Глава 25. Пожар

(Глазами Беатрис) Как правило, я не накручиваю себя. Но сейчас, глядя, как изменился супермаркет, мне показалось, что свобода дастся нам не так просто, как описала Виола в «благоприятном будущем». При нашем первом визите к Кошмарусу здание имело прозрачные, как воздух, стены. Когда же я приехала туда на велосипеде, они приобрели черный цвет, сквозь который было невозможно что-либо разглядеть. Именно поэтому я не осмелилась войти внутрь и решила дождаться друзей. Наверное, вы обратили внимание на слово «не осмелилась». Странно слышать подобное от меня, правда? На самом деле в течение всей этой истории мне часто становилось страшно, просто я вам об этом не говорила. Но теперь, после моего позорного проигрыша в споре с Кошмарусом, не вижу смысла строить из себя непобедимо-непоколебимую мадам. Итак, наша троица подошла к дверям супермаркета. Я взялась за ручку и потянула (хотя свой страх победить не получилось, с другими я все еще оставалась самой смелой). Дверь бесшумно отворилась, пропуская нас в ярко освещенное помещение. Внутри супермаркет ничуть не изменился. Все тот же бардак, перевернутые стеллажи и доспехи на полу. Я начала выискивать взглядом наши предметы. Лупа, клочок волос и пуговица лежали на кассе (да, она тут тоже была). Около них я не сразу заметила существо. Маленькое, белое и пушистое, с большими глазами, обрамленными длинными выразительными ресницами. Я бы даже назвала его милым, если бы не энное количество украшений. Хмыкнула: —А вот и сражение. —Знала, что все так закончится, — проворчала Виола. Похоже, она давно забыла о своем «единственном благоприятном исходе». —Провидец, что ли? — возмутилась я. Еще ничего не закончилось, а эта дамочка уже что-то знает. Эдвард, пятясь, нервно сглотнул. Кошмарус оскалился. —Как вы тут оказаться? Его голос: тихий, шелестящий, точно октябрьский ветерок, холодком прошелся по спине, отшиб дыхание и намертво сковал руки и ноги. Несмотря на милый облик существа, я замерла от страха, потому что совершенно ясно и точно понимала, кто находится передо мной. Самое настоящее чудовище. Которое к тому же не умеет проигрывать. Ведь мои друзья прошли свои испытания, при этом Кошмарус умудрился перекрутить все так, чтобы остаться победителем. Одним словом, гад. Передо мной стоял гад. Когда мы подошли к Кошмарусу ближе, я заметила, что вокруг него не кружатся украшения, а лежат в сумочке в виде тыквы – с такими дети ходят колядовать. На чудовище осталось только несколько амулетов, пирсингов и колец, которые он натянул на худощавые лапы, будто браслеты. Теперь отгадать, что из этого подарок шамана, стало вдвое легче. Но даже если мы сделаем это, как его отобрать? Кошмарус — могущественное существо и может убить нас одной только силой мысли! На свой страх и риск шаг за шагом мы подходили к Кошмарусу все ближе, наивно надеясь вернуть себе предметы без препятствий. Кошмарус, к удивлению, эти самые препятствия не создавал, хотя и грозился с минуты на минуту это сделать. —Не подходите, а то я вас уничтожить! — вопил он, прыгая и прячась за кассовым аппаратом. То ли в самом деле боялся, что три подростка отберут у него предметы, то ли по какой-то причине не хотел, чтобы мы его видели. — Наколдовать толпа людей, которые будут над вами смеяться! Снова переместить в игра! —Чего же ты до сих пор это не сделал? — я ухмыльнулась. Кошмарус лишь зарычал. Получилось скорее жалобно, нежели зло. А ведь действительно, почему он не нападает? Что-то здесь нечисто. Я взглянула на часы. На них было без половины пять. Полчаса до верной гибели. Рискнуть и отобрать у Кошмаруса предметы. Это единственное, что нам оставалось сделать. Я шагнула вперед, оказавшись от чудовища всего в нескольких сантиметрах – хватай, что надо, и беги. Но только я собиралась это сделать, как Кошмарус взял в зубы предметы, прыгнул через меня и помчался к выходу. Там, у самых дверей, его встретил Эдвард. —Уйти с дороги, блондинчик! — гаркнул Кошмарус. — А то наколдовать смеющийся толпа! Обещать, что наколдовать! —Колдуй! — смело ответил Эдвард. — Я ее больше не боюсь. Страх не сильнее человека. —Не врать! Я жить намного больше и знать, что люди не быть способны победить страх! —Возраст как аргумент в свою пользу используют только люди низкого уровня образования и IQ, — беспристрастно пробормотала Виола у Кошмаруса за спиной. Тот испуганно обернулся и помчался к служебному помещению. Я перегородила ему путь. —Наш спор еще не закончен, и я, как видишь, выигрываю. Кошмарус, проклиная на чем свет стоит (с его акцентом это звучало смешно), снова побежал к кассе. —Почему он не использует способности? — шепнула мне на ухо Виола. —Мне откуда знать? — ответила я и воскликнула: — нечисть иностранная, ты почему способности не используешь?! Исчезли, что ли?! —Еще одно слово и использовать! Дурацкие люди! Чтоб вас подкроватные черти покусать! Я, Виола и Эдвард переглянулись. Мне – да и друзьям тоже, судя по их лицам – вдруг вспомнился недавний разговор с призрачным мальчиком в библиокроманте. «Что-то еще о магических артефактах знаешь?— спросила тогда Виола». Призрак ответил ей:«ну, многие из них работают только в определенное время, а после лишаются некоторых своих способностей. Например, крылатые ботинки. Ночью ты можешь на них летать, а днем нет». Я вновь посмотрела на часы. Без двадцати пять. —Это наш шанс, ребят, — сказал Эдвард. И, ощущая безмерное превосходство, мы повернулись к Кошмарусу. Тот зашипел, грозясь применить способности, но их у него, конечно же, не было. Чего, увы, нельзя сказать о скорости и ловкости. Как бы мы ни пытались поймать чудище, оно все время выскальзывало из рук и за секунду оказывалось в противоположном конце зала. К счастью, Виола предусмотрительно заперла главный вход и служебное помещение на ключ, который нашла в кассовом аппарате. Однако задачу это не облегчило. Я повернулась к часам. До окончания квеста оставалось десять минут. —У меня есть план, — шепнула Виола мне и Эдварду, не сводя глаз с Кошмаруса. Сейчас он прятался за стеллажом, то и дело выглядывал из-за него и злобно хохотал. — Мы подпалим супермаркет, запрем здесь Кошмаруса, а сами выйдем. Тогда предметы, которые мы ему отдали, подарок шамана и сам Кошмарус уничтожатся. —Звучит жестоко, — неуверенно протянул Эдвард. —Мне нравится, — одобрила я. Виола достала из сумочки спички и банку с бензином (да-да, не удивляйтесь). Я хмыкнула: —Уже второй раз, как это все вмещающее в себя создание спасает нам жизнь. —Пока рано говорить о спасении, — Виола посмотрела на меня исподлобья. — Накаркаешь еще. Она разлила бензин на белоснежный пол, на стеллажи, на различные безделушки, но больше всего – на одежду. То, что легко воспламеняется. И без того крупные глаза Кошмаруса округлились. —Твари, вы что… — договорить он не успел. Виола брызнула бензин прямо в его лицо. —Чирк! — спичка проехалась по краю коробки и тут же воспламенилась. Виола кинула ее в Кошмаруса, но тот успел отскочить, и огонь схватил в свои жаркие объятия стеллаж. Затем второй, третий… Уже спустя пару секунд горело почти все помещение. Мы побежали к выходу. Пока Виола искала в сумке ключ, я посмотрела на огонь, и мне показалось, будто сквозь него на меня смотрят лица. Вскоре до нас донеслись крики. Кричали тысячи голосов, и мне не составило труда догадаться, кому они принадлежат. Душам, запертым в предметах. Наконец Виола вынула ключ, поднесла его к замку, как вдруг… —Бам! — Кошмарус шустрой тенью прыгнул на ее руку, ударил лбом, выбив ключ из ее рук. Тот взлетел в воздух и приземлился точно в огонь. Расплавился в нем легко, будто сыр в микроволновке. —Ха-ха-ха! — безумно расхохотался Кошмарус. — Вы умереть здесь вместе с я! Ха-ха-ха! Мы с Эдвардом пытались выбить черное стекло. Бросали в него тяжелые предметы, но те отскакивали. Прыгали на него всем весом, но оно лишь создавало вибрацию и странный потусторонний холод. Виола, глядя на это, изумленно хлопнула глазами. А после залилась смехом вместе с Кошмарусом. Только не торжествующим, а истеричным. Эдвард сел на пол, уткнулся в колени и заорал. Я лишь хмыкнула: —А вот и жертвы. У кого-то есть последние слова? —Они написаны на холодильнике, — буркнула Виола. — Я же думала, мы идем к маньяку. —Предусмотрительно. Пламя распространялось стремительно. Из целого зала остался только один крошечный островок, который еще не успел охватить огонь. На нем стояла я, Эдвард, Виола и хохочущий во всю Кошмарус. Внутри меня разгорелось еще одно пламя – злость и отчаянное нежелание принимать действительность. Я не могу. Не могу проиграть в квесте этого безумного мохнатого существа. Не могу умереть, не прожив долгую счастливую жизнь с Эдвардом. Все не может закончиться так. Из моих глаз покатились слезы. Запомните этот момент – ваша непобедимо-непоколебимая Беатрис плачет уже второй раз за день. Я присела на корточки, уткнувшись в колени. Еще утром жизнь казалась прекрасной, а будущее – полным счастливых моментов и надежд. Эдвард был в меня влюблен и вот-вот собирался в этом признаться. Мы проходили квест «Ужасные Ужасы», я строила из себя бесстрашную мадам. Даже натравила на актеров подаренного Виолой паука. Все они жутко испугались, кроме одного – Кошмаруса. Он, гад, стоял и бессмысленно пялился на нас через свое дурацкое кольцо, будто через монокль. Дурацкое кольцо с синим огромным камнем. Я подняла голову, увидела на лапе хохочущего Кошмаруса то же самое кольцо и вдруг совершенно ясно поняла, что делать. Стянула его – Кошмарус, занятый празднованием нашей коллективной смерти, ничего не понял. Хотела бросить в огонь, но спохватилась и медленно поднесла к глазу, глядя сквозь него на ошеломленную мистическую тварь. —Не-е-ет! — завопила она.