Глава 4. Посланник

      У дома советов было не так много праздных гуляк, как в остальных местах. Вероятно, он мало кого интересовал скучными белыми лестницами без вычурной лепнины вдоль перил, простыми окнами без витражей и серой невзрачной каменной кладкой. Даже колон не поставили. Дом советов выглядел бело-серой коробкой, неудачно построенной по неоконченному шаблону проекта.       И по какой причине Эгиос решил выбрать такое невзрачное и невероятно уродливое место Лерайе даже не хотел знать. Аспид вызвалась поиграть в шпиона — она была маленькой и не слишком заметной в капюшоне. К тому же могла сыграть на руку любви Эгиоса защищать обиженных и угнетенных. Ей не понадобилось пояснений, кого они искали. Аспид была в ту меру наблюдательной, какой могла быть девочка, прожившая половину детства в клетке, при этом не задавая лишних вопросов. Лерайе нравилась все больше и больше.       Внутри здания находились люди — он это чувствовал. Вероятно, Аспид тоже. Но почему-то они казались одинаковыми, и внутри не было и намека на пламя. Впрочем, и в доме Минакса он её толком не чувствовал. Что-то не то было в её одежде.       — Ты их различаешь? — спросил Лерайе.       Аспид непонимающе подняла глаза, комично задирая голову, чтобы разглядеть что-то из-под капюшона.       — Их?       — Энергию. Тех, кто внутри.       Она обернулась на здание, словно могла увидеть в нем ответ, затем покачала головой.       — Они одинаковые. Я могу их сосчитать.       — Да, я тоже.       Лерайе не нравилось, что это означало — они не могли найти женщину, пока она не использует магию. И каким-то образом следовало ее выманить. Он глянул в сторону Аспид.       — Готова проникнуть в стан врага?       Она снова подняла голову, пытаясь самоуверенно улыбнуться. Лерайе протянул ей руку, обхватил за предплечье, закатывая рукав.       — Мне не нужна твоя душа, это просто символ.       Зеленые линии сигила засветились на чешуйчатой коже, почти не выделяясь. Аспид дернула рукой, словно ждала боли, или от внезапности, но более не пошевелилась, только наблюдая, как по внутренней стороне предплечья расползается кольцо с символами стрел внутри.       — Тебе нужно найти женщину в балахоне, похожем на купол. Честно, она напоминает торшер. Когда я её видел, она была в голубом, но, может, у нее есть купола других цветов. Скажешь, что тебе нужно снять метку. Я буду рядом, если что-то пойдет не так.       Аспид кивнула. Лерайе кивнул тоже, сворачиваясь в маленькую птицу, влетел под капюшон и спрятался, надеясь, что та женщина не заметит след энергии, как не заметила в прошлый раз. Или что в доме советов не было никого, кто испортит их планы.       — Туда вообще можно? — прошептала Аспид, останавливаясь на середине лестницы.       — Ты видишь кого-то, кто запрещает заходить? — влился Лерайе голосом в голове. Она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.       — Может, они внутри.       — Может. Но тогда сначала надо зайти.       Аспид кивнула и медленно зашагала вверх, толкнула двери, что вышло не с первой попытки, видимо, двери оказались слишком тяжелыми. Мужчина, заметив её, двинулся в их сторону, и Лерайе выпорхнул из-под капюшона, ловя его взгляд. Птичьи глаза были маловаты, чтобы людям удавалось зацепить на них достаточно внимания, но мужчина отреагировал на внезапность, и Лерайе забрался в его голову, накладывая условия. Мужчина замер и развернулся, уходя по своим делам, словно никого не было.       — Тоже так хочу уметь, — выдохнула Аспид шепотом под нос. Лерайе мысленно улыбнулся.       Они двигались по коридору, ловя неприязненные взгляды. Аспид периодически спрашивала, куда идти, а Лерайе ничего не мог ей ответить, ведь женщина носила не пропускающее энергию полотно, что не шло на пользу их поискам. Человек в рубашке остановил их, сказал, что сюда нельзя, и Аспид мгновенно начала плакать, вцепилась в рукава его формы, показывая рисунок на предплечье.       — Помогите мне, пожалуйста. Я знаю, что здесь есть женщина, которая помогает. Пожалуйста. Я не хочу умирать.       Лерайе отчего-то ощутил гордость от того, насколько великолепно она справлялась. Мужчина скривился в отвращении, оглянулся, кивнул кому-то. Подошел другой не менее не выделяющийся человек в такой же белой рубашке, посмотрел на метку, хмыкнул.       Движение началось.       Их привели в кабинет, где сидела та самая женщина, на на этот раз купол отливал розово-золотым. Энергию он также не пропускал, потому Лерайе до сих пор не мог ничего сказать о том, кто она такая, и подтвердить свои опасения.       — Проходи, дитя.       Аспид робко шагнула в помещение, присела на край кресла, куда женщина указала рукой, оглянулась по сторонам, прижимая голову к плечам, вся сжалась. Лерайе похвалил её мысленно, прячась в глубине капюшона.       — Тебе нечего бояться, покажи мне, что случилось.       Кивнув, Аспид протянула руку, где линии сигила пульсировали зеленым, словно душа вот-вот разложится. Лерайе не знал, как много ей известно о демонах, но рисковать возможностью не мог. Аспид, вероятно, не знала, что ее душа находилась на грани от того, чтобы рассыпаться, но зачем ей было знать об этом?       Женщина покачала головой, но лица под куполом как и выражения было не разглядеть.       — Это очень опасная магия, дитя. Тебе не стоило так рисковать своей жизнью, — она протянула руку к сигилу, зажигая то самое пламя на своей. Лерайе замер, вслушиваясь в пульсацию энергии. Это было то самое пламя! Не существовало в мире двух фениксов с таким диапазоном энергетического следа! Он подбросил Аспид пару идей для поддержания беседы, транслируя скорее образы, чем слова.       — Вы ведь из делегации? — спросила она, поглядывая осторожно из-под края капюшона. — Хотела… поблагодарить за то, что вы делаете. Это важно. Для нас.       Женщина кивнула, пламя разгорелось только сильнее, и сигил потихоньку начал поддаваться. Лерайе не было больно. Аспид дернулась, но удержала себя на месте. Из-под капюшона он заметил как сжались её челюсти. Сигил пульсировал и постепенно испарялся, оставляя после себя чистую кожу с зелеными чешуйками, словно не было никакого символа.       — Такие не делают что-то просто так. Демоны. Им нужны несчастные души, чтобы творить бесчинства и дальше.       — Наверное… Я не знаю много… я хотела сбежать, а он помог… но потом…       — Всегда наступает «потом».       — Как вы это делаете?       — Убираю метки? Пламя моего господина священное. И тьме не место на землях союзных планет.       Лерайе нахмурился. Давно он не слышал подобной риторики с черно-белым мышлением, чтобы его называли тьмой. Пафосно звучало, конечно, но не настолько нравилось подобное слушать. Он шепнул Аспид прямо в голову пару вопросов.       — Я слышала… что наша планета слишком захолустная для союза.       — Давно нет, дитя. Наблюдатели следили за вами долго время, а теперь Великий Верховный Совет принял решение послать сюда делегацию, и вот мы здесь. А теневой падали не место на землях союзных планет.       Аспид кивнула молча. Лерайе не нравилось, к чему все шло. Эгиос собирался захватить всю планету? А потом отобрать его души? С каких пор они озаботились желанием бороться с духами вроде него? Лерайе не впадал в безумие, чтобы его убивать, так что они решили выжить его с такой приятной, полной отчаянья и потенциальных войн планеты, чтобы не портил вид?       Будь он чуть менее осознанным, разорвал бы женщину на части прямо здесь, но Аспид продолжала задавать вопросы, так что он прислушивался, затаившись. Женщина его не чувствовала, что было только на руку. И как она только смогла выиграть Битву, чтобы получить это место, чтобы её «господин» поделился священным пламенем? Она хоть видела что-то под своим покрывалом?       — А что вы делаете здесь? Помогаете таким, как я?       — Мы много что делаем, дитя. Работа делегации требует времени и усилий. Нужно найти компромиссные решения на многие вопросы.       — Я бы тоже хотела такую магию.       Женщина усмехнулась.       — Не вся магия достается легко. Иногда судьба решает за тебя, что ты можешь или не можешь сделать. Например ты, дитя. Ты помогаешь демону, но какая цена у твоей жертвы?       Аспид крупно вздрогнула. Лерайе прижался к плечу, вслушиваясь. Никак она не могла бы его засечь, неужели покрывало не пропускало энергию только в одну сторону? Она владела энерголокацией? Или знала обо всем, но притворялась, что не знает?       — С чего вы взяли? — продолжала играть Аспид. — Он оставил на мне метку! Как я могу помогать ему?       — Я многое знаю, дитя. Я вижу события. И знаю, куда они приведут тебя. Как привели меня сюда. Линия твоей жизни тянется в будущее, но не слишком далеко, ты проживешь не так уж много, как положено тебе по роду. А линия жизни демона… нестабильная. Сливается. Судьба знает, что случится завтра — страшные, опасные вещи произойдут, если ты продолжишь этот путь. Так ли ты хочешь помочь ему?       Лерайе прижался к плечу сильнее. Куда все шло ему не нравилось. Эта женщина не нравилась. И разговоры не нравились.       — Откуда вы можете это знать? — спросила Аспид несколько настороженно, несколько самоуверенно. Кажется, не верила.       Купол покрывала двинулся, словно она склонила голову.       — Береги тебя великая Пифия. Пусть путь твой не будет омрачен демоническим влиянием. Пусть великая Судьба будет благосклонна к тебе и поможет избежать того зла, что чернеет на твоем пути.       Аспид слишком резко дернула руку, что Лерайе пришлось цепляться когтями в майку, чтобы удержаться на месте. Что бы женщина не имела ввиду, это никак не повлияло на его нахождение здесь, а, значит, молитвы и заговоры не были так опасны, как пламя феникса. Лерайе мало что знал про Духа огня, но по какой-то причине пламя его Посланника снимало сигилы, разрушало контракты и это… было совершенно не на руку. Однако по всем правилам женщина должна была быть человеком, иначе бы не получила место Посланника, а органическая человеческая жизнь имела очень удобное для Лерайе свойство — она хорошо и быстро умирала.       Аспид тряслась от чего-то, что Лерайе не понимал. Ему не нравились подобные моменты. Неучтенные факторы, непредвиденные трудности, отклонения от плана. Не то чтобы у него вообще бывали какие-то планы. Один такой «не то чтобы план» стоял рядом, и никто вокруг не задавал им вопросов, почему они просто так стоят посреди улицы. Однако этот самый «не то чтобы план» отчего-то дрожал как осиновый лист.       — Что случилось?       — Она меня напугала.       — Чем?       — Тем, что начала молиться. Или разговорами про судьбу. Не нравится мне знать, что я скоро умру.       — Она не сказала, что ты скоро умрешь.       — Она сказала, что я умру «раньше времени»… и насколько это раньше? Кто она вообще такая?       — Оракул. И Посланник. Слишком опасная комбинация.       Аспид подняла голову, требуя пояснений. Лерайе не нравилось рассказывать лекции о мироустройстве, и он медленно выдохнул.       — На далеком Эгиосе сидят четверо Духов, которые очень любят делиться своей энергией, а тех, с кем они делятся, называют Посланниками. А Оракул… если она и правда Оракул, и может видеть будущее, а не просто так рассказывает сказки про судьбу… Оракул — это Оракул, что еще тут сказать?       — Так я… все же умру?       — Ты обязательно умрешь.       Аспид поежилась, отводя глаза. Лерайе поздно подумал, что не стоило говорить подобное так резко, все же эти смертные комочки материи цеплялись за жизнь зубами.       — Суть человеческой жизни, да? Живи мало, бойся смерти, но бери от жизни все?       Не зная, что и сказать, Лерайе только кивнул.       — Тогда я хочу быть полезной. Я… могу проследить за ней! Узнать… что-нибудь.       — И что ты будешь делать, когда узнаешь?       — Зависит от… знания.       — Ты привлекаешь внимание, какой из тебя наблюдатель?       — Могу слиться с толпой, — ответила она и тут же стушевалась, оглядываясь по сторонам, и натягивая капюшон ниже. Улица была пустынной, словно никому дела не было до Дома Советов в такой час.       — Какой план на случай, если любители шуток начнут тебе докучать?       Разозлившись, Аспид отвернулась в сторону, пробубнила тихо.       — И что тогда?       — Ничего, — пожал плечами Лерайе, поднимая голову в попытке определить время по движению местной звезды. — Для начала мы должны тебя покормить, иначе какой толк от твоих планов в голодном обмороке. Кажется, такое случается с людьми, да?       Аспид сжалась в еще больший комочек, словно смущенная тем фактом, что нуждалась в еде. Лерайе до сих пор находил это забавным. Оказалось, не так уж плохо завести себе свой собственный органический комочек.       Он оставил Аспид у того же хозяина таверны на первом этаже комнаты, что снимал исключительно ради удобства Аспид. Подобный уровень вмешательств в его дела требовал совершенно иного подхода, который уже никак не мог быть решен одним его участием.       Путешествие в обратный мир занимало одно движение ресниц, если бы у Лерайе была бы необходимость иметь настоящие ресницы и ими моргать, он бы моргнул, а перед лицом возник бы темный, наполненный шумом и криками, с хлюпающими лужами под ногами, мир. Лемегетон имел дурную тенденцию принимать вид, предпочитаемый наиболее сильным демоном, что хранил здесь свои пожитки, и так уж вышло, что Лерайе в это число не входил, и приходилось мириться с криками и лязгом цепей. Вероятно, кого-то пытали. В подробности он не вдавался. У него не было времени заниматься пытками душ, когда с каждым днем под давлением Эгиоса территорий становилось все меньше, а теперь и его сигилы становились слабее и испарялись под воздействием пламени Посланника.       Пришло время для радикальных мер, которые Лерайе предпочитал беречь на потом.       Его небольшая черная улица, заполненная веселыми черными барами, откуда раздавался пьяный смех и звон бокалов, казалась не такой оживленной, как раньше. Возможно, часть душ распалась от старости, растворяясь в бесконечном потоке обратного мира. Может, она собралась где-то в какой-нибудь другой форме, может быть, идиотской и дикой, нелогичной, как любила делать свободная энергия в обратном мире, но тогда эти души уже не принадлежали бы ему, а потому не имели значения.       Лерайе шагнул в центральный бар — он был чуть выше, чернотой крыши возвышался над остальной улицей, и глаза десятка людей обернулись в его сторону, затем на лицах поплыли улыбки и они принялись чокаться кружками с еще большим усилием, напевая «Господин вернулся». Лерайе льстило первую тысячу лет, потом как-то стало не до того.              Бармен со стойки кивнул длинным движением, и его светящиеся желтые глаза мазнули по темноте, оставляя горящие следы. Лерайе кивнул в ответ. Остальные души продолжали весело переговариваться, но чуть тише. Может быть, все же был смысл в пытках, только Лерайе было слишком утомительно организовывать показательные развлечения.       — Новости наверху? — спросил бармен, улыбаясь. Черные зубы на фоне черной кожи ничем не выделялись, и можно было только догадываться, что он улыбается. Лерайе знал его слишком хорошо.       — Ничего особенного. Только незначительные сложности. Мне нужно, чтобы ты организовал пару… десятков, думаю, стабильных ребят, чтобы навести немного шума.       Бармен улыбнулся, чуть склоняя голову.       — Бартоломью к вашим услугам.       Лерайе сдержанно улыбнулся.       Аспид сидела на кровати не одна, когда Лерайе вернулся. Щуплая девочка в неприметной одежде неловко ютилась на постели, о чем-то они говорили, но стоило Лерайе войти как девочка подскочила и поклонилась. Он бы дал ей лет двенадцать, не больше, но выглядела она еще меньше, чем Аспид, хотя в отличие от тех, кого довелось рассмотреть в темноте клеток, эта конкретно отличалась невероятной похожестью на человека. Он был уверен, что человеком полноценном в представлении местного населения она не была.       Девчушка поклонилась, складывая ладошки на подоле бежевой юбки, затем достала из кармана и протянула конверт с золотыми линиями по периметру бумаги. Лерайе протянул руку, забирая конверт, он не был запечатан, но внутри лежал криво оторванный лист пергамента.       — Госпожа просит вас посетить её церемонию.       На листе стояла завтрашняя дата.       — Разве на церемонию не полагается приглашений?       Девушка покачала головой, снова склонила голову.       — Госпожа нижайше извиняется за то, что не смогла достать вам приглашение, но она надеется, что вы сможете посетить мероприятие. Госпожа высказала пожелание встретить вас на церемонии.       Лерайе перевел взгляд на Аспид. Та смотрела на девушку настороженно. Он улыбнулся, полагая, что мог бы зайти без приглашения, и даже провести Аспид, но это было бы слишком очевидно.       — Мы не хотим привлекать внимание. Так что тебе придется отдать Аспид твою одежду.       Девочка охнула, удивленно вскидывая голову. Лерайе подошел ближе, касаясь ее замершего лица ладонью. В этом не было смысла, просто захотелось. Энергия потекла, меняя форму, и две пары глаз уставились на него удивленно. Аспид, хотя уже видела смены облика, охнула, а девушка отпрянула, едва ли не начиная трястись от ужаса.       На неё смотрело её же лицо, идеально скопированное, в той же одежде, разве что не желающее выглядеть таким же напуганным, что и она сама. Кто угодно бы отреагировал похожим образом.       Она что-то попыталась сказать, но Лерайе перебил.       — Одежду. Больше от тебя мне ничего не нужно.       Дрожащими пальцами она принялась стягивать с шеи платок и расстегивать пуговицы жилета.