Когда зеркало выбирает

В лавке было слишком тихо. Только свеча потрескивала, отбрасывая тени по стенам. Летти чувствовала, как Чимин смотрит прямо в неё, требовательно, настойчиво. — Ты врёшь, — сказал он снова, мягко, но так, что спорить было невозможно. — Я видел, как ты испугалась. Видение было. Её пальцы вцепились в край стола. — Даже если было… это не для твоих ушей. — Но это обо мне. — Его голос стал почти отчаянным. — Я имею право знать. Летти ощутила, как в груди сжимается что-то опасное. Ещё чуть-чуть — и она сорвётся. Скажет правду. О том, что видела себя в его руках, в белье, которое не показывают чужим. О том, что её собственная кровь кипела от этого видения. Она открыла рот, готовая произнести хотя бы намёк — И тут дверь с грохотом распахнулась. — Летти! — раздался взволнованный голос. В лавку влетел Тэхён, раскрасневшийся, с горящими глазами. Чимин резко обернулся, а Летти вздрогнула, словно её вырвали из капкана. — Летти! — Тэхён буквально сиял. — Я её встретил! Ту самую! Она именно такая, как ты описывала! Кошачьи глаза, странные фразы, она даже подошла ко мне первой, представляешь?! Он говорил быстро, сбивчиво, жестикулируя руками. — Ты была права. Всё до мелочей! Это… это реально судьба! Летти сжала губы, пряча дрожь в руках. Чимин молча смотрел то на Тэхёна, то на неё. — Видишь? — Тэхён схватил её за ладонь. — Ты действительно умеешь это. Я сначала думал — игра. Но ты… ты ведь правда видишь! Он сиял так, что весь мир будто светился вместе с ним. И именно это подтверждение — живое, неоспоримое — сделало атмосферу ещё тяжелее. Чимин перевёл взгляд на Летти. Его глаза сузились. — Значит, у меня тоже было. Ты просто не сказала. Летти почувствовала, как её дыхание сбилось. Она резко отдёрнула руку от Тэхёна и поднялась, будто стена выросла между ней и Чимином. — Хватит, — её голос дрогнул, но она заставила себя говорить твёрдо. — Это не игрушка. Судьба не всегда приносит радость. Иногда — только боль. Тэхён растерянно замолчал, впервые заметив напряжение. Но Чимин не сводил с неё глаз. Он понял. Пусть не всё, но достаточно, чтобы не оставить её в покое. Весь следующий день Летти пыталась убедить себя, что Чимин забудет. Что Тэхён, со своей радостью и восторгом, отвлечёт его. Но где-то в глубине души она знала: он вернётся. И он вернулся. Поздним вечером дверь снова тихо скрипнула, и знакомый звук колокольчика заставил её сердце пропустить удар. — Ты снова, — сказала она устало, не поднимая глаз от книг. — Я снова, — спокойно ответил он, прикрывая за собой дверь. В его голосе не было ни тени смущения, только твёрдое намерение. — Ты упрямее, чем я думала, — Летти подняла взгляд. — Ты скрываешь, — отрезал он. — Но я хочу проверить сам. Она нахмурилась. — Проверить? Он подошёл ближе и опустился на стул напротив. Его глаза блестели в полумраке. — Сделай со мной ритуал ещё раз. — Это бессмысленно, — покачала она головой. — Я уже видела… — Видела что? — резко перебил он. — Скажи это вслух. Она сжала губы. Чимин улыбнулся едва заметно и наклонился ближе. — Тогда пусть зеркало покажет снова. Её пальцы дрогнули. Она знала, что повторный ритуал может сработать, но последствия… никто из ведьм никогда не рисковал дважды смотреть судьбу одного и того же человека. — Это опасно, — прошептала она. — Я не боюсь, — спокойно сказал он. И, не отводя взгляда, протянул руку к зеркалу. Его пальцы почти коснулись поверхности. В ту же секунду свечи дрогнули. Воздух стал густым, словно вязким. Летти почувствовала, как сила уходит сквозь неё, и — картинка хлынула в сознание. Она снова увидела себя. Но теперь видение было другим: не стол и бельё, а их двоих в постели, укутанных простынями. Чимин лежал рядом, его рука обнимала её за талию, а на его лице была тёплая, тихая улыбка. Он шептал что-то ей на ухо, и она смеялась — так, как не смеялась никогда в жизни. Сцена была нежной, почти домашней, но от этого ещё более опасной. Это не просто страсть. Это судьба. — Летти? — голос Чимина прорезал её транс. Она резко отпрянула, чуть не опрокинув свечу. Лоб покрылся холодным потом. — Ничего, — выдохнула она. — Опять… туман. — Ложь, — тихо сказал он. Он не сводил с неё глаз, и в них горело понимание. — Я не обязана… — её голос дрогнул. — Но это связано со мной и с тобой, — сказал он уверенно. — Я вижу это по тебе. Летти отвернулась, чувствуя, как сердце колотится в груди. Она знала: если скажет правду — пути назад уже не будет.