавшего горла только расширял полученную рану ещё сильнее. Тёмная кровь, хлынувшая из разреза, фонтанирующим потоком заливала покрытую гнойными волдырями грудь, сделав раненную тварь похожей на какого-то кошмарного арлекина. Тут же Брендон со всей силы нанёс прямой удар ногой прямо в кончик ручки ножа, забив лезвие в шею монстра до предела. Удар сопроводил сухой хлопок, очевидно, лезвие раздробило шейные позвонки. Издав противный звук, напоминающий хрюканье свиньи и выкашляв широкую струю крови, папуас свалился в траву замертво. Чёрно-розовая жидкость из ран твари грубыми кляксами окрашивала сухой покров леса. Веста молнией подскочила к мужу и обхватила его за голову. Ладонями она принялась хаотично ощупывать макушку и виски возлюбленного, её пальцы перебирали длинные рыжие волосы учёного. Она будто бы пыталась убедиться, что голова её мужа всё ещё на месте и не слетела от удара топора. Удостоверившись, что с её супругом всё в порядке, она губами припала к его лбу. -Любимый! Ты не пострадал! – сейчас она была близка к истерике. Они услышали грохочущий топот многочисленных ног. Судя по звукам, сюда надвигалась целая армия мутантов. Брендон перепроверил барабан револьвера, а затем пошарил руками в карманах. Весь боезапас он расстрелял. -Пиздец… Полный пиздец! – прижав к груди топор, отнятый у мёртвого троглодита, он повернулся к жене – Послушай меня. Я сейчас отвлеку их. Я побегу в противоблошную сторону возвышенности, а ты постарайся проскочить к камням. Если проём всё ещё открыт, прыгай туда. Если нет… беги как можно дальше отсюда. -Но… как же ты? – она потерянным взглядом всматривалась в лицо Брендона. Она понимала, насколько решительно он настроен. -Обо мне не переживай. В одиночку им меня схватить будет непросто. Я всё-таки потомок Кернов и воинов ИРА. Партизанить – у меня в крови. -Дорогой мой… -Просто беги! Выживи! – Брендон сжал её плечи, не больно, но достаточно крепко, а затем вложил в её ладони опустевший револьвер, даже без патронов эта тяжёлая игрушка могла служить неплохим средством самозащиты - Прошу тебя, любимая! Выживи! Поцеловав Весту, друид с топором наперевес побежал в сторону горного подъёма, по которому забирались первобытные воины. Отойдя на значительно расстояние от того места, где сейчас находилась его супруга, Брендон закричал. -Эй, хуесосы! Я здесь! Вот он я! Поймайте ирландца, сраные бритиши! – с криками, Брендон бросился в противоположном от места нахождения обрыва, направления, рассчитывая увести тварей как можно дальше от жены. Твари тут же заметили цель преследования и завопив, всей толпой бросились за рыжеволосым, пуская в его направлении стрелы и швыряя копья. Вытерев глаза от слёз, а лоб - от крови, Веста устремилась в сторону спуска, по которому забралась. Нагибаясь и горбясь, она очень осторожно спускалась по уже исследованному маршруту. Несколько раз мимо неё пробегали пыхтящие и тяжело дышащие папуасы и всё это время Весте удавалось не попадаться им на глаза. Они были слишком заняты объектом своего преследования, чтобы озираться по сторонам, поэтому осматривать каждое дерево и кустик, попадавшийся на пути у них возможности не было. На полянке с холмиком Клауса Херцога уже не было. Только несколько луж крови, да валявшаяся брошенная ракетница. Стараясь не смотреть в сторону побоища, она помчалась прочь. По оставшемуся пути ей не встретилось ни одного мутировавшего недоумка. Похоже, что все они сейчас приложили усилия к поимке её второй половины. Вскоре в поле зрения оказалась злополучная поляна. Ни времени, ни уж тем более сил смотреть по сторонам просто не хватало. Да! Прыгнуть обратно в проём и позвать на помощь. На столе рядом с компьютерами лежит рация. И ещё одна на яхте, если вдруг первая не работает. Её муж – бывший десантник, всему её обучил. Она знает, как работает рация, на какую частоту выйти, знает, как послать сигнал помощи. Она вернётся на остров, она вызовет помощь. Скажет, что срочно требуется участие команды спасателей и береговой охраны. Но что она скажет потом? Сколько времени пройдёт до того, как корабли береговой охраны сумеют добраться до Алахеле? Да и как объяснить пришедшим на помощь, что её муж и двое других спутников сейчас пропали в параллельной вселенной? А если к тому моменту портал всё-таки закроется? На все эти вопросы у неё не было времени искать ответы. Сейчас важнее всего было добраться до менгиров и проскочить в разрыв между двумя реальностями. Она находилась уже примерно в пятидесяти метрах от кварцевого полукруга. Вот мимо промелькнули обломки от танка. Тридцать метров… пятнадцать… пять. Как вдруг, примерно в полутора метрах над меж-пространственной трещиной загорелось два ярко-белых огня. Две сферы, состоящие из чистого света, неподвижно зависли над монолитами. Два пульсирующих круга, похожие на шаровые молнии. Ещё через секунду под сферами материализовалась такая же светящаяся белая линия. Сначала ровная, а затем – изогнутая вниз, словно полумесяц, повёрнутый рожками вверх. Полумесяц или… улыбка? Шары были глазами, а полумесяц – ртом. А теперь вокруг рта и глаз стали вырисовываться слабые и неровные очертания похожего на череп, овала. За несколько мгновений, линии света, из которого было соткано чудовищное оптическое видение, становились более плотными и яркими, а их цвет из чистого белого перетекал в кроваво - алый. В центре овала стали появляться более детальные очертания, напоминавшие скулы, глазницы, челюсти и клыки. Как будто какой-то незримый художник вырисовывал в воздухе свою гротескную картину гигантской и такой же невидимой кистью, только вместо красок были использованы чистые световые потоки, не имевшие источника. Воздух вокруг этой жуткой штуковины расплывался и смазывался, как при сильно знойной погоде. Исполинская, нематериальная голова, полностью состоящая из лучей неестественного света, смотрела на неё и улыбалась. И это была не весёлая улыбка. Это была улыбка безумия, улыбка бесконечной жажды крови и страдания, улыбка, питаемая тем тёмным отчаянием, что способно разрушить даже самую светлую душу. Смотря на крошечную в сравнении с ним, рыжеволосую женщину с кровоточащим порезом на лбу, это дьявольское лицо выгнуло линию улыбки ещё глубже. Но теперь оно не просто улыбалось, оно скалилось. Обнажило зубы, готовясь укусить, подобно голодному хищнику - волку, или даже скорее, акуле. В цирке она видела достаточно диких животных и знала, что означает этот оскал. «Только попробуй ещё на шаг приблизиться к камням, и я тебе голову откушу. Откушу и в фарш пережую.» - говорило это выражение. Через миг Весту ослепила яркая вспышка света. Как будто блик от фотокамеры. Никаких звуков, никаких вибраций или потоков ветра, только свет. Когда вспышка погасла, девушка с ужасом обнаружила, что проход на Землю исчез. Лишь несколько крошечных искр ещё пару каких-то мгновений парили среди столбов из белого кварца, чтобы в конечном итоге бесследно раствориться в атмосфере этого чужеродного мира. А затем погасли и сами камни, перестав излучать беловатое свечение. В секунду она поняла, что произошло - обладатель хищного оскала только что захлопнул единственную дверь, способную вернуть её домой, прямо у неё перед носом. Отпускать просто так её никто не собирался, а как же иначе? Им разрешили войти не для того, чтобы потом разрешить выйти. За её спиной снова кто-то завопил. Повинуясь исключительно инстинкту самосохранения, бывший лидер Амазонского Квартета продолжила свой бег по прямой, на сей раз в сторону противоположного конца поляны, который тоже упирался в высокую стену огромных деревьев. Преодолев ещё порядка сотни метров, она плотно прижалась спиной к одному из древесных стволов. Сердце колотилось словно перегруженная щебнем, бетономешалка. Сосуды на висках пульсировали с такой силой, что казалось они вот – вот полопаются. Лёгкие горели, как будто кто-то влил в них бензина, а потом поднёс ко рту зажжённую спичу. На лбу чувствовалась саднящая боль, время от времени усиливающаяся колющими вспышками, вызванными затекавшим в рану потом. В следующий момент её сознание отключилось. Глаза затянул тёмно-коричневый туман, а все звуки вокруг затихли. Видение было чётким. Сейчас она была не Здесь и Сейчас, она была Где-То и Когда-То. Она видела тринадцатилетнюю себя, держащую в руках Амазонский Камень. Сидящую на своём белом топчане для отдыха в личной комнате Амазонского Квартета, что располагалась в недрах космического корабля, именуемого Цирком Мёртвой Луны. Вокруг неё сгруппировались сёстры. Все они смотрели в красный шарик дрессировщицы ВесВес, который показывал что-то интересное. Именно она, неформальный лидер Квартета, была первой, кто сумел открыть невиданные им доселе свойства Амазонского Камня. Пораскинув мозгами и поразмыслив как следует, ВесВес проникла в механику магического кристалла и провела с ним ряд особых модификаций, снабдив его новыми опциями. Теперь шарик, помимо всех своих многочисленных полезных функций, также был способен показывать владельцу те события, которые происходили вдалеке от него самого. Достаточно было просто отдать кристаллу мысленный приказ того, что тебе хочется увидеть, и ты тут же получал подробное изображение со звуком, как будто бы наблюдал через камеру. И до этого додумалась она. Ну, конечно, именно она, а кто же ещё? ДжунДжун думала только о спорте, ЦереЦере думала только о своей внешности, ну а ПаллаПалла… способность много думать не входила в перечень её врождённых качеств. Шарик демонстрировал нечто крайне необычное: четверка взрослых обитателей планеты Земля проводили очень странные магические эксперименты с какими-то старыми белыми камнями, наделёнными сверхъестественной силой. Эксперимент привёл к тому, что вся компания оказалась затянута на неведанную для них планету, где те подверглись нападению одичавших мутантов-каннибалов. И теперь один за другим становились жертвами кровожадных образин. ВесВес: Оля-ля! Прямиком за старым дедом выбывает юный доицу-джин! Растоптали как таракана! ЦереЦере: Скорее, уж, как улитку. И хрустел, и чавкал. Треск-чмок-хрясь-топ-чавк! ВесВес: Ну что ж, осталась только сладкая парочка! Сестрицы, делайте ставки на следующего покойничка! ПаллаПалла: ПаллаПалла спорит на банку шоколадного масла, что следующим подохнет шотландец! Гоблины сделают мясо по-татарски из шотландца! ДжунДжун: Он ирландец, идиотка. ЦереЦере: Между прочим, симпатичный. И такой сильный. Думаю, до конца дотянет именно он. ДжунДжун: Ага! Я тоже так думаю. А ты что скажешь, ВесВес? Как тебе этот боевой бычок? Крутой же парень. ВесВес: Скажу, что у тебя и у ЦереЦере совершенно неадекватный вкус относительно мужчин. Но вы правы, я тоже думаю, что рыжую дылду разорвут на части раньше, чем его. ПаллаПалла: Кстати, ВесВес, рыжая чем-то похожа на тебя, ты так не считаешь? ВесВес: Охренела? Вообще ничего общего. Она же дылда. Взрослая дылда. А причёску её ты видела? К тому же, я бы никогда не попала в такую идиотскую ситуацию. -Я бы никогда не попала… в такую… Я бы никогда не попала… - она и сама не заметила, как разговаривает сама с собой. Открыв глаза, тринадцатилетняя ВесВес снова стала двадцатипятилетней Вестой О’Райли, а безопасный Цирк Мёртвой Луны превратился в неизвестную инопланетную местность лесного характера. В ужасе осознав, что происходит, Веста закрыла рот растопыренной ладонью. На какой-то момент её дыхание полностью остановилось. Кончики ногтей врезались в кожу щёк и отдались в мозгу колющим эхом боли. Она не знала, сколько длился приступ, но судя по замедлившемуся пульсу и восстановившемуся дыханию, то по меньшей мере минут десять. «-Поздравляю! Похоже, что к твоей хронической депрессии только что добавилась деперсонализация…» - заключил внутренний голос магистра теологии. Рукавом куртки она протёрла ноющий порез, судя по количеству крови на ткани, кровотечение приостановилось. Горячие струйки пота, попадавшие в рану на лбу, вызывали приступы болезненного жжения, но уже не такого резкого, как ранее. Она быстро вдохнула и медленно выдохнула. Уставившись в одну точку, Веста попыталась немного успокоится и собраться с мыслями. Сейчас ей нужно было рассуждать холодной головой. Нельзя было снова позволить истерзанному подсознанию унести её разум в миры фантазий, неаккуратно смешивавшихся с воспоминаниями. Где-то недалеко слышалось верещание ополоумевших существ с серой кожей, они всё ещё продолжали искать чужаков. Сколько же времени они здесь? Вспомнив о часах на левой руке, она через секунду обнаружила, что те были разбиты вдребезги и уже не могли дать точного определения временного интервала. Теперь, когда проход назад оказался закрыт, было решено идти в противоположную от возвышенности сторону. Возможно, там удастся скрыться от мутантов. Найденный посреди поляны уничтоженный танк, вселял надежду, что в этом мире могли находиться разумные существа. С другой стороны, если они здесь и были, то где гарантия, что и они не окажутся враждебными? Ещё через несколько десятков метров лес сгущался, а впереди виднелся спуск в большой широкий овраг. Медленно спускаясь в овраг, Веста осматривалась по сторонам. Похоже, преследователи наконец-то отстали. В глубину впадина уходила примерно метров на тридцать, однако пологие края позволяли спускаться без каких-либо проблем. На дне оврага находилось кое-что удивительное. Длинный серебристый прямоугольник, частично поглощённый травянистой почвой. Это была очередная разбитая бронемашина, по типу танка возле кварцевого полукруга. Она осторожно приблизилась к металлическому объекту. Общей конструкцией машина чем-то походила на бронированный военный автобус, но, как и в случае с танком на поляне, размеры заметно превышали размеры бронемашин, созданных человеческими руками. Задняя часть была более широкой. Окна отсутствовали, крыша казалась немного приплюснутой, верхушку украшала продолговатая коробка, из которой выпирал ствол пушки. Колёс и гусениц у машины не было, вместо них по бокам располагалось по четыре коротких толстых крыла. Скорее всего, будучи на ходу, техника парила над землёй при помощи электромагнитной подушки или чего-то в этом роде. Она не сильно разбиралась в физике и электронике, всё-таки это была не её стезя, но кое-что о таких вещах она знала.  В левой стене машины зияла огромна дыра, которая была оплавлена по краям, как металл, разрезаемый сваркой. Машину поразили чем-то наподобие лазера. Она заглянула внутрь, и тут же увидела нечто внутри кабины. За рулём разбитой бронемашины сидел обугленный скелет. И он принадлежал отнюдь не человеческому существу. Даже в сидящей позе можно было сказать, что роста в нём по меньшей мере около двух метров. Вытянутый череп с длинными зубами смахивал на череп доисторической хищной рептилии, в то время, как костная структура тела больше походила на тело огромной человекообразной обезьяны, вроде гориллы. На скелете свисали чёрные блестящие лохмотья, напоминавшие не то латекс, не то резину. Судя по всему, это что-то вроде военной униформы. Четверо палые окостеневшие кисти намертво вцепились и серое рулевое колесо, будто бы их давно умерший обладатель намеревался смять его как пончик. Скорее всего, при жизни водитель был похож прямоходящего крокодила с вытянутой армейской осанкой и прекрасно развитыми передними конечностями. Оглядевшись по сторонам, она увидела ещё четыре таких же скелета, лежавших вокруг бронемашины. Трава и рыхлая земля уже успели втянуть в себя кости созданий, однако, их всё ещё можно было как следует разглядеть. Похоже, перед ней был подбитый бронетранспортёр, неудачно высадивший отряд спецназа. «-Что дальше?» - прозвучал в голове такой уже привычный вопрос. «- Дальше? Только полный пиздец. Шансов у тебя нет. Даже если сейчас тебе удастся спастись от этих тварей, то идти тебе некуда. Это другая планета, здесь неоткуда ждать помощи.» - с каждым сказанным словом, голос в её голове становился всё более громким, и отчётливым - «За тобой следит монстр из каменного круга. Ты читала о таких существах, и ты знаешь, что это такое. Это бог. Какой-то очень древний и всеми забытый. Он на совершенно другом уровне реальности, гораздо более высшем. И если он посчитает, что у тебя появится шанс спастись, то он лично спустится со своего «верхнего этажа», чтобы не дать тебе этого сделать.» В нескольких метрах от себя она услышала шорох. Что теперь? Куда бежать? Как она вернётся обратно? Она не знала. Брендон. Сейчас нужно найти Брендона. И тогда можно попытаться что-то придумать. Сил только их двоих будет недостаточно чтобы снова открыть этот проём. У троих минимальные шансы ещё были, но у двоих – нет. К тому же, существо, связанное с камнями, просто не позволит им воспользоваться проходом, это она уже поняла. А что если её супруга всё-таки схватили эти уроды? Ей даже думать об этом не хотелось. Только не он. Только не Брендон. Погрузившись в раздумья, девушка и не заметила подкравшегося к ней незнакомца, который бесшумным шагом приближался, прижавшись к стенке броневика. И только за мгновение до того, как их глаза пересеклись, она поняла, какую серьёзную ошибку совершила, повернувшись спиной к преследователям и уйдя в свои раздумья. В руках выпрыгнувший из-за железной стенки троглодит, держал деревянную дубину. Тонкую в районе основания, но сильно расширяющуюся на месте верхушки. Весте сразу вспомнилась клюшка для игры в Хёрлинг, национального ирландского вида спорта, на матчи по которому они с Брендоном ходили по несколько раз в месяц. Что-то с силой ударило её прямо в лицо. Тут же перед глазами загорелся яркий белый факел, похожий на пламя газосварочного аппарата, а голову пронзила такая дикая боль, что Весте показалось, будто у неё в мозгу кто-то разбил хрустальную вазу и та миллионом мелких режущих осколков разлетелась по внутреннему пространству её черепа, разрезая и нанося вред всему содержимому. А через секунду она начала проваливаться во тьму, сознание угасло.