Часть 11

Вечер уже начал сжиматься в холодный синий свет. Студенты шумели где-то далеко, но в небольшом дворике возле башни было спокойно — почти интимно. Ада, Сириус и Гарри стояли втроём, словно отделённые от мира невидимой чертой. Ада первой нарушила тишину: — Ну что, мальчик мой… — она мягко коснулась плеча Гарри, — мы всё обсудили. Но очень важно услышать это от тебя. Ты уверен? Без давления, без взглядов, без… — она бросила мимолётный колкий взгляд на Сириуса, — слишком эмоциональных советчиков. Сириус фыркнул: — Эмоциональных? Это я-то? Ох, дорогая… я образец хладнокровия. — Конечно, — Ада скрестила руки. — Особенно когда хочешь укусить Муди. Сириус ухмыльнулся виновато, но без спора. Гарри поднял глаза — уже более взрослые, чем в начале лета. Он устал, но был твёрд. — Я… не знаю, как объяснить. Я не вписывал имя. Но если его всё равно вытащили — убежать не получится. Я хочу делать это не потому, что “должен”. А потому что не хочу прятаться. И… — он вдохнул, — я буду спокойнее, если вы рядом. Ада смягчилась. — Значит, решение есть, — тихо сказала она. — И оно твоё. И мы его принимаем. Сириус тронул Гарри за затылок — по-домашнему, тепло. — Я поговорю с Дамблдором. Честно, министерство сейчас будет buzzing после всей этой истории, но ты не переживай. Я остаюсь в школе на весь Турнир. Хоть в шкафу жить буду, если надо. — С твоим уровнем драматизма, — сухо заметила Ада, — ты вполне мог бы поселиться в шкафу назло кому-нибудь. — А ты меня всё равно найдёшь, — он подмигнул ей. — Даже если прячусь под заклинанием невидимости. Их перепалки были такими… домашними, что Гарри иногда забывал, как недавно он вообще никого из них не знал. Сириус , глубже вдохнул и посмотрел на Гарри серьёзно: — Я поговорю с Дамблдором сегодня же. Официально — я здесь как представитель, опекун и защитник участника Турнира. Неофициально — я тут, чтобы лично убить любого, кто решит, что может тронуть тебя. Ада тихо хмыкнула: — Это звучит необычайно по-семейному. Сириус расправил плечи — почти гордо. Ада , поправила плащ. — А я отправляюсь в министерство, — сказала она спокойно. — Там хватает тех, кто захочет устроить скандал. Я хочу пресечь их разговоры заранее. Пусть знают: у Гарри есть заступники, которые не позволят использовать его как пешку. Сириус фыркнул: — О, ты сделаешь так, что они две недели чай пить будут стоя. — Только две? — Ада улыбнулась ядовито. — Значит, я расслабилась. Гарри не удержался от смеха. Ада снова повернулась к нему. Её взгляд был мягким — тем редким, что Гарри видел только когда они вдвоём. — Это важно: хочешь ли ты сам продолжать? Не потому что школа смотрит. Не потому что кто-то требует. И не потому, что “так надо”. Только ты. В этот раз Гарри ответил без паузы. — Да. Это страшно. Но я сделаю это. И я рад, что вы рядом. Сириус засмеялся тихо — так, как смеются, когда гордятся кем-то до боли. Ада просто кивнула — коротко, но с огромной теплотой. — Тогда — действуем, — сказал Сириус. — Я в школу. — А я — в министерство, — добавила Ада. — А ты, Гарри… будь умницей и не умирай. Это важно. — Постараюсь, — Гарри закатил глаза. Ада наклонилась и мягко тронула его волосы: — Постарайся хорошо. И пиши мне. Каждый вечер. Или я сама явлюсь. Гарри улыбнулся: — Ладно. Договорились. Они разошлись в разные стороны — но ощущение, что семья стала рядом с ним, жило в груди как маленький свет. -_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_- Сириус вошёл в кабинет директора уверенным шагом — но уверенность его была не той бравадой, что прежде. Это была уверенность человека, который имеет право стоять здесь. Дамблдор, сидевший за своим столом с туманным выражением мыслителя, поднял глаза и тепло улыбнулся: — Сириус. Рад видеть тебя не через огонь камина, а лично. — Да, уже прогресс, — скептически фыркнул Блэк, садясь. — Надо признать, старик, у тебя тут уютнее, чем в горах Шотландии. Дамблдор сложил пальцы домиком. — Предполагаю, вы хотите поговорить о Гарри. — Гениально, — съехидничал Сириус. — Да. Я хочу остаться в Хогвартсе. На время Турнира. Пока не станет ясно, кто пытается запихнуть моего крестника в могилу. Дамблдор нахмурился слегка — почти незаметно. — Ты понимаешь, что твоё присутствие вызовет шум? Не все разделяют уверенность в твоей невиновности. — Неинтересно, — спокойно ответил Сириус. — Гарри важнее чужих шёпотов. Пару секунд — тишина. Потом Дамблдор мягко кивнул: — Хорошо. У меня есть комната на пятом этаже. Не слишком большая, но тебе подойдёт. Буду рад, если ты поможешь Хогвартсу своими… нестандартными навыками. Сириус ухмыльнулся: — О, не волнуйся. Я очень нестандартный. — Да уж, — вздохнул директор, — я помню. Они оба рассмеялись — легко, по-доброму. И всё же в воздухе осталось напряжение. Оба знали: впереди — буря. Вечер выдался тихим, даже слишком. С Хогвартса как будто ушёл шум: коридоры стихли, факультеты затихли, каждый обсуждал Турнир в своей башне. Гарри сидел в кровати. Сириус пришёл поздно, постучав в дверь спальни. — Можно? — Конечно. Блэк сел рядом, опираясь спиной о стену. — Ну что, чемпион, — произнёс он с мягкой усмешкой, — всё ещё уверен? Гарри молчал секунду, потом тихо: — Я не выбирал это. Но… если уже втянули — я не хочу прятаться. Не хочу, чтобы думали, что я боюсь. Сириус посмотрел на него — долго, серьёзно. — Ты очень похож на Джеймса. Но не только на него. Он осторожно положил руку парню на плечо. — Ты мудрее. И это уже не шутка, Гарри. Турнир — опасность реальная. Молчание. — Я не один. Есть ты. Есть Ада. Есть ребята. — Это верно, — кивнул Сириус. — Мы будем рядом. И если кто-то попытается тронуть тебя… Он чуть усмехнулся. — То Ада порвёт их раньше, чем я успею. Гарри улыбнулся впервые за день — по-настоящему. — Есть такое. Сириус встал, потрепал ему волосы (Гарри сморщился, но не убрался). — Спи. Завтра начнётся настоящий хаос. Дверь закрылась. Гарри лёг, глядя в темноту. И вдруг, в тишине: — Я справлюсь, — прошептал он. — Точно справлюсь. _-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_- После инцидента в школа кипела. Гудела как улей. Гарри шёл по коридору и ловил на себе: — взгляды изумления, — взгляды зависти, — взгляды ненависти, — и взгляды слизаринцев… которые почему-то стали слишком дружелюбными. Блейз при встрече подмигнул: — “Поттер, если тебе нужен стилизованный плащ чемпиона — я знаю мастера.” Теодор Нот лениво добавил: — “Постарайся не умереть. В нашей ставке на тебя коэффициент высокий.” А Малфой, шедший впереди, бросил через плечо: — “Если уж кто-то и должен выставить Хогвартс достойно, то лучше ты, чем кто угодно из Пуффендуя.” Гарри чуть не поперхнулся. — Эм… спасибо? — Не благодари, — надменно сказал Драко. — Это всего лишь факт. Но угол его рта говорил другое: поддержка была настоящей. _-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-__-_-_-_-_-_- — “Блэк в школе?!” — “Да ладно!?” — “Он же преступник!” — “Он оправдан… вроде…” — “А почему он здоровается с Снеггом как с соседом по лестничной площадке?” Сириус, идя по коридорам, выглядел так, будто ему всё это нравится. Черный длинный плащ, лёгкая улыбка, взгляд: “Да, я тот самый — восхищайтесь”. Уизли шептались: — Он что, прям живёт здесь? — Ага. Комната на пятом этаже. — Да ладно! — Мы видели, как он ел на общей кухне! — СОМНЕВАЮСЬ, что прежние чемпионы были с личным телохранителем. Гарри пытался не чувствовать неловкости, но Блэк ухитрился сделать всё куда хуже, когда подошёл к столу Гриффиндора: — Сынок, ты сегодня обедал? — Сириус!.. — Не бурчи. Ты худой. Как твой отец — ужасно раздражает. Уизли прыснули. Гермиона покраснела от умиления. А Рон пробормотал: — Ну хоть кому-то он слушается… —Министерство магии. Кабинет министра. Пергаментовые стены и окна, завешанные тяжёлыми шторами, скрывали от света всё, кроме огромного письменного стола, на котором кипами росли документы. Корнелиус Фадж в этот момент подписывал что-то пухлым пером и тихо путался в собственных мыслительных цепочках. Типично. И вдруг — тишина ломается, будто ледяной нож прошёл по стеклу. Дверь открылась сама собой. — Добрый вечер, министр, — раздался ровный голос. Фадж вздрогнул так, что чуть не опрокинул чернильницу. В дверях стояла Ада Маерс. Элегантная, идеально собранная, холодная как наточенная сталь. Плащ — тёмный, дорогой, струящийся. Взгляд — прямо в душу. Фадж попытался улыбнуться: — М-мисс Маерс!.. Какая… неожиданность… — Неожиданность — это то, что вы до сих пор на этом месте, Корнелиус, — спокойно ответила она. — А мой визит — необходимость. Она подошла ближе, поставила перед ним толстую папку, перевязанную тёмно-зелёной лентой. — Подпишите. Фадж закашлялся: — Эмм… что это? — Договор, — Ада мягко улыбнулась, но это была улыбка хищницы, — о моём официальном назначении в Хогвартс от имени Министерства. На период Турнира Трёх Волшебников. Фадж моргнул. — Но… но… мы не… я не— — Подпишите, — повторила она, чуть наклонив голову. — Это займёт меньше времени, чем мои объяснения. Он развязал ленту и начал листать страницы — сначала бездумно… потом медленнее… потом — с расширяющимися глазами. — Э-это… — он сглотнул. — Это же полномочия наблюдающего первого уровня! Такие даются только… декретами для чрезвычайных ситуаций… Ада положила ладонь на стол — тихо, но воздух дрогнул. — Именно так. Ситуация чрезвычайная. Ребёнок, за которого я отвечаю, оказался вовлечён в Турнир без согласия. На него орут, на него давят, его пытаются обвинить — и Министерство не в состоянии обеспечить ему защиту. Фадж тихо пискнул: — Н-но это… слишком… Там написано, что вы имеете право вмешиваться в педагогические процессы! — Если потребуется, — Ада кивнула. — У меня открыт прямой доступ ко всем материалам расследования. И… да, Корнелиус. У меня развязаны руки. Полностью. Он медленно опустился в кресло. — Инициатор… подписания… я… — Конечно, вы, — с ядовитой мягкостью подтвердила она. — Не волнуйтесь, я написала всё так, что министерство будет выглядеть решительным, ответственным и дальновидным. — А я?.. — А вы — заботливым министром, — Ада наклонилась, — который принял верное решение и поставил безопасность ученика выше интриг. Фадж вытер пот со лба. — Это опасно… Вы понимаете, что с такими полномочиями… вы можете… Ада тихо закрыла папку. — Я могу обеспечить безопасность Гарри Поттера. Точка. Несколько секунд — мёртвая тишина. Фадж взял перо. Рука дрожала так сильно, что капля чернил упала на стол. Подписал. Ада плавно забрала документ: — Прекрасно. Уверена, вы сделали лучшее решение в своей карьере. И худшее — подумал Фадж, судя по его лицу. Ада развернулась к двери. — О, и ещё, министр? — остановилась она на пороге. Он поднял взгляд, как загнанный гусь. — В ближайшие дни ваш кабинет лучше не навещать делегациям из прессы. Я уверена, что они… не поймут, почему вы решили не препятствовать моему назначению. — Н-не препятствовать?! Да я— — Отдохните, Корнелиус, — мягко сказала Ада. — Вас ждёт долгая ночь. И вышла. За дверью послышался едва слышный звук — будто кто-то снова обрел способ дышать. Ада ступила в прохладный коридор Хогвартса . На плече плащ, перехваченный серебряной застёжкой, а под мышкой — аккуратно свёрнутый пергамент с печатью Министерства. У дверей директора она глубоко вдохнула, словно заранее собираясь с терпением. — Входите, мисс Мейрс, — отозвался Дамблдор, будто чувствовал её под дверью. Кабинет встретил её тёплым сиянием свечей. — Я пришла предупредить, а не просить, — без предисловий сказала Ада и положила свиток на стол директора. — Министр подписал приказ. Я официально назначена наблюдателем на Турнир от Министерства. С полным доступом к тренировкам и подготовке чемпионов. Дамблдор приподнял брови. — "Полным" — интересное слово. Он развернул пергамент, пробежал глазами, и в какой-то момент его голубые глаза вспыхнули интересом — и лёгким, скрытым беспокойством. — Фадж действительно предоставил вам очень широкие полномочия. — Он думал, что этим меня остановит. — Ада тихо усмехнулась. — А на деле развязал мне руки. Дамблдор кивнул с лёгкой, задумчивой улыбкой. — Вы хотите защитить Гарри. — И не только его, — прямо ответила Ада. — Но его — в первую очередь. -_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_- Когда Хагрид — немного смущённый, слишком честный для подобных секретов — нечаянно проговорился о “больших, огнедышащих сюрпризах”, Ада замерла. Глаза её медленно сузились. — Драконы? — Да… ну… так приказано… традиция… — пробормотал Хагрид. Ада закрыла глаза руками так, будто собиралась либо взвыть, либо выругаться так, что фонари вспыхнут. — Кто… кто вообще решил, что подростки и драконы — это совместимо? Хагрид виновато шмыгнул носом. — Э, ну, мисс Мейрс, Гарри справится! Ада подняла голову очень медленно. — Хагрид. Это ребёнок. Который будет стоять перед огнедышащей машиной смерти, потому что кто-то решил “сохранить традицию”. Хагрид практически втянул голову в плечи. И только спустя пару минут Ада выдохнула, собрала себя и тихо сказала: — Значит так. Раз уж я не могу отменить это… я прослежу, чтобы он был к этому готов так, как ещё никто. Позже, уже вечером, когда трое — Сириус, Гарри и Ада — сидели в маленькой гостевой комнате, выделенной Блэку, тихо потрескивали дрова в камине. Сириус устроился на подлокотнике кресла, глядя на Гарри пристально и чуть тревожно, но с тёплой, искренней улыбкой. — Слушай, парень… Я знаю твоего отца лучше всех. Он бы, увидев дракона, сразу полез с ним соревноваться, кто круче. Гарри поморщился: — Я не Джеймс. — Вот именно. Поэтому прошу: не взрывайся, как он. Не лезь напролом. Думай. Используй голову. У тебя она работает лучше, чем у половины ордена Феникса, поверь. Ада кивнула, опираясь на край стола: — Мы оба рядом. Но выбор — твой. Не как чемпиона. Как человека. Сириус слегка потрепал Гарри по плечу, почти братски: — И ещё. Если увидишь возможность сбежать от дракона — беги. Это не трусость. Это здравый смысл, которого у Поттеров исторически мало. Гарри хмыкнул, но в глазах у него появился тёплый огонёк. Через пару дней ,когда Гарри ушёл к ребятам, а Сириус, как истинный страж, остался присматривать за старшими учениками и преподавателями, Ада решила заняться тем, что значилось в её “министерском мандате”. Она вежливо постучала к Хагриду. — Мне нужно увидеть их лично. Хагрид просиял, будто его попросили показать самых любимых щенков, а не смертельно опасных существ весом в тонну. — Конечно, мисс Мейрс! Они чудесные, вы только глянете! Ада мысленно закатила глаза, но улыбнулась — по-другому с Хагридом и не получалось. Они вышли из леса к большой ограждённой площадке, и Ада невольно задержала дыхание. Перед ней, в железных цепях, среди пара из ноздрей и запаха горелой земли, стояли драконы. Настоящие. Огромные. Дикие. Такие, какими она видела их лишь в книгах — а не маленькими, поджатыми под заклинаниями, как в заповедниках. И в тот миг Ада не испугалась. Она… замерла. Будто встретилась взглядом с чем-то старым, древним, первым. Один из драконов — массивный, огненно-красный, с золотистыми пятнами на чешуе — повернул к ней голову. Глаза его были не звериными. Скорее… задумчивыми. Ада чуть склонила голову — и он повторил её жест. В груди у неё странно потеплело. Хагрид тихо прошептал: — Кажется… он вас признал. Такое редко бывает. Но Ада не успела ответить. За её спиной раздался низкий мужской голос с мягким, чуть хриплым тембром: — Не люблю вмешиваться, но вы очень смелая, раз подходите так близко. Большинство магов на таком расстоянии уже бежали бы обратно к Хогвартсу. Ада обернулась — и встретилась взглядом с ним. Чарли, заметив явное внимание дракона к Аде, чуть наклонился вперёд, будто изучая её так же пристально, как и своих подопечных. — Если позволите, я бы провёл вам небольшую экскурсию. Всё-таки вы — официальный наблюдатель. Хорошо бы, чтобы вы понимали, почему это испытание такое опасное. Ада кивнула. Она не боялась. Скорее — почувствовала странное, давно забытое воодушевление. Как будто внутри неё что-то проснулось: то самое ощущение, что было в юности, когда она открывала для себя сильных, магически насыщенных существ. Чарли жестом пригласил её пройти вдоль загонов. — Вот этот — Рогатый зеленошип. Не любит, когда на него смотрят слишком долго. Считает взгляд вызовом. Он прищурился, усмехнулся. — Но думаю, вас он бы не тронул. Ада ответила спокойным, чуть насмешливым взглядом: — Почему? — У вас… правильная энергетика. Не вызывающая, но сильная. Драконы такое чувствуют. Она хмыкнула: — Польщена, мистер Уизли. Обычно меня описывают словами “колючая ведьма”, “человек-дождь” или “подозрительная леди с идеальной осанкой”. Чарли рассмеялся так, что дракон снова повернул голову на звук. — Нет, это всё не про вас. Вы… похожи на человека, который привык стоять между опасностью и теми, кого хочет защитить. Он мягко добавил: — Драконы это уважают. Его слова попали прямо в точку. Когда они вернулись к красному дракону с золотыми крапинками, тот снова вытянул шею вперёд, будто ожидая именно её. Чарли нахмурился — но не обеспокоенно, а восхищённо. — Он к вам тянется… Это почти невозможно. Ада протянула ладонь, не прикасаясь — просто позволила магии между ними “прощупать” друг друга. Дракон, не издавая ни звука, опустил голову ровно настолько, чтобы их разделяло всего несколько дюймов. — Вы ему нравитесь, — сказал Чарли тихо. — Знаете… если бы вы были дрэгонологом, я бы сказал, что у вас с ним — истинная связь. Для драконов это почти как… выбор. Ада улыбнулась одной половиной рта: — Только этого мне и не хватало — собственного дракона. — Хмм… Чарли подошёл ближе, чуть наклонившись к ней. — Если хотите, я могу рассказать, как он себя поведёт на испытании. Чтобы вы были уверены: Гарри стоит держаться от него подальше. Ада взглянула на него мягче, чем обычно позволяла незнакомцам. — Буду признательна. И на мгновение между ними повисла лёгкая, тёплая пауза. Та, в которой люди уже понимают друг друга — но ещё не готовы признать, что это что-то большее. Из-за холма донёсся знакомый голос, полный ехидной тревоги: — А-а-а, вот ты где, мисс “Я-только-посмотрю-на-драконов”! Сириус шёл быстрым шагом, волосы растрёпанные, лицо напряжённое. Он явно носился по территории, пока не нашёл её. Увидев Чарли рядом — да ещё стоящего чуть ближе, чем нужно, — он прищурился так, что это можно было принять за скрытую угрозу. — О, Уизли? Он сложил руки на груди. — Ты что, решил стать гидом для одиноких молодых леди? Чарли улыбнулся тепло и без капли смущения: — Просто выполняю свою работу. — Угу, конечно. “Работу”. Сириус наклонился к Аде: — Ты хоть понимаешь, что этот Уизли обычно флиртует даже с драконами? Ада, не оборачиваясь, спокойно сказала: — Тогда мы с ним нашли общий язык. Чарли усмехнулся. Сириус фыркнул, но уже с примесью смеха. — Ладно. Гарри ищет тебя. — Иду, — сказала Ада. Но прежде чем уйти, она посмотрела на дракона ещё раз. И он наклонил голову ей вслед. Сириус заметил. — Вот что тебе не хватало — собственной гигантской огнедышащей скотины. Ещё бы она умела готовить — и ты бы вообще забыла обо мне. Ада, проходя мимо, едва коснулась его плеча. — С тобой невозможно забыть о тебе, блохастик. Чарли тихо рассмеялся у них за спиной. Дракон громко фыркнул. К тому моменту, когда Ада вернулась на территорию Хогвартса, Гарри сидел на скамейке возле озера, зажав голову руками. Рядом стоял Сириус, периодически поглядывая на друга нервно постукивая ногой, что можно было подумать — это он собирается выходить на арену против драконов. Ада спокойно подтолкнула Сириуса плечом, проходя к Гарри. — Гарри. Она наклонилась к мальчику. — Если я скажу “не паникуй”, ты не будешь? — Только если ты скажешь, что это не дракон, — пробормотал он в колени. Сириус фыркнул: — Это дракон. Ада строго глянула на него: — Сириус. — Что?! Я честный человек! Он сел рядом с Гарри. — Это просто… большой, огнедышащий, чешуйчатый… — Он милый, — добавила Ада. Гарри резко поднял голову. — ЧТО?! Сириус расхохотался: — Она так сказала Чарли Уизли. А потом дракон чуть хвостом не махнул в её сторону, будто приветствовал! Гарри уставился на Аду так, будто она только что призналась, что завела дракона вместо собаки. Ада мягко улыбнулась: — У некоторых магических существ сильная интуиция. Он почувствовал, что я не враг. Но это не облегчает испытание. Ты должен быть очень внимателен, Гарри. Гарри сглотнул. Сириус наклонился вперёд, глядя ему прямо в глаза — серьёзно, почти по-отцовски: — Слушай меня. Ты справишься. Да, ты Поттер. И иногда ведёшь себя как твой отец — беспечно, нагло, с улыбкой в лицо опасности. Сириус похлопал Гарри по плечу. — Но у тебя есть мозги. И совесть. И ты умеешь думать. Главное — не бросайся сломя голову. Думай. Понимаешь? Гарри кивнул. Ада подняла его подбородок пальцем, как маленьким: — И если тебе страшно — это нормально. Смелость не в том, чтобы не бояться. А в том, чтобы идти вперёд, даже когда боишься. Гарри глубоко вдохнул. — Спасибо… вам обоим. Сириус улыбнулся широким, почти мальчишеским блеском. Ада — мягко, как мать. Переход ко дню испытания Утро было холодным. Лёгкая дымка стояла над землёй, и казалось, что сам воздух дрожит от ожидания. Сириус нервничал так, что, кажется, готов был укусить любого, кто посмотрит на Гарри косо. Римус пытался успокоить обоих — и Гарри, и Сириуса. Ада держалась внешне спокойно, но Гарри хорошо научился читать её взгляд. Она переживала. Сильно. Перед самым уходом в зону ожидания Ада остановила Гарри, взяла за руку. — Последний раз спрашиваю: ты идёшь, потому что хочешь? Или потому что чувствуешь, что должен? Гарри вздохнул. — Хочу. И… должен. Если не я — кто? И… Он улыбнулся ей — чисто, светло. — Я хочу, чтобы вы мной гордились. Ада чуть прижала его голову к своему плечу. — Я уже горжусь, Гарри. Сириус громко хмыкнул: — Вот, видишь, теперь у тебя нет пути назад. Гарри фыркнул, но улыбнулся. Первое испытание. Начало Гарри стоял в палатке вместе с другими чемпионами. Виктор — каменная статуя. Флер — напряжённая, но собранная. Седрик — улыбался так натянуто, что казалось, мышцы вот-вот лопнут. Когда очередь приблизилась, Гарри услышал рычание драконов. И сердце ушло в пятки. Снаружи, на трибунах, творилось невероятное. Плакаты, флаги, бурлящие толпы. И — среди них — Ада и Сириус. Рядом Гермиона и Рон . Сириус буквально тряс ограждение, пока Римус держал его за ворот. Ада спокойно стояла рядом, но глаза у неё были колючие. Каждый раз, когда Гарри появлялся на арене в прошлых играх — пусть только школьных — она гордилась. Но сейчас она была готова спрыгнуть вниз, если что-то пойдёт не так. Когда назвали имя Гарри Поттера, толпа взревела. Сириус перестал дышать. Ада крепко взялась за перила — и едва заметно качнула пальцами. Гарри почувствовал это лёгким холодком на шее. Она рядом. Гарри вышел. И увидел — его дракона. Того самого красного в золотистую крапинку. И тот… узнал его. Поднял голову. Приглушённо рыкнул. Толпа ахнула. Гарри застыл. И где-то сверху — тихий, очень тёплый смех Ады. И громкое: — ДАВАЙ, МАЛОЙ! Покажи этому ящеру, кто тут Поттер! Сириус, нервный, но гордый: — Гарри, пожалуйста, просто не сгор… ЛАДНО, СГОРИ — НО НЕ СИЛЬНО! Толпа расхохоталась. А Гарри поднял палочку. И дракон двинулся.