Глава 36

— Бежим! — сдавленно, но четко скомандовал Рик. Группа рванула вперед, слепая и глухая в кромешной тьме, подгоняемая этим мелодичным, преследующим их свистом. Стволы деревьев в лунном свете мелькали, как костяные пальцы, хватая за одежду, царапая лица. Они бежали, задыхаясь, спотыкаясь о невидимые корни, неся на себе самое ценное и самое хрупкое. И вдруг лес расступился. Они выскочили на поляну, и их ослепил резкий, безжалостный свет фар. Они замерли, как олени на дороге, беспомощные и пригвожденные к земле. Вокруг них, сомкнув плотное кольцо, стояли десятки людей. По центру, как трофей, стоял их же фургон. Они были в ловушке. Совершенно окружены. Бэт, инстинктивно прикрывая сестру, вскинула лук. Сердце бешено колотилось, стрела дрожала на тетиве. Она переводила тетиву с одной тени на другую, отчаянно понимая всю бессмысленность этого жеста. Их слишком много. Это поражение. С глухим стуком, от которого заныла душа, она опустила оружие. Ее взгляд метнулся к фургону и нашел Юджина. Он сидел на коленях, весь в грязи и крови, его плечи безнадежно поникли. Их план не сработал. Его предали. — Отлично, — из кольца спасителей вышел вперед усатый мужчина, его лицо расплылось в самодовольной улыбке. — Вы справились. Поздравляю. Вы на месте. Бэт сильнее сжала в опущенных руках лук, чувствуя, как по спине бежит ледяная волна понимания. Их ждали. Это был четко сработанный план по загону в ловушку, и они, как наивные зверьки, сами в нее прибежали. Усатый театрально развел руками, наслаждаясь своей ролью режиссера этого кошмара. — Сдать оружие, — его голос стал резким и металлическим. Он достал пистолет и направил его прямо на Абрахама. — Живо. — Мы можем поговорить, — голос Рика прозвучал хрипло, в нем читалась последняя, отчаянная попытка что-то изменить. — Хватит болтать, — усатый холодно и твердо врезался взглядом в глаза их лидера. — Слушайте молча. Люди из банды, как тени, набросились на них, вырывая из рук оружие, грубо обыскивая. Бэт безвольно позволила забрать свой лук, чувствуя, как вместе с ним уходит последняя какая-то опора. — Так вот, — продолжал усатый, будто ведя лекцию. — Положите ее и встаньте на колени. Вам помогут. — Не надо, — перебил его Абрахам. Его голос был низким и контролируемым. — Мы сами. — Как, — поднял ладони вверх спаситель, — угодно. Все медленно, с невыносимой осторожностью опустили носилки. Абрахам и Рик, как один, подхватили Мэгги, помогая ей двинуться вперед. Бэт, сглотнув подступающий к горлу ком, видела, как серая от боли и страха кожа сестры лоснится в свете фар. Каждое движение давалось ей с тихим стоном. Ее посадили на колени, Абрахам тут же опустился рядом, создавая ей опору. Спасители грубо подняли избитого Юджина и поволокли его, швырнув в круг к остальным. Рик, стоя, смотрел на него широко раскрытыми глазами, в которых бушевало неверие и ярость. Портер смотрел на Граймса виновато, как пойманный на месте преступления ребенок. Бэт опустилась рядом с сестрой, вцепившись пальцами в холодную землю, пытаясь найти в ней точку опоры, чтобы не свалиться в пучину паники. — Придется встать на колени, — усатый подошел вплотную к Рику. Граймс медленно обвел взглядом свою группу. Своего сына, в глазах которого он видел тот же животный ужас. Он не мог этого допустить. Не мог. Медленно, будто под грузом невидимых гирь, он опустился на колени рядом с Бэт, которая изо всех сил старалась поддержать дрожащую Мэгги. Все остальные, как по команде, сделали то же самое. Бэт отпустила сестру, уставившись в землю перед собой. В ушах стоял оглушительный гул, билось сердце, готовая вырваться из груди. Душа замерла, парализованная страхом. — Давай сюда остальных, — скомандовал усатый. — Дуайт! — Да, — раздался знакомый, ненавистный голос из толпы. — Топай сюда. Белобрысый мужчина с обожженным лицом, как призрак из прошлого Дэрила, вышел и направился к автомобилю. Вскоре на поляну выволокли новую группу пленных — избитых Дэрила, Розиту, Мишон и Глена. — Мэгги... — имя жены вырвалось у Глена тихим, не верящим стоном. Он увидел ее, серую, почти безжизненную, на коленях. Он рванулся к ней, но могучая рука одного из спасителей впилась ему в шкирку, грубо остановив. Рик застонал от бессилия. — На колени! — крикнул Дуайт, и его голос прозвучал как удар хлыста. Бэт подняла голову и встретилась взглядом с Диксоном. Он покорно, с пустым, отсутствующим лицом опустился на колени. На нем была какая-то тряпка, накинутая на плечи, вся пропитанная запекшейся кровью. Бэт округлила глаза, и тут же снова уткнулась взглядом в землю, пытаясь убедить себя, что это кошмар. Сейчас она проснется. В их доме. В их кровати. — Прекрасно, — растянул усатый, когда вся группа, наконец, сидела в бессильном ряду. — Встречайте. Он театрально постучал по фургону и отошел в сторону, как суфлер, уступая сцену главному актеру. Дверь автомобиля открылась с скрипом, и из нее, не спеша, вышел высокий мужчина в кожаной куртке. На его плече лежала бейсбольная бита, обмотанная колючей проволокой. — Уже обосрались? — он улыбнулся, оглядывая их, будто дорогих гостей. — Боже, мне кажется, до этого недалеко. — Он неспешно прошелся перед ними, наслаждаясь картиной всеобщего унижения. — Да… Скоро вы утонете в лужах своей мочи. Кто из вас кретинов главный? — Вот этот, — усатый почти почтительно указал на Рика. — Это он. Человек с битой медленно приблизился к Граймсу. Бэт инстинктивно вжалась в плечи, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Рядом слышались сдавленные всхлипы Мэгги, чувствовалась ее лихорадочная дрожь, но Бэт не могла пошевелиться, скованная ледяным страхом. — Привет. Ты Рик, верно? А я Ниган, — сказал лидер спасителей, и его голос был обволакивающим и ядовитым, как сироп. — И я не люблю, когда убивают моих людей. Тем более, когда убивают тех, кого я послал отомстить за убитых вами, — он ткнул пальцем в Рика. — Не круто. Не круто. — Ниган лениво обвел взглядом всех пленных. — Ты не представляешь, насколько это не круто. Но очень скоро ты врубишься. — Он на мгновение задумался. — Да. И пожалеешь, что перешел мне дорогу. — На его лице расплылась широкая, безумная улыбка. — Знаешь, Рик, чтобы ты ни делал, мировой порядок тебе не изменить. А новый мировой порядок очень прост. Даже если ты дурак. Чему я не удивлюсь. Ты его поймешь. Готов? — Бэт старалась не слышать, хотела заткнуть уши, уйти в себя, но его голос, настойчивый и властный, вбивал каждое слово прямо в мозг. — Слушай внимательно. — Мужчина снял биту с плеча и понес ее к лицу Рика, давая тому рассмотреть его оружие во всей ее ужасающей красе. Ниган довольно хмыкнул, видя, как белеет лицо Граймса. — Вы делитесь со мной, или я вас убью. — Ниган отошел и снова зашагал перед ними. — Это был показательный день. Мы очень постарались, чтобы вы поняли, кто я и на что способен. Будете работать на меня. Вы отдадите мне все, что у вас есть. Это ваш долг. Понимаю, что это огромная и очень горькая пилюля для многих из вас. Но вам придется проглотить. — Он снова остановился напротив Рика, слегка наклонившись к нему. — Вы жили в курятнике. Вы что-то там строили. И рассчитывали жить в безопасности. Но слухи есть слухи. И вы далеко не в безопасности. По сути, вы в заточении. И лучше вам отдать то, что я хочу. Половину вашего добра. Если это слишком, то ищите, воруйте у других, чтобы свести концы с концами. — Ниган вскинул руки и обернулся. — Теперь это ваша жизнь. Но лучше не сопротивляйтесь — будет хуже. Если мы постучим в вашу дверь, вы нам откроете. Ведь это наша дверь. Встанете на пути, и мы ее вышибем, — он махнул окровавленным концом биты перед самым лицом Рика. — Тебе ясно? — Ниган приставил ладонь к уху, наклоняясь к нему. — Что? Молчишь? — Мужчина выпрямился, изображая наигранное удивление. — Вы же не думали, что можете выбраться безнаказанно, да? — Он отошел, разводя руками. — Я не намерен вас убивать. Но должен сразу все прояснить: я хочу, чтобы вы работали на меня. Мертвыми вы это сделать не сможете. — Ниган вновь оглядел их, и его улыбка стала еще шире и безумнее. — Я не стану убивать всех. Но… Вы порешили много моих людей. — Он схватился за грудь, изображая сердечную боль. — Больше, чем я могу себе позволить. И за это вы заплатите. Сейчас… Я выбью дерьмо из одного из вас. — Ниган покрутил биту в руках, демонстрируя ее Рику. — Это… Это Люсиль. И она великолепна. Осталось… Осталось только выбрать того, кто из вас удостоится чести. Бэт не смотрела на него. Она уставилась в землю, в мелкие камешки и травинки перед своими коленями, пытаясь сконцентрироваться на них, чтобы не сойти с ума. Она впивалась ногтями в ладони, пытаясь болью заглушить всепроникающий ужас. Лишь изредка она поднимала глаза. На Диксона, который сидел в полной прострации, будто его уже не было внутри. На Гленна, который не сводил с Мэгги взгляда, полного такой муки, что на него было невозможно смотреть. Ниган не спеша прошелся вдоль строя, выбирая жертву. Он задержался перед Абрахамом, который смотрел ему прямо в глаза с вызовом, потом скользнул взглядом по Карлу и остановился перед Мэгги. — Боже, выглядишь паршиво, — произнес он с фальшивой жалостью. — Стоит избавить тебя от страданий. Он занес Люсиль. — Нет! Нет! — отчаянный, разрывающий душу крик Глена прокатился по поляне. Кореец рванулся к жене. На него тут же набросился Дуайт, приставив арбалет к его виску. — Хватит! — кричала Мэгги, ее голос был слабым, но полным отчаяния. Бэт инстинктивно сильнее вцепилась в плечи сестры, зажмурившись. — Ну же, — прошипел Глен, глядя прямо в глаза Дуайту, почти умоляя о выстреле. Ниган почесал нос, размышляя, и отвел биту. — Нет, — передумал он. — Поставь его к остальным. Глен бесконечно твердил «нет», пока его волокли и швыряли на колени рядом с Дэрилом. Он продолжал стонать, смотря на жену, и каждый его стон был похож на предсмертный хрип. Ниган усмехнулся, купаясь в этой агонии, как в теплой ванне. — Слушайте сюда, — его голос вновь стал жестким. — Даже не вздумайте повторять. Долго не протяните. Обещаю. Первый раз прощаю. Эмоции, — он бросил взгляд на Рика, — я понимаю. Бэт сжала ледяную руку сестры. Мэгги дрожала мелкой, неконтролируемой дрожью. На глазах Глена текли слезы. Выхода не было. Его просто не существовало. — Отстой, правда? — Ниган вновь обратился к Рику, наслаждаясь моментом. — Осознать, что ничего не знаешь. Бэт уже перестала понимать его слова. Они долетали до нее искаженными, глухими, как будто из-под толстой воды. В ушах оглушительно, навязчиво стучало только ее собственное сердце, выскакивая из груди. Ниган с той же театральной, садистской улыбкой принялся расхаживать перед ними, как покупатель перед витриной. Он завел считалочку, игривую и жуткую, поднося окровавленный конец Люсиль к лицу каждого из них. Бэт ждала. Что еще ей оставалось? Она замерла, превратившись в слух и ожидание. Бита взметнулась в воздух и с невероятной, животной жестокостью обрушилась на череп Абрахама. Раздался тот самый, навсегда врезающийся в память звук — глухой, влажный, кошмарный. Но силач, как дуб, лишь качнулся и с немыслимым усилием воли снова выпрямился на коленях. В его глазах не было страха, только вызов. Последовал второй удар. Третий. Ниган бил еще и еще, впадая в раж, и с каждым новым ударом по телу Бэт пробегала судорога. Она слышала сдавленные, дикие звуки, которые издавал умирающий Форд, слышала скуление Саши и яростный, заглушаемый стон Розиты. Она чувствовала на своих щеках мельчайшие, горячие брызги крови, летящие с Люсиль. Ниган убил одного из них. Методично. Жестоко. С наслаждением. — Вы это слышали? — Ниган обернулся к своим людям, изображая восторг. — Он сказал: «Отсоси!» Он развернулся и нанес еще несколько ударов по уже бездыханному телу, по тому, что осталось от головы их друга. От каждого нового хлюпающего звука Бэт вздрагивала, вжимая голову в плечи, боясь поднять глаза и увидеть это месиво. Удары не смолкали, пока Ниган не закончил и не рассмеялся, запыхавшись от «работы». Диксон не выдержал. Он держался из последних сил, стиснув зубы до хруста, но вид этого глумления над телом друга сломал его. С рыком, полным чистой, нефильтрованной ненависти, он вскочил и ударил Нигана в лицо. Его тут же скрутили, повалили на землю. У Бэт внутри все рухнуло. Последняя искра надежды погасла. Ниган, потирая челюсть, с упреком напомнил, что он предупреждал — такого больше не должно повториться. Дуайт тут же подскочил, занеся арбалет над лицом Диксона. Уже Мэгги, в предчувствии новой беды, с отчаянием вцепилась в ладонь Бэт. Та отвернулась, не в силах смотреть, не в силах видеть, как убьют его. — Может, мне грохнуть его? — спросил Дуайт, жаждущий крови. Ниган схватил за волосы рычащего, бьющегося в руках охранников Дэрила и пристально взглянул ему в глаза. — Нет, — выдохнул он. — Нет, не убивайте их. Это будет слишком просто. Дуайт, разочарованно опустив арбалет, оттащил Диксона назад. Ниган продолжил свой монолог, разглагольствуя о правилах, которые они якобы нарушили. И затем, с той же неспешной жестокостью, он развернулся и нанес свой следующий удар. Люсиль со свистом опустилась на череп Глена. Бэт инстинктивно схватила сестру за руку, впилась в нее, пытаясь удержать на месте, не дать ей броситься на верную смерть. Это был абсолютный, всепоглощающий ужас для всей ее семьи. Она смотрела, как убивают ее зятя. Человека, который был почти братом. Ее глаза уже не могли округлиться больше — они застыли, широко раскрытые, в них не было слез, лишь сухая, леденящая пустота. В горле стоял немой, давящий ком. Она изо всех сил старалась сдержать прорывающуюся наружу истерику, пытаясь сохранить хотя бы видимость контроля, ради сестры. Удары раздавались с чудовищной, размеренной очередностью. Мэгги рыдала, но сидела на месте, ее взгляд был прикован к мужу, полный невероятной муки и прощания. И тогда случилось невообразимое. Глен пошевелился. Приподнялся. Весь изуродованный, залитый кровью, но он пытался подняться. Он пытался смотреть в сторону жены. — Приятель, ты живой? — Ниган склонился над ним с притворно беспокоясь. — Не могу разобрать. Ты вроде пытаешься что-то сказать, но досталось тебе не кисло. Я так сильно раскроил тебе тыкву, что у тебя выскочил глаз! Глен булькал, захлебываясь собственной кровью, пытаясь что-то сказать, дотянуться взглядом до Мэгги. Его тело билось в предсмертной агонии, но воля к жизни, к ней, была сильнее. Бэт сжала губы до боли, до крови, сжала ладонь сестры и снова, с силой, вжалась взглядом в землю. Выдержать это было невозможно. — Вот черт, — Ниган развел руками, обращаясь к группе, намеренно не добивая его. — Я смотрю, это вас задело. И мне жаль. Серьезно… Но я же говорил, — его лицо озарила та самая, безумная улыбка, — никаких исключений. Он размахнулся и нанес новый удар. И еще. И еще. Он добивал Глена, долгими, методичными ударами кромсая то, что уже не было похоже на человека. Бэт вздрагивала от каждого, чувствуя, как с каждым ударом умирает что-то и в ней самой. Мэгги затихла, ее рыдания сменились тихой, беззвучной дрожью. От головы Глена осталось кровавое месиво, но его пальцы еще несколько секунд судорожно дергались, цепляясь за жизнь. Они простояли на коленях до полудня следующего дня. Под палящим солнцем, в запахе крови и смерти, в окружении насмехающихся стражников. Ниган забрал Рика в неизвестном направлении. Бэт стояла на затекших, онемевших коленях, боясь пошевелиться, боясь даже вздохнуть. Единственное, что она делала, — держала ледяную, безжизненную руку сестры. Это был единственный якорь, который не давал ей сойти с ума. Фургон вернулся, когда солнце стояло в зените, безжалостное и равнодушное к происходящему на земле. Его колеса медленно врезались в рыхлую землю поляны, поднимая тучи пыли, смешанной с пеплом и запахом крови. Дверь открылась с скрипом, и Ниган вытолкнул оттуда Рика. Граймс рухнул на колени, его тело подчинилось инерции падения, а пальцы инстинктивно вцепились в древко валявшегося рядом топора. Ниган, не прилагая особых усилий, подхватил его за шкирку, как котенка, и поволок по земле к остальной группе, все еще стоявшей на коленях в немом оцепенении. — А вот и мы, — пробасил он, с силой бросая Рика в пыль перед своими людьми. — Позволь спросить тебя, Рик, ты понял, для чего была вся эта поездка? Вся группа замерла, ожидая ответа своего лидера. Но Рик был сломлен. Не физически — его тело еще слушалось. Сломлен духом. Он молча, бешеным, почти безумным взглядом скользил по лицам своих людей, и в этом взгляде читалась только пустота и всепоглощающая боль. — Отвечай, когда к тебе обращаются, — голос Нигана стал жестким, лишенным былой игривости. Это был уже не клоун, а палач, доводящий приговор до конца. Бэт снова ушла в себя. Она больше не слышала слов. Она не видела, как Ниган заставил Рика отрубить руку Карлу — она лишь ощущала новый виток леденящего ужаса, исходящий от группы, слышала сдавленный стон Рика, его мольбы, его сломленный, прерывивый голос, умоляющий не трогать сына. Она не видела, как Ниган в последний момент остановил его, — она лишь почувствовала, как воздух вокруг снова сжался от всеобщего, невысказанного облегчения, и сама машинально выдохнула, не понимая почему. — Забирай его, — резко сказал Ниган, указывая Люсиль в сторону Диксона. И вот это пробило ее броню. Бэт отчаянно, почти судорожно подняла глаза. Ее взгляд встретился с взглядом Дэрила, которого уже грубо волокли к фургону. Он метался, вырывался, как дикий зверь в капкане, его глаза бешено искали ее в толпе. Он нашел. И в этом взгляде было все: отчаяние, ярость, боль и одна-единственная мысль, пронзительная и четкая: «Я вернусь, ты меня не теряешь!» Бэт опустила взгляд. Отрешенный, пустой, выжженный. Она словно лишилась всего за один миг. Боль накатывала новой, сокрушительной волной, грозя снести последние заслоны, но она сжала губы до боли, впилась ногтями в ладонь Мэгги, пытаясь удержаться, не разрыдаться, не закричать. Она слышала голос Нигана где-то на периферии сознания, как отдаленный гром. — Парень с характером, — довольно говорил лидер Спасителей. — Не в пример одной местной сучке. Он мне нравится. — Слова Нигана были похожи на конфеты, которые он перекатывал во рту, наслаждаясь вкусом собственной власти. — Теперь он мой. Если ты замышляешь еще что-то — не сегодня и не завтра, — он наклонился к сломленному Рику, — я порежу его на куски. Как его там звать? — обернулся он к Саймону. — Дэрил, — ответил усатый, и в его голосе звучало подобострастие. — Ого! — Ниган фальшиво удивился. — Имечко, что надо. Я порежу на куски Дэрила и брошу их у тебя на пороге. Или даже еще лучше: я приведу его к тебе, и ты его порежешь за меня. Его смех, громкий и ненастоящий, прокатился по поляне, натыкаясь на глухую, мертвую тишину со стороны пленников. Он поднялся, в последний раз окинув взглядом свою сломленную добычу. — Добро пожаловать в новый мир, жалкие твари! Двигатели грузовиков Спасителей рыкнули, выхлопные газы смешались с запахом смерти. Они развернулись и уехали, оставив на поляне их фургон, два изуродованных тела и группу людей, раздавленных не только физически, но и морально. Обещание вернуться через неделю повисло в воздухе ядовитым дымом.