Глава 6. Разговор

Я пришел на работу разбитый в дребезги, но маска вечно работающего и вежливого парня все еще была на мне надета. Но это не я. Меня сразу подхватил начальник и сказал идти в кабинет к Поли(Помни) и мне ничего не оставалось, кроме как послушать его. Дорога до её кабинета казалась ужасно долгой. Длинные коридоры, стены которых были окрашеные в серый цвет. Пол был белого, противного оттенка, на котором были черные полосы от обуви, что годами невозможно стереть. Подойдя к её кабинету, стук моего сердца отдавал мне в уши, вызывая противную пульсацию. Моя рука сжалась в кулак и поднялась, чтобы постучать в дверь и услышать желанное «заходи, я так тебя ждала», но вместо этого слышу — открыто. — совсем сухим и бесчувственным голосом, словно за дверью была не знакомая для меня Помни, а кто то другой. Я дернул дверную ручку и открыл дверь не проронив и слова. Даже банальное привет не сказал. Я сел на диван, на котором мы целовались в первый мой рабочий день и ощутил приятное жжение в голове от пришедших воспоминаний. Но сейчас… сейчас все иначе. Мы сидели и не смотрели друг другу в глаза, словно чужие люди. Я сам виноват. Так хочется все исправить. Но я боюсь. Мой взгляд все же направился в сторону глаз Помни и я заметил в её уголках глаз слезы. Еле заметные, но это были они. Твою мать. Неужели я даже своим присутствием делаю так хуёво. Если я сейчас не сделаю шаг вперед, то боюсь этого шанса у меня никогда больше не будет. Я сделал глубокий вдох и начал разговор первым — Помни… тогда… я не знаю, что на меня нашло. Я гребанный урод, который делает своим присутствием только хуже. Все это… от страха — сказал я, пока мои глаза ждали ответного взгляда в мою сторону. — неужели… да твою мать, неужели так тяжело понять, что я сделала выбор в сторону тебя не просто так! Ты реально ЗА ЕБ АЛ, Джекс. Ты понимаешь каково это стучаться в вечно закрытую дверь, ожидая, что на этот раз тебе точно откроют и больше не выгонят?? Сначала ты открываешь, а потом сам выталкиваешь меня! Я, блять, не игрушка, хватит играть на моих чувствах… просто… да просто прими уже то, что я в твоей жизни и не отталкивай меня — ее голос сначала сорвался на крик, но с каждым словом все больше и больше становился тихим. Её глаза налились слезами еще больше, что теперь были видно маленькие ручейки под её глазами. — ты боишься потерять, но сам не понимаешь, как отталкиваешь и теряешь. Блять, да может проблема тогда не в людях вокруг? Разберись уже чего ты хочешь. Именно ТЫ, а не твои загоны в голове. Мы уже давно не в этом гребанном цирке, но ты все равно продолжаешь… я.. я правда устала Я молчал. Переваривал каждое сказанное ею слово. Я чувствовал, как внутри что-то сжимается, будто её слова ударяли прямо в грудь. Они резали больнее любого удара, потому что каждое было правдой. Я опустил взгляд, боясь снова встретиться с её глазами. Там было слишком много всего… боль, усталость, разочарование, и, чёрт возьми, ещё остатки того самого тепла, которое я так жадно ждал и сам же отталкивал. — я… — слова застряли в горле, язык словно не слушался. — я не знаю, как быть. Всё, что я делаю… так это только рушу. Я не хотел причинять тебе боль, но именно это и выходит. — Джекс — её голос дрогнул — я не прошу от тебя идеальности. Я не прошу, чтобы ты был кем-то другим. Я хочу, чтобы ты перестал отталкивать меня. Чтобы ты хотя бы попытался быть рядом, даже если тебе страшно. Я поднял голову, и наши взгляды наконец встретились. И в этот момент я понял…бежать больше некуда. — блять… прости меня… прости пожалуйста. Я не осознаю, что делаю. Не осознаю, как сам подпускаю к себе, а потом отталкиваю… я не хочу отталкивать, но тараканы в моей ебучей голове будто садятся за управление — я ухмыльнулся сквозь боль — никогда. Послушай меня, никогда больше не слушай весь мой идиотизм по этому поводу — то есть, ты хочешь сказать, что это может еще повториться? — я не могу утверждать, что таких заскоков больше не будет… я сам в себе не уверен и сам себя не могу понять. Залитые слезами глаза Помни смотрели прямо в мои не отрываясь, будто она слушает вовсе не ушами, а глазами. Я не отрывал взгляд ни на секунду, будто наслаждаясь этим моментом как в последний раз. — хорошо, Джекс… в следующий раз я тебе просто вмажу хорошенько дверью по твоей голове, может все собьется до базовых настроек, и ты больше никогда не вспомнишь о том, что, когда то там давно тебя кто то оставил одного, и теперь все люди такие же — Помни посмеялась сквозь слезы. Совсем искренне, будто сейчас ничего и не произошло. Я не выдержал и тоже усмехнулся, хоть и криво, с какой-то горечью. Её смех сквозь слёзы звучал так странно живо, будто он разрезал ту тяжёлую тьму, в которой я сам себя закрыл. — может, и правда стоит попробовать — пробормотал я, пытаясь шуткой скрыть дрожь в голосе. — Только постарайся тогда не выбить мне память насовсем. Она покачала головой, вытирая ладонью слёзы, но улыбка всё ещё не сходила с её лица. — ты такой идиот, Джекс, но именно такой ты мне и нужен Я не выдержал и встал с дивана, направляя свои ноги к её столу. Нет, я не хотел её поцеловать или что еще более можно сделать. Я просто хотел обнять её, просто за то, что она со мной даже когда я поступаю как мудак. Мои руки потянулись к ней, сначала нерешительно, будто я боялся, что она оттолкнёт меня в ту же секунду. Но Помни не сделала и шага назад. Она подняла взгляд, и в её глазах отражалось столько усталости, тепла и, чёрт возьми, силы, что внутри у меня всё перевернулось. Я осторожно обнял её, почти робко, как будто держал что-то хрупкое, способное разбиться от любого лишнего движения. Она не сопротивлялась. Наоборот, её ладони легли мне на спину, и это было достаточно, чтобы я впервые за долгое время почувствовал себя не один. — Спасибо… — прошептал я ей в волосы. — За то, что ты всё ещё здесь. Я чуть крепче прижал её к себе, будто боялся, что если отпущу, то она растворится и исчезнет. — знаешь — тихо начала говорить Помни мне в грудь, не разрывая объятий — мне иногда кажется, что я воюю не с тобой, а с твоей головой. Причем не очень здоровой — так и есть, а если быть точнее, то ты воюешь с тараканами в моей голове, которые сидят за пультом управления. Так что и моих тараканов будь любезна принять, они мои сожители, от которых сложно избавиться — я усмехнулся — значит куплю дихлофос и потравлю тараканов в твоей голове среди ночи, пока ты будешь сладко спать, а тараканы не ожидают такой засады и сбегут к чертям собачьим. Мы вдвоем рассмеялись, Смех вышел лёгким, искренним, будто прорвал ту тяжесть, которая давила на нас всё это время. Я впервые за долгое время почувствовал, что могу дышать полной грудью. — Только смотри — сказал я, продолжая смеяться — не переборщи с дихлофосом, а то вместе с тараканами траванёшь и меня. — Ничего — фыркнула Помни, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза. — Если что, откачаю. Ты у меня на особом учёте. Я снова усмехнулся, но теперь в этом не было боли. Её глаза сияли. Усталые, но всё же наполненные тем теплом, которое я так отчаянно боялся потерять. Мы сидели рядом, уже не думая о том, кто был неправ, а кто прав. Впервые за долгое время мне показалось, что всё действительно может быть иначе.