Часть 9

Утро понедельника встречает Гермиону гулким напряжением в груди. Последствия прошедшего вечера наваливаются на неё тяжёлым грузом — не сожаление, нет. Скорее растерянность. Она ловит себя на том, что едва ли может вспомнить другой вечер, когда чувствовала себя так же живо и… Легко. Но именно это и пугает её больше всего. Стоя у двери в кабинет, Гермиона уже несколько минут собирается с силами, чтобы войти. Она прокручивает в голове каждое его слово, каждый взгляд и особенно — тот поцелуй. Щёки вспыхивают при одном лишь воспоминании. Рука так и остаётся на ручке двери. Она никак не решается нажать, но тут за её спиной раздаётся низкий, до боли знакомый голос: — Доброе утро, Грейнджер. Её сердце подпрыгивает к горлу. Она оборачивается и встречает его взгляд — спокойный, чуть ироничный, но в глубине серых глаз проскальзывает нечто, что сразу возвращает её к воспоминаниям о вчерашнем вечере. Гермиона, стараясь, чтобы голос не дрогнул, произносит с улыбкой: — Доброе утро. Она решительно открывает дверь и заходит в кабинет. Малфой следует за ней, будто это самая обыкновенная рабочая рутина. Они оба садятся за свои столы. На первый взгляд всё как всегда: шелест бумаг, лёгкий стук клавиш, приглушённый скрип кресел. Но нет привычных колкостей, подколов и закатываний глаз. Тишина и спокойствие оказываются куда громче любого обмена колкостями. Гермиона, сосредоточенно глядя на экран, вдруг замечает, что её взгляд непроизвольно скользит в его сторону. Он сидит напротив, сосредоточенный и собранный, и почему-то это завораживает. Она быстро возвращает глаза к документам, но чуть позже снова ловит себя на том же. А потом — неожиданно для неё самой — ловит его взгляд на себе. Их глаза встречаются, и ни один не спешит отвернуться. На миг воздух между ними кажется слишком плотным, слишком насыщенным молчаливыми словами. Гермиона глубоко вдыхает и старается держаться уверенно, хотя внутри всё сжимается от напряжения. — Поговорим о том, что произошло вчера вечером? — её голос звучит твёрже, чем она ожидала. Малфой поднимает брови и медленно поднимается из-за стола, подходя к ней. Его шаги ленивы, но уверенны. Он останавливается за её спиной и спрашивает: — Что именно ты хочешь обсудить? Гермиона немного теряется и даже вздрагивает, когда он опускает руки на ее плечи. Его шепот касается уха: — Наш поцелуй? — его голос едва слышен, но звучит так близко, что у неё по коже пробегает дрожь. Тёплые ладони Малфоя на её плечах жгут, и от этого простого прикосновения в груди всё переворачивается. Она сглатывает и, не решаясь встретиться с ним взглядом, кивает. Гермиона старается собрать остатки воли, чтобы сказать хоть что-то, но все слова разлетаются, стоит ей вдохнуть этот знакомый аромат его парфюма. Когда-то он казался ей слишком резким, сейчас же кружит голову и будто притягивает ещё ближе. Малфой задерживается рядом. Его пальцы слегка сжимают её плечи, и он наклоняется так близко, что одно неловкое движение — и его губы коснутся её щеки. — Что тут обсуждать? — продолжает он, опаляя её лицо своим горячим дыханием. — Я бы повторил это ещё сотни, а то и тысячи раз, Грейнджер. Щёки Гермионы вспыхивают так ярко, что становится даже неловко. Она чувствует, как жар поднимается от шеи к ушам, и чем сильнее она старается взять себя в руки, тем отчётливее осознаёт, что губы предательски дрожат. Малфой чуть отстраняется, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд скользит по её лицу, задерживаясь на губах, и уголки его губ изгибаются в той самой дерзкой ухмылке. — Ты бы видела себя сейчас, Грейнджер, — произносит он почти шёпотом. — Такая милая, когда смущаешься. Гермиона с силой вцепляется в край стула, пытаясь удержать равновесие и не выдать свои эмоции. Её сердце бешено колотится, а дыхание становится прерывистым. Когда он берёт её за руку, она замирает, словно статуя. Его прикосновение обжигает, и она не может отвести взгляд от его холодных серых глаз. В этот момент время словно останавливается. Малфой слегка наклоняется и оставляет короткий поцелуй на тыльной стороне её ладони. Гермиона теряет контроль над собой. Её глаза закрываются, а губы приоткрываются, словно в ожидании чего-то большего. Она чувствует, как её тело наполняется теплом, а разум погружается в пучину эмоций. Их прерывает стук в дверь. Гермиона поворачивает голову, и первое, что она замечает, — огромный букет цветов, почти заслоняющий курьера, который стоит за ним, оглядывая кабинет. — Доброе утро, — произносит курьер ровным голосом. — Цветы для мисс Грейнджер. Гермиона моргает, слегка растерявшись, и медленно поднимается, чтобы принять букет. Огромный букет, аккуратно уложенный в плетёную корзину. Цветы поражают разнообразием и яркостью: тёплые розовые пионы, нежные белые лилии, солнечные герберы и несколько глубоких красных роз, разбросанных между ними, создавая впечатление, что сама весна поселилась в корзине. Она слегка наклоняется, чтобы разглядеть детали, и замечает аккуратно вложенную маленькую карточку. Сердце слегка сжимается, когда она разворачивает записку и читает короткое послание: «Ты достойна всех цветов мира. Д.М.» Гермиона замедляет дыхание, ощущая, как улыбка невольно растягивается на лице. Она слегка краснеет, стараясь скрыть смущение, и тихо произносит: — Эти цветы… Они великолепны. Малфой медленно поднимает глаза на неё, уголки губ играют в едва заметной ухмылке: — Но не великолепнее тебя. Гермиона невольно улыбается, чувствуя, как тепло разливается по груди. — Спасибо, — отвечает она, ловя себя на том, что улыбка не сходит с лица. — Правда, спасибо тебе. Малфой лишь коротко кивает, будто подтверждая, что его слова не были просто шуткой, и возвращается к своему столу, оставляя Гермиону с лёгким, приятным волнением и корзиной цветов, которая теперь кажется символом всего странного и нового, что произошло между ними. Идиллию этого утра внезапно рушит вибрация телефона. Гермиона слегка вздрагивает и видит на экране сообщение от Рона: Ты правда собралась меня игнорировать, Гермиона? Она глубоко вздыхает и решает пока не отвечать, стараясь сохранить спокойствие. Но через несколько минут приходит новое сообщение: Я ведь водил тебя в кафе, платил за тебя и присылал цветы, а ты просто решила игнорировать меня после этого? Гермиона сжимает телефон в руке, ощущая, как раздражение и лёгкое недоумение переплетаются. Следом приходит ещё одно сообщение: Я и не думал, что ты такая меркантильная. Гермиона раздражённо сжимает губы и, не раздумывая, блокирует Рона. Телефон с тихим стуком оказывается на столе — подальше от глаз и мыслей. Она решает: больше никаких сообщений, никаких звонков. Этот человек не имеет права портить ей настроение, особенно сейчас. — Всё в порядке? — тихо спрашивает Малфой, внимательно наблюдая за переменой в её лице. Она мгновенно кивает, чуть быстрее, чем нужно, и отвечает: — Да, да… Всё хорошо. Ей совсем не хочется говорить о Роне. Не сейчас. Не тогда, когда между ними витает что-то новое, зыбкое и странное.