2. El clima del otoño*

      Услышав наш с Фито разговор, Эдуардо сразу же перелёг со своего места ко мне в ноги — это обещало уже стать некоторой традицией — а Даниель сместился к Фито так, что тот оказался посередине, и наклонился вперёд. Мы были не единственными, кто решил спастись беседой от фантомного присутствия пурги, всё нарастающей и нарастающей во всей долине, и через мгновение фюзеляж заполнился тихим гулом голосов других выживших.       — Как твой порез? — Эдуардо уже нащупывал мои ступни: задубевшие, хоть и одетые в двое носков и ловко скрытые под бесхозной курткой.       — Затягивается. — Я вскинула брови и поджала губы в улыбке, когда он принялся активно массировать мои ноги между ладоней. — У Фито золотые руки. Если бы не они и не одеколон…       — Да брось ты. — Фито засмущался, вжав голову в плечи, как совёнок. — Мои заслуги минимальны.       — Ты вечно скромничаешь, — пихнул его Даниель и выудил из-под своей накидки помятую пачку Montag. — Ну что, Лючия? Раз ты с нами, тогда продолжим? — Он щёлкнул зажигалкой, засунув сигарету между губ. — Вот новый вопрос: какая у тебя любимая осенняя погода, — сделал глубокую затяжку и посмотрел сквозь потянувшуюся к потолку завесу дыма, — и почему? Прошу заметить, это тоже очень важно.       — Любимая осенняя погода? — Я покрутила шеей — порез чесался — как не вовремя; задумалась, причмокнула, вздохнула. — Пожалуй, дождь. Но чтобы мелкий-мелкий. Моросящий. И чтобы шёл весь день. И чтобы был туман. Такой густой и плотный. Почти непроходимый. Когда не видно даже крон деревьев и асфальта.       — Ты шутишь? — Фито присвистнул.       Я улыбнулась.       — Нет. Ничуть. Мне нравится, как капли тарабанят по карнизу окон, а улицы окутывает дымка. Ты никогда не обращал внимания? Как мир становится таинственным, глубоким. Тихим. Серым. Но не блёклым. Как будто из нуарных фильмов. Не знаю почему, но я нахожу в этом некий покой.       — Я подозревал, что ты романтик, — хмыкнул Даниель. — Но чтоб настолько…       — А я, кстати, тоже нуар люблю.       Втроём: я, Фито, Даниель — мы покосились вниз, к моим ногам — на лежащего в них Эдуардо.       — Что? — бросил он, прочистив горло. — Но вот дождь, туман и всё такое — не-а. Извините.       Я тихо прыснула.       — Ты? Фанат нуара? — В голосе Даниеля прослеживался саркастичный, но добрый тон. — С каких пор?       — Э-э-э… — Эдуардо сдвинул брови и перелёг на локти. — С… — Он стушевался. — С… Не знаю! Чего пристал? Вопросы кончились?       Кузены принялись о чём-то в шутку спорить, а я задумалась. Отвлеклась. Прислушалась. Судя по вою ветра за стеклом иллюминатора, буря усилилась, а я поняла, что отдала бы всё за то, чтобы сейчас вместо неё здесь, в Андах, хотя бы один день шёл дождь.