Глава 96

Лэйн проснулась первой. Одри читала роман, остальные же продолжали спать. Голова Дмитрия лежала у Лэйн на плече, покачиваясь в такт движения машины. Девушка глубоко вдохнула его запах, ставший уже ее частью. Обосновавшийся в ее мыслях и под кожей настолько прочно, что Лэйн ощущала его даже, когда Ллойда рядом не было. Это был момент наедине, хотя рядом были люди. Но не воспользоваться им было глупо: девушка осторожно подхватила ладонь генерала и вложила свою руку в его. Длинные мозолистые пальцы, шершавая кожа, рубцы и обломанные ногти. Он был простым, честным и сильным — таким же, как его руки. Ее небольшая ладошка казалась детской по сравнению с его, но эта мысль почему-то понравилась девушке. Как будто рядом с Дмитрием уже можно было не бояться: соберет в кулек и посадит ее в кармашек, чтобы никто… — Почти приехали, — прервал ее мысли голос водителя. Рука Дмитрия сжала ее пальцы. Он вздрогнул и разлепил глаза. В первую секунду не совсем осознав, похоже, где находится. Тряска, грузовик. И рука Лэйн в его ладони. Ее волосы немного щекотали ему лоб. Он повернул голову, нос уперся в ее шею, а взгляд сосредоточился на нежной белой коже ее затылка. Тихий аромат Лэйн, несший следы тонкого парфюма, обещал покой, и хотелось погрузиться в него с головой. Дмитрий мягко коснулся губами ее шеи. — Какое серьезное нарушение субординации, генерал, — прошептала она с улыбкой. — Щекотно… — Внесешь строгий выговор в личное дело? — расслабленно спросил он. — За щекотку. Глаза его скользнули по тонким пальцам в его руке — белым, холодным, чувственным и нежным. С такой привычной бледностью у аккуратных ногтей. Кажется, он знал ее пальцы уже наизусть. — Нет, — ответила она, все еще улыбаясь, — просто буду мелочно мстить. — Как в тот раз с шеей? — уточнил Дмитрий. Он сел ровно, уставившись на Лэйн не проснувшимися до конца глазами, один из которых, казалось, сейчас был больше другого. Растрепанный и домашний. — Угу, — хмыкнула она, потянувшись. Рукава ее кофты поднялись, оголяя кожу на запястьях. Дмитрий мягко усмехнулся, вернулся к ее пальцам. Взгляд невольно выхватил черный шрам повыше ладони. Генерал нахмурился. Провел по нему большим пальцем. ― Это откуда? Все хочу спросить. Не заживает. Лэйн тут же подвинулась ближе к нему и аккуратно положила палец на губы Дмитрия, чтобы он говорил потише. Все еще спали. — Когда очнулась в Роткове, он уже был, — напряженно ответила она и выжидающе замерла. Он не мог не замечать, что внутри, под кожей что-то есть. И сейчас генерал может сделать неправильные выводы. А это было бы… болезненно. Только не сейчас, когда она чувствует с ним себя такой нормальной. ― Хм, ― Дмитрий снова погладил пальцем шрам. ― А у Ани не спрашивала? Может, тут надо что-то? — Не терпится отправить меня на опыты? — попыталась отшутиться Лэйн. Дмитрий почти бесшумно хохотнул. ― Аня может. Не беспокоит он тебя? Если уж больше месяца не заживет. — Я его расчесываю, — призналась Лэйн. Она внимательно посмотрела в глаза Дмитрия. — Просто иногда зудит. Думаешь… со мной что-то не так? Еще сильнее, чем обычно? Он смотрел на нее, ловил тревожность в беспокойных зрачках. ― Ты много переживаешь. И очень мало отдыхаешь. Скоро руки себе так раздерешь. Оглядел шрам внимательнее, всмотрелся вдруг, провел пальцем снова. И будто с облегчением выдохнул. ― Спроси у нее, ― Дмитрий кивнул на сестру. ― Не для опытов. Но, может, Анька что посоветует, чтобы не чесался, не беспокоил. Когда заживает, часто зудит. Лэйн слегка расслабилась и, медленно подвинув руку, сжала его пальцы. — Хорошо, — покладисто проговорила она. — При случае спрошу. Когда у нее будет время. ― Умница, ― генерал коснулся губами ее шрама, поцеловал в висок. ― Все будет хорошо. Он на мгновенье уткнулся носом в ее щеку. Машину тряхнуло на очередной выбоине. — Приехали? — широко зевнув, проснулась Анна. — Еще полчаса, — ответил водитель. Дмитрий поморщился. Слова вернули его в реальность окончательно. И вместе с реальностью вернулись и все ее сложности и вопросы. — Надо посмотреть, что там в документах и на жестком диске, ― сказал он. Рен проснулся, как кошка, вытащенная из коробки — медленно, неохотно, с тихим ворчанием, похожим на рычание заглохшего двигателя. Один глаз приоткрылся, тут же сощурившись от полосы солнечного света, пробивавшейся через щель окна "Кугуара". Его рука, словно автономный организм, полезла в карман куртки, выудила потертую фляжку. — Добрый вечер, я Бон Флетчер, — буркнул он, потрясывая фляжку в руках, словно игрушку анти-стресс. И несмотря на свои шутки, емкость с алкоголем он все же убрал обратно в карман плаща. Стоило привыкать к давно забытому чувствую — подчинению дисциплине. Уж слишком он хотел остаться в команде. — Так вот почему ты такой, — вдруг проговорила Анна, доставая из сумки салфетки и зеркало. Она принялась освежаться после сна. — О чем ты? — нахмурившись, поинтересовался Рен, потирая шею. Щенок на его коленях сладко потянулся и зевнул, обнажая мелкие, но уже вполне крепкие зубы. — Ты бухой перманентно, — рассмеялась она. — Многое объясняет. Захлопнув зеркальце, Анна строго посмотрела на Грэя. — И как, по твоему, мне брать анализы? — Мне нужен целый ящик для того, чтобы быть бухим, — с усмешкой уточнил Рен, — Меня пьянит только твоя красота… — Бззззз… — девушка нагнулась вперед и пальцами схватила губы Рена. — Хватит уже. Я серьезно. За сутки до забора крови никакого алкоголя. Мужчина ошарашенно посмотрел на ее пальцы и… с силой вытащив язык наружу, лизнул их. — Обслюнявил, — проворчала Анна, вытирая руку о его штаны. Рен, глядя на пятно на штанах, поднял бровь: — О, докторша, ты только что нарушила протокол биобезопасности, — он ткнул пальцем в мокрую ткань. — Теперь мои мутированные слюни будут эволюционировать в ваших тазиках. Через неделю у вас во дворе завоют щенки-переростки с моим лицом. Поздравляю, ты — мать-основательница апокалиптического зоопарка. Клык, словно в подтверждение, тыкнулся мордой в пятно и громко чихнул. — Кажется, я вполне конкретно выразился про алкоголь во время марша, — сухо заметил Дмитрий. — Сейчас самая сложная часть пути. Мы можем напороться на очаг. — Я опасаюсь, что неумелый выход из длительного запоя может обернуться белой горячкой, — задумчиво проговорила Одри. — Да не пил я. Однако, прошу заметить, что без топлива я, как танк на солярке от шампанского: постою, поурчу, но стрелять буду мимо, — ворчливо проговорил Рен. Взгляд его скользнул к Одри, и он фальшиво закатил глаза: — А если бы я ушел в запой, вы бы сейчас нюхали меня под сиденьем, а не слушали. Я — профессионал. Алкоголь — это как святая вода для экзорциста. Без нее демоны в голове начинают скучать. Одри покачала головой, но комментировать не стала. Закрыв книжку, сунула ее в сумку. Было видно, что за время пути она успела дойти почти до половины толстого тома. А Дмитрий тем временем вытащил жесткий диск, провод и открыл ноутбук. Поджал губы и протянул его сестре. — Ань, ты разбираешься в лабораторных делах. Посмотришь? — Конечно, — кивнула Анна чуть удивленно. — Хотя Ноа справился бы лучше. Уверен, что следует сейчас пытаться взломать его? Дмитрий вздохнул. Он был согласен с тем, что Ноа разбирается намного лучше. Но точку следовало поставить до момента их возвращения. — Мы не знаем, что сейчас происходит в Оксфорде. Нас не было пять дней. Могут возникнуть препятствия на базе. Особенно, если о том, что произошло на «Биконз», стало известно. Возможно, потребуются решительные действия прям с порога. Если так, то лучше заранее иметь на руках все карты. — Ладно, — кивнула Анна, подключая съемный диск. Ноутбук весело пиликнул, оповещая о новом носителе. Вот только вслед за этим на экране высветилось окно с лого «Адам» с запросом пароля. — Есть идеи? — Попробуй этот, — предложила Лэйн, протягивая лист с записанным паролем, который она нашла на затопленной базе «Адам». Девушка ввела четыре цифры, и на экране высветилась папка с документами. Ллойд тут же передала ноутбук Дмитрию. Генерал полез по файлам. Отчеты, запросы, распоряжения — документов было много. В основном из разряда «приходно-расходной» книги или флотского бортового журнала. И вдруг… В самом конце, вернее, самым первым документом — двухлетней давности — выскочил скрин декрета, согласно которому поселение Дэри становилось подштатной единицей баз «Адам» и «Биконз» — с целью отлова и предоставления материала для лабораторных исследований. И внизу значилась подпись Донован, сохранившаяся как раз потому, что это было не электронным документом, а скрином подлинного распечатанного. — Господи Боже… — проговорил Дмитрий. Микаэль, который перегнулся через Одри, чтобы тоже посмотреть в экран, нахмурился и поджал губы. Откинулся на спинку обратно и задумчиво посмотрел на свою ладонь, сжатую в кулак. — Ну. Мы этого ожидали, — пробормотала Анна натянуто, с тревогой глядя на брата. Лэйн, которая догадывалась о происходящем еще с того дня, когда они с Дмитрием попали на затопленную базу «Сибирь», молчала. И прекрасно понимала, что сейчас должны чувствовать все. Рен скользнул взглядом по их лицам: Дмитрий, бледный, сжимающий край ноутбука так, будто хотел раздавить экран; Анна, стиснувшая губы; Микаэль, смотрящий в пустоту, словно видел там призраков прошлого. Даже Одри, обычно невозмутимая, нервно теребила край куртки. Он аккуратно отодвинул щенка, который тут же улегся на его ботинок, и кашлянул, разрывая паузу: — Эй, легион мрачных статуй… — голос его звучал нарочито небрежно, но в нем прокралась редкая осторожность. — У вас там секретное сообщение от Сатаны? Или просто налоговая прислала счет? Короче. Кого надо пристрелить? Совершенно бесплатно. — О, нет, — отозвалась Анна деланно невозмутимо. — Просто мы, оказывается, косвенно помогали убивать бессмертных и отправлять их на опыты. «Помогали своей тете…» — мысленно добавила она, но слова застряли в горле комом. — Оу, — красноречиво выдал Грэй. — И я так полагаю вы узнали, кто Серый кардинал? — Да, — ответил Дмитрий, изо всех сил стараясь сохранить хладнокровие. Как бы он ни был уже готов, удар пришелся как обухом по голове. — И теперь надо понять, что и как делать дальше. — Ты еще размышляешь? — несвойственно ему обратившись к генералу на «ты» угрожающе проговорил Микаэль. — Донован моя. Это дело Небес. Мы сами решим его. И она будет умолять о смерти. — Нельзя казнить без суда, — негромко сказала Одри. — То, что произошло — ужасно. За гранью ужасного. Но мы — не они. Мы не звери. — Одри… — проговорил Микаэль напряженно, но оборвал себя на полуслове. — Микаэль, — ответила она, чувствуя его эмоции. — Мы ведь не эти чудовища. — Ты не знаешь, кто мы, — жестко ответил он. Одри задержалась на нем взглядом. — И кто же вы? — Бессмертные, — отрезал он, и его лицо превратилось в камень. Правильные черты лица исказились в злости. — И не тебе защищать ее. Смерть каждого ангела и демона… Одри, лучше не надо… Это возмездие. Последние слова он сказал, закрыв глаза, которые уже начинали сиять белым светом. — А что тогда для вас наши смерти? — спокойно спросила Одри. — Так ли уж мы различаемся? Или все же для каждого — свой суд или отсутствие права на суд? Кроме того… вы хотели найти демона, который стоит за одержимыми — она может знать, кто это. Что если она сама одержима? — Она не одержима, — уверенно бросил Микаэль. — Я бы знал. — Как знаешь, — отступилась Одри. — Но я не верю, что ты — убийца. Ты воин чести. — Что если Донован действительно знает, кто за всем стоит? — спросил Дмитрий отстраненно. — Мы можем… допросить. И судить после допроса. Микаэль злился. В первую очередь на себя, потому что не мог сдерживать ярость и боль. — Я… извини, Одри, — проговорил он сдержанно и кивнул Дмитрию. — Что вы предлагаете? — Мы возьмем ее под стражу, — ответил генерал твердо. — Зададим вопросы. Если она что-то знает, она нам скажет. Странным образом подпись под документом будто действительно стала той самой последней точкой. Они уже знали и так. Голова полностью очистилась от эмоций. Чувства успокоились, хотя облегчения это не принесло. Но сознание обрело спокойствие и ясность. — Вполне вероятно она уже все знает, — заметила Анна. — И мы едем в Оксфорд, как в ловушку. — Нужно отправить вперед диверсионную группу и войти в лабораторию, — сказал брат. — На опережение. Возможно, мы даже успеем спасти тех, кто может находиться там сейчас. — Это же суицидальная миссия, — усмехнувшись, проговорил Рен и вальяжно откинулся на сидении. — Можно выступить добровольцем? — Ты записался добровольцем на все миссии шесть часов назад, — сказал Дмитрий. — Я про конкретно сейчас и про конкретно диверсионный отряд, генерал, — объясняя по слогам, пояснил Рен. — Ты в деле сейчас. Пойдешь с нами, — ответил Ллойд и повернулся к водителю. — Остановка за два квартала от базы. — Да, сэр, — откликнулся тот. — Прекрасно, — кровожадно отозвался Рен, покрутив барабан револьвера. Колонна проскочила последние городские районы перед конечной целью. Город умиротворенно дремал. На улицах не было видно ни души. Миновав несколько полуразрушенных кварталов, машины остановились в развалинах Шелдонского театра. — Пошли, подумаем, — сказал Дмитрий, открывая дверь. Передал в рацию бессмертным: ― Спускайтесь. Он вышел на улицу, осматривая дома, за которыми располагался квартал с базой «Адам». Отметил, как приземлились Кассиэль, Кира, Анхея, Пилеон. Это было рискованно. Они оставались без прикрытия с воздуха. Но иначе бессмертных бы заметили с башен колледжа — и тогда можно было распрощаться с внезапностью атаки. — Я почти уверен, что нас ждут. Но мы можем пройти тихо малой группой. Нужно проникнуть в лабораторный корпус. Арест Донован обезглавит возможное сопротивление, — начал говорить генерал, когда их группа собралась возле «Кугуара». ― А потом на нашей стороне будут еще Лестер, Ноа, Том ― все, на кого я оставлял базу. Рен огляделся по сторонам, отпустил щенка на землю, и тот начал обнюхивать окружающую местность. Подбежал к колесу грузовика и пометил его. — За Клыком присмотрите кто-нибудь, пока меня не будет. На ее хозяйку надежды нет, — с чувством вздохнул Грэй и повернулся к Дмитрию. ― Эй, я еще здесь, ― возмутилась Кира, но Ллойд поднял руку, и она примолкла. — Лучше остальным не говорить, а идти малым составом, — согласилась Анна. — Если не вафлить, то не привлечем внимание. — Согласна, — кивнула Лэйн. — Скорее всего Донован ожидает нас… — Кто пойдет? — спросил Грег. Дмитрий прикинул возможный состав. — Я, ты, Рен. Микаэль, вы идете с нами? — спросил он архангела. — Разумеется, — ответил он и, помедлив, добавил: — Кассиэль, нужно будет быть готовым идти на штурм, если ситуация выйдет из-под контроля. Демон нахмурился, пытаясь понять, что именно случилось. Архангел коротко обрисовал произошедшее только что в машине: — Мы проверили записи из Дэри. Это Донован. Как мы и предполагали. И она, скорее всего, уже готова к нашему прибытию. — Я пойду с вами. Эта тварь должна… — Нет. Ты защитишь Одри и Лэйн во что бы то ни стало, — прервал его Микаэль. — Если все окажется хуже, чем мы предполагаем, то ты заберешь их. Перевод должен быть готов… надежду нельзя терять. — Я с вами! — рванулся вперед Пилеон. — Нет, — жестко осек его Дмитрий. — Ты тоже останешься в охранении. — Но там может быть Ада! — запротестовал молодой демон. — Мы пойдем тихо как раз, чтобы все живы остались, — надавил Дмитрий. — Если ты психанешь, наломаешь дров. Оставаться здесь — это приказ! Демон колебался. Дмитрий подошел ближе, положил руку ему на плечо. И сказал уже мягче: — Мы все сделаем. В этой лаборатории больше ни один бессмертный не погибнет — я клянусь. Из-за машин выступил Каин. Он был бледен. Глаза его беспокойно метались по группе. И в какой-то момент остановились на Анне. Она поймала его взгляд и дернула вопросительно головой. — Что? — одними губами спросила Ллойд выразительно. Каин дернул губами, будто хотел что-то сказать, и нервно оглянулся. — Ты мне нужна… — сложились его губы в беззвучном слоге. Рен заметил молчаливый обмен взглядами между Анной и Каином. Его брови чуть приподнялись, а уголок рта дернулся в едва уловимой гримасе, словно он случайно откусил лимон. — Эй, докторша, — обратился он к Анне, подойдя ближе и чуть наклонившись к ее уху перед тем, как она собралась уйти. — Если тебя тут затянет в подпольный клуб переглядок с Каином, не забудь взять с собой перчатки. А то вдруг он заразный. И да… буду скучать. Только не вздумай тут без меня помереть — мои анализы еще никому не сдавались. — Если перестанешь хотя бы на пять минут вести себя, как дебил, то добьешься большего, — фыркнула Анна, потирая виски. — Так что да… побереги себя и свою кровушку. Она с силой потерла глаза, а потом потрясла головой, возвращаясь к реальности, прежде чем пойти к ангелу. — Что? — спросила Анна, когда они с Каином скрылись за машиной. — Вы не должны туда идти вот так. Не нужно. Каин вел себя крайне странно. Не ершился, не сарказничал с издевкой — он едва ли не молил. — Почему? — нахмурилась Анна. Протянула руку к его лбу — лицо ангела горело. — Что случилось? Глаза Каина налились красным. Печать на руке жестоко жгла, требуя от него действий. — Я не могу сказать. Просто поверь мне. Убеди генерала. Дайте… дайте Донован уйти. — Что ты знаешь? — Анна подалась вперед, хватая его за руку. — Ты горишь весь… Каин, ты должен рассказать. Что происходит? — Я не могу! — шепотом проорал ангел чувствуя, что подошел к запретной грани, обязующей молчать. ― Я сожалею, что так вышло с Донован. Сожалею… — Тогда зачем ты меня мучаешь? Ты исчезаешь! Скрываешь что-то! — раздраженно прошептала Анна и отвела глаза в сторону. — Как я могу тебе доверять?.. И могу ли? — Ты не понимаешь, — начал злиться Каин. — Я не смею сказать. Он запретил мне. Ангел дернулся, зажал ладонью рот, будто по языку ему полоснули ножом. Анна сжала его ладонь. — Так… — попыталась она рационализировать. — Давай иначе… Ты не можешь говорить? — Да. Не могу. Ллойд кивнула. — Ты играешь против нас, так? Вернее, ты помогаешь, но из-за кого-то? — Я не могу ответить, — он вяло качнул головой, и последним движением едва уловимо кивнул. Клеймо на руке обожгло раскаленной сталью. — И сейчас этот кто-то… он знает все? — глаза девушки сузились. — Анна, прости меня. Я не смею… Еще один такой же смутный кивок. Печать горела огнем. — Как… что нужно сделать, чтобы это прекратилось? — она схватила его за предплечье. Даже через одежду Ллойд чувствовала, как горит его кожа. Каин покачал головой. Полыхавшие красным глаза молили о пощаде. — У нас в отряде есть… те, кто знают, — очень обтекаемо прошептал он одними губами. — Есть. В отряде. Подумай… Анна пожевала губу, потерла переносицу. Если кто-то и был, кто мог знать, сейчас она не могла понять, кто именно. — Тебя зовут? — спросила она. — Как тогда? Каин отвернулся. Печать жгла так, что хотелось кричать. Видя реакцию ангела, Анна замолчала. Что она могла сказать?.. — Каин… я поняла. Все будет хорошо. — Не будет… — покачал он головой. Ничего более он не хотел сейчас как того, чтобы Анна поверила ему и сделала, как он просит. — Задержите их. Не ходите. Дайте ей уйти… Он протянул руку и сжал ладонь Анны пылающими пальцами. — Прости меня… — Донован? Донован должна уйти... Они в опасности? Каин замотал, пополам с кивками, головой и начал отходить назад. — Мне жаль… мне так жаль… Анна развернулась к отряду, спеша предупредить их. — Дима! Каин… — она оглянулась на ангела, но его уже не было. — Ах ты… Она проглотила брань. — Генерал! Дмитрий стоял возле Лэйн, собирая то, что могло понадобиться в вылазке. Магазины для пистолета, ХИСы. — Это не долго, — говорил он. — Мы закончим — колонна въедет на базу. — Донован гораздо хитрее, чем ты думаешь, — заметила девушка. — Поэтому как бы ты осторожен не был, удвой внимание. Она оглянулась на оклик Анны. — Дима… я даже не знаю, как тебе рассказать, — честно вздохнула она, потирая лоб. — Каин… так. Это странно. Но он давно вел себя странно. На «Биконз» я увидела, как он пропал. И вообще он намекал, что не принадлежит себе. И вот сейчас сказал, чтобы вы дали Донован уйти. Дмитрий нахмурился. Мысли были заняты другим, и он мало что понял из сбивчивой речи Анны: — О чем ты? Что именно странно? Как именно пропал? Куда? Она взмахнула руками. — Пуф! Пропал в воздухе, — попыталась объяснить она. — Как Амаяк Акопян! Лэйн вдруг поменялась в лице. ― Пропал? ― жестко спросил Дмитрий. ― Как пропал? В воздухе растворился? — Я не знаю, как это работает, — пояснила Анна. — Он сказал: «Заставь их остаться. Пусть дадут Донован уйти». Она потерла виски. С Каином было все неладно, но она не могла собрать мысли воедино. — Он намекнул, что работает на кого-то гораздо сильнее… — Имя? Он сказал имя? — подался вперед Микаэль. — Разумеется, нет, — раздраженно фыркнула Ллойд. — Иначе бы я сказала. Лэйн полистала свой блокнот и протянула его архангелу. — У него такая метка на руке, — указав пальцем на зарисовку, проговорила девушка. — И я тоже видела, как он исчез. — Что за нахер… — прорычал Дмитрий, сдернул с пояса рацию. — Каин! Каин, прием! Ответа не было. — Твою мать… Генерал посмотрел на странный символ. — Что это такое? — Это монограмма буквы «М» на древнеангельском, — рассматривая рисунок, заметил Микаэль. — Монограмма? Это что-то вроде подписи? — уточнил Дмитрий. И повернулся к Лэйн. — Когда именно он исчез? И когда ты видела эту монограмму? — В Роткове, — призналась она. — Это больше месяца назад, — в голосе генерала прорезались недовольные нотки. Но основной порыв эмоций он сдержал. — Почему не сказала сразу? Каин творит странное с самого начала, но мы не можем поймать его на чем-то конкретном, не считая выбросов энергии. — Потому что он единственный, кому я верила там, в Роткове, — нахмурилась Лэйн. — Не хочу обвинять, но ты в первую нашу встречу ударил меня прикладом по голове. Она повернулась к Анне. — А ты, Кира и Грег накачали наркотой, чтобы покопаться в моем прошлом, — Лэйн сложила руки на груди. — А Каин четко сказал, что он будет на моей стороне, неважно, какие шаги я предприму. Дмитрий хотел что-то сказать, но осекся. Они так и не поговорили о тех двух ситуациях, о которых он уже успел не раз пожалеть. — Лэйн, ― с горечью проговорил он. ― Я сожалею о том, что сделал тогда. И удар. И мой приказ о допросе. Я ошибался. И был неправ. Прости. — Я понимаю, — отозвалась она, дернув плечами. — Но я не могла никому из вас доверять так же, как вы не доверяли мне. — Давайте обсудим слова Каина, — прервал их Микаэль. — Делаем выводы: Донован в курсе. И возможно о настоящих планах тоже. — Это возможно, — отозвался Дмитрий, заставил себя повернуться к архангелу. — Но она не знает наверняка, когда и как мы вернемся. Шанс есть. Действуем по намеченному плану. Здесь есть проход к сектору лаборатории. Охраны не хватает на весь периметр. Есть места, где можно войти тайно, если двигаться тихо и малым числом. — И она все равно может знать об этом, — заметила Анна, хмурясь. — Куда же Каин ввязался? — Видимо, просто решил сыграть в прятки с совестью. «Ой, я не могу говорить, но вот вам намеки». Классика, — с проговорил Рен с раздражением в голосе, крутя в руках нож. — Может, еще печеньки с предсказаниями раздаст? Он бросил взгляд на Анну, подмигнув: — Не переживай, докторша. Если все пойдет по плану, мы притащим эту вашу Донован связанной, а Каина — в коробке с дырками. Для вентиляции его ангельской драмы. — Ему было плохо. Физически плохо от того, что говорил, — не поддержала его сарказм Анна. — Даже если он и предал нас с самого начала, то вряд ли по своей воле. Он мудак, конечно, но не настолько. — Эта печать — договор, — пояснил Микаэль. — Он связал себя с кем-то, кому должен теперь служить и выполнять его волю. И кажется, я знаю чью… — Каин крайне болезненный внутри, — подала голос Одри. — Его эмоции очень путанные. Мне сложно разобрать. Что-то среднее между смертными и бессмертными. Его будто разрывает порой изнутри. — И кто у нас еще на горизонте? — не обращая внимания на слова Одри, спросил Дмитрий у Микаэля. — Скорее всего Баал, — пожал плечами Микаэль. — M — maledictum. Проклятый. Баал — первый из демонов, и он проклят всеми. «Малек”, — едва не произнес он, но промолчал ради Одри. — Все те же… — сказал Дмитрий. — Так. С Каином будем разбираться по ходу. Нам нужно войти в лабораторию. Действовать ― по ситуации. — Согласен. Нечего сиськи мять. Пока у нас есть худо бедное преимущество, нужно им пользоваться, — серьезно проговорил Рен. — Скорее всего его нет, — заметила Лэйн. — Да ты просто кладезь оптимизма, — с усмешкой отозвался Грэй. — У меня есть оправдание, — парировала девушка. — Я по голове стукнутая. — Выдвигаемся, — сказал генерал. Он подошел к Лэйн, склонился лбом к ее лбу. — Ты примешь меня любого? — совсем тихо спросил Дмитрий — А ты меня? — не менее серьезно спросила она. Как назло, начал чесаться шрам. — Любую. Такой, какая есть. — Договорились, — усмехнулась Лэйн. — Тогда постарайся не умереть. — Я постараюсь, — усмехнулся Дмитрий. Он коротко поцеловал ее и отстранился. Пора было выходить. И перед тем, как Дмитрий, Рен, Грег и Микаэль выдвинулись к колледжу, один из них, самый непутевый… не смог не сделать одну очень важную вещь перед отбытием. Грэй подкрался к Анне сзади и когда ее брат отвернулся, с особым чувством шлепнул ее по заднице в латексе. Расхохотался и смешной пробежкой нагнал остальных. — Скучай по мне полностью, докторша! — крикнул ей он. Лэйн предупредительно резко вырвала пистолет Анны из кобуры и разрядила его, пока Ллойд не успела ухватиться за оружие. — Верни мне пушку! Я прострелю ему яйца! Дмитрий резко развернулся. — В чем дело? Он посмотрел на сестру. А потом на Рена, спешно убегавшего от нее. — Убей этого говнюка по дороге! — прорычала Анна, потирая ягодицы. — Не слушай ее, — крикнула Лэйн. — Она несерьезно! Рен непонимающе развел руками, глядя на генерала. — Понятия не имею, о чем она. Но ладошка предательски горела. Шлепать по заднице, когда та в кожаных штанах, было довольно… больно. Дмитрий переводил взгляд с Анны на Лэйн. Положил руку на пистолет, глянув в сторону Рена. — Пирсинг тоннелем посередь лба — тоже украшение. Развернувшись, он пошел к зданиям, за которыми открывался вид на старый университет. Рен бросил на Анну ехидный взгляд, подмигнул ей и направился следом за Дмитрием. Улыбка мгновенно спала с его лица. Он поправил маску на лице и проверил снаряжение. Одри смотрела на Микаэля. Без крыльев, в военной форме базы «Сибирь» он казался совсем человеком. Если было не принимать во внимание его идеальное сложение и черты лица. «Ты не убийца… — она закрыла глаза. — Я верю, что это так. И в нас намного больше общего, чем ты думаешь…» Она невольно, с робостью впервые осознанно коснулась рукой живота. — Траванулась? — пытаясь отвлечься от злости на Рена, спросила Анна. — Я тоже зря консервы ела. — Похоже, — рассеянно откликнулась Одри, вспомнив слова Микаэля о том, что никто ничего не должен знать. — Консервы — похоже на то. Убрав с живота руку, она забралась обратно в грузовик.