Глава 49

      Дэрил не смел подходить близко ни к Бэт, ни тем более к Мэгги. Его вина была живой, колючей стеной, которую он выстроил вокруг себя. Он нашел себе убежище на дальней окраине Хилтопа, в тени старого сарая, где и просидел до поздней ночи, безучастно наблюдая, как гаснет свет в окнах трейлера. Когда поселение окончательно погрузилось в сон, он, ведомый тихим внутренним зовом, все же подошел и устроился на крыльце, как сторожевой пес, не смеющий войти внутрь.       Дверь скрипнула и открылась. В проеме, очерченная слабым светом луны, стояла Бэт. Она молча смотрела на него, ее лицо было бледным и невозмутимым. Не говоря ни слова, она кивнула в сторону темноты за своей спиной и продолжала держать дверь, пока Диксон не сдался и не переступил порог. Внутри было темно и тихо, пахло сном и пылью. Бэт молча указала на свободное место на полу и легла сама, отвернувшись. Дэрил лег рядом, и после мгновения нерешительности его рука потянулась к ней, обвивая ее талию и притягивая к себе. Она не сопротивлялась, но и не отвечала на объятие, застыв в его руках словно холодная статуя. Так, в тяжелом, безмолвном перемирии, они и проспали остаток ночи. А на рассвете, еще до первых петухов, Дэрил бесшумно исчез, вернувшись в свое изгнание. Так и текли их дни — в полном молчании, встречаясь лишь в темноте, чтобы с рассветом снова стать чужими.       Взглядом он провожал Бэт каждое утро, когда она уходила на тренировки. Она перестала заниматься в пределах Хилтопа, теперь ее всегда можно было найти в лесу. Однажды на рассвете, выслеживая оленя, Дэрил увидел ее — она отрабатывала стрельбу из лука, ее движения были резкими и яростными. Он не подошел, затаившись в кустах и наблюдая, как ее силуэт мечется между деревьями.       Бэт слышала шевеление в чаще за спиной — слишком громкое для животного, слишком осторожное для ходячего. Она опустила лук и обернулась в сторону звука, всматриваясь в густые тени. Но там никого не было, лишь ветер шелестел листьями. Она глубоко вздохнула и продолжила тренировку, с еще большим ожесточением запуская стрелы в мишень.       В Хилтопе Саша предложила сделать отдельный, потайной лаз для Мэгги — чтобы та могла безопасно покинуть поселение в случае внезапного визита Спасителей. Бэт присоединилась к стройке. К ней молча, словно тень, примкнул и Дэрил. Они работали бок о бок, не обмолвившись ни словом, но их движения были слаженными — общая цель на время стала мостом через пропасть между ними.       Сейчас Дэрил сидел, склонившись над заточным бруском, оттачивая наконечники для болтов. Бэт ушла в лес два часа назад, скоро должна была вернуться. Солнце уже почти достигло зенита, отбрасывая короткие, четкие тени.       И вдруг воздух разорвал оглушительный, хаотичный звон. Со смотровой вышки кто-то яростно бил металлом о металл, имитируя набат.       — Спасители! Идут! — донесся отчаянный крик сверху.       К Дэрилу подбежала запыхавшаяся Энид, ее глаза были полны ужаса.       — Надо забрать Мэгги! — выдохнула она.       Дэрил спрыгнул со стола, одним движением вынув воткнутый в столешницу нож. Они нашли Мэгги на посевах. До туннеля было не добежать. Энид, не раздумывая, рванула в другую сторону, уводя их за собой. Со стороны ворот уже слышался рев моторов и грубые крики. Энид привела их к низкому, неприметному погребу.       — Спрячьтесь здесь! — ее голос дрожал, но был тверд. — Я уведу их. Это не те, кто приезжал в Александрию.       Дэрил на мгновение задержал взгляд на фигурах, высыпавших из машин, его пальцы судорожно сжали рукоять ножа. Но затем он резко нырнул в темноту подвала, захлопнув за собой дверь. Он прильнул к узкой щели, его все тело напряглось, как пружина, готовое в любой миг ринуться в бой. Позади, в глубине подвала, он слышал прерывистое дыхание Мэгги.       — Дэрил, — ее голос прозвучал тихо, но четко.       Он не отзывался, не мог оторваться от щели. В нем закипала знакомая, слепая ярость, жажда мести, которая грозила затопить все.       — Дэрил, — снова позвала Мэгги, и в ее голосе была не просьба, а приказ.       Сдавленно выдохнув, он отступил от двери и присоединился к ней за ящиками с провизией. В этот момент дверь со скрипом открылась. В проеме возник силуэт одного из Спасителей. Мужчина лениво оглядел помещение и начал собирать припасы. Он подошел опасно близко к их укрытию, взял корзину буквально в паре шагов от них и, повернувшись спиной, направился к выходу. Дэрил, движимым чистейшим инстинктом, поднял нож, мышцы напряглись для смертельного броска. Но в тот же миг он ощутил на своем плече легкое, но неумолимое прикосновение ладони Мэгги. Он замер, и затем, повинуясь ее безмолвной воле, послушно опустил руку.       Спаситель вышел, захлопнув дверь. Дэрил выскочил из укрытия и снова припал к щели, следя за удаляющимися шагами.       — Ты хотел убить того парня, — тихий, ровный голос Мэгги прозвучал у него за спиной.       Дэрил склонил голову, не в силах повернуться и встретиться с ней взглядом.       — Он мог нас найти, — пробормотал он, и его собственный голос показался ему чужим и слабым.       — Не мог, — возразила Мэгги. — И не нашел.       Дэрил молчал, сжимая кулаки.       — Он заслуживает смерти, — наконец выдохнул он после долгой, тягостной паузы.       — За все время, что ты здесь, ты не сказал мне ни слова, — произнесла Мэгги, и в ее голосе слышалась не упрек, а усталая грусть. Она вздохнула. — Посмотри на меня. Прошу.       Диксон боролся с собой, его веки были тяжелыми, словно отлитыми из свинца. Грудь распирало от боли и вины, которая вот-вот должна была вырваться наружу. Он заставил себя поднять на нее взгляд. Его глаза были влажными и горящими, губы предательски дрожали.       — Дэрил, — Мэгги сделала шаг к нему.       — Прости, — вырвалось у него, голос сломался. Он смотрел на нее, полный неизбывного стыда. — Мне так жаль.       — Это не твоя вина, — твердо сказала Мэгги, не отводя от него глаз.       Дэрил лишь мотал головой, не в силах сдержать подходящие слезы.       — Моя.       — Нет, не твоя, — ее голос звучал как островок спокойствия в бушующем море его горя. — Ты один из лучших людей в мире. Так думал Глен. И он был прав. Потому что тоже был одним из лучших, — на ее губах на мгновение появилась слабая, печальная улыбка. — И… я бы тоже хотела убить того парня, — призналась она, глядя ему прямо в глаза. — Я бы хотела выстроить их всех в ряд и прикончить. Но мы должны победить. — Мэгги закрыла расстояние между ними и обняла его — крепко, по-сестрински. — Помоги мне победить.       Дэрил кивнул, его дыхание выровнялось, а на глаза медленно вернулась привычная твердая решимость. Он вновь возвращался к себе. Не к тому яростному зверю, что рвался на врага, а к тому, кем его знали и любили. К защитнику.

***

      Бэт услышала тревожный сигнал, еще находясь в глубине леса. Ледяная волна адреналина ударила в виски, заставив сердце бешено заколотиться. Она бесшумно скрывалась в густой тени разросшегося кустарника на краю дороги, откуда открывался вид на ворота Хилтопа. В поселение с ревом моторов и поднятой тучей пыли въезжала целая колонна машин Спасителей. Она мгновенно погасила в себе панику, втянув щеки и закусив их изнутри, — старый, проверенный способ взять себя в руки.       Она отошла глубже в чащу, заняв удобную наблюдательную позицию у старого дуба, и механически открыла книгу по акушерству. Слова расплывались перед глазами, не желая складываться в смыслы. Все ее существо было напряжено, как тетива лука, каждый нерв прислушивался к звукам из-за стен.       В какой-то момент ее внимание привлекло движение у основания стены. Через почти невидимый люк туннеля, о котором знали лишь свои, выбрались Розита и Саша. Девушки огляделись с напряженной осторожностью и быстрым, решительным шагом двинулись прочь от поселения, скрываясь в лесу. Бэт нахмурила брови, порываясь подняться и последовать за ними, узнать куда и зачем. Но ее место было здесь. Она была нужна здесь.       Ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в багряные тона, Спасители наконец уехали с тем же грохотом, что и появились. Бэт дождалась, пока звук последнего мотора не растворился в полной, звенящей тишине, и только тогда вышла из своего укрытия, направляясь обратно в поселение.       Дэрил сидел на крыльце трейлера Мэгги, его поза была менее сгорбленной, чем обычно. Бэт медленно подошла к нему. Из открытой двери доносились тихие голоса Энид и Мэгги и запах готовящейся еды.       Диксон поднял на нее взгляд. В его глазах что-то изменилось — они были яснее, в них не читалось той прежней потерянности, что грызла его изнутри все эти дни.       — Наконец поговорил с Мэгги? — спокойно спросила девушка, останавливаясь перед ним. Диксон кивнул, и его взгляд на секунду стал глубже, признательнее.       — Ясно.       Внутри ее кольнуло холодом, но она не подала виду, лишь плотнее сжала губы. Бэт молча обошла его и скользнула в дом, впуская в себя тепло и знакомый уют.       — Саша и Розита ушли, — ровно озвучила она, обращаясь к присутствующим.       Энид вздрогнула, словно ее ошпарили кипятком, и на ее лице отразилось внезапное осознание и ужас от собственной забывчивости. Она торопливо, сбивчиво, стала объяснять, что Саша последнее время вынашивала план мести — пробраться в Святилище и убить Нигана. Что ей помогал Иисус. Она хотела все рассказать Мэгги, но прибытие Спасителей спутало все карты. Бэт и Мэгги почти синхронно перевели взгляд на Дэрила, который теперь стоял в дверном проеме, его лицо стало каменным. Он молча кивнул и, развернувшись, исчез в сгущающихся сумерках, чтобы найти Иисуса.       Пока его не было, Энид, понизив голос, поделилась другой новостью: доктора Карсона забрали с собой Спасители. Горькая, циничная усмешка сама сорвалась с губ Бэт. Мысль о том, что она пережила еще одного наставника по медицине, показалась ей чудовищно нелепой и жестокой. Она резко мотнула головой, отгоняя от себя этот черный юмор.       — Они пошли в Святилище, убивать Нигана, — голос Дэрила, вернувшегося спустя время, прозвучал как приговор. Он стоял на пороге, его фигура заслоняла последние лучи заката.       — У них винтовка и несколько патронов.       Бэт, сидевшая на диване, поджав ноги к подбородку, закрыла глаза. Она физически ощутила тяжесть этих слов, как удар в грудь. Мэгги прижала пальцы к губам, пытаясь подавить волну эмоций. Энид сжала губы до белизны, на ее плечи будто лег невидимый груз вины.       — Пойдем за ними? — тихо озвучила висевший в воздухе вопрос Бэт, первой нарушив тягостное молчание.       — Ты точно нет, — тут же парировал Дэрил, его взгляд стал жестким, защитным.       Бэт медленно подняла на него глаза. Спокойный, но долгий, изучающий взгляд. Он снова надел свою старую броню — броню опекуна, который готов принять все решения сам. С одной стороны, это радовало — это был знакомый, сильный Дэрил. Но, в отличие от него, у нее не было того исцеляющего разговора, который вернул бы ее в эмоциональный строй и дал силы смириться с его тоном.       — Нет, — подтвердила Мэгги, ее голос прозвучал устало, но твердо. — Мы не пойдем. Они знают, что делают.       Бэт отвела взгляд и безропотно кивнула, принимая волю сестры и лидера. Она поднялась с дивана и направилась к выходу, ее движения были отрешенными.       — Я в лазарет, — бросила она через плечо, уже на пороге. — Посмотрю, чего кроме доктора, нас лишили.       — А ужин? — окликнула ее Мэгги, в ее голосе сквозила тревога.       Бэт обернулась на мгновение, и тень какой-то сложной, невысказанной эмоции мелькнула на ее лице. Она лишь мотнула головой, слегка дернув уголком губы в подобии успокаивающей улыбки, которой не было в глазах, и вышла в наступающую ночь.

***

      Бэт вошла в лазарет, и дверь с тихим щелчком захлопнулась за ней, отгораживая от внешнего мира. Она щелкнула выключателем, и под потолком заморгала, а затем зажглась тусклая лампочка, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Тишина в опустевшем помещении была оглушительной, она звенела в ушах, подчеркивая одиночество. Она медленно огляделась. Ее взгляд упал на огромный ящик, стоявший у дальней стены.       Она подошла и с усилием приподняла крышку. Внутри, аккуратными рядами, лежали пачки аспирина, заполняя пространство до самого верха. Обмен на доктора? Горькая, почти истерическая усмешка сорвалась с ее губ.       — Ублюдки, — тихо, с ненавистью выдохнула она, запрокинув голову и закрыв глаза, пытаясь подавить подкатывающий к горлу комок паники и бессилия.       Отсутствие врача пугало ее до дрожи. Все ее знания были отрывочными, книжными. Она еще не сильна ни в родах, ни в гинекологии, ни в ведении беременности. Если что-то случится с Мэгги… Она не позволила себе додумать эту мысль, с силой тряхнув головой. Чтобы успокоиться, она стала механически проверять запасы, который практически не было с прошлого прихода спасителей. Она прошлась по кабинету, открывая и закрывая шкафы. Затем она подошла к одному из них, задвинутому в угол, и нащупала пальцами едва заметную щель. Они с Харламом спрятали самое ценное, что Бэт принесла из Александрии, — то, что Спасители не должны были найти. Запасы антибиотиков, сильных обезболивающих, шовного материала — все было на месте. Это маленькое открытие позволило ей сделать первый ровный вдох.       Дверь скрипнула. Грин резко поднялась, и отошла от тайника, пристально смотря на дверь. Там стоял Диксон. Он держал тарелки с ужином в руках. Диксон мотнул подбородком, приглашая поесть.       Взгляд девушки скользнул по его подношению, потом вернулся к нему. Она не ответила, а лишь присела обратно к стене. Дэрил опустил взгляд, осознавая, что старые приемы не сработают. Он поставил тарелки на стол. Первая мысль была сбежать, от этого напряжения в воздухе.       — Бэт, — его голос прозвучал хрипло, больше похожий на выдох или упрек самому себе.       Она не повела ухом в его сторону, продолжив копаться в стене. Дэрил вздохнул, чувствуя себя лишним в комнате.       — Тебе надо поесть, — промолвил он, пытаясь обратить на себя внимание.       — Не голодна, — кинула Грин.       Дэрил сжал челюсть, его скулы заиграли. Он помнил к чему приводит ее потеря аппетита. Его злило ее поведение. Он пытался держаться.       Она медленно поднялась, отряхнув джинсы. Взглянула на него — взгляд пустой, уставший.       — Чего ты ждешь? Сопливых речей или выдуманных тобой признаний? — спросила девушка, проходя мимо статуи замершей у окна.       Дэрил закрыл глаза принимая эту пощечину. Он перегнул палку в лесу. Мужчина набрал в легкие больше воздуха, молча ожидая ее слов.       Бэт не смогла долго терпеть его молчаливый взгляд ей в спину. Она взглянула на него, ища в нем, хоть что-то кроме непонимания. Она не могла на него долго молча смотреть. Девушка опустила глаза.       — Я рада, что ты возвращаешься в себя, — она прошла к столу Карсона, ища тетрадь с записями. — Рада что, Мэгги нашла для тебя слова, которых у меня не было. Это хорошо,       — Бэт отодвинула в сторону тарелки, принесённые мужчиной. — Что это было? Обещание мести? — она подняла глаза, но в них ничего невозможно было прочесть, лишь уголок губ дернулся. Она же видела Диксона на сквозь — его взгляд, шевеление челюстью. Она кивнула. — В любом случае я рада что, хотя бы так. Ты такой нужен группе… и Мэгги… и Рику.       — А тебе? — выдохнул он, и это прозвучало не как вопрос, а как констатация его собственного страха — что он ей не нужен.       Бэт уставилась в текст перед собой, крутя в голове мысли. Она промолчала, листая записи, чтобы не сорваться.       — Дэрил, все в порядке, — промолвила Грин. — Иди в трейлер. Я закончу и вернусь. Лягу к тебе под бок, и мы дальше продолжим жить в нашем безмолвном мире.       Дэрил закипал, пытаясь пробиться сквозь эту стену.       — В чем проблема?! — почти крикнул он.       — Ты игнорировал мое присутствие с ссоры в лесу! Снова! — ее голос дрогнул, сломав ледяную маску всего на секунду. — Вот в чем проблема!       Она тут же взяла себя в руки, выпрямилась. Девушка подняла подбородок, смотря на него и тяжело дыша. Дэрил вновь опустил взгляд, ощутив новую справедливую пощечину от ее слов. Он сделал шаг назад, осознав всю ситуацию, через которую он ее протащил за все это время.       — Прости меня, — просипел он, смотря в пол. Для него это было огромной уступкой.       — Прощаю, — она парировала слишком быстро, снова надевая маску. — Обнимемся и улыбнемся друг другу? Так ты представлял этот диалог?       Дэрил смотрел на нее, и по его лицу было видно, как его разрывает от бессилия. Он не понимал, что нужно сделать. Не знал, как все исправить. Бэт вздохнула, сжав губы. Он посмотрел на нее еще мгновение, затем резко мотнул головой, развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.       Бэт наконец села. Она оперлась локтем о стол, и пальцами терла переносицу, закрыв глаза.       Дверь снова скрипнула. Бэт не открыла глаз, лишь глубже вдохнула в легкие воздух. Она знала, что это он. Диксон молча пододвинул стул и сел. Слишком близко. Слишком молча. Бэт обернулась к нему и вздернула подбородком, задавая немой вопрос.       — Я не могу уйти… — неуверенно промолвил он, словно подбирая или вспоминая слова. — Ты забрала мое сердце… а я твою душу… — он смотрел в ее холодные глаза и отчаяние подходило сильнее к горлу, — кажется так… — сердце переставало биться от без эмоционального выражения лица спутницы. Реднек закусил губу, собираясь с последними силами, — поэтому мы тянемся друг к другу.       Бэт выслушала попытку пересказать ее собственные слова, словно насмешку, над этой ситуацией. Она выдохнула усмешку, от которой даже уголки губ не дрогнули. Она перевела усталый взгляд на точку на стене перед собой. Брови словно удивляясь этому миру поднялись вверх. Ладонь заламывала тонкие пальцы.       И он чувствовал, как теряет ее. Поток воздуха, который наполнял его легкие, становится жалкой струйкой. Дышать не чем. Сердце в панике ускоряет свой темп. Он не зная куда себя деть. Уткнулся лбов в ее плечо, как в последний оплот. Вдыхал ее аромат. Мужчина замотал головой, словно отрицая происходящее.       — Я не хочу без тебя, Бэт, — прошептал он, дрожа всем телом.       Диксон зажмурился, не желая возвращаться в реальность. В воздухе висел очевидный для него ответ, и он не хотел с ним сталкиваться. Но тишина висела слишком долго. Мужчина медленно поднял глаза. Грудь замерла в ожидании.       Светлые глаза смотрели на него излучая спокойствие. Или даже пустоту. Она отвела на секунду взгляд, словно принимая решение, и заползла в его объятия, выпрямляя сгорбленную спину друга. Мужские руки сами сомкнулись на хрупких плечах, прижимая сильнее. Он осторожно, касался губами белокурых волос. Вдыхал родной сердцу аромат.       Он чувствовал, как распространяется тепло, возвращая его телу жизнь.       Бэт лежала на его плече, смотря вдаль. Она понимала, что его слова — это не клятвы. Это сиюминутный порыв отчаяния. Завтра он вероятно забудет этот момент в очередные вспышки гнева. Еще рано расслабляться. Нужно быть дальше его опорой, пока он вновь не вернут свою.       Бэт глубоко вздохнула и сжала между зубами губы до боли. Она отбросила дальше в себя обиды и эмоции.