Глава 43

      Бэт смотрела на прибывших мужчин. Пол Ровия вернул ей Дэрила Диксона.       Сердце остановилась. Легкие опустошились. Почему она тогда не падает?       Она проматывала в голове эту встречу бесконечно. Она побежит к нему, он закружит ее в объятиях. Он побежит к ней, а она прыгнет к нему на торс, вцепившись страстным поцелуем в его губы. Они медленно пойдут на встречу друг другу, смотря в глаза, а когда встретятся крепко обнимутся, отпуская все ужасы прошлого.       Но ничего из этого не произошло…       Дэрил стоял рядом с байком опустив голову. Бэт и Мэгги пошли к нему. Мужчина снял с себя лук и выставил, словно стену. Бэт заметила, что это был ее лук. Тот самый лук, который Диксон подарил ей. Который забрали спасители. Он вернул его ей. Девушка подошла осторожно и взяла свое оружие. Она подняла взгляд на него, сохраняя спокойствие. Дэрил смотрел в землю.       Направляясь с Иисусом в Хилтоп, Дэрил знал к кому едет. Он едет к семье. Но пересекая ворота, он вспомнил, кого из-за него лишилась семья. Он не мог смотреть на Мэгги, он не мог смотреть на Бэт.       — Бэт, покажешь Дэрилу где ванна? — нарушил тишину Пол. — Я пока найду ему чистые вещи.       Грин кивнула, переживая за друга. Она передала лук сестре и аккуратно, почти не прикасаясь, направила охотника в сторону дома. Она обернулась к Полу и тихо произнесла:       — Возьми из лазарета еще пластырь, бинт и антисептик.       Девушка вновь вернула все внимание охотнику. Больше никого рядом для нее не существовало.       Грин запустила вперед Диксона, зашла за ним и закрыла дверь на щеколду. В небольшой ванной комнате стоял запах сырости. Дэрил замер посреди, смотря в пол. Аромат не мытого тела, чего-то кислого, чего-то странного начал заполнять пространство. Бэт просто и естественно прошла и приоткрыла окно.       — Раздевайся, — как можно мягче сказала Грин, подходя к ванне.       Дэрил поднял на нее нерешительный взгляд. Наблюдая, как Бэт настраивает воду, на ощупь руки. Хрупкая. Чистая. Невинная. Арбалетчик опустил взгляд чувствую свою недостойность ее. Грязный. Вонючий. Униженный.       Грин обернулась на охотника. Он стоял словно статуя. Голова опущена, на глаза спадали пряди, пряча их. В женской груди сжимался ком, от вида ее некогда сильного мужчины. Ее опоры. Она не подала виду, не закусила губу, глаза не выдали боли. Девушка спокойно с умиротворенным лицом подошла к нему.       Мужчина украдкой наблюдал, как тонкие пальцы расстегивают его рубашку. Встречаясь с ее светлыми холодными глазами, он тут же уводил взгляд, не в силах видеть свое отражения в этих озерах. Но тепло уже медленно опускалось слабой волной по телу. Она не отворачивалась от него. Она не воротила нос от него. Он не достоин такого отношения к себе.       Бэт обошла его. Пальцы подцепили воротник, и стянули вниз ткань, оголяя спину в старых шрамах. Она отбросила в сторону грязную ткань. Девушка подставила ближе пуф к его ногам. Вернулась к его глазам. Пальцы стали расстегивать его ремень. Диксон схватил девушку за запястья. Бэт подняла на него глаза. Не испуганно округленные глаза, а спокойные, невидящие в нем грязное вонючие ничто.       Грин мотнула головой смотря на него. Губы не дрогнули, лишь у глаз появилась слабая морщинка. Он чувствовал, что она тихо улыбалась ему, показывая свою осторожную нежность. Это обезоруживало. Мужчина сильнее опустил подбородок к груди. Он опустил руки, сдерживая начинающуюся дрожь, которая волнением заполняла тело. Она стянула с него, до колен портки. Он безвольно подчинился, когда она усадила его на пуф.       Бэт опустилась перед ним на колени. Она развязала шнурки и стянулась его ботинок, носок. Комната заполнилась новым смрадом. Диксон сжал зубы, сердце забилось в ожидании ее реакции на весь этот кошмар. Но Грин спокойно, не обращая ни на что внимание, сняла с другой ноги ботинок и поставила их вместе. Она стянула с него джинсы и бросила рядом.       Бэт взглянула на друга. Голова опущена, челка закрывала лицо. Он медленно водил глазами, то на нее, то в сторону. Напоминал ей забитого пса, который не знал в какой момент прилетит удар от хозяина, он его просто ждал и смирялся. Девушка слабо сжала губы и тихо выдохнула царившую внутри боль за друга, но она не покажет ему этого. Она поднялась на ноги и закрыла краны, на ощупь проверив температуру воды. Бэт вернулась к Диксону и слабым касанием руки пригласила его встать. Она не прикладывала силы, он не сопротивлялся, просто безмолвно подчинялся ее командам.       Сердце охотника в груди сжималось, когда он возвышался полностью обнаженный перед ней, в синяках, остатками запеченной крови, ссадинах. Он боялся, что вместо того взгляда, каким она смотрела на него раньше, столкнуться с отвращением или жалостью с ее стороны. Она была спокойна, просто и нежно направила его в ванну. Реднек перелез борт почувствовав приятно обжигающую воду, он медленно сел, держась за керамические края.       Бэт сложила аккуратно вещи, которые ранее бросила. Она прошла и села рядом с ванной на колени. Она наблюдала за эмоциями друга, но не могла пробиться сквозь стену. Диксон смотрел перед собой, редко моргая. Женские пальцы почувствовали горячую воду и нашли его ладонь в глубине. Он сжал ее, нежно и осторожно, словно, не веря в их существование.       — Я мог сам, — сказал Дэрил, опустив взгляд на ее жест.       — Я знаю, — мягко произнесла Грин, отслеживая реакцию друга.       Она высвободила пальцы, вытащив их из воды. Тыльной стороной ладони, она аккуратно коснулась щеки мужчины, чтобы показать свою тягу к нему. Диксон дрогнул, отстранив щеку, словно обжёгся. Бэт схватила край ванны, сжав до белизны пальцы. Она отвела взгляд, часто моргая, чтобы сбить подходящие слезы.       Мужчина этого не видел. Он смотрел перед собой, не понимая, что она здесь делает. Она видела его падение. Видела его унижение. Что это чувства бессмысленного долга? Жалеет его побитую плоть?!       — Ты не… — начал было Дэрил, выливать на нее свои мысли.       В дверь постучались. Охотник напрягся. Бэт оказалась у двери и слегка приоткрыла ее, скрывая обнаженного мужчину. Она приняла вещи из чьих-то рук. Она ногой закрыла дверь и щелкнула щеколдой. Девушка положила одежду на тумбу. Волосы упали на ее лицо, уже кучерявые от пара комнаты. Распрямившись Бэт убрала волосы за ухо, легким движением пальцев. В слабом солнечном свете, который пробивался через окно, она выглядела особенно. Похожа на фарфоровую куклу. Хрупкую и редкую.       — Ты могла бы присоединиться ко мне? — неожиданно для себя спросил Диксон, словно ощущая себя в их прошлом, где она была его, где она спасала.       На охотника уставились округлые глаза юной лани. Секунда. Дэрил вернулся в реальность. Он опустил взгляд, сжал челюсть, ощущая страх и понимая, что сказал не приемлемое.       — Мы поместимся? — звучал женский голос.       Дэрил не смел смотреть на нее. Он смотрел на ее ноги, скользнул чуть выше к торсу. Женские пальцы расстегивали рубашку, добравшись уже до середины. Виднелся плоский живот, между краев одежды.       Диксон вновь опустил взгляд, сильнее сжимая зубы. Она явно над ним издевается, играет с его эго. Как только он поддастся, она унизит его, показав его не достоинства. Нет… Диксон смотрел перед собой, сдерживаясь, чтобы не обращать внимание на ее наготу.       Бэт залезла в ванную, не ловко опустившись на колени между его ногами. Вода вышла за борта. Она облокотилась на спинку ванной, руки оказались по обе стороны его шее. Диксон смотрел вперед, не поднимая глаз. Когда она через чур близко, когда аромат яркий ее тела проник в него, он закрыл глаза и сжал губы. Он не имеет права к ней прикасаться.       Грин поняла его посыл. Она осторожно легла на него, проведя кончиком носа по заросшей щеке. Она уткнулась носом в его шею, гладила по волосам. Через всю смесь накопившихся запахов, она находила его аромат и наслаждалась им, сжимая губы от сочувствия к нему. Дэрил лежал не подвижно, словно замершая статуя, лишь плавное поднятие груди, говорило, что это еще человек.       Когда вода совсем остыла, Бэт отстранилась от мужчины. Она села на колени и открыла слив. Девушка взглянула на друга, который смотрел вниз, спрятавшись за упавшими на глаза волосами. Она тихо вздохнула, физически ощущая электрическое напряжение в воздухе.       Мягкие пальцы коснулись кисти Диксона, слегка проведя в нужном направлении. Без давления, просто приглашая. Мужчина подчинился и сел, согнув ноги в коленях. Вода уходила, керамические края бортов ванны обжигали холодом. Он не мог отстраниться от них, ее колени были между его ног. Одно движение, и он коснется их.       Бэт потянулась через его ногу к смесителю, включая душ.       — Ты не обязана терпеть меня, Бэт, — хрипло произнес он.       С душа полилась вода. Он вздрогнул от ледяного удара капель. Она тут же потянулась настраивать воду. Другая горячая рука коснулась его ноги, губы прижались к острому колену, смотря на настраиваемый кран. Пара секунд, естественное для нее движение, словно успокоение от доставленного дискомфорта.       Вода постепенно стала комфортной. Бэт отняв руку от вентилей, повернула голову к Диксону, ее щека прижималась к его коленке, где недавно были губы. Он смотрел, сквозь капли, в ее спокойные редко моргающие глаза, чувствовал коленкой ее щеку. Длинные мокрые волосы спадали на ее бледную кожу. Она сидела на коленях, не скрываясь и не смущаясь. Она не утешала его. Не плакалась о своем горе. Она просто была.       — Ты видел это? — она подняла левую руку, сжатую в кулак, большой и указательный палец — вытянуты и скрещены подушечками.       Мужчина, напрягся, слегка выгнув спину, ниже опуская подбородок. Он помнил тот день. Ее появление, которое пронзило его волной ужаса. Ее жест, который был, словно луч солнца. Надежда… Которая дала ему силы на еще один побег.       Слегка расслабившись он поднял на нее взгляд и закивал. Вода с волос большими каплями потекла по щекам.       — И что это значит? — спросила Бэт, она отлипала от коленки и просто села на свои колени, привычно сутулясь.       — Что ты рядом, — тихо произнес Дэрил, после короткого молчания.       — Рядом с тобой, — уточнила Грин, ища его взгляд. Не найдя она на несколько морганий опустила глаза, набрав в грудь больше воздуха. Вернув взор на друга, тихо почти сакрально продолжила: — не из-за обещаний… долга… клятв…       Нежные пальцы стали убирать его волосы с глаз в сторону, приглаживая их к вискам. Единственная защита от ее взора. Он боялся ее слов. Она заводила разговор к его прежнему я, а он был не готов.       — И даже если ты думаешь, что потерялся, — пальцы аккуратно водили по лицу. Почти не прикасаясь к коже. — Просто посмотри в мои глаза. Потому что через все, что тебе внушили, все во что тебя заставили поверить, я вижу тебя, — она сделала акцент на последнем слове «тебя», — Дэрил Диксон.       Он взглянул на нее. И светлых глазах не встретил ни грусти, ни жалости, ни отвращения. Она смотрела на него, как раньше, взглядом, предназначавшимся только ему: мягко, нежно, спокойно, словно он ее без сомнений. Белокурая лань медленно кивала, подтверждая свои слова. Глаза Диксона зарезались болью. Он старался скрыть подступающие слезы, склоняя подбородок, пряча глаза.       Бэт поняла его метания, и поднялась на колени, не давая ему склониться к ней. Дэрил тут же крепко прижал ее к себе, упираясь лбом в грудь. Крепко, словно цеплялся за жизнь. Его слезы обжигали кожу девушки, сильнее чем раскаленный металл. Она не видела, не слышала, но чувствовала его боль. Охотник излучал эту черноту всем телом, Грин могла лишь принимать ее. Она могла лишь гладить его мягко по голове, прижиматься губами к его волосам. Глаза часто моргали, прогоняя подступающие слезы. Она не могла показать ему, что тоже сломалась. Пришло время ей стать его опорой.

***

      Трейлер наполнялся густым, согревающим ароматом готовящейся еды. Энид стояла у плиты, помешивая на сковороде мясо с помидорами и фасолью. Мэгги помогала ей, нарезая хлеб, но ее взгляд то и дело скользил к закрытой двери. Иисус, ненадолго заглянувший, вкратце рассказал, как вернул Диксона, но ловко уклонился от подробностей о том, как оказался рядом со Святилищем. В его словах оставалась недосказанность, но задавать лишние вопросы сейчас не хотелось.       Дверь открылась, и внутрь вошла Саша. Мэгги с облегчением выдохнула, но тут же снова насторожилась — она ждала возвращения Бэт и Дэрила, которые задержались в душевой.       Девушки начали расставлять на столе тарелки и приборы. И вот, наконец, появились они. Дэрил вошел, не поднимая глаз, его плечи были напряжены, а взгляд уставшим и пустым. Бэт шла следом, и ее едва заметное движение — легкое касание его локтя — мягко направила его к свободному стулу. Сама она развернулась и вышла, чтобы развесить мокрые полотенца.       Мэгги поставила перед Дэрилом тарелку с едой, а рядом — для сестры. Она наблюдала, как он воткнул вилку в кусок мяса и достал нож. Он резал дичь на мелкие, аккуратные кусочки, словно всегда так делал. Это простое, обыденное действие удивило ее. Энид не на столько крупно порезала мясо, чтобы мужчина не смог его съесть так.       — Я приготовила твоих кроликов, — сказала Энид, когда Бэт вернулась в комнату.       Та лишь молча кивнула в знак благодарности, проходя мимо и аккуратно складывая чистые полотенца на комод. Вскоре все собрались за столом.       — Я заварила чай, — сказала Мэгги, ее взгляд все еще был прикован к Дэрилу. — Наливай.       Бэт без лишних слов достала две кружки. В одну налила горячего травяного отвара, слегка отхлебнула из нее, а затем долила туда же холодной воды из кувшина. Эту, уже теплую, кружку она поставила перед Дэрилом, оставив себе ту, что погорячее. В тот же момент Дэрил молча поменял их тарелки местами, отдав Бэт с порезанным на меньшие куски мясом. Его собственная ладонь легла на край стола, слегка поднявшись на ребре, словно в ожидании чего-то. Бэт села рядом, накрыла его руку своей и на мгновение закрыла глаза. Затем они оба взяли приборы.       — Давай вместе, — тихо произнесла Мэгги, наблюдая за этим немым ритуалом. Она все поняла. И протянула через стол руку сестре. — Все вместе произнесем молитву.       — А ничего, если я уже начала есть? — с набитым ртом спросила Энид. Бэт посмотрела на сестру, и уголки ее губ дрогнули в слабой, почти невидимой улыбке. Все за столом взялись за руки. Мэгги начала читать, ее голос звучал тихо и проникновенно:       «Благодарим за то, что мы все живы и вместе…»       Но ее слова были перечеркнуты резким, оглушительным звуком — дерево заскрежетало по металлу. Дэрил одним движением отодвинул стул, схватил свою тарелку и, не глядя ни на кого, вышел из трейлера, громко хлопнув дверью.       Бэт проводила его взглядом, а затем медленно, будто с невероятной тяжестью, перевела глаза на стол. Мэгги с тревогой смотрела на сестру, ее брови были сведены в беспокойстве. Бэт лишь коротко мотнула головой, словно говоря «не сейчас», и протянула ладонь Саше, которая сидела за Дэрилом. Она кивнула Мэгги, давая знак продолжать, ее собственные пальцы были холодными, но крепко сжимали руку подруги.

***

      Вечерний ветер, напоенный ароматом нагретой за день травы и цветущих деревьев, ласково обдувал трейлер. Небо над Хилтопом было ясным и бездонным, усеянным мириадами холодных, мерцающих звезд. Дэрил сидел на ступеньках, откинувшись спиной к стенке трейлера, его силуэт казался одиноким и отрешенным. Внутри него зияла пустота, которую, казалось, ничто не могло заполнить.       Скрипнула дверь, и на пороге появилась Бэт. Ее взгляд сразу же нашел его и тут же скользнул до пустой тарелки, стоящей рядом на ступеньке.       — Позволишь? — тихо промолвила она, ее голос почти растворился в шелесте листвы.       Диксон поднял на нее глаза — усталые, потухшие — и молча, едва заметным движением, отодвинулся, освобождая немного места. Бэт перешагнула через него и опустилась позади, на ступеньку повыше, вытянув ноги так, чтобы они легли вдоль его бедер. Он тут же откинулся назад, прислонившись затылком к ее груди, ищущий опоры и тепла. Она без слов обняла его за плечи, прижимая к себе. Они сидели так молча, слушая, как ночь опускается на землю. И сквозь эту тишину прорвался его сдавленный, хриплый шепот:       — Спой мне что-нибудь.       Он повернул голову, уткнувшись лицом в ее шею. Бэт мягко откинула пряди, упавшие ему на лоб, и ее губы коснулись его виска в легком поцелуе. Дэрил закрыл глаза, полностью отдаваясь этому моменту, этому прикосновению, пытаясь заглушить ими внутренний вой.       И она запела. Тихо, почти неслышно, только для него.       «Упадешь ли ты в любовь со мной? Оооо… Любовь — это такая головокружительная тайна…» (прим. автора: песня Emily Kinney — Over Anticipate)       Ее голос, чистый и нежный витал в ночном воздухе, смешиваясь с шепотом ветра. Дэрил опустил затылок на ее грудь, глядя в бесконечное, усыпанное звездами небо. Он чувствовал себя крошечным и беспомощным на этом клочке земли, за стенами которого бушевал весь ужас мира. Но он не был один. Он чувствовал, как ее пальцы нежно вплетаются в его волосы, успокаивающе водят по коже головы. Как же он хотел раствориться в этом моменте, в ней…       Бэт продолжала петь, чувствуя, как его тело постепенно тяжелеет, дыхание становится глубже и ровнее. Время от времени она отводила руку, чтобы смахнуть предательские слезы, катившиеся по ее собственным щекам, но голос ее не дрогнул ни разу. Она пела, пока он не уснул, его тяжелая голова доверчиво лежала на ней.       Дверь трейлера приоткрылась, и в проеме показалась Саша. Ее внимательный взгляд скользнул по спящему Дэрилу и сидящей Бэт. Та встретилась с ней глазами и беззвучно кивнула на пустую тарелку на ступеньке. Саша молча наклонилась, забрала ее и скрылась внутри. Через мгновение она вернулась, неся в руках большой мягкий плед. Осторожно, почти с материнской нежностью, она накрыла им обоих, укутывая их в тепло. Бэт беззвучно шевельнула губами: «Спасибо»