Глава 10

Череда мелких островов сменилась пустотой из молочно-белых облаков. А потом они увидели впереди ещё один остров ― заметно крупнее. Вики прищурилась. Мир привычно показал свою изнанку. Энергопотоки здесь уже ничем не отличались от обычных. Остров находился вне зоны действия Источника. Пролетев над ним и увидев Советников в полном составе, они втроём приземлились рядом. Вики бросилась к Астароту, которого пытались привести в чувство Мими и Дино. — Он просто спит, — огорошенно протянул Кристофер, который настоял, чтобы отправится за братом. — Я чувствую его, но… он не просыпается. Голод слегка раздражённо закатил глаза. Вики рисковала собой каждую секунду, но ответственность не позволяла ей оставить друзей. — Я постараюсь помочь, — склонившись на метисом, отозвался Микаэль. ― Он… должен отреагировать. Вики мягко положила ладонь Голоду на руку. «Ты понимаешь… Ты же всё понимаешь», — сквозило в глубине её глаз. Она не могла иначе. Чувствовала ответственность, ещё когда они противостояли Мальбонте. И далее ответственность только росла. Когда она вошла в Совет Небес. Когда приняла силу Матери и стала кусочком мироздания. Она не могла иначе. Просто не могла. Вики краем глаза следила за тем, что делает Микаэль. Как с напряжением ждут Мими и Кристофер. Как издали наблюдает за всем Эрагон. С каким неподдельным интересом ожидает развязки Мальбонте. Архангел сосредоточился, прикрыв глаза. Он мягко прощупывал энергию спящего, пытаясь подтолкнуть его сознание обратно из дебрей воспоминаний. Вспомнил, как имел дело с подобным. Метис погрузился в самую пучину собственных грёз, и отыскать его истинное «я» в мириадах теней было непросто. Микаэль пробирался сквозь мысли, видения, а главное ― сквозь яркие, ослепительные эмоции. Быть может, ему повезло, что Астарот погрузился именно в царство грёз, и архангел тонул только в радостных воспоминаниях: вот метис обнимает своего брата-близнеца, смеясь в полный голос; в другом воспоминании он с нежностью смотрит на брата и его жену, обменивающихся кольцами в саду, утопающем в розах. Еще шаг, и Астарот наслаждается ласками очаровательной демоницы… Ему пришлось пройтись по сотням таких мгновений, пока он не нащупал биение души метиса ― мысли, в которых Астарот пребывал прямо сейчас. Тот — вот уж невидаль — лежал на цветущем лугу и любовался плывущими по небу облаками. Микаэль не стал окликать его, а только мысленно потянулся метису пальцами под сердце и рывком дёрнул на себя. Астарот очнулся внезапно, тяжело дыша и откашливаясь, словно вынырнув из пучин океана. — Шепфа, Астарот, ты дурень! — радостно проговорил Кристофер, помогая брату подняться. — Кажется, мы поторопились с назначением его Советником, — скрестив руки на груди, сказала Ребекка. — Он за себя-то нести ответственность не способен. Бесшумно и величественно приблизился к Микаэлю Эрагон. На короткое время серафим и архангел поймали взгляд друг друга ― в мгновенном диалоге без слов. А потом Эрагон негромко сказал: — Ничто не способно отвратить воина Небес от исполнения долга. Я искренне рад в который раз убедиться в этом. И хочу поблагодарить, Микаэль, за помощь. Астарот с искренним недоумением оглядывался по сторонам, не понимая, чем вызван такой переполох. Вяло толкнул брата. — А ты что здесь делаешь вообще? Микаэль не стал ничего отвечать серафиму. Он лишь сдержанно кивнул и отошел в сторону. Не в его правилах было привлекать лишнее внимание к собственной персоне. Голод терпеливо дожидался, пока Вики решится оставить остальных и наконец займётся собой. И Микаэль, который украдкой внимательно изучал Всадника, заметил это особенное отношение к девушке. Никто из присутствующих не боялся Голода, не ощущал на себе губительного действия его ауры, но то ли неосознанно, то ли сознательно сторонились. Они сохраняли дистанцию, но, по всей видимости, Всаднику на это было наплевать. — Кристофер, я убеждена, что сейчас вы можете возвращаться домой, — категорично заключила Ребекка. — Об ошибке Астарота мы можем поговорить позже. Метис, который все еще пытался справиться со слабостью в теле, бросил на женщину нечитаемый взгляд, а потом очаровательно улыбнулся. — Не сомневаюсь, Советница, — протянул он ехидно, — что вы не допускали никогда оплошности. Ни слабости, ни нарушения правил… Ребекка вдруг вспыхнула, заметила ухмылку на губах Мальбонте, в жилах закипела кровь, но она совладала с собой и вовремя прикусила язык. — Довольно, — предупреждая дальнейшие споры, сказал Эрагон. Вики ощутила укол вины, замечая обеспокоенность Голода. Зная, что ему не понравится то, что она собиралась сейчас сказать. — Нам нужно возвращаться в Цитадель, — голос её прозвучал достаточно громко, чтобы его могли слышать все. — Открылись некоторые новые детали дела. И нам нужно обсудить их сейчас. — Вики… — с напряжением протянул Голод. — Я понимаю, мой хороший, я всë понимаю, — заговорила тихо она. — Но надо выяснить ещё пару вещей. Тебе самому не понравится, если вдруг через несколько дней меня придëтся будить обратно. Голод огляделся, а потом негромко, но неожиданно даже для себя эмоционально зачастил: — Твоя миссия уже завершена, Вики. Ты сохраняешь жизнь, Вселенную, держишь баланс мироздания — это твоя работа. Пора отдать бессмертным и людям ответственность за свои жизни. Он дотронулся кончиками пальцев до ее щеки и закрыл глаза. — Ты Матерь. И ты даёшь жизнь. Но не распоряжаешься этой жизнью, — мягко проговорил он, успокаиваясь. — Но я понимаю тебя. И я буду рядом, пока ты этого хочешь. И я буду помогать, пока это тебе нужно. Но однажды я спасу тебя, когда пойму, что это необходимо. И не стану спрашивать. — Хорошо, я согласна, — быстро кивнула Вики, пока Голод не передумал. Она привстала на носочки и поцеловала его в щëку. — Спасибо, что согласился подождать ещё пару дней. Микаэль, наблюдавший за ними, поспешил отвести глаза. Всадник и бессмертная?.. Она была Непризнанной, смогла достичь величия и однажды стала сильнейшей. Кто бы посмел сказать ей хоть полслова, кто бы решился осудить? И воспоминания вновь болезненным спазмом отозвалась в груди архангела, когда он невольно сравнил их истории. Если бы он только открылся Одри раньше. Если бы не побоялся стать для неё истинным спутником и защитником… В её смерти виноват только он. — Полагаю, нам всем пора возвращаться, — заключил Эрагон и повернулся к Микаэлю. — По прибытии вам следует незамедлительно восполнить свои знания о событиях последних трëх лет. И подготовиться к новой миссии на Земле ― касательно содействия людям по расшифровке Книги Апокалипсиса, своевременном оповещении нас о положении дел. А также сбор любой информации об изысканиях смертных безумцев относительно попыток призвать на Землю Баала. Это крайне важно. Не менее важно, чем помощь с Книгой. Мы не можем допустить его возвращения. И… возможного появления того, кто может стоять за ним. — Понимаю, — снова сдержанно кивнув, сказал Микаэль. По его лицу больше нельзя было прочитать, что он чувствовал или думал. — Спасибо за помощь, — неловко поблагодарил архангела Астарот. — Хотя, конечно, мне и там было неплохо. — Шепфа… неужели ты был с Леонией? — с деланным отвращением, но все же бережно поддерживая брата за руку с одной стороны, пока Мими страховала с другой, спросил Кристофер. — О, великолепная Леония, прелестнейшая из суккубов, — мечтательно, но абсолютно несерьёзно протянул метис, поднимаясь в воздух. Глядя вслед удаляющейся тройке и покуривая сигарету, Голод устало качнул головой. — Даже знать не хочу. *** Зал Совета встретил их всех, как место, ставшее с недавних пор домом, где они проводили времени больше, чем где-либо ещё. Утомлённая поиском Микаэля в Небытии и перелётом, Вики попросила архангела задержаться ненадолго. И показать ей его друзей из «Астреи». Так, чтобы она имела возможность поискать их во всех доступных ей планах. Оставшись вдвоём, Вики прошла с Микаэлем в библиотеку Цитадели. Архангел не помнил, когда бывал тут в последний раз. Быть может пару сотен лет назад, когда готовился к миссии на Земле?.. Он прошелся по залу и остановился у окна. Здесь, меж высоченных, уходивших к потолку стеллажей, заставленных древними книгами, никогда не было шумно, никогда не было тревожно. Пожалуй, это действительно было его любимое место в Столице. — Извините, Вики, что я отвлёкся, — он снова оглянулся на девушку, отпуская воспоминания. — Я понимаю, — мягко ответила Вики. — Это я должна принести извинения, что вот так скоро прошу вас дать мне возможность заглянуть туда, куда вы позволите. Чтобы я могла увидеть и запомнить ваших соратников, про которых вы говорили. Тогда я смогу поискать их. И вы не отправитесь на Землю в одиночестве. — Разумеется, — собравшись, кивнул он. — Не будем терять время. Микаэль кивнул на уединенный столик в полумраке зала. Присев напротив Вики, он сосредоточился на каждом из астрейцев. Вики прикоснулась к воспоминаниям Микаэля настолько деликатно, насколько вообще могла. Осторожно зацепила глазом и запомнила меланхоличного и такого сильного Рафаила. Не унывающего, хитроумного, но в чём-то очень закрытого Давида. Мрачного, жёсткого, в глубине души израненного Кассиэля. Опасную, беспощадную, изуродованную обстоятельствами Фелонию. И земную женщину — Одри. Прикосновение к воспоминанию о которой далось особенно непросто. Будто Микаэль наиболее сильно контролировал видение именно о ней, не выдавая лишнего. Вики запомнила каждого. Энергию, внешность, некоторые особенности, которые помогли бы ей с поисками. — Можете ли подсказать, где именно расстались с ними? — спросила она в конце. Он прикрыл глаза, вспоминая, как погиб Рафаил. Как они в последний раз разговаривали с Давидом, Фелонией и Кассиэлем. И, собравшись с мыслями, постарался как можно короче рассказать про смерть Одри. — Она отправилась в храм с одним из лидеров культа. Малек втерся к ней в доверие, и, признаться, ко мне тоже, — сдержанно проговорил Микаэль. — В этот момент мы отправились в другое место возможного проведения ритуала по фальшивой наводке. Его же, разумеется. Когда мы поняли, что Малек солгал, было уже поздно. Микаэль внешне оставался спокойным. Ровно рассказывал о произошедшем, но сжатые в кулак ладони все равно выдавали боль. — Давид попытался прорваться вперёд через сектантов, но к тому моменту храм заполонили демоны. Пока Кассиэль расправлялся с ними, я набросился на Малека, хотя и понимал, что уже поздно. Одри к тому моменту истекла кровью… Они выжгли на ее груди знак зверя. Знак Баала. Он прикрыл глаза. В библиотеке по-прежнему было тихо и спокойно. — Я убил Малека. Выжег ему глаза и вырвал сердце. Он был ещё жив, когда моя рука ломала его ребра, добираясь до внутренностей, — продолжил архангел. — Мне казалось, что это поможет справиться с… Он чуть улыбнулся. И почему-то признался: — Я похоронил её в саду. Исцелил тело, избавил от этого клейма… Если бы не моя беспечность, она была бы жива. Вики уже несколько раз пожалела, что задала этот вопрос. Но она и предположить не могла, что ответы настолько шокируют её. И будут тяжелы для Микаэля. Она видела его напряжение, так не сочетающееся с его спокойным голосом и выражением лица. То, как он описывал свою месть, потрясло её. Вики вдруг поняла, что одна из вещей, о которых жалеет Микаэль — что он не может поднять виновного в смерти Одри из могилы и убить ещё раз. Возможно, с ещё большей жестокостью. Следующая мысль-подозрение была намного хуже и страшнее, но озвучить её Вики сейчас не решилась. — Я сожалею… Безмерно сожалею. И прошу простить, что вынудила вас пережить это снова. Микаэль только смог кивнуть. — Надеюсь, мои воспоминания помогут вам в поисках. Я постараюсь как можно скорее подготовиться к заданию. Полагаю, следует начать с упомянутой вами Непризнанной, которая была частью отряда. Он задумчиво прищурился, продумывая дальнейшие действия, но затем вдруг внимательно посмотрел на Вики. — Позвольте и мне задать вам несколько личных вопросов? Вики слегка удивилась, о чëм он хочет спросить. — Конечно. Я постараюсь ответить вам. Это справедливо. — Я правильно понял, что вы вместе с Голодом? Вики, не очень понимая, куда планирует вести свои вопросы Микаэль, ответила: — Да. Мы поженились сразу после завершения войны. — Но он поглощает энергию, верно? — прищурился Микаэль. — Однако сейчас это не ощущается, хотя его силы все ещё при нем. — Да, это так, — согласилась Вики. — Но… Случилось нечто, что сложно объяснить. Вы знаете — у каждого из нас есть свой уникальный дар, своя сила. И я долго не могла понять, какая она у меня. Находила лишь пустоту. А потом узнала, что пустота — и есть моя сила. Я родилась с пустым сосудом энергии внутри. Который можно заполнить. Но который нельзя опустошить, ибо он уже пуст. И это стало ниточкой к тому, что случилось дальше. Голод был удивлëн. Впервые за многие десятки тысяч лет своей жизни он встретил того, кому не мог причинить вреда. И началось чудо, что потом привело к победе, спасению. И нашей с ним свадьбе. Он научил меня, как защищать других от него. И я использую свой дар. Закрываю его способность пить силы жизни из всех вокруг. И потому он может жить среди бессмертных и людей, не причиняя никому вреда. — Это уникальная способность, — понимающе проговорил Микаэль. — И, если бы я верил в провидение, сказал бы, что вас свела с Голодом судьба. Он немного помолчал, а потом задал главный вопрос: — Едва ли его приняли с доброжелательством. И ваш союз не мог не вызвать вопросов. Извините, если лезу не в свое дело… Некоторое время Вики изучала глазами лицо Микаэля. А потом сказала: — Я пока мало знаю вас лично. Но уже, кажется, достаточно, чтобы… понимать, что сейчас вы переступаете через собственную деликатность и сдержанность… Да, вы правы. Наш с Голодом союз вызвал вопросы у моих друзей и близких. Но… Голоду было всё равно. Чужое мнение интересовало его в последнюю очередь. А я… Вики вздохнула. — Мир рушился. И все мы просто хотели успеть побыть хоть немного счастливыми. И я тоже. А потом… Мои близкие приняли нашу с Голодом любовь. Когда поняли, что всё это правда. И мы не можем друг без друга. Микаэль задумчиво кивнул, словно получив ответ на свой вопрос. Каменная маска на его лице стала ещё более непроницаемой. — Спасибо… за ваш ответ. И спасибо, что позволили мне эти расспросы. Возможно, однажды я смогу отплатить вам за эту бесцеремонность. Вики вдруг что-то поняла про него. Но ничего уточнять не стала. Это было не нужно. И слишком жестоко. — Пожалуйста, — коротко и просто ответила она. — Полагаю, теперь нам нужно заняться делами. Микаэль поднялся, чтобы проводить девушку. Он смахнул с лица любой намек на напряжение. — Эрагон настоял, чтобы я начал с Киры, — проговорил архангел. — Полагаю, что это будет полезно не только мне, но и ей. Непризнанная была в команде с Лэйн. Она хорошо знает всех, кто работает над расшифровкой Книги и защищает криптографа. — Да, всё так. Поговорите с Кирой. Она напугана и дезориентирована. Пришла к нам около трёх дней назад. Ей тяжело. Быть может, вы сможете понять её и помочь. А сами получите наиболее полную информацию о том, что происходило на Земле. Далее начинайте подготовку. Возьмите с собой всё, что сочтёте нужным. Я же займусь поисками ваших друзей. — Благодарю, — коротко, но искренне проговорил Микаэль. Они вышли на улицу и, завидев Голода, который в отдалении ото всех, чтобы не навредить, ждал Вики, пошли в его сторону. — До встречи, Вики. Микаэль сдержанно кивнул Всаднику и взмыл в небо, направляясь в Школу.