Часть 29 - Ведро

В палатке капитана свеча была поставлена на пол, у самого края стола; огонь её горел ровно и низко, не тревожа тени. У входа стояли два больших ведра с водой, над которыми лениво поднимался тёплый пар. Маргарита, не торопясь, сняла с себя всё, развесила вещи на стойке у входа и подошла к столу. На стуле стоял большой таз. Она умылась водой, которая была в нём, и, выпрямившись, обернулась к капитану. — Вы отвернётесь? Паркер взглянул на неё. — Зачем? Она не ответила; лишь губы её слегка сжались, а бровь поднялась с тем немым выражением, в котором было и требование, и спокойная уверенность. Он на мгновение задумался, затем взял второй стул, перенёс его к входу и сел спиной к ней, откинувшись и сложив руки за головой. Маргарита задержала на его спине взгляд, после чего опустила таз на деревянный пол, взяла со стола кувшин с ромашковым отваром и, прежде чем продолжить, коротко посмотрела туда же, где он сидел. Когда всё было окончено, она обернула вокруг бёдер большое полотно молочного цвета и тихо произнесла: — Воду нужно вылить. Паркер обернулся, поднялся и забрал таз с пола. --- На деревянном полу стояла большая кадка. Маргарита ступила в неё сначала одной, затем другой ногой, легко переступила на месте и, остановившись, посмотрела на капитана испытующим взглядом. Он ответил ей лишь едва заметной улыбкой, зачерпнул ковшом воду из ведра и начал поливать ей на плечо. Маргарита выдохнула с облегчением; голова её склонилась к левому плечу, глаза закрылись. Тонкая струя воды легла на открывшееся правое плечо и линию шеи. Вода стекала, увлекая за собой белую, чуть душистую пену. Маргарита повернулась, осторожно переступая с ноги на ногу. — Благодарю, капитан. Я, кажется, уже чиста. Паркер улыбнулся и, не отвечая, наклонил ковш у её плеча. Маргарита подняла на него глаза, и лёгкая улыбка коснулась её губ. — Что вы делаете? Он не ответил; улыбка оставалась на его лице. Взгляд его, задержавшись на её плече, медленно скользнул ниже: капли воды, обгоняя одна другую, собирались в тонкую струйку и, дрожа, стекали по коже — от плеча к груди, огибали мягкую линию тела, снова сходились у талии в узкую прозрачную нить, разделялись и, не спеша, уходили дальше, к тонкой, темнеющей линии, затем стремились по бедру вниз, всё так же перегоняя друг друга. Маргарита повернула голову к плечу, следя за его взглядом; затем их глаза встретились. Паркер опустил руку и сделал шаг назад. — Вы сама Кассиопея, — произнёс он. Маргарита тихо вздохнула и отвела взгляд. — Вам холодно? — спросил он. Она посмотрела на него, не сразу понимая, затем опустила глаза на свои руки и грудь; кожа покрылась лёгкой, едва заметной дрожью. — По крайней мере, женщины более привлекательны, когда им холодно. В её глазах мелькнула улыбка; он ответил ей тем же. Подойдя к столу, он взял большое сложенное полотно, развернул его. — Идите сюда. Она ступила на пол — на расстеленную ткань. Паркер подошёл, приложил к ней полотно. Она подняла руки и медленно повернулась вокруг своей оси; он обернул ткань вокруг её тела, закрепил край на груди. — Теперь вы, — сказала она, глядя на него и вытаскивая волосы на спине из-под полотна. Паркер стоял в кадке, увлечённо натирая себя мылом, тихо насвистывая под нос. Дойдя до спины, он обернулся к Маргарите, сидевшей на стуле и медленно распутывавшей пальцами волосы. — Мадам, не поможете? Она повернула к нему голову и посмотрела так, будто не сразу поняла, что он обращается к ней. — Да, конечно. Она подошла, взяла мочалку и принялась намыливать его спину, плечи, шею. Он развернулся к ней лицом. Она коротко взглянула на него и провела мочалкой по плечу. Он поднял руки, сложил их на затылке. — Вы бы не помогли мне ещё, мадам? Она не сразу остановила руки; сначала посмотрела на него, затем мочалка замерла. Она чуть отступила; с лица её исчезла прежняя сосредоточенность. Губы её сжались, и в следующее мгновение она с размаха ударила его мочалкой в грудь. Он перехватил её руку. Она поставила руки на пояс. Паркер, всё ещё держа мочалку на груди, рассмеялся. Она смотрела на него, сжав губы, но в глазах уже было тепло. — Благодарю вас, мадам. Кажется, пора смывать мыло. Он сделал шаг из кадки к ведру с водой. Маргарита вдруг спохватилась, встала перед ним. — Погодите. Я сама. Она оббежала его, остановилась у ведра, затем, оглянувшись, вернулась к стулу и потащила его за спинку ближе к капитану. Стул загрохотал деревянными ножками по половицам. Паркер смотрел на неё широко раскрытыми глазами, затем провёл рукой по волосам и, нахмурившись, произнёс: — Мадам, вы поднимете лагерь. Она не обратила на это внимания. Подбежав к ведру, ловко подхватила ковш с тёплой водой; пятки её застучали по полу. У стула она на мгновение замялась, затем, держась одной рукой за спинку, взобралась на него, стараясь не расплескать воду. Паркер смотрел на неё снизу вверх. Она полила ему на плечо. Он повернулся к ней спиной. Она соскочила, снова подбежала зачерпнуть воды. Паркер наблюдал, как она взбирается на стул во второй раз. Когда вода потекла по его груди, он расправил плечи. — Да, вы точно с Олимпа, но скорее как горная козочка. Вода полилась ему на лицо. Он зажмурился и фыркнул. Кадка была почти полной. Паркер посмотрел, как Маргарита вновь взобралась на стул, и вздохнул. — Мадам, кажется, я уже чист. Что вы делаете? Маргарита, не прекращая лить воду, тихо и серьёзно ответила: — Я любуюсь. Последняя капля упала на его плечо. Она опустила руку. Паркер посмотрел на неё. — Позвольте. Он протянул руки, взял её за подмышки и помог ей сойти со стула. Она улыбнулась, развернулась к столу, взяла второе полотенце. Он хотел принять его, но она не позволила — сама обернула ткань вокруг его бёдер, закрепив её на талии. — Волосы не намочил, — тихо заметил он. Он вышел из кадки, взял полотенце и начал вытирать руки. Маргарита перехватила ткань, приложила её к его груди, осторожно промокнула, затем обернула вокруг его плеч. Он смотрел на неё. — Мне прислуживает сама Кассиопея. Маргарита улыбнулась, касаясь его шеи тканью. — А мне — сам Дионис. Он положил ладонь поверх её руки. Ткань скользнула по его шее, у ключицы выскользнула из пальцев; её рука осталась на его коже. Их взгляды встретились. Он коснулся её щеки. Она приподнялась на носках и поцеловала его. Затем открыла глаза. — Свеча, — прошептала она. Он не успел понять её движения: её рука выскользнула, она быстро отстранилась, подбежала к столу, присела, затушила свечу пальцами и так же стремительно вернулась. Руки её легли ему на шею; он обнял её, подхватил и шагнул назад, пятясь к кровати. Они наткнулись на что-то. Жестяное ведро опрокинулось, с грохотом ударилось о половицы; вода тихо разлилась, уходя в щели. Они замерли в полумраке, глядя друг на друга — и вдруг рассмеялись. Он удержал её на руках лишь мгновение, затем опустил; ещё мгновение — и они уже были у постели. Его руки поспешно нашли узел ткани на её груди, развязали его. Она замерла, затем притянула его лицо к себе и поцеловала — горячо, без паузы. Он ответил, прижавшись к ней всем телом. Она выдохнула — громко, прерывисто. Когда он приподнялся на руках, она скользнула ниже, нащупала ткань у него на талии, сдёрнула её и отбросила в сторону. Дыхание стало общим. Он замер в ней; она ответила коротким, прерывистым вздохом. С новым вдохом движения их замедлились, словно они оба искали иное, более ровное течение. Она обвила его бедро ногой и, задрожав, прижалась ближе. Он не удержался — и напряжение, копившееся, прорвалось, раньше, чем они сами того хотели: сначала она — и он вслед за ней. ***** Она повернулась к нему боком и прижалась. Он притянул её к себе, вдохнул запах её волос. — Я думал, это продлится полночи. — Я бы не смогла себя удерживать, — ответила она просто. Они лежали в темноте, с закрывающимися глазами; её пальцы медленно водили по его плечу, будто выводя там невидимые линии. Он временами глубже выдыхал и касался губами её волос. — Нужно вынести вёдра и собрать воду, — произнёс он почти рассеянно. — Да, хотя бы воду собрать, а то будет сыро, — добавил он. Они поднялись и оделись. Маргарита огляделась, подняла с пола ткань, расстеленную под кадкой. — Не будить же вашего батмана. Я соберу воду с пола. Они вышли. Маргарита уже во второй раз возвращалась, выкручивая ткань и выливая воду на траву за палаткой. Паркер вынес кадку, вылил воду за дерево и поставил её боком к стволу. Когда он вернулся с ведром, к нему приблизился Свифт. Некоторое время он стоял в стороне, наблюдая. — Капитан, вы разбудили поллагеря. Паркер ничего не ответил, вылил воду. Свифт следил за его движениями. — Ты понимаешь, что ты делаешь? — тихо спросил он, когда Маргарита прошла мимо них к дальнему дереву и развесила на ветвях полотенца. — Выливаю воду, — ответил Паркер. — Спокойной ночи, — добавил он. — Спокойной, — ответил Свифт. Маргарита вернулась, подошла и встала рядом с Паркером, вытирая о бриджи влажные руки. Свифт посмотрел на них обоих и не спеша, без слов развернулся и ушёл.