Чудесное исцеление

Жэньши уже и забыл об этой истории, как спустя неделю почувствовал сильное недомогание, которое быстро переросло в лихорадку, сопровождавшуюся мучительным кашлем. Гаошун доложил Императору, но юный господин умолял держать всё в тайне и просил, чтобы лечением занималась только травница. Обеспокоенный Император, услышав это, усмехнулся в бороду и дал добро, велев верному слуге в случае опасности немедленно подключить дворцовых лекарей, включая личного врача. Однако вскоре стало ясно: всё куда серьёзнее, чем они думали. Принцесса Линли тоже хворала. По симптомам, описанным в письме Гекуё, стало понятно, что это «пятнистая горячка». Очевидно, Жэньши заразился во время последнего визита в Нефритовый зал: проявления болезни совпадали. Если за принцессу Маомао не переживала — дети переносили болезнь легче, — то за взрослого господина тревожилась всерьёз. В тот же день, как Маомао озвучила свои опасения Гаошуну и Суйрэн, резиденцию Жэньши заполонили лекари и аптекари дворцового лазарета. Маомао же позволили лишь убирать в комнате вместе с Суйрэн, чтобы ослабленный организм не подхватил ещё какую-нибудь заразу. Девушка всерьёз опасалась за жизнь юного господина: пятнистая горячка могла убить, а осложнения после неё нередко калечили выживших. Она убеждала себя, что тревожится лишь как аптекарь, но сердце всё равно учащённо билось всякий раз, когда сквозь полог его ложа она ловила его помутнённый жаром взгляд, когда она тенью скользила по спальне, стирая пыль. Однажды ночью, как обычно, она принесла чай и закуски для дежурившего у постели врача. Лекарь спал на полу, а сам господин лежал, глядя в потолок. — Попробуйте отдохнуть, господин Жэньши, — прошептала травница, ставя поднос рядом со спящим. — Сон важен для вашего восстановления. — Я боюсь, что не проснусь, — признался Жэньши. — Я слышала, как доктора говорили: кризис миновал. Теперь главное — не допустить осложнений. Для этого нужны все ваши силы. Так что вам необходимо спать… — Не могу, когда рядом этот человек, — проворчал Жэньши. — Его дыхание раздражает меня. Доктор и впрямь тяжело и шумно дышал. — Хорошо, я разбужу его. — Побудь вместо него… — тихо попросил господин. — Ты ведь в детстве уже болела этой хворью? — Да. — Тогда прогони его. Маомао наклонилась к врачу и потрясла его за плечо. — Что такое?! — встрепенулся мужчина. — Господин не желает больше слышать ваш храп, — спокойно ответила она. — Я?.. Ах… Прошу прощения! — врач низко поклонился ложу. — Оставь нас, — слабо произнёс Жэньши. — Слушаюсь… буду за дверью. Маомао присела на край постели и коснулась его лба. Горячий. Как он ещё может мыслить при таком жаре? Она обтерла его лицо и торс влажной тряпкой, особенно уделив внимание глазам. Затем дала попить. Но господин Жэньши никак не засыпал — лишь молча следил за её действиями со слабой улыбкой. — Пожалуйста, поспите, господин, — она приложила холодную ладонь к его горящей щеке. — Давайте дам вам специальное снадобье… От её прикосновения Жэньши в блаженстве прикрыл веки. — Ты такая прохладная… не прекращай. Маомао поочерёдно касалась его лица, шеи, груди, надеясь, что её ладони хоть немного облегчают страдания. — Я словно в огне… мне кажется, я сейчас умру, — пожаловался Жэньши, прижимаясь к её рукам. — Давайте дам снадобье, — она собиралась встать. — Нет… не уходи. Ты такая приятная… обними меня, — выдохнул он едва слышно. Травница вздохнула и, отвернувшись, сняла верхнюю одежду, оставшись лишь в исподнем. Жэньши решил было, что она вышла за лекарством, но, увидев девушку почти обнажённой, потерял дар речи. Должно быть, мозг уже изжарился, если ему мерещится неприступная травница в таком виде. Более того — его видение улеглось рядом и прижалось к нему. «Ах, какая она прохладная… как же хорошо». Сон ли это, галлюцинация или явь — он не хотел, чтобы это заканчивалось. Собрав последние силы, он обнял её хрупкий стан и позволил себе раствориться в этой прохладе. Маомао не двигалась, не зная, как реагировать на близость. Но, видимо, это помогло господину заснуть, и она решила не противиться. Правда, его жар, впитавшийся в её тело, душил и не давал подняться. «Стыд-то какой, если сейчас кто-то зайдёт и увидит нас так…» Через некоторое время в комнату заглянул Гаошун. Увидев спящих принца и травницу в обнимку, он поспешил ретироваться. Жэньши снилось, будто они сидят в беседке, как тогда, когда травница вручила ему синие розы. Только на этот раз она спала не на коленях служанки, а на его собственных. Они были одни. Никого вокруг. Он мог позволить себе пропускать её волосы сквозь пальцы. Он проснулся с улыбкой — бодрый и окрепший, словно и не болел вовсе. Лишь запах лекарственных трав и эфира напоминал о недавней хвороби. Девушки рядом не было. Значит, та близость всё-таки привиделась ему. Жэньши встал с постели и с удовольствием потянулся, чувствуя себя как никогда хорошо. В следующий миг в спальню постучали, и вошли лекари. Увидев господина, чудесным образом оправившегося от болезни — даже красные пятна исчезли! — они замерли на пороге с открытыми ртами. Принц не подозревал, что обессиленная Маомао на рассвете добралась до своей комнаты и рухнула на постель, едва успев закрыть за собой дверь. Суйрэн сжалилась над ней и заглянула только после того, как стало известно о выздоровлении молодого господина. Но сколько ни старалась, разбудить девушку не смогла.