Глава 23

      Дни после падения стен текли размеренно и наполнено. Стены отстраивались заново, и уже скоро они должны были стать неприступными. Рик помнил о мечте Реджа Монро расширить владения, и теперь территория Александрии приросла несколькими старыми, полуразрушенными домами. Их тоже планировалось восстановить. Появилось больше места для будущих посевов. Диана Монро перед смертью начертила план новой Александрии, и Рик вместе с Мишон и Мэгги неуклонно следовали ему.       Группа по-прежнему ютилась в одном доме. Хотя ряды среди жителей Александрии сократились, Рик не хотел расселяться до полного восстановления стен. Поэтому за все это время Дэрилу и Бэт удавалась лишь обмениваться взглядами, редкими перебрасываниями фраз и неловкими прикосновениями. Но думать об отношениях последние недели словно было не время, все с утра до ночи трудились на благо общины.       Лазарет пополнился пострадавшими после атаки Волков. Бэт проводила там все свободное время, помогая Дэниз ухаживать за ранеными. С каждым днем тяжелых пациентов становилось меньше.       Как-то раз Бэт зашла в их импровизированный кабинет — бывшую гостиную Дэниз — и застала целующихся девушек. Она смущенно кашлянула. Те мгновенно расцепились, и Дэниз поспешно поправила очки.       — Привет, Тара, — улыбнулась Бэт.       — Бэт, — кивнула та.       — Я пойду, — сказала Бэт, перекидывая через плечо свою сумку. — Скотту нужно отключить капельницу через двадцать минут.       Дэниз кивнула. Бэт встретила взгляд сияющей Тары и вышла из лазарета. Она была искренне рада за них. Вообще, последнее время Бэт чувствовала странное, почти несвойственное ей спокойствие. Казалось, наступала пора затишья.       Выйдя из дома, Бэт увидела, как весеннее солнце клонится к верхушкам деревьев, готовясь скрыться за ними. По дороге к ней шагал Дэрил. В одной руке он держал дробовик. После отведения ходячих, пропали его яркие атрибуты: арбалет и байк. Что случилось охотник не говорил.       — Что ты здесь делаешь? — удивилась Бэт.       — У меня для тебя кое-что есть, — загадочно произнес Дэрил.       — Меня на ужин позвали Аарон с Эриком, — сказала она, следуя за ним.       — Они поймут, — бросил Дэрил, направляясь куда-то быстрым, совсем не прогулочным шагом.       — Как продвигается работа со стенами? — спросила Бэт, пытаясь поспевать.       — Скоро закончим, — коротко ответил он. — Дня за два.       — Мэгги говорит, что как закончим, начнем засеивать поля. После нашествия ходячих мало что уцелело, — продолжала Бэт. — Юджин советовал кукурузу, но семян нет. Хотя, казалось бы, кукуруза в наших краях — обычное дело. Еще он говорил про киноа, но этих семян мы точно не найдем. Так что будем сажать, что есть — помидоры. Диана оставила хороший план… — Бэт замедлила шаг, оглядевшись. Они стояли у полуразрушенного дома, недавно включенного в границы Александрии. — Куда мы идем? — Не услышав ответа, она продолжила. — В заброшенный дом? Дробовик? Ты меня похищаешь? Или хочешь убить? — улыбнулась Бэт, остановившись перед лестницей на первом этаже.       — Ты мне доверяешь? — Дэрил обернулся и наклонился к ней.       Дождавшись ее кивка, он взял ее за руку и уверенно повел на второй этаж. Аарон сказал, что нужную дверь они оставят открытой. Вся эта затея была идеей рекрутера, которому Дэрил как-то обмолвился, что ни разу не удалось побыть с Бэт наедине. Тот мгновенно придумал предлог и вызвался все организовать вместе с Эриком. Дэрил был слегка ошарашен таким энтузиазмом.       Он пропустил Бэт вперед в комнату, которую Аарон и Эрик подготовили для них. Глазам предстало море зажженных свечей. Они горели повсюду: на полу, на подоконниках, на столе, где стояло вино и аккуратно расставленные тарелки с пастой. У стола — два садовых стула, для уюта застеленных пледами. В центре — ваза с полевыми цветами.       — Неужели это все… ты? — Бэт подняла брови, с недоумением глядя на него.       — В основном Аарон с Эриком, так что…       — Это прекрасно, — перебила его Бэт. Дэрил с облегчением выдохнул.       Она присела на стул. Дэрил сделал то же самое, прислонив дробовик к ножке стола. Они сидели так близко, что их колени соприкасались. Бэт, не зная, чего ожидать, застенчиво улыбалась, а он просто смотрел на нее. Все было до неестественности неловко.       — Вино? — наконец предложила Бэт.       Дэрил спохватился. Он взял бутылку — пробка была уже почти вынута.       — Я никогда не был на таких свиданиях, — признался он, наливая в бокалы темно-красную жидкость.       — Каких?       — Со свечами.       Бэт рассмеялась.       — Я тоже, — призналась она.       Дэрил наконец расслабился. Ему было спокойно и хорошо рядом с ней, словно ее взгляд укутывал его в теплый плед. Она разглядывала бокал, и ее мысли унеслись в прошлое.       — С Джимми мы просто гуляли по ферме. Отец никогда не отпускал допоздна. «Будь дома к семи, Бэтти», — сымитировала она голос Хершела, закатив глаза.       — Бэтти… Хм… — с наслаждением повторил Дэрил, и уголки его губ поползли вверх. — Мне нравится.       Бэт снова засмеялась, смущенно отводя взгляд и прикрывая рот ладонью. Они ненадолго замолчали.       — А как, — начала Грин, подбирая слова, она вновь закатила глаза, — было у тебя? Была ли та единственная леди?       Дэрил напрягся. Сделав глоток вина, он пробормотал что-то невнятное. Он не привык выворачивать душу, особенно когда дело касалось его неудавшейся жизни до конца света. Обычно в таких разговорах в нем все закипало. Но ее взгляд не искал сплетен. Она передразнила его, чуть склонив голову набок, с легкой улыбкой. Он молчал, наблюдая из-под нахмуренных бровей, как выжидающе вздрагивают ее ресницы. Улыбка медленно сползла с ее губ, превратив их в тонкий, нервный бантик. В комнате повисла неловкая тишина.       — Это не были свидания, — наконец выдавил он. Дэрил облокотился локтем на стол, водя пальцами по губам, и Бэт снова посмотрела на него. — Скорее, случайные встречи на одну ночь. Мы с Мерлом часто тусовались в барах, и иногда…       — Снимали девочек? — добродушно улыбнулась Бэт.       Дэрил резко взглянул на нее. Челюсти сжались, дыхание сперло, словно его уличили в чем-то постыдном.       — Угу, — пробурчал он, не разжимая губ, и снова вздохнул под теплым светом ее озорных глаз. — И ни одна из них не была «леди». Я за всю жизнь не встречал таких… разве что… — он запнулся.       — Что? — покачала головой Бэт, улыбаясь.       Она изучала его лицо. Он смотрел на нее так, что у нее путались мысли. Его взгляд говорил сам за себя. Девушке захотелось выпрямиться, чтобы не сорваться. Он словно имел свою собственную гравитацию, маня к себе.       — Ты меня поцелуешь? — глаза Бэт расширились.       Он сглотнул, собираясь с мыслями. Сердце бешено колотилось, рвалось из груди в ее сторону. Большие, ясные глаза ждали. Охотник впервые почувствовал себя жертвой. Но он мягко приблизился к ней. Его губы коснулись ее верхней губы.       Они замерли на секунду. Дэрил чувствовал себя неуверенно, словно подросток. Он все еще не верил, что это происходит наяву.       А потом она потянула его за нижнюю губу, и он ответил более сильным, уверенным поцелуем. Еще одним. Сознание затуманилось от нежности. Он резко придвинул ее стул ближе к себе. Дерево противно скрежетало по бетону. Ее пальцы скользнули под его футболку, а он не мог оторваться от ее губ. Он схватил ее за запястья, когда Бэт принялась расстегивать его ремень. Дэрил запрокинул голову, закрыв глаза, наслаждаясь горячими поцелуями на его шее. Он понимал: стоит ему взглянуть на нее — и все, предел будет достигнут.       — Бэт, — простонал он, пытаясь сохранить остатки самообладания, не переступить черту.       Мягкие поцелуи поднимались все выше, к уху, будоража каждый нерв. Все его тело напряглось, в груди колотилось бешено.       — Я хочу тебя, Дэрил Диксон, — прошептала она.       Он опустил на нее взгляд. Она смотрела на его губы. Она была так близко, что он чувствовал ее неровное дыхание на своих губах. Бэт подняла на него глаза. Сохранять стало нечего. Он хотел ее. Всю. Прямо сейчас.       Дэрил рванулся с места так резко, что стул, который он подхватил, отчаянно скрипнул. Он прислонил его к двери — один точный, глухой удар. Бэт успела стянуть со стульев пледы и, почти не глядя, расстелила его на холодном бетонном полу. Пальцы ее дрожали, когда она снимала кроссовки. Когда Дэрил обернулся, она уже сидела на пледе, поджав под себя одну ногу. Опираясь руками позади себя, она медленно следила за его приближением, а затем выставила одну ногу, потом другую. Широко. Дэрил несколько секунд постоял над ней, потирая губы костяшками пальцев. Ее взгляд был прямым вызовом, приглашением, в котором смешались дерзость и затаенная неуверенность.       Он опустился на колени между ее расставленных ног. Пространство между ними исчезло. И прежде чем он успел что-либо сделать, она сама потянулась к нему, ладони притянули его лицо к себе, а губы впились в его губы жадным, влажным поцелуем. Ее руки скользнули под жилетку, запутались в ткани футболки, пытаясь стянуть ее. Он на мгновение поддался, позволив ей приподнять ткань, обнажив живот и часть груди, но затем страсть пересилила. С низким рычанием, отрываясь от ее губ лишь на секунду, он сам схватил футболку и сдернул ее через голову, отшвырнув в темный угол. Она тут же стащила свою рубашку.       Его взгляд, полный почти благоговейного ужаса, упал на ее грудь. Он смотрел на ее маленькую, упругую грудь, прикрытую тканью лифчика. Он расстегнул застежку — медленно, словно разминируя бомбу. Ткань соскользнула. Он не сжал, а лишь прикоснулся — сначала кончиками пальцев, ощущая, как сосок наливается и твердеет под его прикосновением. Затем всей ладонью, принимая ее малый вес, и из его горла вырвался низкий, сдавленный стон. Этот звук, полный невероятности и жгучего желания, заставил и ее саму затрепетать.       — Дэрил… — ее шепот был горячим дыханием ему в губы.       Он прижал ее к пледу. Его губы и зубы обжигали кожу ее шеи, но это не было больно — это было меткой, которую жаждало ее тело. Ее собственные пальцы, торопливые и неточные, потянулись к его ремню. Он не мешал, позволив расстегнуть пряжку и ширинку, пока его рот не нашел ее сосок. Она вскрикнула, когда его губы и язык сомкнулись вокруг него. Острая, сладкая боль пронзила ее, разливаясь горячей волной по всему телу, к самому лону. Сознание поплыло. Его пальцы стащили с нее джинсы, не церемонясь с пуговицами.       Он снова оказался над ней, его колени раздвинули ее ноги еще шире. Его член, напряженный и горячий, упруго коснулся ее бедра. Он замер, и в его глазах читалась последняя тень сомнения, последний барьер. Вместо того чтобы войти, он провел головкой по ее половым губам, уже влажным и готовым. Это медленное, нежное скольжение заставило ее вздрогнуть и снова выдохнуть его имя.       — Дэрил… — это был уже не просто шепот, а мольба, полная нетерпения и полного доверия.       Ее взгляд, ясный и открытый, развеял его последние сомнения. Она кивала ему, сильнее прижимая его к себе. Проникновение было не резким, но абсолютно властным. Медленным, неотвратимым движением он заполнил ее, заставляя каждый нерв трепетать. Ее глаза расширились, тело выгнулось, принимая его полностью. Внутри все горело и пульсировало, адаптируясь к его размеру, к его ритму.       И он начал двигаться. Это не было яростным натиском. Каждое движение было глубоким, выверенным, выжимающим из нее все новые и новые ощущения. Его руки держали ее за бедра, а ее ноги обвились вокруг его поясницы, пятки впились в его ягодицы, притягивая его глубже с каждым толчком. Ее пальцы впивались в его спину, оставляя красные полосы — немые свидетельства нарастающего экстаза.       Он чувствовал, как ее тело отвечает ему, как внутри нее все сжимается и вибрирует. Он видел, как ее лицо искажается от наслаждения, как губы приоткрываются в беззвучном стоне. Он менял ритм, находил новые углы, ища ту точку, которая сведет ее с ума. И он нашел ее. Ее сладкий стон, прозвучавший прямо у его уха, окончательно затмил ему разум. Он двигался быстро, жестко, словно зверь, наслаждаясь ею. Зубы смыкались на нежной коже. Ее тело затряслось, волны оргазма прокатились по ней, сокрушительные и всепоглощающие. Она чувствовала, как ее внутренности судорожно сжимаются вокруг его члена, и это стало для него последней каплей.       В самый пик ее конвульсий он с низким, хриплым стоном выскользнул из нее. Горячие струи семени брызнули на ее низ живота, на лобок, заляпывая кожу белыми каплями. Он не рухнул на нее. Он держался на дрожащих от напряжения руках, его лоб уткнулся в ее плечо, а дыхание было горячим и прерывистым на ее коже.       Он лежал так, прислушиваясь к ее тяжелому, постепенно утихающему дыханию. Затем он почувствовал, как ее тело полностью обмякло под ним. Ее дыхание стало слишком поверхностным, а тело — слишком безвольным.       — Бэт? — его голос прозвучал хрипло.       Никакого ответа. Только тишина. Легкая, холодная паника сжала его горло. Он приподнялся, чтобы разглядеть ее лицо. Глаза были закрыты, губы приоткрыты в блаженной полуулыбке, но сознания в них не было.       — Бэт?! — в его голосе прозвучал уже отчетливый страх. Его пальцы нашли пульс на ее шее — слабый, но ровный.       Ее глаза наконец открылись, в них не было ни страха, ни боли — только теплое, сонное сияние. Женские пальцы потянулись к его лицу. Дэрил поймал ее руку, прижимая ладонь к своим губам, вдыхая ее запах, смешанный с их общей страстью.       — Ты меня напугала, черт возьми, — его шепот был грубым, но руки дрожали.       До Бэт только сейчас дошло, что она отключилась.       — Такое бывает, — оправдывалась она, присаживаясь на пледе. — У нас давно ничего не было, а тут… такой сильный прилив эмоций… Я читала, что так бывает, — солгала Бэт, глядя в глаза охотнику, который после последней фразы начал успокаиваться.       Дэрил помог ей подняться; у Бэт слегка кружилась голова. Она поняла, что это оттого, что она давно не ела, но не решилась признаться ему. Он набросил на ее плечи плед, и она, укутавшись, села обратно за стол.       Холодная паста все еще казалась аппетитной. Бэт ковыряла в ней вилкой, пока Дэрил возвращал на место стул. Он приоткрыл дверь, прислушался и выглянул. Убедившись, что они в доме вдвоем, он подставил стул к столу и сел.       — Нам надо серьезно поговорить, — сказала девушка, делая большой глоток вина.       Она выглядела изумительно. Одну ногу она поджала под себя, другая свисала со стула; укутанная в красный плед, она напоминала ему ту самую, не тронутую злом лань. Растрепанные волосы. Розовые щеки. Она улыбалась очень юной, открытой улыбкой, что одновременно тревожило и возбуждало его.       — Обычно говорят до… — Дэрил неуклюже указал глазами в сторону пола, — всего этого.       — Если бы это было до… — произнесла Бэт, улыбаясь. — Мы могли не продолжить после. А мне хотелось.       Она посмотрела на него, и Дэрил, не выдержав ее взгляда, сделал еще один большой глоток вина. Бэт убрала волосы назад и поставила бокал на стол, пододвигаясь к нему ближе.       — Я не понимаю, что это было, — произнесла девушка, наблюдая, как мужчина наполняет вновь бокалы. — Мы были вместе… — Бэт набрала воздуха в легкие, — потом Атланта… Ты нашел меня. И я не давила, все завязывалось… Мне не понятны твои качели.       Дэрил молчал, вращая бокал в руке. Темно-красная жидкость бегала по стенкам сосуда.       — Мэгги попросила меня держаться от тебя подальше, — наконец выдохнул он, делая очередной глоток. — Ее можно понять. Она пыталась тебя обезопасить. Бэт кивнула, разглядывая этикетку на бутылке. Она водила по ней пальцем, обдумывая его слова.       — А что думал ты об этом? — наконец спросила она, встречаясь с ним глазами.       Дэрил не выдержал ее взгляд и уставился на стакан.       — Что это неправильно. Ты… — он запнулся. — Ты еще толком не видела, каким этот мир может быть. А я уже знаю. И когда ты поймешь это — оглянешься и увидишь рядом реднека в грязной рубашке, который и читать-то нормально не умеет… — он смотрел на нее, будто перекатывая каждое слово на языке. — Тебе будет больно, когда ты поймешь, кто я на самом деле.       — Мне уже было больно, — тихо сказала Бэт, ловя его взгляд. — Больно не понимать, что вдруг изменилось. Что я сделала не так. Чем тебя обидела. Я больше не хочу так, Дэрил. Понимаешь?       Он кивнул. Смотрел на дно бокала, где плескались остатки вина. Он не знал, к чему она ведет, а может, знал, и оттого чувствовал себя еще более виноватым.       Бэт мягко коснулась его руки. Дэрил взглянул на нее. Он боялся увидеть в ее светлых глазах гнев или разочарование, но она смотрела на него так же мягко, как и всегда. Он растворялся в этом взгляде.       — Мы можем договориться, — начала Бэт, чуть приподняв подбородок. — Договориться, что мы вместе, пока кто-то из нас не скажет обратное. Но решать это должны только мы вдвоем. Бэт Грин и Дэрил Диксон. Ни Мэгги, ни Рик, ни Кэрол, никто другой. — Она старалась подбирать слова осторожно, чувствуя, как его пальцы сжимают ее ладонь все крепче. — А пока мы друг другу этого не сказали, я полностью твоя, а ты — безусловно мой.       Дэрил смотрел на нее почти испуганно. Если он и думал раньше, что была какая-то точка невозврата, то теперь она проводила эту черту четко и ясно. Холодок пробежал по спине, но он уже был готов шагнуть в эту бездну. Дэрил кивнул, принимая ее правила. Смущенно отвел взгляд. Не веря своим собственным словам:       — Я твой, Бэт Грин, — хрипло выдохнул он, снова поднимая на нее взгляд.       Глаза Бэт наполнились слезами. Наконец-то она улыбнулась ему своей самой широкой, сияющей улыбкой. И кивнула в ответ. Дэрил приблизился и позволил себе снова поцеловать ее.

***

      Закончив ужин, они собрали посуду, затушили свечи и аккуратно сложили их. Выйдя из дома, кое-как отмыли тарелки из бутылки с водой и отнесли все Аарону. Тот встретил их с понимающей улыбкой, поинтересовавшись, как все прошло. Бэт смущенно кивнула, прижимая к себе плед, который не могла вернуть — на нем остались следы их страсти.       До общего дома они шли в легком, почти веселом настроении. Дэрил остановил девушку у крыльца и снова поцеловал. Бэт улыбнулась прямо в его губы. Он будет бороться за них. Он с ней.       Войдя в дом, Бэт, не выпуская пледа из рук, сразу направилась в ванную, чтобы застирать его. Дэрил прошел к кухонному острову и присел рядом с Кэрол.       — Что это ты такой сияющий? — неожиданно спросила она.       Дэрил начал что-то невнятно бурчать, но тут появился Рик и собрал всех в гостиной. Он объявил, что стены почти достроены и пора, наконец, расселяться по своим домам.       Появилась Бэт. Она прошла к кухонной стойке, в стороне от общей дискуссии. Их взгляды встретились, она смущенно улыбнулась ему и устроилась за стойкой, доставая свой блокнот.

***

      — Мне надо с ней поговорить, — прошептала Мэгги Глену. — У них с Дэрилом что-то происходит.       — Может, это их личное дело? — осторожно предположил Глен.       Мэгги медленно перевела взгляд на мужа, тот слегка пожалел, что задал этот вопрос. Мэгги переполняли картинки в голове, как ее маленькую сестренку принуждает к половой связи Диксон. Она вновь вспомнила Губернатора, который делал также с ней. И Мерла Диксона, который ничуть не лучше своего братца.       Мэгги поднялась и направилась к сестре.       — Где ты была? — твердо спросила она.       Бэт, опешив, отложила книгу.       — В ванной, — пожала плечами та.       — До этого! Вечером! — продолжала Мэгги.       — Гуляла, — осторожно сказала Бэт.       — С Дэрилом?       — Да, — Бэт почувствовала, как нарастает внутреннее сопротивление. Глен, стоя за спиной жены, жестами пытался ее успокоить. — Что случилось?       — Что случилось? А то, что старый мужик трахает мою младшую сестру! — голос Мэгги пронесся по всей комнате.       — Мэгги! — воскликнула Бэт, округлив глаза.       У нее перехватило дыхание. Щеки пылали от оглушительной тишины и десятков глаз, устремившихся на нее. Время остановилось. Глен, стоя рядом, тяжело вздохнул и с виноватым видом уперся в стойку, пряча лицо в ладонях. Бэт хотелось провалиться сквозь землю. Это было не просто стыдно, это было унизительно.       — Мы просто гуляли, — прошипела Бэт, закидывая блокноты и книги в сумку и глядя прямо в глаза сестре. Она спрыгнула со стула. — Но, когда я соберусь начать половую жизнь, мы обязательно это обсудим. — Бэт не повышала голоса, но в гробовой тишине было слышно каждое слово. Мэгги пыталась что-то сказать, остановить ее, но та, не обращая внимания, пошла к выходу. Чувствуя на себе тяжелые взгляды, она на полпути обернулась, развела руки в стороны и добавила:       — Всей группой!       Бэт выскочила из дома на пороге истерики. Она направилась к Дэниз. Ночевать в общем доме ей явно не хотелось. По дороге она придумывала сотни других, более мягких ответов, но было уже поздно.       Бэт постучала в дверь. Дэниз вскоре спустилась.       — Можно я переночую на диване в кабинете? — попросила Бэт.       Дэниз с готовностью впустила подругу. Врач приготовила им обоим по кружке какао, и они сидели, обсуждая всякие мелочи, пока снаружи не раздался стук.       — Кажется, это к тебе, — сказала Дэниз, взглянув в окно.       Пожелав доброй ночи, доктор ушла к себе. Бэт вышла на крыльцо. Ночь уже плотно окутала Александрию. Дэрил, сидевший на ступеньках, обернулся. Девушка молча присела рядом. От него пахло дымом и ночной прохладой.       — Дай и мне закурить, — сказала Бэт, и глаза ее хитро блеснули.       — Не, — коротко ответил Дэрил. — За подстрекательства к курению малолетних еще не хватало обвинений.       Он усмехнулся, встретив ее сердитый, сощуренный взгляд. Она явно злилась.       — Это было унизительно, — выдохнула Бэт. — Словно я ребенок, который не может отвечать за свои поступки. — Она закатила глаза. — Я понимаю, что молода, но… это уже слишком! Мне казалось, мы с ней все обсудили… Она после того разговора со мной об этом ни слова! А мы живем в одном доме.       — Она просто беспокоится, — Дэрил сделал затяжку.       — Но можно же было сказать это наедине! — развела она руками. — И о чем ей беспокоиться? О том, что ты мне нравишься и я хочу быть с тобой? Что я буду жалеть об этом на старости лет? — Бэт замолчала и взглянула на Дэрила, который молча смотрел в ночь. — Ты согласен с ней, — уловила она что-то в его глазах и внутренне сжалась. — Думаешь, она права. Хочешь сказать, что ты слишком взрослый для меня? Не поздно ли?       — Я говорил, — произнес он, затягиваясь. — Но ты упрямая и не слушаешь.       — Дэрил? — Бэт наклонила голову, ее брови нахмурились. — Скажи сейчас, если хочешь все прекратить…       — Нет, — не дал ей договорить он. — Я уже не отпущу тебя.       Он покачал головой. Взял ее ладонь в свою, нежно провел большим пальцем по костяшкам. Бэт выдохнула. Злость начала отступать. Она посмотрела на него и кивнула, убедившись в его твердости.       — Зато теперь не придется никому ничего рассказывать, — нашла плюс Бэт. — Не будет этого неловкого момента.       — Куда уж, — фыркнул Дэрил, отбрасывая окурок.       Бэт глубоко вздохнула и положила свою руку поверх его.       — Я не могу быть в этом одна, — наконец она сказала правду, подняв глаза вверх. — Мне нужна твоя поддержка. Что я не одна борюсь за нас. Понимаешь?       Дэрил кивнул. Он приблизился к ней и провел носом по ее щеке, вдыхая нежный аромат. Губы сомкнулись на ее виске. Она отстранилась, слегка смущенная, опустила голову, а потом снова подняла на него свои бездонные глаза.       — Тебе пора, — улыбнулась она.       —Дэниз меня не приютит? — поднял брови Дэрил.       — Хочешь еще больше сплетен о себе? — укоризненно спросила Бэт.       Он нежно коснулся губами ее лба.       — Увидимся завтра?       Бэт закивала, не переставая улыбаться. Дэрил поднялся и направился к дому.       — Доброй ночи, мистер Диксон, — сказала ему вслед Бэт.       Он обернулся, запустив руку в волосы. Виден был лишь ее силуэт в темноте и блеск глаз. Как ему могло так повезти? Он улыбнулся судьбе и пошел вперед.