Глава 173

Рен медленно шел за Каином, и каждый шаг давался с трудом — не только из-за боли в плече, но и потому, что тьма здесь пахла чем-то неприятным. Он чувствовал это кожей, внутренностями, каждым своим мутировавшим органом. Воздух был плотным, почти осязаемым, будто он находился внутри чужого организма, где все дышало мертвечиной и злом. И к этому организму от него самого будто шла невидимая, но бесконечно прочная связующая нить. — Ты уверен, что мы идем правильно? — напряженно спросил он у ангела. Каин холодно покосился на него. — Я помню, как выносил отсюда Книгу. Дальше будет тот большой зал, что обрублен наполовину. Вторая половина — кусок пещеры. Книга был там, — сдержанно ответил ангел. — И откуда уверенность, что Лэйн именно там, где ты нашел Книгу? — скептически уточнил Грэй, нервно прислушиваясь к жутким звукам снаружи. — Потому что в Книге сказано, что все закончится там, где началось или типа того, — проговорила Анна. — Ах, да. Точно, — ворчливо протянул Рен, закатив глаза. — Ох уж эти треклятые стишки и пророчества. — Если большая часть базы так или иначе уцелела, пустот здесь много, — сказал Дмитрий. — Именно так, генерал, — кивнул Каин. — Но это место… особенное. Не знаю, как объяснить. Там… течет энергия. Из самой глубины разлома. И сюда. И в Ничто. Это может ощутить бессмертный. Сердце трещины. И трещина идет в скалу дальше. — Как рана. И из незаживающей раны течет кровь, — привела метафору Одри. — Да, очень похоже, — согласился Каин. — И это ее надо будет шить? — неуверенно спросила Кира. — Как этим… острием можно шить Вики? Она не больше Лэйн. — Я… доверюсь острию и Чаше, — после паузы сказала Одри. — Раз это интуитивно понятно, значит смогу найти ответ. Чаша теплым свертком лежала на груди. В голове всплывали смутные образы ее перехода обратно к жизни. Пространство было подобно полотну. И тонкие пальцы сплели ее собственное новое тело. Значит, должен быть способ сделать нечто схожее с помощью артефактов и вложенной в них силы Создателя. Дмитрий вскинул руку, давая знак остановиться. — Что-то не так, — проговорил он. Они не должны здесь быть, не должны здесь стоять. «Прочь…» — уверенно и строго прошелестело в сознании, и Дмитрий уже знал, чей это голос. Земля заходила ходуном под ногами, угрожающе затрещал потолок. «Прочь!!!» — возопило внутри. И тут же примешался к этому шепот: «Стой, назад…» ― вызывая смертельно опасную сумятицу. — Бегите! — крикнула Анна, толкнув в плечи Дмитрия. Боковая подпорка угрожающе закачалась и рухнула, словно в замедленной съемке, подняв облако пыли. Ллойд бросило вперед, и она почувствовала, как отчаянно вцепилась в плечо брата. Ногти наверняка оставили кровавые борозды. — Рен! Ты где?! Одри в оцепенении смотрела на рушащийся потолок. Потом кто-то ухватил ее за рукав, рванул вперед. Краем глаза она увидела горящие красные глаза Киры. Маленькая демоница толкнула ее дальше, а сама вдруг рухнула на пол на колени, обхватывая себя руками, будто у нее сводило тело, и закричала. Крик ее потонул в грохоте обрушившихся перекрытий. — Твою мать! Сука! — громко проорал Рен, едва успев отпрыгнуть в сторону от огромного куска железобетонной плиты. Поднялась пыль и грязь, он закашлялся, заметил Анну рядом с братом и облегченно вздохнул. — Блядь… — Кого завалило? — дрожащим от напряжения голосом спросила Анна. Она дернула на себя Дмитрия, чтобы посмотреть, в порядке ли он и облегченно выдохнула. — Мы живы, но нас отрезало, — послышался голос Шона по рации. Рен подошел ближе к Анне и Дмитрию, после чего бросился к лежащей неподалеку Одри. — Что с тобой? Тебя ранило? — присел он рядом с ней на одно колено. Дернувшись, Дмитрий приподнялся, стряхивая с себя неестественную, непривычную пелену оцепенения, обломки подвесного потолка и каменную крошку. — Сука, блядь… — прорычал он. Встал на ноги, оглянулся. В слабом свете ХИСов позади них виднелся завал, полностью перекрывавший проход. Железобетонные и стальные балки, куски скальной породы — мешанина была страшной. Поддерживаемая Реном, поднялась на ноги Одри, ошеломленная произошедшим. — Я… в порядке. Вроде… — не своим от потрясения голосом, проговорила она. — Вы ранены? — спросил в рацию Дмитрий. — Кире плохо, — доложил Каин. — Мне тоже, но терпимо. Похоже… ритуал сработал. Такой огромной темной энергии я не чувствовал никогда. Там, впереди. Баал… здесь. — Вперед проход остался. Обратной дороги нет, — проговорила Анна, поднимаясь и отряхиваясь. Ладони и коленки у нее были разбиты и саднили. — Что ж… — хрипло отозвался на это Грэй, оглядываясь по сторонам. — Об этом мы подумаем позже… нужно идти дальше, пока нам еще чего-нибудь не свалилось на голову. — Каин, выбирайтесь наверх, — приказал Дмитрий. — Я могу попробовать пробить путь к вам, — предложил тот. — Нет. Так ты можешь спровоцировать обрушение дальше. Уходите! Выводи всех на поверхность! ― Да, генерал, ― Каин вышел из канала. — Идем, — сказал Дмитрий. Не зная точно, что может ждать впереди, он переложил ближе оружие против бессмертных, взял в руку Копье. Шагнул вперед первым. Рен кивнул Анне и Одри, чтобы шли в середине, и замкнул цепочку. — Знаете, у нас не было никакого плана, — пробормотала Анна. — Но даже сейчас все идет не по плану. — Можно подумать, у нас в принципе когда-нибудь что-то идет по плану, — ворчливо протянул Грэй, крепко держа в одной руке пистолет с ядом, а во второй ― свой обычный револьвер. Они медленно, осторожно пошли по коридору, готовясь к нападению. Где-то вдалеке будто слышались чьи-то крики. Перемежаясь с оглушающей, звенящей тишиной. Воздух был плотным, невероятно плотным и холодным, словно сюда проникало ледяное дыхание пустоты межмирья. — Слишком… пусто… — проговорил Дмитрий, всматриваясь в тоннель впереди. Это было отчасти даже хуже, чем если бы на них пошли зараженные или мертвецы. В прошлый раз, в монастыре в Роткове, было именно так в момент попытки призыва Баала. А сейчас впереди была неизвестность. Неожиданно в лицо ударил порыв ветра. Неся с собой запах… Тяжелый, металлический, слегка сладковатый — запах крови. В дальнем конце коридора чернел пролом — похоже, что там стены резко расходились в стороны. Дмитрий почувствовал, как начинает молотить сильнее сердце. Она… должна быть там. — Вероятный контакт через сто метров, — сказал генерал. Отсутствие движения впереди давило все сильнее. А Одри ощущала, как наваливается на эмоции и рассудок страшная, запредельная, нечеловеческая в своей природе ненависть. Уловила обрывки шепота. Уже знакомого ей ― по прошлой жизни. Животный страх поднялся к горлу, уперся в тепло Грааля, который Одри сжала рукой. И недовольно отступил. Отряд подошел ближе. Через проход стало возможно разглядеть зал. Пол его был залит кровью. И усеян мертвыми телами. Было похоже, что призыв перводемона вобрал в себя жизни тех, кто принимал участие в ритуале. К запаху крови прибавился еще более омерзительный — запах горелой плоти. Часть мертвых тел была обожжена до черна. Держа себя в стальной хватке, чтобы не рвануться безрассудно вперед, Дмитрий аккуратно приблизился к проему, заглянул внутрь. У него перехватило дыхание. — Лэйн! Она обернулась к нему раньше, чем он крикнул ее имя. Поднялась и побежала к арке, но отродье перехватило ее и отбросило в противоположную сторону. Лэйн глухо застонала, но не позволила себе оторвать взгляд от Дмитрия. — Почему он снова в крови… — пробормотала она хрипло, едва шевеля сухими губами. Рен почувствовал, как внутри поднимается странная волна тревоги, а на затылке зашевелились волосы от увиденного. — Вот дерьмо, — прохрипел Грэй, ожидая команды генерала. Прогремел выстрел. Голова отродья разлетелась в клочья. По углам закопошились еще твари, до этого истуканами стоявшие здесь. Демонов видно не было. Ни обычных, ни Баала. Но сама атмосфера здесь была такая, что люди ощутили, как ужас пытается стиснуть холодом все внутренности. — Огонь! — крикнул Дмитрий, бросаясь к Лэйн и начиная стрелять по отродьям. — Лэйн! — метнулась к ней Одри. Сознание било воспоминаниями о прошлых событиях с ней самой, выкручивая душу. Пентаграмма, запах крови и жженого мяса — ужас пытался подступить к сердцу, накрыть рассудок. И не мог, натолкнувшись на решимость Одри, ее желание помочь Лэйн и теплый сверток с Чашей. Высаживая в тварей выстрел за выстрелом, Дмитрий присел возле Лэйн. Копье звякнуло об пол — он положил его рядом и прикоснулся к ней рукой, боясь, что Лэйн снова исчезнет, желая убедиться, что это правда она. Из темноты полезли еще отродья. Похоже, что во время самого ритуала тут горели свечи — ими были усыпаны все уступчики и ниши той половины зала, что была пещерой. И остатки шкафчиков и столов, что были на второй половине зала — части помещения базы. Но сейчас не горела уже ни одна. Все было залито кровью. На импровизированном алтаре лежала изуродованная обезглавленная жертва. Залита кровью была и пентаграмма на стене из костей. Грохотали одним за другим выстрелы из револьвера Рена и пистолета Анны, отродья хрипели и падали с простреленными головами, не успевая настигнуть Дмитрия, Лэйн и Одри. Они казались более вялыми и безвольными, в отличии от тех, что нападали с неба. И вскоре, в зале наступила тишина. — Она жива? — тяжело дыша спросил Грэй, подбегая ближе к остальным. Анна тем временем уже доставала все необходимое из аптечки, а Рен подозрительно косился в темноту, хоть и не видя ничего подозрительного своим ночным зрением, но в то же время чувствуя всем своим нутром, что что-то было не так. Лэйн поднялась, не обращая внимания на боль и порывисто обняла Дмитрия. Это было куда более нереально, чем все, что происходило с ней за последние полсуток. Он был рядом, он держал ее, пах кровью и потом, снова готов был спасти ее. — Я думала, никогда тебя не увижу, — проговорила она с трудом. Анна дернула ее за рукав, и Лэйн притянула в объятия и ее, а потом и Одри. — Я в порядке. В порядке. — Лэйн, — Дмитрий крепко обнял ее. Прерывисто выдохнул, чувствуя спазмы в горле. Он впился губами ей в висок. В губы. — Лэйн. Боже, Лэйн… Так многое хотелось сказать, выразить сейчас. Но чувства перекрывали горло. Она рядом, в его объятиях. Живая. Целая. Его Лэйн. Его жизнь. Любовь. Ощущение реальности качнулось и поплыло. Вечно жесткий, сосредоточенный взгляд затуманился, задрожали губы. — Я пришел. Мы пришли. Я здесь. С тобой. Рядом, — проговорил он, заглядывая Лэйн в глаза. Его голос потонул в рокочущем гуле, похожем на хохот, и Лэйн крепко зажмурилась. Анна и Одри испуганно присели от грохота. — Блять, — прошептал Рен, готовясь к драке. Голова его гудела. Перед ними из тьмы начал формироваться черный ― до запредельной, осязаемой черноты ― силуэт. Огромный, под потолок ростом. К которому потянулись плотные, словно позвякивавшие тяжи мрака. Подобное не укладывалось в человеческое миропонимание. Даже те формы архидемонов, которые им изредка доводилось видеть, не шли ни в какое сравнение с той чудовищной сутью, что стояла сейчас перед ними. К сердцу подступал инстинктивный животный страх, ужас перед зверем, о котором говорилось в людских легендах. И требовало больших усилий подавлять его и держать себя в руках. Зеленоватые отсветы ХИСов лишь добавляли инфернальности демонической сущности, сотканной из самой Тьмы. А по углам и щелям зала начинал тесниться багрово-лиловый туман, давая слабый свет, скрадывая пространство, по которому поползли всполохи багровых молний. — Уходите! Рен, уводи их, — Дмитрий бросил ему ключ-карту, найденную в снегу. — Может, понадобится. А код в лабораториях — Анькин день рождения. Быстрее! Идите дальше! — на одну секунду он бросил взгляд на Лэйн. — Я люблю тебя. Ступай. — Я не… — начала было она с отчаянием, но Рен, тоже ошеломленный видом монстра, посмотрел на Копье в руках Ллойда, кивнул — молча, но с решимостью. В его глазах читалось осознание: это был момент, когда пути назад уже нет, а каждое решение может стать последним. — Генерал справится, — подталкивая к выходу Одри, Лэйн и Анну, сказал Рен. Его голос звучал уверенно, хотя внутри он чувствовал холодок неясной тревоги. — Быстрее! Анна начала было отрицательно качать головой, но Дмитрий уже сделал шаг вперед, готовясь к бою. — Блядь… Ну, что, ебучая сука… Потолкуем? — услышали они голос генерала за спиной.