Глава 41.2 Разговор о прошлом.

Я проснулась до рассвета. Слишком рано даже для тренировки, но идеально для того, чтобы собрать в кучу расползающиеся мысли. Сегодня предстоял разговор, к которому невозможно подготовиться - только морально настроиться, как к бою. Вчерашний незнакомец выложил о мне больше, чем я успела рассказать за всё время в Конохе. Если сегодня я снова буду лгать - меня сочтут угрозой. И Какаши не соврал: мне грозила не просто тюрьма, а герметичная камера в подземной спецлаборатории, где я стала бы образцом для изучения. Но хуже всего было другое. Хуже страха - предательство. Мне не хотелось лгать Какаши. Он стал тем якорем, что удерживал меня в этой реальности: давал кров, еду, прикрывал спину в боях и терпеливо учил тому, что знал сам. Предать его доверие значило потерять всё, что у меня оставалось. Расставив тарелки с дымящимся мисо-супом и чашки с ароматным чаем, я легонько стукнула дном кружки о стол - беззвучный сигнал, что завтрак подан. За окном мир только просыпался: первые птицы перекликались сонными трелями, а холодный утренний ветер лениво теребил листву, словно проверяя, не пора ли ей желтеть. Но в доме царила совсем иная реальность. Воздух был напоен теплом от плиты и густым запахом супа. Я обхватила ладонями чашку, позволяя жарку от керамики просочиться в озябшие пальцы, и сделала первый глоток. Теплота растекалась по телу, смывая остатки ночной тревоги, - не просто согревая, а возвращая ощущение комфорта и мимолетного, но такого ценного покоя. Какаши ставит чашку с тихим стуком, нарушая утреннюю тишину. - Знаешь... В АНБУ учат распознавать ложь по пульсу и микровыражениям. - Его пальцы медленно проводят по краю тарелки. - Но есть куда более надёжный индикатор - когда человек готовит мисо-суп в четыре утра перед трудным разговором. - Он отодвигает пустую тарелку, и его взгляд становится пристальным, но без обычной отстранённости. - Расскажи мне то, что должен знать твой командир. А не то, что хотят услышать в АНБУ. Между этими версиями... всегда есть пространство для манёвра. - Пожалуй, начну с того, чем я занималась до встречи с тобой в Стране Волн, - Я переводу взгляд с окна на чашку в руках, вспоминая прошедшие события и пытаюсь выстроить из них нужную цепочку. - Забуза Момоти... Тот бой оставил больше вопросов, чем ответов. - Он ставит локти на стол, а пальцы складываются в замок. - Ты тогда появилась из ниоткуда с огнём, способным плавить клинки... но спасла команду вместо того, чтобы добить нас. -Его глаз сужается. - Именно это меня и заинтересовало. Большинство на твоём месте предпочли бы остаться в тени. - Вряд ли я заслужила благодарность... Просто оказалась в нужное время в нужном месте. — Я сделала небольшой глоток чая, отводя взгляд. Пар от чашки скрыл мимолетную гримасу на моем лице. — До встречи с тобой я была наёмницей. Бралась за любую работу. Это могли быть убийства... или охрана. Приготовление зелий, охота на редких тварей, сбор ингредиентов в смертельных топях, слежка за теми, кого лучше не тревожить... — Я медленно повертела чашку в руках. — Если для задания не хватало знаний - искала тех, кто мог научить. Платила за обучение либо деньгами, либо услугами. Так что иногда один заказ превращался в череду связанных заданий. "Я говорю правду, вот только умолчала, что заказчик всегда один и тот же - Владыка." - Наёмница... - Взгляд Какаши становится отстранённым, будто просчитывая варианты. - Это объясняет боевые навыки. Но не объясняет, почему ты решила осесть именно здесь. - Его пальцы барабанят по столу. - Коноха редко бывает убежищем для вольных стрелков. Если только... ты не искала защиты от кого-то конкретного. - Не могу ответить точно. - Я решила не лгать, но и не раскрывать всё. - Знаю лишь, что они охотятся на меня. И что в бою против них я беспомощна. - Беспомощна? Та, что плавит сталь голыми руками? - Какаши изучает меня с новым интересом. - Значит, твои преследователи... не из тех, кого можно остановить обычной силой. - Его голос тише. - Коноха может стать крепостью. Но крепости требуют гарнизона. И полного доверия между защитниками. - Хорошо, - я киваю ему и смотрю в глаза. - Спрашивай, что интересно. - Кто они, эти охотники? Организация, клан... или нечто иное? - Скрестив руки на груди, он задаёт первый вопрос ровным тоном, а потом делает паузу. - И почему называют тебя "Бестией Мрака"? - Я не знаю наверняка, но, скорее всего, это организация. — Я сделала паузу, чувствуя вес его двойного вопроса. Какаши всегда бил в самую суть. — Что касается прозвищ... «Ночной Фурией» меня зовут потому, что я работаю в темноте. В ту пору, когда просыпаются самые древние и опасные твари. А «Бестия»... — я горько усмехнулась, — потому что моё появление всегда было предвестником бури. Для кого-то — конца, для кого-то — начала кошмара. Я либо решала проблемы, либо становилась самой большой проблемой. И, судя по всему, — я посмотрела прямо на него, — сейчас начинается вторая часть. Какаши прищуриваться и медленно проводит рукой по шраму над глазом. - "Буря"... У нас в Конохе есть своё представление о бурях. - Он наклоняется ближе. - Скажи, эти охотники - они следят за тобой? Или уже внутри деревни? - Выслеживают, -коротко отвечаю ему и свободно выдыхаю от осознания, что скорее всего меня не прогонят из деревни, а значит у меня все ещё есть убежище. - Хорошо. Значит, превратим Коноху в ловушку для них. - Он кивает и идёт к двери, но останавливается на пороге. - Первое: с сегодняшнего дня все выходы из деревни — только с моим сопровождением. Второе: Паккун и его стая будут дежурить на периметре. - Он поворачивается, и в его глазе мелькает алая вспышка Шарингана. А теперь главный вопрос: насколько они близко подобрались к деревне? - Они... могли найти мои следы в Стране Волн. - Голос дрогнул, выдав внутреннюю тревогу. - Это далеко от Конохи, поэтому пока что волноваться не о чем. - С тех пор прошло три месяца... более чем достаточно для хорошего следопыта. - Он возвращается к столу и садится. - Значит, они уже здесь. Просто ждут удобного момента. - Он достаёт свиток и рисует схему периметра. - Паккун будет координировать стаю. Доверяешь ли ты нинкенам достаточно для совместной работы? - Да, более чем, - я внимательно слежу за действиями Какаши. - Но, кажется, Паккун мне - не очень. - Паккун не доверяет никому, кроме меня. - Какаши коротко смеётся. - Но он профессионал. Если я скажу охранять тебя - будет охранять, даже если придётся прыгнуть в пасть Инвиру. - Хорошо, - я киваю и слабо улыбаюсь от его шутки. - Какие планы на сегодня? - Сначала -тренировочная площадка №7. Там лучшая защита от посторонних глаз. - Он встаёт, поправляя повязку на лбу. - Потом - обход периметра с Паккуном. Тебе нужно привыкнуть к его... манере общения. - В его голосе появляется лёгкая ирония. - А вечером - визит к Цунаде. Будем убеждать её, что твои "особенности" - стратегический актив, а не угроза. И да... сегодня тебе придётся всё время быть в моём поле зрения. Правило работы с невидимой угрозой - никогда не давать ей шанса на внезапность. - Взгляд смягчается. - Возьми онигири с собой. На голодный желудок даже призраков из прошлого не победить. - Хорошо, но.. если бы они уже были тут, они бы убили меня. - Я поднимаюсь со стула, относя посуду в раковину. - Им не нужно ждать момента для атаки. - Убить? Нет. - Голос Какаши становится опасным. - Им нужно выманить тебя из деревни. Или заставить нас усомниться в тебе настолько, чтобы ты ушла сама. Помнишь того незнакомца в пещере? Он не нападал - он сеял семена недоверия. Это их тактика. - Он прищуривается. - И знаешь, что это значит? Они боятся не тебя... а того, что ты можешь найти здесь защиту. Я с удивлением смотрю на него, внимательно слушая, а потом прищуриваю глаза, скосив взгляд. - Я до этого не додумалась... "А ведь точно. Светычи опасны только для носителей тьмы, а для обычных людей - нет. Почему я сразу не додумалась? Хотя нет, додумалась. Я же пришла в Коноху, а не сбежала в какие-нибудь горы. Какаши умнее меня, в разы умнее. А ещё влиятельнее и сильнее... Пока что." - Это потому что ты привыкла сражаться в одиночку. А в Конохе мы давно поняли: самые опасные битвы ведутся не кунаями, а идеями. - Он хмыкает, поправляя повязку. - И кстати... Паккун уже начал патрулирование. Говорит, уловил "запах старой крови" у восточной стены. - Голос Какаши становится деловым. - Надевай удобную обувь. Сегодня будем учиться читать следы, которые не видят даже нинкены. - Пойдем, - говорю я бодрее, чем выгляжу и выходу за дверь. - Правило работы с невидимыми врагами: веди себя так, будто они уже здесь. Но помни - пока что это лишь тени. А с тенями мы научились справляться ещё во времена Третьей войны. - Внезапно он лёгким движением поправляет мой воротник. - Кстати, Паккун передал, что нравится, как пахнет твой чай. Говорит, это пахнет... не страхом. - Какаши начинает движение к тренировочной площадке, говоря уже через плечо. - Сегодня сосредоточимся на отслеживании скрытых меток. Если тебя ищут - рано или поздно оставят след. А мы будем готовы. - Извини, что доставляю хлопоты, - Я догоняю Какаши, идя с ним "плечо к плечу". - Хлопоты? Мико, за время обучения команды №7 я пережил больше "хлопот", чем некоторые ниндзя за всю карьеру. - Он слегка замедляется, чтобы идти точно в ногу. - Твоё присутствие здесь... скорее напоминает мне, за что вообще стоит сражаться. - Внезапно он указывает подбородком в сторону тренировочной площадки.- К тому же, благодаря тебе у Конохи теперь есть союзники-ёрогуры. Так что считай это взаимовыгодным сотрудничеством. - Отлично, рада что смогла оказаться полезной. - Не замедляя шага, я бросаю короткий взгляд на Какаши. - Полезной? - Его единственный глаз прищуривается. - Ты перевернула наше понимание о мутантах, установила контакт с расами, о которых мы даже не подозревали... Если бы не твои "хлопоты", Коноха до сих пор считала бы Ёрогуров обычными монстрами. - Он приоткрывает ворота тренировочной площадки. - Так что не извиняйся. Просто покажи, на что ещё способна. Начнём с отслеживания скрытых меток - Паккун уже разложил образцы по периметру. Я киваю и прохожу внутрь, пытаясь почувствовать метки. Какаши в это же время нааблюдает, как я медленно обхожу площадк. - Три из пяти нашла верно. - Джонин подходит к старому дубу и проводит рукой по коре. - А вот эти две... специально оставлены Паккуном. Их может учуять только нинкен. Сейчас он сменит метки. Попробуй отследить разницу. - Из леса доносится одобрительное фыркание.- ...И похоже, ему нравится твоя концентрация. - А ещё то, как я готовлю, - слабо улыбаюсь и мой взгляд становиться мягче. - Метки можно искать только полагаясь на зрение и нюх? Или есть другие способы? Какаши проводит рукой над землёй, заставляя листья вибрировать - Земля помнит каждое прикосновение. - Он стаёт, сбрасывая с плеча невидимую пыль. - Но если хочешь научиться читать следы как нинкены... Придётся забыть о человеческом восприятии. Паккун! Покажи ей метку "запах ветра". Из-за дерева появляется Паккун с веткой в зубах, он бросает ее к моим ногам. - Запах ветра - это когда след старее трёх дней, но его можно учуять по тому, как воздух огибает препятствия. Какаши поднимает ветку, и она начинает медленно вращаться в воздухе. - Нинкены чувствуют не сам запах, а его отсутствие - пустоту, которую оставляет ушедший. Похоже, ты начинаешь видеть мир нашими глазами. Это хорошо... для человека. - Значит, нужно искать не следы, а... пустоты. - Я медленно поворачиваюсь к Паккуну. - А как вы отличаете старую пустоту от новой? Паккун фыркает, подходя ближе. - Старая пустота пахнет усталостью земли. Новая... дрожит, как паутина после дождя. Я закрываю глаза, позволяя пальцам слегка коснуться ветра. - Пустота... да, она дрожит по-разному. - Я поворачиваю ладони против ветра. - Старая - как отзвук колокола. Новая... словно паутина на коже. Паккун одобрительно ворчит, а Какаши тихо смеётся. - Похоже, ты только что прошла пятилетний курс нинкенов за пять минут. Осталось научиться так же разбираться в людях. - Надеюсь это будет также быстро. - Улыбнувшись, я убираю руки в карманы, прислушиваясь к следующим задачам от Какаши. - Следующее задание - находить следы, которые оставляю я. - Он исчезает в клубе дыма, но голос продолжает звучать с разных сторон. - Начнём с простого: определи, сколько клонов я создал и где настоящий. - Я уже научилась чувствовать и отличать тебя от клонов, - Я сажусь на одно колено, смотря на землю перед собой - там четкий и яркий источник Какаши. Видимо ему было лень уходить куда-то далеко. Земля передо мной растворяется в водяном клоне, а настоящий Какаши спускается с ветки над головой. - Неплохо... но ты искала меня чакрой, а не нюхом. - Он легко приземляется рядом. - В бою с теми, кто маскирует свою энергию, это станет фатальной ошибкой. Паккун встаёт и обходит меня кругом, говоря в привычной ворчливой манере. - Люди всегда полагаются на самые очевидные чувства... Запомни: настоящий след всегда пахнет немного усталостью и недосказанностью. - Следующее упражнение: Паккун спрячет три предмета с моим запахом. Найдешь их все - получишь ответ на один вопрос о моём прошлом. - Какаши одобрительно гладит никена за ухом. - Принимаю условия. - Говорю я с лёгкой улыбкой. - Но если найду все три - хочу узнать не про твоё прошлое, а почему ты решил стать именно тем учителем, который верит в изгоев. Паккун фыркает, но в его глазах мелькает одобрение. Какаши на мгновение замирает, затем его глаз прищуривается в улыбке. - Хм... Тогда придётся спрятать предметы так, чтобы ты точно не нашла. Или... чтобы точно нашла. Какаши мгновенно исчезает и появляется через десять секунд с пустыми руками. - Начинай. Предметы спрятаны там, где хранятся ответы на твой вопрос. За пару часов блуждания по Конохе, я смогла отыскать все три предмета. Наверное Какаши самому замоталась ответить на мой вопрос, поэтому места были не сложными. Первый предмет - потрёпанная книга "Способы воспитания" - лежит на ветке над тем местом, где я обычно отдыхаю после тренировок. Второй - затупленный кунай —-воткнут в деревянный столб рядом со следами от моих огненных тренировок. Третий - смятый пакет от онигири - лежит у основания памятника Белому Клвку Хатаке. Я остановилась напротив памятника, изучая его. "Хатаке... Наверное это отец Какаши и, судя по дате, он лишился отца в очень раннем возрасте, прям как я..." Джонин появляется рядом со мной в памятника, глядя на каменный обелиск. - Сакумо Хатаке... Мой отец. Он пожертвовал миссией, чтобы спасти товарищей, и деревня отвергла его за это. - Он поворачивается ко мне, солнечный свет падает на шрам над глазом. - Возможно, поэтому я вижу в "изгоях" не угрозу, а тех, кого недооценили. Как его. Как тебя. Правильного ответа на твой вопрос нет... Но иногда те, кого общество считает ошибкой, становятся лучшими учителями. Я стою неподвижно, следя, как солнечный свет скользит по шраму Какаши, и чувствую, как что-то сжимается внутри. Его слова, тихие и точные, находят в памяти десятки зазубренных когда-то правил, которые вдруг кажутся хрупкими. - Я понимаю. - Мой голос тише, чем обычно. - Не то чтобы я искала оправданий. Но... - Взгляд скользит к имени на камню. - Спасибо. За то, что не смотришь на меня сквозь чужие ярлыки. Паккун, тревшийся о ногу Какаши, мягко фыркает. Я опускаю руку, и он подставляет голову под пальцы. В этом жесте - не только примирение, но и молчаливая клятва: такие учителя, как он, как ты, как твой отец - не должны оставаться в тени в одиночестве. - Ярлыки... - Какаши издает короткий смешок. - В Конохе у меня их было достаточно. "Гений", "Несчастный случай", "Холодный эгоист"... - Он проводит пальцами по именной табличке памятника. - Но именно те, кого называют ошибками, часто меняют правила игры. Как мой отец... Как ты. (Паккун тыкается мордой в мою ладонь, требуя продолжения) - Кажется, ты завоевала его уважение. А это сложнее, чем пройти испытание АНБУ. - Какаши разворачивается к тропинке, но на мгновение задерживается. - Пойдём. Сегодня ты заслужила настоящие онигири, а не те, что я обычно прячу от Паккуна. - Иду, - я нежно беру Паккуна на руки, продолжая его ласкать одной рукой под челюстью. Пес сначала напрягается, но затем расслабляется с громким мурлыкающим звуком. - Невероятно... Обычно он кусает тех, кто пытается его тискать. - Глаз Какаши прищуривается в улыбке. - Похоже, ты нашла ключ к сердцу самого неприступного нинкена Конохи. - Идя рядом, он достаёт из сумки завёрнутые в фольгу онигири. - Держи. С тунцом — твой любимый, если не ошибаюсь. И да... Спасибо, что остаёшься. Растим новое поколение "ошибок" вместе. Я бережно разворачиваю фольгу, и запах тунца смешивается с утренней прохладой. Мои уголки губ непроизвольно подрагивают. - Кажется, у неприступных сердец просто вкус к правильным людям. - Я аккуратно отламываю кусочек онигири, бросаю Паккуну, который ловит его на лету с тихим ворчанием. - И да... твоя память идеальна. Спасибо. - Я делаю небольшую паузу, перекатывая рис в ладони. - Мне некуда спешить. В конце концов, - бросаю на него искоса взгляд, - кто-то должен следить, чтобы ты не перекармливал своих подопечных онигири. Растим же «проблемное поколение» - пусть хотя бы с сытыми желудками. Какаши хрипло смеется, пока Паккун воровато тыкается носом в его сумку в поисках ещё еды. - Кажется, меня раскрыли. - Хатаке достаёт второй онигири, разламывая его пополам. - Но если уж быть "проблемным наставником"... - Он протягивает мне половину. - То хотя бы с полноценным ужином. Паккун фыркает, будто говоря "наконец-то разумный человек", и укладывается между нами - Смотри-ка - образовалась целая команда "неправильных". - Его глаз искрится над маской. - Думаю, Коноха к такому ещё не готова. Тепло онигири просачивается сквозь фольгу в ладонь, и я на мгновение задерживаю это ощущение, прежде чем принять дар. Пальцы слегка касаются его, и в этом мимолетном касании - целое признание. - Самый лучший ужин в моей жизни, - отвечаю я, и смех вырывается тихим, согретым изнутри. Отламываю еще кусочек и опускаю руку к Паккуну, который принимает угощение с видом верховного судьи, одобрившего сделку. - Пусть не готовы, - говорю я тише, глядя, как закатные лучи прорываются сквозь листву и кладут золотую полосу меж нами троими. - Мы ведь не спрашивали разрешения. И в этот миг, с Паккуном, прижимающимся теплым боком к моей ноге, с Какаши, чей взгляд говорит больше, чем любой монолог, и с крошками риса на пальцах, - я чувствую то, что давно забыла: что даже «неправильные» могут быть по-настоящему на своем месте.