Часть 2

Платформа 9¾ Толпа суетилась, дети обнимали родителей, совы ухали из клеток, чемоданы грохотали по полу. Гарри стоял рядом с Ада, сжимая ручку своей клетки и чемодана, а сердце билось так, будто собиралось выпрыгнуть. Ада выглядела, как всегда, идеально собранная: строгая одежда, волосы без единого выбившегося локона, зелёные глаза — холодные, но в глубине светились теплом только для него. Она наклонилась к нему, положила руки на плечи. — Слушай внимательно, Поттер. Сейчас я скажу тебе умные вещи, а ты сделаешь вид, что запомнил. Гарри сглотнул. — Я постараюсь. — Постараюсь — это для неудачников. Ты запомнишь. — Она усмехнулась. — Первое: держи голову высоко. Даже если тебе кажется, что на неё сел тролль. Особенно тогда. Гарри рассмеялся. — Ладно. — Второе: никогда, слышишь, никогда не давай себя в обиду. Пусть это будет даже профессор, даже какой-то надменный сопляк. Ты Поттер. А если кто-то будет спорить — пошли его лесом. — А если это директор? Ада скрестила руки. — Тем более пошли. Главное, с вежливой улыбкой. Гарри засиял. — Хорошо. — Третье и главное: думай сначала о себе. Не о том, что скажут другие, не о том, что они ждут. Себя не предавай. Остальное приложится. Гарри немного посерьёзнел. — Но… а если друзьям нужна помощь? Ада приподняла бровь и наклонилась ближе: — Если это настоящие друзья, они никогда не потребуют, чтобы ты ломал себя ради них. А если требуют — это не друзья, а нахлебники. Уяснил? Гарри кивнул, и глаза его блеснули от понимания. Она посмотрела на него с чуть заметной улыбкой. — Ну и четвёртое, бонусное: не женись на ведьмах до пятнадцати. — Ада! — возмутился Гарри, покраснев. — Шучу, — фыркнула она. — Хотя, зная тебя, я бы всё равно присмотрела. Они оба рассмеялись. Поезд уже свистел, подзывая детей. Ада ещё раз прижала Гарри к себе. — Я горжусь тобой. И помни: если что-то пойдёт не так — у тебя есть я. Пиши. Даже если это будет глупейшее письмо в духе «Ада, у меня нос не туда растёт». Гарри всхлипнул, но улыбнулся. — Я буду писать. Обещаю. Она слегка потрепала его волосы. — Иди уже. А то поезд уйдёт, и придётся мне вести тебя обратно домой, а я уже морально настроилась на тишину и кофе без твоего нытья. Гарри схватил чемодан и побежал к поезду, но на полпути оглянулся. Ада стояла прямо, голова высоко, и махала ему рукой — с лёгкой, но тёплой улыбкой. Гарри махнул в ответ. В груди у него жгло от волнения, но слова Ады звучали так чётко, будто она шептала их прямо в сердце: «Держи голову высоко. Не давай себя в обиду. Думай о себе.» И он понял: с такой поддержкой — ему ничего не страшно. Поезд Гарри с чемоданом протиснулся в купе. Внутри сидел рыжий мальчишка с длинным носом и веснушками. — Привет, можно я тут присяду? — спросил Гарри. — Конечно, садись, — сказал мальчик и потеснился. — Я Рон. Рон Уизли. — Гарри, — ответил он, протягивая руку. — Гарри Поттер. Рон чуть не выронил свою крысу. — Что? Поттер? Гарри Поттер? Гарри смущённо улыбнулся. — Да, но я всё ещё Гарри. И не кусаюсь. Рон моргнул, потом ухмыльнулся. — Круто. Слушай, мои братья будут орать от зависти. Гарри рассмеялся — и сразу почувствовал, что с этим мальчиком получится дружить. Зал сиял сотнями свечей, над головой сверкало зачарованное небо. Гарри сел на стул, и Шляпа зашептала ему прямо в голове: — О, интересный случай… Храбрый, но умный. С хитринкой. Мог бы прославиться в Слизерине… Гарри сжал зубы. — Нет. Не Слизерин. — Уверен? Там ты мог бы стать великим… — Я и так стану. Но не там. Шляпа хмыкнула. — Упрямый. Ладно… тогда — ГРИФФИНДОР! Зал взорвался аплодисментами. Гарри облегчённо выдохнул и пошёл к своему столу. Рон приветственно махал руками. Стол ломился от блюд. Гарри жадно тянулся за пирожками, а Рон набивал рот картошкой. — Тут лучше, чем дома, — пробормотал он с набитым ртом. Гарри засмеялся. — У тебя дома плохо кормят? — Да нормально. Но у меня шесть братьев. Пока дотянешься до котлеты — её уже нет. Они оба рассмеялись. Гарри впервые чувствовал, что он среди своих. Комната была уютной, с красными занавесками и мягкими кроватями. Соседи уже спали, но Гарри сидел у окна, держа в руках пергамент и перо. Луна светила прямо на столик. Он писал быстро, почти на одном дыхании. Дорогая Ада, Сегодня был самый невероятный день в моей жизни. В поезде я познакомился с мальчиком по имени Рон. Он смешной, добрый и очень простой. Думаю, мы станем друзьями. Потом было распределение. Шляпа хотела отправить меня в Слизерин, но я сказал «нет». Я вспомнил твои слова — сам решай, кто ты и что тебе нужно. И знаешь, она меня послушалась! Я теперь в Гриффиндоре. Зал, Ада, это чудо! Свечи парят прямо в воздухе, потолок как настоящее небо. А ужин… я такого никогда не видел. Я даже попробовал блюда, которых раньше не знал. А ещё — я встретил мальчика по имени Драко Малфой. Он пытался показаться очень важным, даже предлагал дружбу. Я улыбнулся и пожал ему руку, но сказал, что сам выбираю друзей. По-моему, он был шокирован. Думаю, тебе бы понравилось, как я справился. Знаешь… всё это такое новое, такое огромное, и я немного боюсь. Но в то же время — чувствую, что это моё место. И что я справлюсь. Спасибо, что верила в меня. Без тебя я бы никогда не оказался здесь. С любовью, твой Гарри. Гарри перечитал письмо, улыбнулся и аккуратно сложил его. Вечер следующего дня. Дом Ады Ада сидела в кресле у камина, закинув ногу на ногу и задумчиво листая газету. В комнате было тихо, только трещали поленья. Вдруг в окно с громким хлопком влетела сова и чуть не уронила свечу на столе. — Мерлин вас всех побери… — пробормотала Ада, подхватывая конверт. — Если Поттер научит свою сову летать прямо, а не как комету в стену, я лично выдам ему медаль. Она разорвала печать и начала читать письмо, вслух проговаривая каждую строчку, будто Гарри сидел рядом. — «Сегодня был самый невероятный день в моей жизни…» — хмыкнула. — Ну наконец-то у него начинается жизнь, а не цирк у Дурслей. — «В поезде я познакомился с мальчиком по имени Рон… Думаю, мы станем друзьями.» — Ада приподняла бровь. — Рыжий? Прекрасно. Надеюсь, не полный идиот. Хотя, если он умеет смеяться над собой, это уже лучше половины Хогвартса. — «Шляпа хотела отправить меня в Слизерин, но я сказал ‘нет’…» — Она довольно улыбнулась. — Молодец, Поттер. Отказался от удобного пути, выбрал свой. Упрямство в нашем роду — врождённое. — «Я теперь в Гриффиндоре.» — Ада покачала головой. — Ну что ж… официально ты теперь красный герой, а не зелёный интриган. Я тебя предупреждала: герои обычно умирают молодыми, так что, будь добр, не умирай. Она перевернула страницу. — «Я встретил мальчика по имени Драко Малфой… пожал руку, но сказал, что сам выбираю друзей.» — Уголки её губ дрогнули. — Вот это правильно. Дружи, но на своих условиях. Даже если этот белобрысый слизняк решит, что ты его враг — ты уже победил, потому что улыбнулся. Она дочитала последние строки: — «Спасибо, что верила в меня. Без тебя я бы никогда не оказался здесь.» Ада замолчала, сжала письмо и уставилась на камин. Пламя отражалось в её глазах, делая их мягче, чем обычно. — Дурачок, — тихо сказала она. — Я не верила в тебя. Я знала, что ты справишься. Она сложила письмо, прижала его к губам, а потом аккуратно спрятала в ящик стола. — Ну что, мой мальчик, держи голову высоко. И помни: если хоть один учитель попробует заставить тебя сомневаться в себе… я приеду и объясню, что такое настоящая буря. Ада снова откинулась в кресле, сделала глоток чая и усмехнулась: — Чёрт возьми, Поттер… я правда стала мамой.