Глава 2

Зал Совета только начинал наполняться бессмертными. Совещание было экстренным и расширенным, и впервые за долгое время можно было увидеть участников в полном составе. За последние годы он претерпел изменения, а после битвы с Матерью в него вошли на равных правах не только ангелы и демоны, но и полукровки. И даже Мальбонте ― не без сомнений, «со скрипом», за активную помощь в войне со Всадниками и Матерью. С непроницаемым выражением лица восседала в кресле Ребекка. В привычной рассеянной задумчивости пребывал Эрагон, устремив рассеянный взгляд на белого ворона, сидящего перед ним на столе. Поприветствовал всех и сел в кресло Советника Дино. Люцифер зашёл в зал вместе с Мамоном, что-то ему негромко излагая и игнорируя Мальбонте, стоявшего поодаль ото всех. Астарот появился из Советников последним — спустился через балкон, едва не зацепившись крыльями за балюстраду. — Начнём, — безэмоционально проговорил Дино. Но за маской спокойствия скользнула тень горечи. Слишком много было плохих новостей и почти никаких хороших. Вики, со спокойным, уверенным видом присела на одно из двух кресел, поставленных на возвышении у стены, напротив возвышения Совета. Она вышла из него почти сразу после битвы с Матерью. Получив силы и влияние иного порядка, и сочтя для себя невозможным вносить своим присутствием столь значимый перекос во внутреннюю кухню Совета и сложившийся баланс сил, и без того претерпевший изменения после реорганизации. Была бы её воля, она бы не приходила на каждое заседание вовсе. Но иначе было нельзя. Каждое заседание сейчас решались вопросы, которые имели жизненно важное значение для всех. — А где Мими? — спросила Вики. — И Винчесто? Он говорил, есть важные новости. — Он уже в пути, — кивнула Ребекка. — И да. Сегодня нам придётся принять окончательное решение и выбрать путь, по которому пойдём дальше. Все эти… разногласия и недомолвки ни к чему не приведут. Нужно действовать сейчас, пока есть что спасать. — Решительность и поспешность — не одно и то же, — качнул головой Дино. Ребекка постучала пальцами по подлокотнику кресла, и только это выдавало её раздражение. Из раза в раз они вскользь касались болезненного вопроса о корневых причинах происходящего, но так ни к чему и не приходили. — Извините за опоздание, — в дверях появились Мими и Винчесто, и Ребекка позволила себе с предвкушением улыбнуться. Это не было радостью встречи с супругом. Тут было что-то иное, и Люцифер это заметил. Нахмурился, ощутив тонкую тревожную ниточку чего-то назревающего. — Нам пришлось поискать в архивах Школы, — проговорила Мими, держа в руках книгу. — Но это многое объяснит. — Может, тогда начнёте сначала? — проговорил Дино, внимательно глядя на всех присутствующих. — О чëм идëт речь? — спросила Вики. Голос её был негромким. Но его услышали все. Звуки вплетались в само пространство, долетая до каждого. Дино неоднозначно посмотрел на неё. Он слишком хорошо знал Вики, чтобы не придавать значения той бледности, что сейчас разливалась на её лице. Но молчал, прекрасно зная и то, насколько она не любит личные вопросы в присутствии лишних ушей и глаз. — Последние несколько недель я искал информацию о том, что именно может стать причиной возникновения воронок и разрушений, — начал Винчесто. — К сожалению, большая часть документов почти не подлежит расшифровке. Во всяком случае, для этого потребуется подключать непосредственно тех, кто сможет провести анализ. Ребекка, зная привычку демона всегда изъясняться пространно, нетерпеливо поджала губы. — Однако мне все равно удалось найти косвенные упоминания подобных явлений, — продолжил Винчесто. — Мы все понимаем, что катаклизмы начались после того, как началось разрушение мира с открытием Печатей и не закончились, а лишь усилились после дня битвы с Матерью и её развоплощения. — Вы установили, почему вдруг разрушилась Луна? — спросила Вики. Губы её нервно дёрнулись. Она стала ещё бледнее, машинально повела плечом, которое прострелило огненной болью. И в этот раз Дино не выдержал. — Вики, с тобой всё в порядке? — А не должно быть? — попыталась она изобразить на своём лице улыбку. — Всё… прекрасно. Мальбонте хмыкнул, но промолчал, однако выражение его лица не осталось незамеченным. — Есть что сказать? — сухо уточнил Голод. — Мне — нет, —- усмехнулся сын Шепфамалума. — Внимательно слушаю остальных. Он прошелся вдоль балкона, равнодушно глядя на обитателей Цитадели под ногами. — Вики, ты видела себя в зеркале? — приподняла брови Мими, также обратившая внимание на бледные губы и тёмные круги под глазами старой подруги. — Он — цветущая яблоня по сравнению с тобой. Демонесса кивнула на Голода. — Я думаю, нам стоит дослушать Винчесто, — спокойно проговорил Всадник. — И, Вики, если мы не будем говорить открыто, эта встреча также не будет иметь результата, как и предыдущие. Он достал из плаща помятую пачку сигарет и щелкнул зажигалкой. — У нас не так много времени. Его намек был прозрачным до нельзя: пора признаться. Пора открыто сказать тем, кому ты не безразлична, что все сущее неотрывно связано с тобой. — Мы все ждём новостей, — предприняла последнюю попытку уйти от разговора Вики. — Ты прав, надо дослушать. Винчесто, раз ты нашёл новые сведения, расскажи нам всем. Она кожей чувствовала, как волнуется Голод. Но не могла никак решиться на откровенность. — Вики, — вдруг растеряв всю свою собранность, сказал демон, — ты знаешь, почему начались разрушения. Ты должна сказать это. Винчесто с тревогой и сочувствием посмотрел на падчерицу. Ребекка же застыла каменным изваянием, не готовая встретить взгляд дочери, и только впилась пальцами в подлокотники. — Вики? — осторожно спросила Мими. — О чем он говорит? И точно так же, если не ещё сильнее, побелели от напряжения пальцы у самой Вики. Эрагон вдруг вынырнул из своей меланхоличной задумчивости, чувствуя резкое изменение в энергиях, наполнивших зал. — Вики? — сказал он. — Возможно, действительно есть то, что следует знать нам всем. Астарот вопросительно покосился на Главного Советника. По залу прокатилась плавная волна. Словно пол и стены на мгновенье стали водной гладью — и идеально круглый вал всколыхнул всё. — Он говорит обо мне… — прошелестел тихий голос Вики, хотя губы её остались неподвижными. — Что с тобой? — осторожно уточнил Люцифер. Он внимательно следил, как переменились в лице присутствующие, и уловил намек. И страшную догадку. — Ты вызываешь воронки? — спросил он, окончательно прозревая. — Вики?! — выдохнула Мими ошеломленно. Она прикрыла ладонью рот и неверяще покачала головой. — Непроизвольно, — успокоил ее Винчесто. — Правда, это даже хуже. Вики потерялась. Она не знала, как собрать и облечь в звук то, что стояло перед её взором ярким образом. Как разрушается Луна и начинает исходить кровью её старая рана на плече. Как формируются разломы в пространстве и образуются без причины язвы на её теле. — Я… не хочу… — прошептала Вики. — Вики и ткань мироздания — продолжение друг друга, — подал голос Эрагон, озвучивая общие мысли. — С того момента, как часть энергии Матери поглотил её пустой сосуд. И тогда же были повреждены структуры мироздания. Матерь не успела схлопнуть миры, но успела повредить их ткань и опоры. И теперь мир обескровлен. И болен. Как обескровлена и больна Вики. Голод тихо выдохнул. В зале повисла тишина. Все взгляды были направлены на Вики, словно та могла крикнуть: «Шутка! Смотрите, как вы забавно испугались!» Вот только вряд ли хоть один присутствующий мог в это поверить. — Но, как я уже сказал, я начал работать над решением, — продолжил Винчесто. — Отчасти, почти все мы хоть раз слышали упоминания об этой вещи. В древних рукописях описано нечто вроде инструкции… Я бы сказал учебник по освоению силы. Эрагон плавно провёл пальцем по клюву и голове белого ворона. Амикус закрыл глаза, подставляя голову под ласковые почёсывания. — Расскажи подробнее, — попросил Дино, стараясь сохранить хладнокровие. — Речь идет о Книге откровений Шепфы о конце и начале всего, — продолжил мужчина, начиная размеренно выхаживать по залу. — А значит, в ней решение нашей проблемы. Каркающий звук разорвал натянутое пространство в зале. Главный Советник меланхолично поглаживал друга, пряча в его перьях нервные подергивания кончиков пальцев. — Откровения Шепфы? — переспросила Ребекка. — Верно ли я слышу? Да и возможно ли такое? Что-то из сказанного им, да ещё в объёме целой книги, про которую нам ничего неизвестно? Голос её дрожал, хоть она и пыталась это скрыть. Губы стали немногим розовее, чем у Вики. Но Ребекка умела держать себя в руках. — Ведь и эта ситуация нетипичная, —заметил Винчесто. — И где эта Книга? — уточнил Мамон, потирая лоб. Мальбонте бросил на него внимательный взгляд. Казалось, такой же вопрос был готов сорваться и с его языка. — Вот тут начинаются сложности, — отозвалась Мими, которая помогала на протяжении всего этого времени искать том. — Мы не нашли ее. Только упоминания в других источниках. — Тогда почему вы вообще решили, что это не легенда? — Люцифер раздраженно хмыкнул, словно разговор донельзя его утомил. — Больше похоже на выдумку. — Мы легко сможем это проверить, — сдержанно возразил Винчесто. Он нервничал, понимая, что от исхода разговора решится судьба их всех. — В компендиуме, который ссылался на Книгу Апокалипсиса мы также нашли указание места… Особого места, где циркулирует начальная энергия. Одной из точек, с которых Шепфа начинал творить наш мир. Люцифер рассмеялся. — Проклятье, мы тратим время! Послышался треск дерева. Кусок подлокотника остался в пальцах Ребекки. И по её виду было заметно, что она едва держится, чтобы не швырнуть его в Винчесто. — Ты… предлагаешь нам сейчас проверять достоверность того, что уже не оправдало себя? — ледяным тоном спросила она. Ребекку трясло. В столь редкий миг, подобный тому, когда она закрыла собой Вики от меча Эрагона, вышла наружу иная часть её натуры, которую она столь тщательно скрывала, почитая за слабость. — Книга Апокалипсиса… Сборник россказней, который якобы Шепфа создал в дар людям. Книга должна была явить себя, когда пришли Всадники. А ещё лучше ― задолго до их появления. Но от неё не было никакого проку. Полагаешь, она поможет сейчас? Что за вздор?! — Довольно, — прервал ее негромко Голод. — Не так давно я тоже был сказкой для вас. Ребекка запнулась и замолчала, недобро поглядывая на зятя. — Но это правда, — подал голос Дино. — Возможно, вы не знаете. Вы ведь не отсюда. И не в курсе наших преданий и мифов. Книга Апокалипсиса — из их числа. Ни один заслуживающий доверия источник не упоминает о ней. Лишь только сомнительные тексты авторов, которые нередко преувеличивали ради придания значимости своим текстам. И она правда ничем не помогла нам, когда наступил Апокалипсис. Как доверять словам о ней теперь? — Мы можем прямо сейчас отказаться от этой зацепки, — хмыкнул Винчесто, словно и его самого начало раздражать неверие бессмертных. — Или проверим, правда это или нет. — Что ты предлагаешь? — с интересом спросил Мальбонте. — У нас есть координаты места Начала, — пояснил демон. — Вики умирает, но там ей должно стать лучше. Страшное слово было произнесено. Достигнута точка невозврата, когда можно было говорить откровенно, уже не боясь, что можешь ранить чьи-то чувства. Лицо Ребекки стало непроницаемым. И только по её остекленевшему взгляду можно было догадываться о чувствах, которые бушевали сейчас в ней. — Вики? — Астарот дëрнул крыльями. — Умирает? Не… не может этого быть. Как она может умирать, если… Матерь отдала ей столько силы, что впору свои миры создавать? — Эта сила… убивает меня. Изнутри, — ответила Вики. Она вздохнула. И поняла, что дальше нет смысла увиливать. — Её слишком много. Для этого тела. Повисла гнетущая пауза. И Вики продолжила говорить: — Первый приступ был вскоре после того, как затянулась рана от удара Матери. Рубец снова открылся. А у меня началась лихорадка. Словно… Произошло что-то. Я помню сон тогда. Кровь разливается по ослепительно белому снегу. И своим жаром топит его. А под снегом разверзлась бездна. — Вики, опять? — голос Мими дрожал. — Ты же… Снова сны? Нет. — Это правда, — сказала Вики, уставившись в одну точку. — С тех пор приступы повторяются. Уже три года. Кровоточащие язвы, лихорадка, судороги. Каждый раз, когда образуется разлом в Ничто. И приступы нарастают. Всё чаще. Всё сильнее. Когда раскололась Луна, я думала, что умираю. Но Голод забирает излишек, что готов разорвать меня. Каждый раз… — Я буду рядом, — просто, безо всякой рисовки проговорил Голод. — Но тебе не становится легче. Поэтому попробовать нужно. Мими прикрыла глаза, по щекам её катились слезы. Она одна дала волю эмоциям, даже не пытаясь подавить их. — У нас не так много вариантов, — вдруг прервал тягостное молчание Мамон. — Где находится это место? — И насколько можно верить этому источнику? — надтреснутым голосом спросила Ребекка. — Что именно находится в том месте? Что… что ты хочешь сделать с моей дочерью? Она пронзительно смотрела на Винчесто, желая получить сию секунду исчерпывающий ответ на свои вопросы. — Если верить источнику, то это будет больше похоже на что-то вроде стазиса, — проговорил демон, понимая, что от выбора слов сейчас зависит, не решит ли Совет, что он окончательно обезумел. — То есть ты предлагаешь усыпить Вики? — без экивоков уточнил Люцифер. Винчесто поднялся с кресла и отвернулся к окну, словно не хотел никого видеть, пока размышляет. — Я понимаю, как это выглядит. — Это выход, — вдруг перебил Винчесто Дино. — Если это запустит процесс регенерации… Разрушения тоже остановятся. Мими хотела было открыть рот, чтобы возразить, но не нашла слов. В конце концов, у них не было каких-либо других вариантов. — Я отправлюсь с тобой, — спокойно проговорил Голод так, чтобы его услышала только Вики. — Не важно куда. Она с благодарностью слабо сжала его руку, а потом подняла голову и посмотрела на друзей. — Если это возможность остановить дальнейшее разрушение мира, я готова. — Главное, чтобы это помогло, — кусала губы Ребекка. — Полагаю, мы сможем наблюдать за изменениями, — сказал Мальбонте. — Что будет с Вики. Что будет с миром. Это ведь обратимо? — Мы… не знаем, — проговорил Винчесто. Голод покачал головой и вдруг криво улыбнулся. — Вселенная успела пережить не одно такое потрясение, но никогда не была разрушена окончательно, — сказал он негромко. — Значит, нам нужно найти способ восстановить баланс живого, и регенерация мира сама запустится. — Надо полагать, ты что-то об этом знаешь? — ехидно усмехнулся Астарот. — Ты же видел гибель и перерождение миров. Значит, ты просто кладезь информации по тому, как это происходит. Можешь посоветовать? Голод лениво перевёл на него взгляд. — Ты думаешь, до этого кто-то уже развоплощал Мать? От прямого внимания Всадника у Астарота по спине пробежал холодок, а внутренности скрутило до тошноты. Но он рискнул продолжить: — Ну, тебе же лучше знать ответы на такие вопросы. В конце концов, мы про перерождение миров знаем только то, что рассказываешь нам ты. Считаешь нужным рассказать. — Каждый случай уникален, — задумчиво проговорил Голод. Он никогда не показал бы и тем более не признался, что перебирал в памяти каждый случай краха мира. Едва ли кто-то из присутствующих мог поставить ему в вину, что он старался найти ответы меньше других. Пожалуй, как раз именно Голод отчетливо понимал, что именно ждёт их, что ожидает всю вселенную. Что ожидает Вики. — Такого не происходило никогда, — ещё раз повторил он. — Но то, что предлагает Винчесто, наилучший выбор прямо сейчас. На мой взгляд. — Но я продолжу искать Книгу, если только она на Небесах, — благодарно кивнул демон. — Если она вообще уцелела, — с болезненным сарказмом усмехнулся Астарот. — Она уцелела, — рассёк начавшее набираться в зале напряжение Эрагон.