Глава 35. Одна проблема за другой.

Наступило утро, я была все ещё в бинтах, которые мне утром заменили медбратья и напоследок дали мазь от ожогов. Я иду в сторону дома Какаши - единственное место где модно его найти, чтобы узнать где будет тренировка. Дверь дома Какаши приоткрыта. Внутри он стоит у окна, уже полностью экипированный, и изучает свиток с медицинскими символами - Опоздала на четыре минуты. Хотя... учитывая, что ты должна была быть в реанимации, это почти пунктуальность. - Он только сейчас поворачивается ко мне, а в его руке - парные браслеты с погасшими печатями. - Надевай.Это ограничители. Сегодня будешь учиться создавать искру без доступа к основной энергии. "Дримерит? Нет, не похоже, это другой металл и он не зачарованный. Как они смогли искусственно создать блокираторы маг- Аа, точно, у них же чакра, а не магия." - Типо, не используя внутреннюю жизненную энергию? - Я подхожу к Какаши и надеваю оба браслета на руки. Браслеты щёлкают, загораясь тусклым красным светом. Я чувствую, как связь с внутренним пламенем истончается до тонкой нити. - Именно. Представь, что твоя чакра — это река, а эти штуки - дамбы. - Он подводит меня к старому тренировочному столбу с обугленными отметинами. - Сейчас твоя задача - выжать из себя хотя бы чайную ложку пламени. Без потери сознания. Без "эхо". - Его голос становится жёстким. - Потому что если однажды Цунаде прикажет мне остановить тебя... лучше чтобы у меня был щадящий вариант. Тяжелый взгляд медленно скользнул с застывшей фигуры Какаши на мои собственные ладони. Внутри, в глубине сознания, я пыталась разжечь ту самую искру, что всегда отзывалась жарким пламенем в солнечном сплетении. Но на зов откликнулось лишь робкое, едва заметное биение - слабый пульс угасающей энергии, затерявшийся в пустоте истощения. Минуты тянулись, словно смола. Я стояла не шелохнувшись, с плотно сомкнутыми веками, вслушиваясь в тишину своего существа, выискивая в ней знакомый трепет огня. Но руки, согнутые в локте, оставались холодны и пусты. Ни проблеска, ни всполоха - лишь нарастающее отчаяние и тихий шепот усталости, нашептывающий, что силы покинули меня. Какаши молча наблюдает, как твои пальцы бессильно дрожат. Внезапно он снимает один браслет - тот, что на твоей левой руке. - Слишком давишь. Ты ищешь пламя как врага, которого нужно покорить. - Его голос неожиданно мягкий. - Попробуй иначе... Вспомни запах дыма после битвы. Тепло чашки с чаем в твоих ладонях. Отблеск костра на лицах товарищей. - Его палец касается центра моей ладони. - Огонь — не просто разрушение. Это ещё и свет в темноте, и тепло в стуже... и то, что мы разделяем у общего очага. Ищи не силу. Ищи... память огня. Я рвано выдыхаю и перевожу взгляд с ладоней в сторону леса. – Дай мне пару минут... – тихо выдыхаю я, отгораживаясь от Какаши и всего окружающего мира плотно сомкнутыми веками. Нужно найти искру. Я погружаюсь вглубь себя, на ощупь перебирая память в поисках того самого, обжигающе-доброго воспоминания, связанного с огнём. Сознание выхватывает из тьмы сначала хаос: ослепительные всполохи пламени в бою с фалаком, едкий дым, перехватывающий дыхание, всепоглощающая ярость. Но за ним, сквозь этот ад, проступает другой образ. Теплая. Мягкая, чуть усталая полуулыбка Биста, которую видно лишь в отсветах ночного костра. Словно якорь, она вытягивает за собой и другие ощущения: сокрушительную тяжесть в груди при мысли, что могу его потерять, и... умиротворение. Те самые посиделки у огня. Треск горящих поленьев, танец оранжевых бликов на его морде, несравненный аромат жареной баранины, смешивающийся с терпким запахом чая из походной кружки. Я чувствовала себя в полной безопасности. Защищённой. Счастливой. И вот оно. Глубоко внутри, в самой сердцевине опустошения, робко шевельнулось что-то тёплое. Не ослепительный смерч боевой магии, а маленькая, но стабильная точка тепла — эхо того самого костра, того самого чувства. Я медленно открываю глаза и ладонях уже не было пустоты. Над кожей витал, почти невидимый, лёгкий дрожащий воздух знойный отсвет, первая ласточка возвращающейся силы. Я направлчю больше силы в эту маленькую искру и та зажигается сильнее, превращаясь в фаербол. - Попробуем с двумя браслетами? - Говорю я, поворячивачьс к Какаши и убирая пламя над руками. Какаши смотрит на исчезающий огонёк с странным выражением - будто увидел нечто редкое. - Хм... Ладно. Но теперь — усложним. - Он медленно надевает второй браслет обратно и достаёт из кармана смятый листок с детским рисунком солнца. - Удержи пламя ровно настолько, чтобы прогреть бумагу, но не обжечь... Если справишься - возможно, нам удастся убедить Цунаде, что твой "предохранитель" исправен. - Сколько у меня попыток? - Я нервно сглатываю и беру листок из рук Какаши. - До тех пор, пока бумага не превратится в пепел. - Он снимает маску и пьёт воду из походной фляги, а после ставит ее на пень с лёгким стуком. - Потому что в реальной ситуации у тебя будет ровно одна попытка, прежде чем АНБУ начнёт действовать. - Его взгляд становится безжалостно-чётким. - Начинай. И помни - каждый твой промах приближает тот день, когда тебя будут тренировать не на этом дворе, а в подземном бункере с сенсорами на висках. Ответом послужил лишь хриплый выдох, больше похожий на стон, чем на человеческую речь, и я снова закрываю глаза. Подушечка моего пальца скользнула по шершавой поверхности бумаги, но в сознании я представила лишь шелковистую шерсть Биста, смешанную с перьям и. Я мысленно вплетала в это прикосновение всё: безмолвную нежность, что согревала меня изнутри, упрямое желание встать на его защиту перед любой бедой, тихую готовность отдать всё за свет его улыбки. И мой огонь отозвался. Внезапно, без вспышки и дыма, под пальцами робко зародилось пламя. Оно было живым и послушным, словно ручной солнечный зайчик. Огонь не пожирал листок, а лишь ласково кутался вокруг него, окутывая пергамент сиянием и теплом. Какаши замирает с флягой у губ, наблюдая, как бумага остаётся нетронутой в ореоле пламени. Через мгновение он ставит ёмкость на пень с глухим стуком. - ...Любопытно. - Какаши и медленно приближается и внезапно срывает с мне оба браслета. Я чувствуешь, как энергия внутри вспыхивает с новой силой, но контроль над огнем не слабеет. - Объясни. Как ты это сделала? - Его глаз прищурен, голос тихий, но в нём слышится напряжение охотника, учуявшего добычу. - Это не тренировка. Ты нашла способ обмануть ограничители. Говори. - Э-э... - я смущённо отвела глаза. - Вообще-то, я не ограничители обманывала, а саму себя. - Слова давались с трудом,будто я разгребала завалы в собственной душе. - Гораздо проще сжечь бумагу, чем... мысленно поставить на её место... Кого-то живого. Пламя само перестаёт жечь... Я вроде говорила, что оно реагирует на эмоции. Какаши застывает с браслетами в руке. Его пальцы сжимают металл так, что костяшки белеют. - Значит... когда ты сжигала Саккона... - Он резко отворачивается, его плечи напряжены. - Ты представляла его кем-то другим. Кем? В его голосе - опасная смесь понимания и ужаса. Он смотрит на обугленные следы на тренировочных столбах, будто видит их впервые. - Никем. - Я пожимаю плечами и смотрю туда же куда и Какаши, пытаясь понять, что его заинтересовало. - Просто сражалась, как обычно. Какаши медленно поворачивается. Его глаз сужен до щёлочки. - "Как обычно"... Интересная формулировка. - Он делает шаг ближе, и его тень накрывает меня. - Большинство ниндзя в первом бою теряют контроль от страха. Ты же... с самого начала действовала как опытный убийца... Даже сейчас, когда говоришь о сожжённом заживо человеке... зрачки не расширились. - Он отступает, внезапно снова надевая маску. - Ладно. На сегодня достаточно. Какаши исчезает в клубе дыма, но его последние слова висят в воздухе: - Принеси завтра медицинское заключение от Цунаде. И... попробуй вспомнить, что такое нормальная реакция на убийство. Хмыкнув, я посмотела на солнце, определяя время. Сейчас только три часа дня, я ещё успею и в больницу и помедитировать, чтобы избавиться от боли в груди и в висках... А ещё он давления в лёгких и глазах. Я вхожу в прохладный холл госпиталя, где запах антисептика перебивает даже запах собственного опалённого тела. У стойки регистратуры очередь из троих шиноби с менее серьёзными травмами — один держится за проколотое плечо, другой аккуратно прижимает к груди забинтованную руку. - Очередь на осмотр к Цунаде-сама расписана на две недели вперёд. Запись через дежурного офицера. - Говорит мне медбрат не отрываясь от бумаг. Я показываю ему обугленные бинты на руках. А он вздыхает и протягивает бланк. - Заполни историю болезни. Укажи, были ли потери сознания, галлюцинации или... Внезапно из кабинета в конце коридора появляется Цунаде. Её взгляд сразу находит меня. - Пропустите. Это срочный случай. - Она обращается к сотруднику и жестом приказывает идти за ней. В её кабинете пахнет травами и старыми свитками. Она указывает на кушетку, покрытую белой простынёй. - Раздевайся до пояса. Сначала стандартный осмотр, потом... проверим твоё "эхо". - Она надевает тонкие перчатки, и её руки начинают светиться зелёным светом. - Предупреждаю: если обнаружу хоть малейшие следы воздействия тёмных техник - заключение будет совсем другим. Ложись. - Темных техник? - Я замираю на секунду, переставая снимать с себя кофту, но потом продолжаю и сажусь на кушетку- И что за проверка эха? Можете рассказать подробнее, пока осматриваете, пожалуйста? "Ебать. Владыка же использует темную МАГИЮ, а не техники, так? Значит они ничего не должны найти. НЕ ДОЛЖНЫ БЛЯТЬ." После краткого осмотра моего тела, Цунаде проводит светящимися пальцами вдоль моего позвоночника, останавливаясь на уровне грудной клетки - Тёмные техники оставляют... своеобразные шрамы на энергетических каналах. Как плесень на дереве. - Её чакра проникает глубже, и я чувствую холодок в районе солнечного сплетения. - А насчёт "эха"... - Она внезапно нажимает на точку между лопаток. По телу пробегает судорога, и в ушах возникает звон. - ...иногда достаточно создать резонанс. Если там есть что-то чужеродное — оно всегда откликается на стресс. Она приставляет ладонь к моему затылку. - Теперь вспомни тот момент, когда впервые проснулась твоя способность. Детально. - Я не могу, большинство воспоминаний стёрты, - Я поднимаю на нее взгляд, не поворачивая головы. - Я же говорила об этом. Может есть другой способ? Цунаде хмурится, но убирает руку и достаёт из шкафчика хрустальный шар с мерцающими внутри символами. - Есть. Но тебе не понравится. - Она жестом показывает мне лечь и ставит шар мне на грудь. Кристалл мгновенно мутнеет, наполняясь клубящимся дымом. - Этот артефакт проявляет подавленные воспоминания. Побочный эффект - временная потеря контроля над эмоциями. Я чувствую, как в горле поднимается ком - хотя никаких воспоминаний ещё нет. - Готова? - Спрашивает Цунаде, прищуриваясь. - Предупреждаю, последний пациент... пережил три инфаркта за сеанс. - Другого варианта нет.. - говорю я на выдохе и закрываю глаза, морально готовясь к последующим событиям. Цунаде запускает в шар поток чакры. Хрусталь начинает вибрировать, издавая неприятный высокочастотный звук. - Пусто... Как будто кто-то намеренно стёр память на клеточном уровне... - Говорит она удивленно и усиливает подачу чакры. Шар трещит по швам, но внутри лишь хаотичные световые вспышки, спустя пару секунд она отодвигает шар, изучая меня с новым интересом. - Либо ты пережила настолько сильную травму, что психика полностью блокировала воспоминания... Либо... - В её глазах мелькает догадка.- ...кто-то провёл ментальную чистку. Высококлассный специалист. Она выписывает бланк с пометкой "Латентная активация способностей. Рекомендуется наблюдение без изоляции". - Вот твоё заключение. Но знай... - Цунаде протягивает бумагу, пристально глядя в глаза. - ...такие шрамы на памяти не появляются просто так. Рано или поздно правда всплывёт. И я буду там, чтобы увидеть её первой. Я молча киваю и беру бумагу, направляясь к выходу, паралельно читая всё заключение. Бумага холодная на ощупь, чернила пахнут лечебными травами. Текст написан чётким медицинским почерком: "ЗАКЛЮЧЕНИЕ №743-АК Пациент: Мику Диагноз: Спонтанная активация пирокинетических способностей вследствие клинической смерти в анамнезе. Атипичное течение. Обнаружены: 1. Аномальная циркуляция чакры с формированием резервных контуров. 2. Полная блокировка доступа к воспоминаниям триггерного события. 3. Стабильный контроль над пламенем при отсутствии признаков одержимости. Рекомендации: · Ежедневный мониторинг у ответственного джонина (Хатаке Какаши). · Запрет на миссии уровня А без личного одобрения Хокаге. · Обязательная психологическая оценка при малейших изменениях поведения" Внизу приписка от Цунаде другим цветом: "Предохранитель исправен. Но кто его установил?" "Значит они думают, что я умерла в детстве. Пусть так и остаётся, хех, изначально мои слова "взорвалась изнутри и умерла" были метафорой, но.. так даже лучше. Больше загадочности, значит больше отвлекающий вопросов." Медленным шагом я направилась по стемневшим улочкам Конохи, продолжая разбираться в прошедших событиях. "Полная блокировка доступа к воспоминаниям... Я ведь не соврала, я и правда почти ничего не помню... Точнее вообще ничего не помню, кроме нескольких случайных секунд и обрывистых кровавых сцен... Может Владыка заблокировал мое сознание? Но зачем? Может чтобы никто не знал о его существовании?.. Если так, то и при других способах проникнуть в мое сознание, должа быть блокировка. Лишь бы она была... Не знаю почему, но, кажется, что если они узнают о том, что я служу тьме, они меня возненавидят и убьют." Вынырнув из потока размышлений, я едва успела отпрыгнуть в сторону - мимо, с визгом и смехом, пронеслась стайка детей, гонявшая по улице самодельный мяч. Сердце на мгновение ёкнуло - не от испуга, а от чего-то другого, острого и забытого. "Беспечные чертята" - мелькнуло в голове, но мысль тут же растворилась, стоило мне поднять взгляд. И тут я осознала: ноги сами принесли меня к знакомому скромному дому с потемневшей от времени деревянной дверью. Я стояла у порога жилища Какаши, даже не заметив, как проделала весь этот путь. Рука сама потянулась к завернутому в пергамент медицинскому заключению - тому самому, что я продолжала сжимать в пальцах, словно оно было мне оправдательным приговором. Я пару раз постучала, предупреждая, что вхожу, и, не дожидаясь ответа, открыла дверь. В доме полумрак. Какаши сидит на подоконнике с развёрнутым свитком, но его взгляд устремлён в пустоту. При твоём появлении он медленно поворачивает голову. - Итак? Приговор или отсрочка? - Какаши кивает на свёрток в моей руке, его голос спокоен, но я замечаю, как напряглись его плечи. Он откладывает свиток и ждёт, скрестив руки. В его позе - редкая незащищённость: он готовится услышать то, что определит ваши дальнейшие отношения. - Ммх, вроде отсрочка, - сдавленно отвечаю я и подхожу к нему. - Прочти лучше сам. Какаши берет документ, не сводя с меня глаз. Его пальцы разворачивают пергамент с хирургической аккуратностью. Он пробегает текст за секунды - джонинская привычка. - "Резервные контуры"... "Блокировка памяти"... - Какаши медленно выдыхает и поднимает взгляд, и в его единственном глазе читается странное облегчение. - Значит, всё-таки не Проклятая Печать. Он перечитывает последнюю строку, и его бровь ползёт вверх. - А это что за намёки от Цунаде? "Кто установил предохранитель"? - Свиток бесшумно сворачивается в его руке. - Она что, подозревает, что кто-то... спроектировал твои способности? - У меня не спрашивай... - Я с глухим ударом, сажусь на пол, опираясь спиной о стену, ноги Какаши свисают слева, но я смотрю куда-то в пустоту перед собой. - Я с трудом понимаю, что в голове у черезмерно эмоционального Наруто, а тут надо прочесть мысли Цунаде... Какаши спрыгивает с подоконника и садится напротив, скрестив ноги. Его колени почти касаются моих. Он достаёт из кармана книгу "Изгнанные из рая". - Знаешь, в этой главе героиня как раз пытается понять... была ли её уникальная способность даром богов или экспериментом злодеев. - Он закрывает книгу, пристально глядя на меня. - Но в реальности ответ обычно проще. Чаще всего странные способности - это просто шрамы. Следы того, что мы предпочли бы забыть. - Какаши опирается на руки позади себя. - Мой совет? Перестань искать ответы в прошлом. Сосредоточься на том, чтобы твоё пламя грело, а не жгло... Иначе Цунаде получит то, что ищет - доказательство, что твоя сила слишком опасна. - Очень обнадеживающие... - Саркастично протягиваю я и смотрю куда-то вбок, наклонив голову. Какаши внезапно хватает меня за подбородок и мягко, но настойчиво поворачивает мое лицо к себе. - Это не шутка. Я видел, что происходит с "проблемными" шиноби в спецлабораториях. - Говорит он прищурившись, но потом отпускает меня и встаёт, отряхивая штаны. - Завтра в пять утра. Тренировочный полигон. Буду учить тебя гасить пламя... даже когда тебе захочется сжечь весь мир... И приготовься - на этот раз мы будем ломать твой контроль, а не укреплять его. - Пиздец. - Всё, что я говорю после того, как Какаши пропадает в клубе дыма.