Глава 49. Команда в полном составе!

Когда мы шли по коридорам к кабинету Хокаге, мимо нас стремительно промчался шифровальщик, чудом не сбив Наруто с ног. Мы с Какаши обменялись красноречивыми взглядами: оба понимали, что зашифрованное сообщение и такая поспешность курьера говорят о серьёзном происшествии. Но не наше дело было это обсуждать, и, прервав краткие возмущения Наруто, мы продолжили путь. Однако в кабинете его негодование вспыхнуло вновь - на этот раз куда громче. — Что?! Сопровождение транспорта? — Блондин возмущённо взмахнул руками. — Это же всего лишь ранг С! Могу ответить на это только «Ну, спасибо!», даттебаё! «Мог бы и просто сказать, что не согласен, без сарказма.» — Наруто, я даю тебе простую миссию именно потому, что ты долгое время их вообще не выполнял, — парировала Цунаде. — Все детали описаны здесь. Хокаге пододвинула к краю стола лист бумаги, и Какаши тут же приблизился, чтобы изучить документ. — Тревога, Пятая! — Шифровальщик ворвался в кабинет, его лицо было бледным от напряжения. — Срочное донесение! — Что случилось? — Цунаде уставилась на него, мгновенно собравшись. — Только что получили сверхсекретное послание из Песка. — Мужчина протянул Хокаге исписанный лист. — Вот расшифровка. Лицо Цунаде исказилось по мере чтения. Она резко подняла взгляд на Наруто. — Хотел миссию посложнее? Выдохни. У вас новая задача — отправиться в Деревню Скрытого Песка. — Есть! — хором ответили мы и, получив короткий кивок от Цунаде, покинули кабинет. Наш путь лежал через бесконечные, пропахшие сосной и горячей землёй тропы. Мы неслись по ним легко и быстро, как и подобает ниндзя нашего уровня, оставляя за спиной лишь облачко пыли. Солнце палило немилосердно, но ровный ритм бега и знакомый шум ветра в ушах действовали умиротворяюще. Я бежала чуть позади, наблюдая, как Какаши скользит бесшумной тенью, Сакура легко отталкивается от корней деревьев, а Наруто, не теряя запала, шутит и смеётся, заряжая всех своей энергией. Пусть он и скрывал беспокойство за Гаару, ведь его похители, азарт предстоящего путешествия явно брал верх. Мы двигались на пределе скорости, но для нас это был почти что привычный, медитативный темп - способ не терять время даром и добраться до Песка в кратчайшие сроки. Едва мы прибыли в деревню, нас тут же провели в комнату, где на носилках лежал Канкуро. Встреча с одним из Акацуки закончилась для него плачевно: он был на грани жизни и смерти, его тело медленно убивал чужеродный яд. Сакура вбежала в помещение, на ходу скидывая рюкзак. Её взгляд, уже привыкший оценивать критическое состояние пациентов, за секунду просканировал тело пациента. — Защищайся! — внезапно проскрипела стоявшая рядом старуха и с неожиданной для её лет силой ринулась в сторону Какаши. Я мысленно воздвигла перед Хатаке невидимый барьер. Вряд ли эта старушка могла ему хоть чем-то навредить, но бережёного — сам Райкин караулит. Из-за моей спины в комнату влетел Наруто, уже успевший сложить печати. Один из его теневых клонов перехватил кулак старухи в метре от моего щита. Лишь тогда я опустила защиту, чувствуя на себе короткий, тяжёлый взгляд Какаши. — Какого чёрта ты набросилась на Какаши-сенсея?! — заорал Наруто, заставляя старуху отпрыгнуть назад. Он распустил клонов и сжал кулаки. — Ты, старая корга! — Как смеешь ты, мерзавец, являться сюда, Белый Клык Скрытого Листа? — в голосе старухи звучала ярость, та самая, что живёт в сердце каждой матери, потерявшей дитя. — Я отомщу за сына! Это за него! — Эм, но я... — Не прощу! — грубо оборвала она Какаши, который лишь поднял руки в безобидном жесте. Старуха хотела продолжить, но старик, стоявший рядом, мягко, но твёрдо поднял руку, заставляя её умолкнуть. — Одумайся, сестра. Он вылитый Белый Клык, но это не он. К тому же, Сакумо из Конохи давно мёртв. — Старик кивнул в сторону Какаши, всё так же неловко застывшего за спиной Наруто. — Вспомни? Когда до нас дошла весть о его смерти, ты кричала, что так и не смогла отомстить. Не так ли? «Так она знала отца Какаши... Нужно запомнить её. Возможно, она — источник уникальной информации.» — Шучу! Всего лишь изображаю маразматичку, — старуха глухо рассмеялась, но по её лицу и действиям было ясно: ненависть к Белому Клыку в ней настоящая. Какаши тихо выдохнул, уставившись на старуху ленивым, почти сонным взглядом. — Милое знакомство, — саркастично прошептала я так, чтобы слышал только Хатаке. Он перевёл на меня взгляд и, кажется, собрался что-то сказать, но его опередил хриплый, полный боли крик Канкуро, который в муках начал царапать себе шею. — Дайте мне осмотреть его, — повелительным тоном заявила Сакура, подходя к носилкам. И, не глядя на нас, добавила: — Какаши-сенсей, все остальные — выйдите. Вы мешаете. Мы молча выполнили её просьбу, закрыв за собой дверь, за которой ещё долго звучали приглушённые стоны. На прощание старуха бросила Какаши уничтожающий взгляд, прежде чем выйти следом и устроиться на скамейке поодаль от нас. Из-за двери доносились чёткие, уверенные команды Сакуры. Она работала как истинный мастер: извлекала яд, стабилизировала состояние — её мастерство вплотную приблизилось к уровню Цунаде. Спустя несколько часов измождённая, но довольная Сакура вышла к нам, чтобы дать последние указания медперсоналу. В этот момент к нам подбежал шиноби Песка, протягивая свиток с печатью Конохи. — Что там? — тут же оживился Наруто. — Цунаде посылает к нам в подмогу команду Гая, — коротко подвёл итог Какаши, пробежавшись глазами по тексту. Затем он перевёл взгляд на гонца. — Кстати, как продвигается выслеживание Акацуки? — Канкуро вышел первым и в одиночку... и вы знаете, чем это закончилось. Затем я отправил команду преследования, но от них ни слуху ни духу. Судя по всему, они уже... — Шиноби на мгновение замолк, собираясь с мыслями. — Также пропал один из наших командиров. Думаю, победить его было нелегко. — То есть, вы полностью потеряли след? — уточнила я, слегка приподняв бровь. — К сожалению, да, — признался ниндзя. — Можете отвезти нас на место, где был найден Канкуро? — продолжила я. В ответ шиноби молча кивнул. Какаши тут же призвал свою стаю нинкэн и отдал им приказ на прочесывание местности. Нас проводили в комнаты для гостей, несмотря на первоначальные возмущения Наруто, который требовал немедленно броситься на поиски Гара. - Нам может предстоять тяжёлый бой, - спокойно, но твёрдо возразил Какаши. - Лучшая стратегия сейчас — восстановить силы. И, хоть и нехотя, Наруто смирился с необходимостью отдыха. *** Утром меня разбудил настойчивый шорох из соседней комнаты. Сакуры на месте не было — значит, Какаши и Наруто уже поднялись и, судя по спешке, наконец выяснили, где искать Гара. Быстро собравшись, я присоединилась к ним на улице, где нам велели дожидаться ниндзя Песка, которые должны были составить нам компанию. Неожиданно появился другой шиноби и сообщил Темари, что старейшины велели ей и её отряду остаться в деревне — дабы не сеять панику и не провоцировать соседей на нападение на ослабленный Песок. Темари начала горячо возражать, но её речь прервала та самая старуха, что нападала вчера на Какаши. — Я пойду, — заявила она, и её голос прозвучал с несвойственной возрасту стальной решимостью. — Если вам нужен шиноби Песка, то с меня хватит. Я уже в отставке, а значит, волена делать что захочу. И не считайте меня дряхлой развалиной. Я слишком давно не видела своего внука... — Тогда выдвигаемся, — скомандовал Какаши, и наш отряд ринулся прочь из деревни. Вёл группу он сам: утром Паккун передал ему все необходимые данные. Ветки мелькали перед глазами, пока наша пятёрка неслась по лесу с головокружительной скоростью, как вдруг Какаши резко подал сигнал. —Всем стоп! На поляне перед нами стояла взрослая копия Саске. Именно копия, а не он сам. Лишь отдалённо напоминал моего бывшего сокомандника. В его глазницах вращалось по шарингану, отсвечивая кроваво-алым. — Кто это? — спросила я, не отрывая изучающего взгляда от противника. Несмотря на устрашающий вид, яркий сгусток чакры в его груди предупреждал об истинной мощи. — Учиха Итачи, — сквозь зубы ответил Наруто, впиваясь в врага взглядом. «Старший брат? Что ж, яблоко от яблони недалеко падает. Оба Учихи переметнулись на тёмную сторону, под стать цвету своих волос. Хех, прямо как я когда-то». — Давно не виделись, Какаши-сан, Наруто-кун, — голос Итачи был низким и металлическим, чем-то напоминая голос Какаши. — Внимание! Не смотрите ему в глаза — это опасно! — предупредил всех Какаши, поднимая руку. — Для гендзюцу Итачи использует зрительный контакт. Иными словами, он погружает жертву в зрительные галлюцинации. Всё будет в порядке, если не встречаться с ним взглядом. «Что ж, это касается всех, кроме меня. На меня-то гендзюцу не действует. Единственное, что сумело проникнуть в моё сознание — это загадочный паразит-аномалия. Но даже он не смог взять меня под контроль». — Но как тогда сражаться? — спросила Сакура, опуская глаза к земле. — Сосредоточьтесь на его ногах и корпусе, атакуйте, предугадывая движения, — серьёзно ответил Какаши, тоже избегая прямого взгляда. — Давненько мне не доводилось сражаться против шарингана, — задумчиво начала старуха. — Ничего особенного, если разобраться. Есть множество тактик. Если бой идёт двое на одного, то даже если один попадётся на гендзюцу, второй сможет атаковать со спины. Если ударить своего напарника или самого исполнителя, иллюзия рассеется. Иными словами: пока один отвлекает его внимание, остальные бьют из слепой зоны шарингана. — Тогда я буду приманкой, — я сделала шаг вперёд, нарочно удерживая взгляд на уровне плеч Учихи, чтобы не выделяться. — Стой, — Какаши жестом остановил меня. — С обычным гендзюцу эта тактика сработала бы. Но здесь всё сложнее. Он использует мангекё шаринган — технику, на порядок превосходящую обычную. Полный эффект от его гендзюцу ощущается мгновенно. Пока в реальности проходит секунда, в иллюзии могут пройти дни. Я провёл в его мире три дня, а затем неделю пролежал без сознания. — Какаши сделал паузу, давая словам прочувствоваться. — Развеять эту технику невозможно. — Как всегда впечатляюще, Какаши-сан, — Итачи не сводил с нас безразличных глаз. — Вам хватило всего одного Цукиёми, чтобы понять это. — Я понял не только это, — уверенно парировал Какаши. — После использования техники ты сильно истощаешься и немедленно отступаешь. Из-за чудовищного расхода чакры она опасна и для твоих глаз, не так ли, Итачи? — Блестящие выводы, особенно для одной встречи, — сухо ответил Учиха. — Итачи, насколько ухудшилось твоё зрение? — Какаши приподнял повязку, обнажая собственный шаринган. «Между ними будто молнии сверкают. Чувствуются старые счёты. Именно из-за него Какаши тогда оказался на грани, пока Цунаде не вытащила его с того света». — Знаешь, я имею привычку учиться на ошибках. На сей раз всё будет иначе, — в голосе Какаши зазвучала несгибаемая уверенность. — Это касается и меня! — вступил Наруто. — Совершишь большую ошибку, если решишь, что я всё тот же. — Наруто! — резко оборвал его Какаши. — Мы должны действовать как команда. Даже я не справлюсь с ним в одиночку. — Пришло время идти со мной, Наруто-кун, — Итачи поднял палец, указывая на блондина. Но Какаши был быстрее. Он ринулся вперёд, уворачиваясь от града огненных шаров, что помчались ему навстречу. Отскакивая в сторону, он начал фокусировать в руке молнию, и лес наполнился пронзительным птичьим щебетом. Земля взрывалась под его ногами, но Итачи ловко увернулся и от «Рекири», и от «Расэнгана», которым Наруто обрушился на него сверху. Я отскочила в сторону вместе с Сакурой и старухой, одновременно призывая пламя сконцентрироваться внутри меня. Но в этот момент вокруг нас начал сгущаться неестественный туман, пропитанный знакомой энергией Какаши. «Умный ход. Туман затруднит визуальный контакт, сводя на нет преимущество гендзюцу». Белая пелена поглотила поляну, скрывая очертания деревьев и фигуры противника. И тут из густого марева, прямо перед Итачи, материализовался Какаши. Он на мгновение встретился с ним взглядом — вызывающе, дерзко — и тут же сложил печати. «Огненный стиль: Пылающий шар!» Огненный смерч устремился к Учихе, выжигая туман на своём пути. Итачи, не моргнув глазом, парировал атаку идентичным technique, и столкновение двух стихий ослепительной вспышкой озарило поляну. Но Какаши, использовав ослепляющий эффект, мгновенно ушёл под землю с помощью «Техники проникновения сквозь землю». Наступила звенящая тишина. Итачи стоял недвижимо, его шаринганы яростно вращались, пытаясь вычислить угрозу. Земля под его ногами вздыбилась, и из неё, словно тень, возник Какаши, занося кунай для удара в спину. Но Итачи, будто предвидя это, в последний момент отпрыгнул в сторону. Они замерли в напряжённой стойке, оценивая друг друга — два мастера, читающие противника как открытую книгу. Этот миг и стал для Наруто шансом. — РАСЭНГАН! — с боевым кличем он ворвался на поляну, держа в руках гигантскую сферу вращающейся чакры. Удар был молниеносным и пришёлся точно в цель. С оглушительным рёвом Итачи отбросило в сторону, его тело с силой врезалось в ствол дерева и обмякло. Наруто тяжело дышал, глядя на поверженного врага. Мы с Сакурой вышли из тумана. Какаши медленно подошёл к телу, его взгляд был напряжённым и недоверчивым. - Он из песка? - Наруто задал вопрос смотря на тело мужчины, что был одет в лпащ Акацуки и пару секунд назад был Итачи. - Я не совсем уверена, но кажется он пропал прямо перед похищением Гаары. - ответила старушка. - Саботажник? - Коротко спросила я. - Не вериться что Теон 4 года обеспечивал охрану деревни, а потом предал ее. - Старушка - Техника гигантского огненного шара была разработана кланом Учиха. Это один из из любимый приемов и они очень сильны в нем. Эта техника не была копией. - Какаши - Они просто хотели нас задержать. - фыркнула я. - И у них для этого нашлась неплохая техника. - тихо ответил Какаши. - Пошлите уже, только зря тратим время. - Я поманила остальных рукой, направляясь к лесу. Солнце начало клонит к закату, а птицы затихли, предвещая скорое наступление ночи. - Стоп. - Какаши спрыгнул с ветки вниз, останавливая группу. - Остановимся здесь на некоторое время. - Что? Почему? - Наруто подбежал к Какаши, смотря на того снизу вверх. - У нас же совсем нет времени, Какаши-сенсей. Если мы остановимся здесь, Гаара- - Наш темп значительно снизился после боя с поддельным Итачи. - Какаши смерил Наруто тяжёлым взглядом. - Отдохнув сейчас, мы быстрее доберемся до цели. И вполне возможно, что завтра мы уже будем драться с теми, кто пощитил Гаару. Мы должны быть в форме. Слова Хатаке произвели нудное впечатление и Наруто смирительно опустил голову, признавая правоту сенсея. - Я тогда поищу съестное. - Не дождавшись ответа, я скользнула в лес, прислушиваясь к звукам. ***** - Вы двое, просыпаетесь, мы выступаем. - Какаши спустился с дерева и разбудил Наруто с Сакурой. Я сидела в стророне рядом со старухой, смотря на костер по центру, который был единственным источником света в предрассветных сумерках. Ветер привычно свистел в ушах и развивал сволосы. Какаши вел группу вперёд, он знал путь, а может просто почуял нужный запах. Мы приблизились ко рву, по дну которого протекала река, а к подножья склона стоял высокий булыжник, запечатывающий вход в пещеру. - Опаздывает, Какаши. - Гай с искринкой в глазах оьренулсч на Хатаке. - Ну, мы попали в кео-какие трудности по пути сюда. - Ответил Какаши, приземлившись на воду. - Сделаем это, Какаши. - Гай явно намекал на барьер, что был нанесен на валун. - Ага, - Какаши коротко кивнул. Неджи по команде использовал бьякуган и чщаствл на месте. На его лице читался незнакомый страх. - Что там, Неджи? - Наруто легонько потряс Хьюга за плечо. - Мне сложно это объяснить, - отчетил он. - Тогда я быстро с этим разберусь. - Гай улыбнулся и отскочил назад, беря расстояние для разгона. Одним мощным ударом руки, Гай врезал по валуну, но по нему пошла лишь мелкая вибрация. - Ожидаемо. Это барьер пяти печатей. - сказала я. - Согласна. - Кивнула старуха. - Надо сорвать все пять песатиц одновременно, чтобы убрать барьер. - Продолжил за меня Какаши. - Нейджи-кун. - Понял. - Хьюга понял что от него хотят и уже сложил печати для бьякугана. - Одна на вершине валуна примерно в 500 метрах на северо-восток. Вторая на дереве на берегу у реки, 350 метров на юго-восток. Третья на склале, 600 метров на северо-запад. И последняя в лесу, где-то 800 метров на юго-запад. - Они довольно далеко. - Сакура. - Что будет сигналом? - Не стоит беспокоиться. - Гай порылся в сумке и достал ошейники с микрофонами. - Эти радиопередатчики покрывают такую зону. - Тогда разойдется по направлении, указанным Неджи и разрушим барьер. - Скомандовал Какаши. Всеобщим голосованием (только Гая) было решено, что его команда снимет печати с четырех, а нам оставят центральную, на валуне. По команде Гая они разбежались в стороны. А мы осталась ждать из комнду. Какаши занял позицию над печатью, а Сакура была готова ударил по валуну, чтобы разбить его. Хатаке резким движением стянул печать вниз, услышав команду в наушнике и сакура тут же атаковала превращая валун и мелкие камни и открывая вход в пещеру. Хатаке дал жест рукой и мы пятеро рывком оказались в пещере. Перед нами были двое людей в накидках Акацуки. Один из них сидел на теле Гаара, изучая нас бесчувственным возглядом. - Гандоны! Я вас урою! Хули ты на нем рассеялся, урод! - Наруто яьелсч как зверь, смотря на врагов. - Гаара, как ты можешь спать в такое время!? Вставай! Гаара! Эй, Гаара, ты слышишь!? - Прекрати, Наруто. - Резко обрезал Какаши. - Ты ведь всё понял. - Верни его. - Глаза Наруто стали красными, а зрачки сузились. - Верните Гаару ублюдки! Он кинулся вперёд и я уже ставила барьер, но прямо перед этим Наруто остановил Какаши. - Остынь. Если нападешь необдуманно, нам всем конец. - Увидемся, Господин. - Акацуки с длинной жёлтой челкой на один бок, создал белую птицу, которая взяла Гаару в свой клюв. Она быстрыми взмахами крыльев вылетела из пещеры, а вслед за ним побежал и Наруто. - Стой! Черт тебя дери! - Наруто! - Какаги бросился в его сторону, но перед уходом остановился. - Я и Наруто позаботится о парне снаружи. Мико, Сакура, Чиё-сама, этого я оставляю вам. Но избегайте излишнего риска, дождитесь команды Гая. - Ясно. - Коротко ответила я за всех, провожая Какаши взглядом. - Не бойтесь, девочки. - Чиё вышла вперёд. - А вы оставайтесь тут. Воздух в пещере был густым и спертым, пахнущим окисленным металлом, пылью веков и сладковатым, ядовитым ароматом смол, которыми Сасори бальзамировал своих жертв. Свет, исходивший от странных образований на стенах, отбрасывал прыгающие, уродливые тени, в которых уже шевелилось зло. Сасори, закованный в дерево и металл своего сердца-сосуда, смотрел на нас безразличным взглядом куклы. — Очередные незваные гости, решившие осквернить мое искусство? — его голос был ровным, как скрежет шестеренок в старом механизме. — Три женщины... Из вас выйдут прекрасные куклы. Леди Чиё, ее лицо было маской сурового спокойствия, уже выпустила своих десяти марионеток. Сакура, сжимая кулаки, в которых сконцентрировалась стальная мощь Цунаде, сделала шаг вперед. Я же осталась сзади, слегка отступив в тень. Моя роль не в лобовой атаке. «Первый ход — разведка. Всегда разведка». Без единого жеста, силой воли, я сжала воздух в небольшой сфере прямо перед грудью Сасори. Это не было атакой — лишь резкий, точечный удар уплотненной атмосферы, должен был отбросить его и проверить реакцию. Но он даже не дрогнул. Воздушный шар лопнул, не оставив и царапины. В ответ, его плащ распахнулся, и оттуда, с оглушительным шелестом, как рой стальных саранчи, вырвался Третий Казанаге. Сотни марионеток, вооруженные клинками, пилами и трубками с ядом, заполонили пещеру. Их атака была хаотичной и смертоносной. Я не осталась на месте. Толчок уплотненного воздуха у моих ступней — резкий, словно выстрел, — отбросил меня вбок, на возвышение у стены пещеры, а в голове звучал совет Какаши. «Не лезь в толпу. Контролируй пространство». Пока Сакура, подобно урагану, крушила кукол своими кулаками, превращая их в щепу, а Чиё с невероятной грацией парировала атаки, я работала с воздухом. Невидимые клинки сжатого ветра срезали конечности марионеток, пытавшихся зайти Сакуре с фланга. Внезапные порывы сбивали их с курса, заставляя спотыкаться и подставляться под сокрушительные удары розововолосой куноичи. Неожиданно группа из двадцати марионеток отделилась от основного роя. Их рты распахнулись, и из них вырвались сконцентрированные струи маслянистого огня, перекрывая пути к отступлению. Они работали слаженно, как один организм, выжигая пространство вокруг нас. Еще один, более мощный толчок ветра — и я оказалась на сталактите прямо под потолком пещеры. Мои руки плавно развелись в стороны, пальцы сцепились в причудливом узоре, управляя потоками стихий. Вихри раскаленного воздуха и чистого пламени сплелись воедино, рождая три мерцающих, полупрозрачных купола — Огненно-воздушных барьера. Они опустились на группу марионеток. Эффект был мгновенным. Внутри сфер воздух стал разреженным, выгорел, а пламя, лишенное кислорода снаружи, обратилось внутрь и с жутким шипением за долю секунды испепелило дерево и металл. От двадцати марионеток остались лишь груды оплавленного шлака. Но Сасори только разминался. Потеря части марионеток, казалось, лишь разозлила его. Из его спины выполз чудовищный механизм — Хируко, огромная марионетка, вооруженная пушечными стволами. Грохот выстрелов оглушил нас. Я уворачивалась, используя ветер для резких, почти телепортационных перемещений от стены к стене. «Не попадаться. Ни в коем случае». Сакура прикрывала Чиё, принимая удары на свои закаленные руки. Именно тогда Сасори раскрыл свой истинный облик. Его деревянная оболочка рухнула, и перед нами предстало тело марионетки, от которого, подобно скорпиону, тянулся смертоносный хвост-жало с каплей яда на кончике. Напряжение достигло пика. Бой перешел в смертельную фазу. Яд, скорость, сталь. Я видела, как Сакура, движимая инстинктом, закрыла собой Чиё, и жало впилось ей в плечо. Антидот, заготовленный Харуной, сработал, но шок и боль вывели ее из строя на несколько критических секунд. Именно этого и ждал Сасори. Его хвост, словно живой, извился и ринулся в сердце леди Чиё. Она была открыта. Ее куклы не успевали прикрыть. Пока Сакура падала, а Чиё застыла перед лицом смерти, я отступила в глубокую тень, прислонившись спиной к холодному камню. Я закрыла глаза, отсекая хаос битвы. «Сосредоточься. Огонь... он везде. В дыхании пещеры, в тепле наших тел, в самой энергии жизни, которую он так презирает...». Я чувствовала, как моя обычная магия огня начинала меняться. Она становилась тяжелее, плотнее, более послушной и в то же время дикой. Это был мучительно медленный процесс, подобный раскалу металла в горне. Я не могла ускорить его, не рискуя все испортить. И вот, в тот самый миг, когда острое жало было в сантиметре от груди Чиё, Сасори на микросекунду замер, предвкушая победу. Этого было достаточно. Мои волосы вспыхнули. Не ослепительным факелом, а темными, черными языками пламени, которые, казалось, не излучали свет, а поглощали его. Воздух вокруг меня заколебался от нестерпимого жара. — САКУРА, ОТБРОСЬ ЕЕ! — мой голос прозвучал хрипло, искаженный концентрацией. Сакура, превозмогая боль и яд, инстинктивно рванулась вперед и отшвырнула Чиё от траектории удара. А я уже действовала. Толчок ветра, усиленный энергией чистого пламени, был таким мощным, что камень под моими ногами треснул. Я не стала атаковать Сасори в лоб. Вместо этого я оказалась между ним и его целью. Мое движение было не для удара, а для создания ловушки. Мои руки описали перед собой круг, и последний, самый мощный Огненно-воздушный барьер сомкнулся не вокруг Сасори, а вокруг основания его смертоносного хвоста. Я не пыталась сжечь его всего — только отсечь оружие. Внутри барьера воздух был моментально выжжен дотла, создав вакуум, а алое пламя, сконцентрированное в этой пустоте, обрушилось на металл. Не было взрыва, не было оглушительного грохота. Был лишь короткий, пронзительный шипящий звук, словно раскаленный металл опустили в воду. И половина хвоста-жала, та самая, что несла яд, просто исчезла, обращенная в облачко черного пепла. В наступившей тишине было слышно лишь тяжелое дыхание Сакуры и потрескивание догорающего черного пламени в моих волосах, которое понемногу угасало. Сасори замер. Его марионеточное тело было неподвижно, но его человеческое сердце, спрятанное в груде, должно было бешено колотиться. Он смотрел на место, где еще секунду назад было его главное оружие, а затем медленно перевел взгляд на меня. И в его глазах, в этих единственных живых частях, я увидела не злость, не ненависть. Я увидела шок. Глубокое, всепоглощающее недоумение. Он смотрел на меня. Долгим, пронизывающим взглядом, в котором читалось не просто удивление, а нечто более глубокое — крах расчетов. Весь его бой, все его искусство было построено на предсказуемости, на знании всех видов ниндзюцу, всех печатей и тактик. А здесь... здесь была тишина. Без жестов. Без чакры, видимой глазу. Лишь воля, воплощенная в стихии. «Он ищет в своей памяти свитки, где описана такая техника. И не находит. И это сводит его с ума». — Как?.. — единственное слово, которое сорвалось с его губ. Оно прозвучало не как вопрос врагу, а как вопль ученого, столкнувшегося с невозможным. Этот миг нерешительности стал роковым. Пока его сознание пыталось переварить случившееся, леди Чиё, воспользовавшись шансом, которую мы ей подарили, пришла в себя. Ее взгляд встретился с моим, и в нем мелькнуло молчаливое понимание. Благодарность. Ее пальцы дернули невидимые нити. — Теперь, Сасори! — крикнула она, и две ее самые мощные марионетки, которых она приберегала для решающего удара, ринулись вперед. Он очнулся, но было поздно. Его механический хвост, укороченный и бесполезный, не мог парировать атаку с двух сторон. Он отбил первую куклу, но вторая, управляемая всей волей умудренной опытом ниндзя, вонзила свои клинки в сочленения его марионеточного тела, на мгновение обездвижив его. — Сакура! — наше второе сражение было не на мечах и не на магии, а на скорости мысли и реакции. Розововолосая куноичи, стиснув зубы от остаточной боли, была уже в воздухе. Ее кулак, сконцентрировавший в себе всю ее ярость, боль за Саске, за Наруто, за всех, кого коснулось зло, сверкнул в тусклом свете. Удар, который мог расколоть землю, обрушился на сердце-сосуд Сасори, который он так тщательно оберегал. Раздался оглушительный хруст ломающегося дерева и металла. Сосуд треснул, как скорлупа ореха. И снова наступила тишина. Тело марионетки Сасори замерло, его движения стали резкими, механическими. Он пытался поднять руку, но она лишь дернулась и повисла. «Это конец. Искусство, доведенное до абсолюта, оказалось хрупким. Потому что в нем не было места для чего-то непредсказуемого. Для души». Я подошла ближе, моя кожа все еще дымилась от остаточного жара. Я чувствовала страшную усталость. Слияние с природой огня, даже неполное, вытягивало душу. Сасори лежал среди обломков своих творений. Его живое сердце, прикрепленное к механизму, медленно пульсировало. — Ты... — его голос был едва слышен. — Ты не использовала печати... Твоя магия... это не ниндзюцу... «Он до последнего пытается классифицировать меня. Вписать в свои схемы». — Это не важно, — тихо сказала я, глядя на него. — Ты проиграл не мне. Ты проиграл тому, что не смог учесть. Ты так верил в свое искусство, что забыл, что мир шире, чем твои свитки. Он медленно повернул голову, и его взгляд упал на старую, потертую куклу, которую Чиё нежно держала в руках — куклу, в которую была вложена душа его родителей. — Бабушка... — прошептал он, и в его голосе впервые за всю битву прозвучала не злоба, а что-то похожее на сожаление. На детскую боль. В его глазах, смотревших на куклу, отразилось пламя наших сражений — и алое зарево взрывов, и холодная магия ветра, и тот самый черный огонь в волосах, что поглощал свет. Это было прощальное зрелище, которое он уносил с собой — не хаос разрушения, а тихую, безмолвную работу сил, которые он так и не смог постичь. Леди Чиё закрыла глаза, и по ее морщинистым щекам покатилась слеза. Сакура, тяжело дыша, оперлась на колено, глядя на поверженного врага с сложной смесью облегчения и жалости. Я же отвернулась и пошла к выходу из пещеры, к свету, что пробивался сквозь входное отверстие. Моя работа была сделана. Я не наносила последнего удара. Я не произносила пафосных речей. Я лишь создала тот самый миг, ту единственную возможность, которую другие смогли обратить в победу. "Верно и скрытно. Как и положено тени." И за спиной у меня оставалась не просто победа над могущественным врагом, а тихая революция в сознании мастера, который слишком поздно понял, что истинная сила не всегда кричит о себе. Иногда она просто ждет в тени, дышит, сливаясь с ритмом мира, и в нужный момент меняет все одним точным, негромким движением. Несмотря на пронизывающую усталость и жгучую раздирающую боль в каждом мускуле из-за неполного и резкого сияния с огнем, я заставила себя ускориться. Позади меня не было шагов - Сакура и бабушка Чиё остались в пещере. Видимо последняя хотела проститься со своим внуком, Сасори. Воздух был густым и тяжёлым, пахло озоном и пеплом, а от недавних взрывов в нём ещё висела взвесь мелкой пыли, оседая на потную кожу. Я приземлилась рядом с Какаши и Наруто, едва переводя дух. Блондин стоял, согнувшись, опираясь руками на колени, его плечи тяжело вздымались. — Наконец-то догнала, — выдохнула я, чувствуя, как дрожь в ногах медленно утихает. — Неплохо постаралась, раз нашла нас, — Какаши бросил на меня короткий оценивающий взгляд. Его единственный видимый глаз сиял усталостью, но был собран. — Твою энергию я почувствую где угодно, — ответила я, не спуская глаз с Хатаке. — Вы... вы же сделали его? - Голос Наруто был прерывистым, полным отчаяния и физического изнеможения. Я кивнула, обернувшись на подбегающих Сакуру и Чиё. — У вас двоих, как я вижу, проблемы здесь, — заметила я, окидывая взглядом разгромленное поле боя. Воздух буквально трещал от чужой, агрессивной чакры, исходящей от второго противника. — К сожалению, — коротко и мрачно ответил Какаши, его взгляд на мгновение ушёл в землю, но тут же мы оба подняли головы, уловив движение. Вдалеке команда Гая уже вступила в схватку со вторым Акацуки — тем самым, что был без обеих рук и с ожесточением зажал кунай в зубах. Его тело начало неестественно раздуваться, кожа натянулась до предела, а чакра внутри сжалась в крошечную, невероятно плотную точку. «Интересно. Самоуничтожение?» — Искусство — это взрыв! — прохрипел блондин, и его голос исказился предсмертной агонией. — Все назад! — скомандовал Неджи, но отступать было уже некуда и некогда. Я инстинктивно выбросила руки вперёд, возводя один за другим прозрачные барьеры, пытаясь перенаправить энергию. Но ударная волна, прежде чем дойти до нас, схлопнулась сама в себя. На её месте возникла чёрная пустота, беззвучно и ненасытно втягивающая в себя свет, звук и осколки скал. Это была не вспышка, а исчезновение. Какаши рядом со мной резко выдохнул, его тело затряслось, и он начал заваливаться набок. Я успела подхватить его под плечо, не давая упасть — молчаливая, но твёрдая поддержка. — Ты... телепортировал взрыв? — спросила я тихо, всё ещё придерживая его. Его тело было тяжелым и обмякшим. — Перенёс... в другое измерение, — он ответил, и его дыхание было частым и поверхностным, словно после спринта. — Все... в порядке? В этот момент с ветки дерева спрыгнул Наруто. На его руках безжизненно болталось тело Гаары. Его взгляд, полный мольбы и последней надежды, встретился с моим, а затем перешёл на Сакуру. «Он мёртв. Дыхания нет, сердце не бьётся. Никакое исцеление не вернёт душу в тело. Единственный шанс — это теневая магия, делающая нежитью... но Сакура на такое не способна.» Когда Какаши немного отдышался и смог самостоятельно сесть, опустив голову на сложенные на коленях руки, я наконец отпустила его и встала рядом. Мы все смотрели на Сакуру. Она опустилась на колени, её руки, светясь нежно-зелёным, легли на грудь Гаары, отчаянно пытаясь запустить остановившееся сердце. Спустя несколько долгих, тянущихся секунд, она медленно покачала головой. Её плечи бессильно опустились. —Я... я не могу. Его уже не вернуть. — Почему... — голос Наруто сорвался на шёпот, а потом взорвался отчаянием. — Почему Гаара должен был умереть именно так?! — Успокойся, Наруто, — голос Чиё-сама прозвучал тихо и устало, но в нём была бесконечная, материнская нежность. — Заткнись! — Наруто резко развернулся к ней, его лицо было искажено гримасой боли, а по щекам ручьями струились слёзы. — Если бы шиноби вашего проклятого Песка не запихнули в него этого монстра — ничего бы этого не было! Ты хоть представляешь, как ему было тяжело всю жизнь?! Он согнулся пополам, словно от физической боли, его рыдания разрывали тишину. Слёзы капали на пыльную землю, впитываясь в ткань его куртки. — Я не смог спасти Саске... я не смог спасти Гаару... — он говорил навзрыд, его слова тонули в рыданиях. — Я так упорно тренировался... все эти три года... И ничего... ничего не изменилось! В этот момент Чиё медленно поднялась и подошла к телу внука. Она опустилась на корни рядом с ним, и воздух снова зарядился энергией — но на этот раз это была не боевая ярость, а тихая, жертвенная мощь. Она положила руки на грудь Гаары, и из её ладоней полился поток тёплой, золотистой чакры — её собственной жизненной силы. Её тело затряслось в немом усилии, каждый мускул напрягся до предела. С каждой секундой её дыхание становилось всё тяжелее, а свечение чакры — слабее. Она отдавала себя, без остатка. Но её одной было недостаточно. Техника воскрешения требовала колоссальной энергии. — Дай ей свою чакру. — резко сказала я, обращаясь к Наруто. — Сейчас же. Он, не раздумывая, прильнул к старухе, и его яркая, солнечная чакра влилась в иссякающий поток. Два потока энергии — угасающая мудрость и яростная жизнь — слились воедино над телом Кадзекаге. Чиё беззвучно рухнула на землю, её миссия была завершена. И в этот самый миг сотни ниндзя Скрытого Песка, словно из-под земли, вышли на опустошённую поляну. Они стояли в благоговейном молчании, в их глазах читался ужас, скорбь и последняя надежда. И их надежда была услышана. Гаара резко всхлипнул, его грудь поднялась в судорожном вдохе. Он сел, его глаза, широко распахнутые, с недоумением скользили по лицам собравшихся. На секунду воцарилась полная тишина, а затем её разорвал оглушительный, ликующий рёв толпы. Крики облегчения, счастья, слёзы радости — всё смешалось в едином гимне жизни, вернувшейся к их правителю. А Наруто стоял посреди этого ликования, вытирая слёзы, и на его лице наконец-то появилась слабая, но настоящая улыбка.