Дайн

Ноги путаются, но я продолжаю отступать, мотая головой. -Нет. Я никого не убивал. Я не делал этого. Эловин оборачивается ко мне. Эловин? В её голосе тревога и удивление. -Кого не убивал? -Я никого не убивал. Окно загорожено спиной Дайна, открыть его я не смогу. Дышать совсем нечем, слабость разъедает каждую мышцу. -Крошка Кардан, все всё знают, - Дайн не прекращает давить, - И отец, и придворные. Каждый жук в Эльфхейме знает, каков ты в своей сути. -Это неправда. Я не делал этого. Эловин, чуть пригибаясь, протягивает ко мне раскрытые ладони. Она выглядит обеспокоенной, когда начинает мягко уговаривать меня. -Так, Кардан, давай ты расскажешь, кого именно ты там не убивал, а мы быстро спрячем труп. Эловин так заботлива? Странно, что я не искал с ней общения. Если она так решительно настроена помогать, даже толком не зная меня, может, семья для неё имела куда большее значение, чем я думал? Или… Или это как с той стрелой? Может ли она пытаться повторить трюк Дайна? Предложить помощь, чтобы подставить меня? -Почему ты хочешь помогать? Мы едва знали друг друга. Знали. Точно, она же умерла. Может, мертвецам проще прятать трупы? Или это… -Кардан, не суетись. Давай по порядку. Ты сейчас ляжешь, я схожу за Тараканом, и мы как-нибудь со всем сладим. -Да, Кардан. Мы со всем сладим, - издевательская ухмылка обнажает чуть заостренные клыки Дайна. Я в ловушке. Они убили кого-то и хотят повесить на меня труп? Мне не отмыться от такого. Мне никто не поверит. Все поверят им. Мой голос начинает дрожать. -Что вы задумали? Хотите снова выставить меня убийцей? Вперед. Хуже в глазах народа я выглядеть уже не смогу. Эловин замирает. Опешившая, смущенная и потерянная, она глядит на меня так, будто видит впервые. В некотором роде так оно и есть. Вряд ли ей было дело до чего-то, кроме стихов, картин и диковинных артефактов. Я в её круг интересов не входил точно. Дайн же явно не намерен сдаваться. -А Джуд? -Не трогай Джуд. -Ты убил Джуд?! - Эловин почти кричит. Сердце пропускает удар. Нет, не могли же они… Нет, зачем… Зачем?.. Ноги подкашиваются. Комната крутится, переворачивается, голова ударяется о пол. Взгляд упирается в тяжелую кованую люстру. Люстра размывается, сливается с потолком, мир обращается в большое, расплывчатое пятно. Тяжелые шаги Дайна отмеряют секунды. Он нависает надо мной. Наверняка, улыбается. На что я рассчитывал? Он пытался убить своё дитя. Разве он мог бы пожалеть смертную? Джуд для него не более, чем разменная монета. Любимая игрушка брата, занявшего его, любимца Элдреда, трон. -Не для тебя была эта корона, Кардан. Ты никогда не умел ни распускать слухи, ни плести интриги. Выпутываться из них – тем более. Так вот, как это будет. Вот, как они уничтожат меня. Какая гнусная роль уготована мне. Король-убийца. Король-безумец, возжелавший крови собственной возлюбленной. Демон, притворяющийся фейри. Красношапка с лицом юного принца, потомка Мэб. Ребра сдавлены, воздух всё труднее проталкивать в легкие. Вдохи стали совсем короткими. Может, оно и к лучшему. Мир начинает темнеть, смех Дайна становится далеким, когда тонкие женские руки поднимают меня за грудки. Снова удар по затылку. Правда, дышать почему-то легче. Лицо приятно обдувает прохладным ветром, тошнота немного отступает. Возможно, удастся сфокусировать взгляд хоть на чем-то. Небо. Ещё темное, но скоро начнет светать. Каменная кладка на арочном окне. Бомба держит меня, прислонив к откосу. Бомба! О, Мэб, что она слышала? Она поверила им? Она ещё может спасти Джуд? -Так, говнюк коронованный. Без уверток. Без вопросов, намеков, недосказанности. Джуд. Ты убил её? Светлые брови сводятся на переносице смуглого, орехового цвета, лица. Маленькие крылышки за спиной Бомбы чуть трепещут. Она ждет ответа. Король я или нет, она убьет меня. Сбросит из окна и покинет дворец, пока все будут пытаться понять, что произошло. Джуд собрала их после смерти Дайна и дала надежду. За Джуд она убьёт точно.  -Я никого не убивал. Никогда. И Джуд бы ни за что не причинил вреда. Сморщившийся от ярости нос Бомбы разглаживается. Полный ненависти взгляд смягчается, становится растерянным. Шаги. Я слышу, как он идёт. -Думаешь, она поверит? – Дайн наклоняется над ухом Бомбы. Тусклые, мутные глаза мертвеца смотрят сквозь хрупкую фэйри, словно призрак здесь она. -В смысле, никогда? А тот смертный, за которого леди Аша попала в Башню Забвения? -Не слушай его. Да, я распутник, мерзавец и хитрец. Но врать всё ещё не могу. Я не убивал Джуд. И того смертного не убивал. Это он убил его. Бомба поднимает на меня испуганный взгляд. -Кардан, я верю тебе. Но кто «он»? Холодна капля пота скатывается со скулы. Мокрые волосы лезут в глаза, мешая разглядеть плотоядную ухмылку Дайна перед тем, как он растворится. Точно, он же умер. И даже после смерти умудрился обставить всё так, будто я совсем лишился рассудка.  Рывком Бомба втягивает моё ослабевшее тело обратно в комнату и закрывает окно. -Нет, пожалуйста. Я задохнусь тут к никсовой матери, - взмаливаюсь я скрипучим, ноющим голосом. -Не задохнешься. Всё будет хорошо. Хрупкая фигурка бросается к постели Джуд. Треск разрываемой простыни заполняет комнату. Минуту спустя Бомба обматывает тугими лоскутами ручки ставень. Само это зрелище вызывает у меня страдание. Видимо, тот глоток свежего воздуха был милостью, что Бомба была готова даровать мне перед тем, как отправить меня в свободное падение. Как только Бомба разбирается с окном, всё становится ещё хуже. Она начинает обматывать мои запястья и голени, приматывает их к изножью кровати. -Что ты творишь? -Одна я с тобой не справлюсь. Мне нужно отойти за Тараканом. И нужно, чтобы ты не вывалился из окна, когда попробуешь подышать. И ножом себя не пырнул, - беловолосая фейри укоризненно тыкает в царапину на моей шее, - поэтому пока так. Она достает флягу и пытается влить в меня её содержимое. Вода. Несколько минут назад я бы обрадовался, но сейчас едва могу глотать. Часть воды проливается. Бомба притаскивает таз. -Блевать сюда, - настойчиво продолжает она, - Я ненадолго. Пробуй пока разобраться, как работает эта сила, которая отторгает яд. Яд? А, ну да. Златоглазка. Так я же сам… Зачем я… Если я сам, надо ли… Не успеваю толком облечь свои вопросы в слова, как Бомба выпрыгивает из комнаты в темный потайной ход. Вовремя. Меня выворачивает. И снова выворачивает. Тянусь лицом к путам, чтобы вытереть губы хоть о них. Жарко. Было же холодно? Может и было, но сейчас меня словно в печь засунули. Устало опираюсь головой о стойку балдахина, стараясь дышать глубже. Голова кружится, глаза слипаются. Нежная рука касается моей щеки. Неужели… -Жаль, что ты тогда не согласился это попробовать. Никасия кивает на мои связанные руки. Кажется, это будет самая долгая ночь в моей жизни.