Глава 5

Прошло уже несколько часов, а рассвет словно и не думал начинаться — лучи тусклого солнца едва пробивались сквозь пелену пылевой «шторы». На горизонте начала заниматься безжизненная серая заря. Новый мир, новые реалии ― будто каплю за каплей из этого мира медленно высасывали силу, краски, саму жизнь. Ледяной ветер пронизывал до костей и трепал короткие волосы на голове генерала. Но Дмитрий не обращал внимания на промозглую погоду раннего весеннего утра посреди Атлантики. Погрузившись в тяжёлые раздумья, он с угрюмым видом буравил холодными глазами простиравшуюся за бортом судна серую рассветную мглу. Сейчас, впервые за многие минувшие часы получив возможность остаться наедине со своими мыслями, Дмитрий подводил итог их миссии. В позитиве — они добыли и вернули Книгу Апокалипсиса. Расшифровке снова ничего не препятствовало. Второе, был вычислен и уничтожен перебежчик. В негативе ― то, кем был этот перебежчик. И… Кира. Зрачки генерала дрогнули. Они даже не смогли забрать её. Неаккуратную могилу оставили у самой дороги. И эта мысль терзала его сверх всего прочего. Нельзя привыкнуть к тому, что ты теряешь бойцов. Можно принять это как неизбежность. Но не привыкнуть. Нельзя привыкать. И нельзя давать волю эмоциям. Нельзя ничего. Но это не означало, что эмоций не было вовсе. На скулах взыграли желваки. Это он виноват. В любом случае. Что Ник переметнулся, предал. Что Кира погибла. Его вина. Он не просчитал, не предвидел, не предусмотрел. Да, всего не предусмотреть. Но это не оправдание. Дмитрий хмуро взглянул на Луну. Оторванный кусок кривым ломтём висел чуть поодаль, похожий на старый скукоженный сухарь. Звериное чутьё упорно нашёптывало, что есть некая связь, которую он не улавливает, не понимает. Связь между разломом на Луне и событиями на Восточном побережье и ― ещё раньше ― в Роткове. Ноздри шевельнулись, ловя изменение запахов — пристань, суша остались далеко позади. Теперь впереди лишь томительные часы перехода через океан. А потом — отчёты, доклад. Безразличие тётки к тому, что он потерял ещё одного бойца. Назидание за то, что предал другой. Неизменные вещи. И эмоции, на которые он не имеет права. — Опять не спишь? — голос Лэйн вывел его из задумчивости. Она стояла у прохода, ведущего в рубку, не желая подходить к борту. А может к самому генералу?.. Поежившись от холодного ветра, она сама вдруг задумалась, зачем пришла сюда и заговорила. Нужно идти вниз, в каюту, возвращаться к переводу, биться лбом об эту загадку, пока не нащупает трещину в скорлупе тайны. Вот только разговор с Каином не лез из головы. Она подозревала с самого начала, что тот играет не на их стороне. Подчиняется не отряду и командованию «Адама», а… кому он был верен? Червячок сомнений грыз душу. Каин обещал защищать ее. Однако без доли сомнений оставил умирать Киру. Да и ей пришел на помощь, только когда она уже потянулась к станку, чтобы позволить жерновам перемолоть ее руку, но не дать испортить Книгу. И в это мгновение ангел с легкостью отбился от отродья и спас ее. Его беспокоила целостность ее руки… шрама. Значит, он что-то знал. Лэйн снова посмотрела на генерала, стоящего у бортового ограждения. Кому теперь доверять?.. «Дмитрию», — уверенно шепнул внутренний голос, и Лэйн удивлённо осознала, что нашла ответ хотя бы на этот вопрос. Она пришла сюда, потому что всецело доверяла только ему и Анне. С первого дня её пробуждения они никогда не скрывали своих мотивов, не смотря на то, нравится это Лэйн или нет. Дмитрий честно и прямо озвучивал ей свои мысли, хотя иногда те могли ранить. «Лучше так, чем лицемерие», — спокойно подумала девушка. «Если я стану опасной, он убьёт меня. Но перед этим обязательно расскажет, как и почему должен это сделать». — Не время спать, — сухо ответил Дмитрий, не поворачиваясь к ней. — Есть, чем заняться. Сама ведь не спишь. А следовало бы. Да, ему самому не мешало бы поспать несколько часов. Вариться в самотерзаниях было непозволительной роскошью. Но он ждал, когда вернутся Анхея и Пилеон. Ему нужна была вся информация о секторе, через который они шли. Чтобы больше никаких сюрпризов. Утро и без того не спешило их радовать своим скудным и холодным светом. Лэйн промолчала, только перевела взгляд с генерала на утопающие во тьме воды океана. — Мне… жаль. Сочувствую о том, что случилось с Кирой, — осторожно проговорила девушка, пытаясь подобрать правильные слова. Хотя с самого начала Кира не доверяла ей, ревновала к вниманию Дмитрия, перед самой смертью она отпустила ненависть. «Возможно, мы даже были подругами,» — решила Лэйн, чуть улыбнувшись. — Она погибла в том числе по моей вине, — призналась девушка. — Я выбрала Книгу, а не её. Пауза зависла чуть дольше, чем должна была быть. — Ты всё сделала правильно, — с плохо скрытой усталостью в голосе возразил Дмитрий. — Я поступил бы так же. Сейчас всё зависит от того, как быстро ты расшифруешь Книгу. И расшифруешь ли вообще. Моя задача — обеспечить тебе условия. Что происходит с командой — тоже моя задача. И моя ответственность. За Киру. И за Ника. Его мощный торс в крепкой непродуваемой куртке казался сейчас гранитной скалой посреди чёрного океана. Угрюмым и мрачным утёсом. — Иногда обстоятельства выше нас, — возразила Лэйн. — Ты не все можешь контролировать. Она вдруг подумала, что в Оксфорде его ждёт ещё одно не менее сложное испытание: Донован. Лэйн хорошо помнила тот неловкий разговор в душевой базы с руководительницей. Как бесцеремонно ползали по ее телу ледяные глаза. Как нагло лезла она в голову своими вопросами. «Я вижу, как Дмитрий смотрит на тебя… Впрочем, если бы он шёл на поводу своих желаний, я бы не сделала его генералом». Был ли подобный разговор у неё с Дмитрием? Копалась ли Донован в его душе также беззастенчиво и цинично, как попыталась в её? — Не пытайся брать на себя всю вину, — отмахнувшись от этих мыслей, закончила Лэйн. — Каждый в отряде отдаёт отчёт своим действиям. — Я отвечаю за всех вас. Не испытывая желания продолжать этот разговор, Дмитрий сменил тему. — С Книгой всё в порядке? Она не пострадала? — Нет, — качнула девушка головой. — Ян помог мне разместить по порядку найденные страницы. Она не видела этого, но губы генерала плотно сжались при упоминании Яна. — Теперь для расшифровки есть всё, что нужно? — Кроме ключа, — спокойно кивнула Лэйн. — Но эти страницы должны помочь. — Хорошо, — сказал Дмитрий. И после короткой паузы добавил: — Нам очень нужны результаты. Наверху послышался тихий свистящий звук. И генерал, наконец, оглянулся. Лэйн увидела его лицо — осунувшееся и измождённое. Он отрицал это, но последние несколько часов дались ему тяжело. На крышу судна опустился Каин. Огромные белые крылья рассекли воздух, смахнув кусочки облупившейся краски. Насколько Дмитрий мог судить по его меланхоличному виду, особых новостей не было. Теперь оставалось дождаться Анхею и Пилеона. Каин сел на край крыши, свесив ноги вниз. И с непроницаемым видом вяло посмотрел на Дмитрия. И на Лэйн. Она перехватила его взгляд… и отвела глаза. Сейчас она не знала, что ему сказать. Да и говорить с ним не хотела и не могла. — Пойду работать, — понимая, что сна у неё ни в одном глазу, проговорила Лэйн. Она тщетно гнала от себя мысль, что это просто трусливый побег. Дмитрий заметил, как она переменилась, помрачнела, когда увидела Каина. И как торопливо спрятала взгляд. Подобного он прежде не замечал. Напротив, видел, как охотно Лэйн идёт на контакт с бессмертными, в частности, с Каином. Это было понятно: разговоры с ними могли приблизить момент расшифровки Книги. Но вот такая перемена… Дмитрий задумался, но на лице его не дрогнул ни один мускул. — У тебя всего хватает? — спросил он Лэйн. — Может, что-то нужно ещё? Говори, если требуется. Глаза его будто стали чуть мягче, подёрнулись пеленой. А жёсткость на мгновенье уступила место тревожности. — Всё есть, — отозвалась девушка, стараясь не заглядывать никому из мужчин в глаза. Она слушала шум волн, наслаждалась темной бездной воды и считала собственные вдохи и выдохи. — Я пойду… у Яна лампа в каюте. Выражение глаз Дмитрия стало вдруг жёстким. Он прищурился, ноздри его угрожающе вздрогнули. Только Яна ему сейчас не хватало. Рядом с Лэйн и Книгой. — Тебе не выдали в каюту освещение? Почему? — со сталью в голосе спросил он. — Там спит Лестер, — не понимая, в чем проблема, отозвалась Лэйн. — Ты же знаешь, как он храпит. — Можешь занять мою, — сказал генерал. И по тону становилось понятно, что это скорее настоятельная рекомендация, если не приказ. А не тактичное предложение. — Спать я пойду не скоро. Успеешь поработать. — Я… справлюсь, — не понимая настойчивости генерала, негромко отозвалась Лэйн. Она заметила краем глаза, как ухмыльнулся Каин, и ей стало тошно. — Вроде мы договорились, что ты будешь честна. А сейчас не можешь ответить на простой вопрос: нужно ли тебе что-либо. И я всё узнаю случайно. Нажима в голосе Дмитрия добавилось. Очень хотелось добавить слов покрепче, но что-то сковывало язык в её присутствии. Генерал вытащил из внутреннего кармана куртки ключ от каюты. И настойчиво протянул его Лэйн. — Там есть всё, что нужно. Свободна. — Но если надо, я говорю, — пожала плечами Лэйн, чувствуя, как Каин смотрит на неё и смеётся про себя. Его взгляд вкручивался саморезом в затылок, и девушка чувствовала себя особенно глупо и от пристального внимания ангела, и от внезапной заботы генерала. Дмитрий пронзительно смотрел на маленькую упрямую девчонку. От которой зависело сейчас столь многое. И которая, похоже, до сих пор не понимала некоторых простых вещей. — Это моя личная просьба, — голос генерала стал немного мягче. — Так… будет спокойнее. И надёжнее. — Ладно… — начала было она, но тут корабль дернуло. Свет в рубке моргнул, затем погас. Они вдруг погрузились в полную тишину. Лишь волны разбивались о борт корабля, нарушая тяжёлое молчание. — Лэйн! — крикнул Дмитрий. Она не стала подходить к борту, лишь сильнее вжалась спиной в стену. Генерал рефлекторно ухватил её под локоть. Сжал, чтобы она не упала. — Блядь! Какого чёрта?! — взгляд мужчины устремился в серую мглу. Дмитрий не видел сейчас Каина из-за отсутствия света, но будто чуял, где он. — Ничего нет, — послышался спокойный и будто с тонкой насмешкой голос ангела. — Но я проверю. Воздух вздрогнул от шума крыльев. А Дмитрий дёрнул руку к набедренному карману штанов и вытащил ХИС. Темнота растаяла зелёным ядовитым светом. — Идём внутрь, — сказал он Лэйн. — Я провожу. Надо выяснить, что случилось. Дмитрий стоял совсем близко. И отблеск ХИСа подсвечивал черты его сосредоточенного лица. А тяжёлое рваное дыхание с лёгким подрыком выдавало, насколько он в бешенстве. Сюрпризы не заканчивались. Лэйн задержалась взглядом на нем, ничуть не испугавшись, но скорее ловя этот момент. Дмитрий был рядом как и в ту ночь, когда она обнаружила надписи кровью в своей комнате в Оксфорде. Он был рядом, и Лэйн долго рассматривала его шрамы, пока не уснула. «Это… странно», — подумала она. Перед глазами возник платок, который подарил ей Дмитрий в Роткове, и который она по какой-то причине всегда брала с собой. Генерал задержался взглядом на её лице. Потом скрипнул в досаде зубами. И сунул ей в руки ХИС. — Держи. Свети. Он достал пистолет. Щёлкнул рычажок предохранителя. Бесшумно переступая дверной порог, Дмитрий двинулся в темноту, дежа Лэйн у себя за спиной. — За мной. Тихо. А в глубине корабля уже нарастала суета. Не только Дмитрию было важно знать, почему отключился свет. — Неполадки с двигателем, мать его, — крикнул Грег, который уже успел спуститься к немцу-машинисту. — Что он чешет, не пойму, но разобрал слова «мотор» и «капут». Лэйн нервно хмыкнула и опустила ХИС. — Когда, сука, починят, непонятно, — заключил Грег, закидывая винтовку за плечо. Только сейчас Лэйн увидела, что шнурки на его берцах развязаны, а толстовки нет. Видимо, солдат в состоянии «бей или беги» просыпается мгновенно. Дмитрий медленно опустил пистолет. — Причина поломки? Но Грег на вопрос командира только развëл руками. — Эту сучью посудину построили до моего рождения. Задолго. Похоже на правду. Везде чисто. — Что с запасным генератором? — Лестер и Ноа пошли проверить. Скоро узнаем. Дмитрий помассировал ладонью лицо. Лэйн, топтавшаяся сзади, чуть слышно выдохнула. После событий на заводе в Нью-Йорке она надеялась на спокойное возвращение в Оксфорд. Но это едва ли… — Я поговорила с машинистом, — Анна поднялась из машинного отделения на палубу и подняла руку с ХИСом, пытаясь разглядеть всех в темноте. — Ashloch — это же завтра? — Это переводится как «дырка в заднице», — хмыкнул Грег. — Тогда я не знаю причину поломки и когда он починит генератор, — невозмутимо пожала плечами Анна. — Твою мать… Найти доктора и выяснить, — приказал генерал. С противоположного конца коридора послышался шорох. К ним приближалось белëсое пятно, скоро оказавшееся Каином. Крылья его едва протискивались в узкий проход и тëрлись о стенки. — Нигде никого. Всё в порядке, — скучающие сказал он. — Светает. Дмитрий посмотрел на время. А потом толкнул дверь напротив. За ней оказалась небольшая кают-компания. — Подождëм Лестера и Ноа. — Я пойду, — заключила Лэйн, надеясь, что генерал забыл о своём пунктике на счёт его каюты. «Ещё не хватало, чтобы он начал выяснять все это при всех», — кутаясь в куртку, подумала девушка. — Света сейчас нет нигде, — напомнил Дмитрий. — Можешь принести Книгу сюда. Он кивнул на ХИС в её руках. — Если генератор не работает, а мотор починят нескоро… Надо решить, что делать дальше. Каин скользнул глазами по генералу, Лэйн, остановился на Анне, окинул взглядом от макушки до пяток. И насмешливость сменилась задумчивостью и лёгкой тревогой на его лице. «Почему он ко мне прицепился?» — растерянно подумала Лэйн. — Главное, чтобы нас не выследил большой и страшный Кракен… — деланно пугающим голосом протянул Грег, помахал пальцами перед лицом Анны. — Боишься, что укусит тебя за задницу? — прокомментировал появившийся из темноты Ян. — Что случилось? — Мотор, — отозвался Грег. — Пока не ясно, что с ним. Свет моргнул и загорелся снова. — Похоже, что Лестер и Ноа нашли общий язык с запасным генератором, — хмыкнул он следом. Ожила рация в кармане Дмитрия. Анхея отчиталась, что ничего подозрительного не нашла и возвращается на корабль. Через пару минут о том же отчитался Пилеон. Генерал рассеянно уставился в одну точку. Не считая сдохшего мотора, ситуация складывалась не худшая. — Надеюсь, Ноа и машинист смогут подлатать и основной, — заметила Анна, ища в кармане записную книжку. Она похлопала себя по куртке и тихо ругнулась. — Иначе мы вряд ли сможем пересечь Атлантику без проблем. — Пойду проконтролирую их, — кивнул Грег, завязывая шнурки. Лэйн, пока все переговаривались, тихонько сделала пару шагов назад к кормовой палубе. Раз свет снова был, а мысли о смерти Киры не давали сомкнуть глаз, то имело смысл заняться переводом. Генерал проследил её манëвр, сжал губы, но больше ничего говорить не стал. — Если всё окажется совсем плохо, можно долететь до Оксфорда и привести помощь, — небрежно предложил Каин, наблюдая за действиями Анны. — Бессмертные… могут двигаться очень быстро. — И остаться без поддержки? — хмыкнул Ян. — Не слишком рискованно? — Из троих можно отправить двух, — заметил Каин. — Или дрейфовать много дней. С поддержкой… Уголок его губ насмешливо скривился. — А ты умеешь убеждать, — легко согласился Ян, но за этой улыбкой могло скрываться все, что угодно. — Пока что генератор работает, — прервала ещё не начавшийся спор Анна. — Если ни у кого нет дел, может, пойдемте спать? — Ступайте, — после недолгого раздумья сказал Дмитрий. Ян задержал взгляд на бывшем друге, словно хотел что-то ему сказать. Но вот губы скривились в привычной улыбке, а в глазах промелькнула горькая насмешка. Возможно, им предстоит ещё разговор, но точно не в эту тёмную ночь. — Тебе тоже нужно отдыхать, — негромко проговорила Анна брату, когда остальные члены группы разбрелись. — Ты и без того перенёс слишком много. Так нельзя. — Вернутся Грег и Лестер — поделим вахту, — ответил Дмитрий. И под недовольным взглядом сестры проворчал: — Отдыхай. Силы ещё могут понадобиться. — Знаешь, — вдруг вспылила она, — я и правда устала. Устала от того, что ты не понимаешь, что должен беречь себя. Она прищурилась и поправила очки, ничуть не смущаясь его строгого взгляда. Не давая ему шанса отдать приказ, девушка продолжила: — Долго думаешь прожить на резерве? — Разговор окончен, — отрезал Дмитрий, переходя на русский язык. — Отбой. — Дима… — тихо, но упрямо повторила Анна. Сказала короткое его имя, так как в детстве называла его она, мама, папа, изредка― тётка. Как будто снова вернула в мир прошлого. — Услышь меня однажды. Плечи девушки поникли. Анна не могла не думать, что будет с ней, если брат опять пострадает. Он — единственный по-настоящему близкий человек, и даже когда весь мир объят пламенем, справляться с этим было проще рядом с ним. — Я тебя сейчас запру куда-нибудь, — тон Дмитрия стал угрожающим. — За неисполнение приказа. Кругом. И шагом марш. В глубине души он признавал отчасти, что Анна права. Отдых нужен и ему тоже. Но прямо сейчас он не мог всё бросить. Нужно было узнать, что с мотором, распределить дежурство. И потом он сможет позволить себе отдых. Анна позволила себе поджать губы, но спорить больше не стала. Это было бесполезно. Однако, не желая оставаться наедине со своими мыслями, девушка все же не отправилась в общую каюту, а пошла искать Лэйн. — Она пошла ко мне, — предугадав мысли Анны, подсказал Ян. Он остался стоять у края борта. Тонкое пальто не защищало от холодного, пронизывающего ветра, но, казалось, ему абсолютно плевать: мужчина смотрел на занимающийся рассвет. Через приоткрытое окно Дмитрий расслышал слова Яна. В груди неприятно кольнуло. Он стиснул челюсти. И некоторое время сидел молча, уставившись в одну точку. Потом сунул руку в карман, куда убрал ключ. Достал и долго смотрел на тронутый ржавчиной металл. И зло сжал его в кулаке. — Нихуя ты, блядь, Митька, не умеешь… — процедил он сквозь зубы. *** Лэйн закуталась в старое, местами прохудившееся одеяло в каюте Яна и подтянула Книгу ближе к лампе. Свет падал на измятые страницы, на непонятные символы, и девушка вдруг почувствовала, что только в работе над ней чувствует себя спокойно. На своем месте. «Нет, не только», — снова проснулся внутренний голос. Рука с карандашом, вносившая в блокнот алгоритм перевода, замерла. Лэйн бросила взгляд на свой рюкзак, в одном из карманов которого лежал красный платок. «Почему ему было важно, чтобы я пошла в его каюту?» — задумалась Лэйн, бессознательно рисуя линии на листе. «Каждый раз, когда я с ним, чувствую себя ребёнком». На смену этим мыслями вдруг пришли воспоминания о том, как он бросился за ней в ледяное озеро. Как они сплелись в одно, целуясь на выживание, когда он отдавал ей воздух из собственных лёгких. «Мы не целовались», — строго поправила Лэйн себя. Но пальцы сами коснулись губ. «Он спас меня. И все». Мысль уже поселилась в голове, и выбросить её не получалось. — Как успехи? — спросил Ян, заходя в каюту. Он стянул пальто и слегка его потряс. Влажные капли брызнули во все стороны. — Начался дождь. — Выписываю то, что уже перевела, — отозвалась девушка, но тут её взгляд упал на лист блокнота, и она с удивлением осознала, что все то время, пока размышляла о генерале, рисовала глаза. Опасные, с прищуром, они требовательно смотрели на нее, словно осуждали за непокорность. — Вижу, — хмыкнул Ян, разглядев рисунок до того, как Лэйн спрятала его под ладонью. — Похоже получилось. Девушка промолчала, покраснела, но тут же одернула себя. Никого не должно волновать, что она думает и о ком. Заметив перемены в её выражении лица, Ян переменил тему: — Что ты смогла перевести первым? Какое слово? — Это было не слово, — мотнула головой Лэйн. — Цифры. Она вдруг прищурилась и снова вернула внимание к вырванным страницам. Здесь цифра три встречалась несколько раз. Словно имела сакральное значение. И каждый раз после этой цифры шёл ещё один символ, каждый раз одинаковый. Аккуратно перерисовав его в блокнот, Лэйн чему-то кивнула. «Уже что-то».