Chapitre 2. Actions et conséquences

Вечером, когда ученики уже разошлись по спальням, София и Блейз сидели в общей комнате Слизерина, обсуждая прошедшие события. Блейз выглядел обеспокоенным, перебирая краем книги: — София, я только что услышал кое-что… Инспекционная дружина Амбридж планирует накрыть «Отряд Дамблдора», — сказал он тихо, с оттенком раздражения. — Накрыть? — София скривила губы, холодно усаживаясь поудобнее. — То есть, устроить облаву, проверку или что-то похуже. — Всё вместе, — кивнул Блейз. — Они собираются поймать всех, кто ещё не был замечен. Кажется, хотят показать, кто тут главный. София прикрыла глаза на мгновение, оценивая ситуацию, а потом достала пергамент и перо. — Значит, нужно действовать быстро, — сказала она тихо. — Я напишу письмо. Через несколько минут пергамент был готов. София аккуратно подписала его: “Сегодня будет облава. Советую разбежаться, но «определённым людям» всё равно нужно остаться, потому что если их не будет, от вас не отстанут. С любовью, С. И. Г-Д-В” — Думаешь, это сработает? — тихо спросил Блейз, наблюдая, как она складывает письмо. — Конечно, — София ухмыльнулась. — Близнецы понимают сарказм и стратегию. Они либо убегут, либо останутся там, где нужно. Всё зависит от того, кто достаточно смел, чтобы выдержать контроль Амбридж. — А если Амбридж догадается, кто писал письмо? — осторожно спросил он. — Пусть догадается, — ответила София с ледяной ухмылкой. — Если узнает, будет только веселее. Она свернула пергамент и подготовила сову. Блейз наблюдал, как София аккуратно привязала его к ноге совы, её движения были точны и уверены, как всегда. — Ты действительно получаешь удовольствие от того, что ставишь её в неловкое положение, да? — пробормотал Блейз. — Разумеется, — ответила София, слегка улыбнувшись. — Это и удовольствие, и необходимость. И, признаюсь, наблюдать, как близнецы среагируют, — отдельный кайф. Сова взмахнула крыльями и улетела в ночь, унося письмо, а София и Блейз остались сидеть, обсуждая возможные сценарии облавы. Их разговор был полон сарказма, колкостей и стратегических рассуждений — и в этом тлеющем напряжении они находили удовольствие и союз. В комнате Гриффиндора Фред и Джордж сидели на кроватях, когда сова тихо приземлилась рядом с ними и оставила свёрнутый пергамент. Джордж первым схватил письмо: — Хм… от кого это? — пробормотал он, развернув пергамент. — «Сегодня будет облава», — прочитал Фред, слегка нахмурившись, — «советую разбежаться, но «определённым людям» всё равно нужно остаться, потому что если их не будет, от вас не отстанут. С любовью, С. И. Г-Д-В». — София! — выдохнул Джордж, едва сдерживая улыбку. — Конечно, только она могла так элегантно предупредить нас о грядущей катастрофе. — «Определённым людям нужно остаться», — подметил Фред. — Похоже, нам придётся разделиться. Кто убежит, а кто… останется в эпицентре веселья? — Я голосую за Джорджа как приманку, — ухмыльнулся Фред. — Ты слишком хорош в отвлечении внимания, чтобы остаться незамеченным. — Ха! — Джордж фыркнул, — значит, ты пойдёшь прятаться, а я буду героем дня. Согласен. Но кто ещё останется? Мы не можем оставить всех, иначе Амбридж вычислит, что тут замешана София. — Ну, если подумать… Рон, Гермиона и Паркер, они знают, как действовать тихо. А мы с тобой… ну, мы умеем шуметь, — сказал Фред. — Идеальная комбинация: немного хаоса для отвлечения. — Сарказм и шум — наше секретное оружие, — добавил Джордж, улыбаясь. — И главное, не дать Амбридж догадаться, кто написал письмо. — Ещё один плюс — София явно оставила нам простор для манёвра, — заметил Фред. — Если мы правильно сыграем, она получит удовольствие, а мы останемся в безопасности. — Договорились, — сказал Джордж, разрывая письмо на две части, чтобы было удобнее скрыть. — Сегодня день «облавы» и мы будем готовы. И да, благодаря Софии это будет весело. Оба брата переглянулись и едва сдерживали смех, предвкушая хаос, который ждёт их в замке. Они знали одно: благодаря Софии у них была стратегическая выгода, а благодаря своим хитростям и сарказму они смогут остаться на плаву даже в самый напряжённый момент. ⸻ Вечером в Хогвартсе коридоры были наполнены напряжением. Инспекционная дружина Амбридж тихо скользила по этажам, проверяя каждую дверь и заглядывая в каждый закуток. — Тихо, — шептал один из учеников дружины. — Сегодня мы всех поймаем. Тем временем Фред и Джордж, уже подготовившие «план побега», прятались за одной из колонн. — Смотри, Джордж, как они тихо ползут, как будто каждая плитка пола — смертельная ловушка, — шептал Фред, едва сдерживая смех. — Ха! — Джордж едва не лопнул от смеха. — Если бы Амбридж видела нас сейчас, она бы точно подумала, что замок полон призраков. Близнецы тихо подбросили несколько заклинаний-замедлителей, вызывая лёгкие вспышки света и странные звуки, чтобы запутать дружину. — Смотри на эту реакцию! — Фред хихикнул, когда один из членов дружины споткнулся о собственный плащ. — Идеально, — добавил Джордж. — Они даже не понимают, что мы находимся совсем рядом. Некоторые ученики «Отряда Дамблдора» прятались в шкафах и за шторами, но Близнецы продолжали создавать хаос. Звуки падающих предметов, странные свистящие звуки и вспышки магии заставляли дружину метаться в поисках виновников. — Хм… кажется, их план «всех поймать» уже развалился, — Фред шепнул, наблюдая, как Амбридж и её подручные теряют терпение. — Сарказм и хаос — наше секретное оружие, — добавил Джордж. — А главное, мы остаёмся незамеченными. Один из младших членов дружины наконец заметил движение за колонной, но Фред успел бросить заклинание, которое заставило его скрестить руки на груди и замереть, как статую. — Идеально, — прошептал Джордж, ухмыляясь. — Никакая дружина не устоит перед таким зрелищем. К концу облавы Амбридж осталась стоять посреди коридора, красная от злости и раздражения, в то время как её подручные пытались оправдаться. — Это… это невозможно! — шипела она. — Они должны были быть здесь! — Да, профессор… — мямлил один ученик. — Но… мы… они… Фред и Джордж уже скрывались в тени, переглядываясь: — Ну что, братец, кажется, мы пережили ещё одну «облаву» без единой царапины. — И, главное, без присутствия Софии, — улыбнулся Джордж. — Но, честно, ей бы это понравилось. Они оба тихо рассмеялись, исчезая за углом, оставляя Амбридж в полном замешательстве и растерянности. —— Вечер опустился на Хогвартс, и мягкий свет свечей пробивался сквозь высокие окна комнаты Софии. На столе стояли баночки с краской — глубокий, почти винный бордовый оттенок, палитра кисточек и старое зеркало. София нервно проверила, что никто не заглядывает в комнату, и села на край кровати. — Ладно, только немного… — прошептала она себе. — Пусть это будет моё маленькое приключение. Она разделила волосы на пряди и осторожно начала наносить краску. Бордовый оттенок сразу же заиграл в свете свечей, превращая её привычные светлые локоны в огненный поток с глубокими красными бликами. — Вау… — выдохнула София, когда взгляд упал на отражение в зеркале. Её волосы уже не казались привычными; они словно раскрывали что-то новое в самой ней — смелость, независимость, желание выделяться. Она провела кисточкой по следующей пряди, аккуратно, не торопясь. Каждый штрих приносил чувство, будто она превращается в кого-то нового, кого-то сильного и уверенного. Бордовый цвет смешивался с золотистыми отблесками её натуральных волос, создавая тёплую игру света и тени. Когда она закончила, София откинулась на спинку кровати и провела пальцами по волосам. Бордовый оттенок сиял, будто внутри него пряталась искра её собственного характера. Она тихо улыбнулась: — Это… моё. Это я. София встала, посмотрела на отражение ещё раз и почувствовала странное волнение: завтра она вернётся в общий зал с новыми волосами, и весь Хогвартс увидит маленькую часть её перемен. Но в этот момент, в тёплом свете свечей, она просто наслаждалась собой, своим новым цветом и ощущением свободы. В комнате Софии снова горели свечи и пахло ванильным чаем. На полу валялись пледы, подушки, рядом дымилась тарелка с пирожными. Девушки снова устроились по своим местам — Дафна с книгой, Пенси с блокнотом, София растянулась на кровати, лениво разглядывая потолок. — Так, — начала София, — у нас новый материал для обсуждений. Вчера я заметила, как Блейз смотрел на Пенси. Дафна подняла бровь: — Точно. Это был не «обычный» взгляд. — А какой? — резко подняла голову Пенси. София ухмыльнулась: — Такой, знаешь, как будто он выбирал между закуской и десертом. Только в итоге решил, что ты — оба варианта сразу. Дафна прыснула в ладонь, а Пенси залилась румянцем: — Перестаньте, это смешно! — Ничего смешного, — серьезно возразила Дафна. — Он же обычно держится холодно, а тут… Я видела, как он поправил тебе шарф. София приподнялась на локтях: — О да! И это было так «невзначай», что даже каменные статуи это заметили. Пенси закрыла лицо руками: — Вы всё придумываете. — Нет, — ухмыльнулась София. — Мы наблюдаем. А ты — уже на половину влюблённая дурочка. — Соф! — возмутилась Пенси, но глаза всё равно блестели. Дафна осторожно положила руку ей на плечо: — А если он правда что-то чувствует? София хитро прищурилась: — Тогда у нас будет новая глава в нашей «Книге сплетен». Рабочее название: «Как Блейз Забини наконец-то понял, что рядом с ним не просто подруга, а будущее счастье». — Вы издеваетесь, — пробормотала Пенси, но улыбку скрыть уже не могла. София откинулась обратно на кровать и с довольной ухмылкой добавила: — Ну что ж, похоже, грядёт новая драма. И я, как всегда, буду главным комментатором шоу. Девушки рассмеялись, и вечер снова превратился в тёплый, полный секретов и подшучиваний праздник дружбы. —— Декабрь 1995. Хогвартс. Стадион опустел, но напряжение витало в воздухе, будто само небо над Хогвартсом хмурилось. Слизерин только что проиграл Гриффиндору, и это было унизительно: Поттер снова поймал снитч, а Малфой, кипя от злости, не мог смириться с поражением. — Ну что, Потти, — процедил он, подходя к Гарри. — Видимо, у тебя только одно и получается — летать за шариком. А твои друзья… — он скосил взгляд на Рона, — неудачники в кубке так же, как и в жизни. Гриффиндорцы зашумели, Рон шагнул вперёд, сжав кулаки. Гарри тоже не удержался. — Замолчи, Малфой, — бросил он. — Или сам знаешь, чем это закончится. — Да чем? — ухмыльнулся Драко. — Снова слезами? Или тем, что твои драгоценные близнецы поплачут из-за того, что их выкинут с поля? — Хватит! — рявкнул Фред, шагнув вперёд, и тут всё сорвалось. Рон ударил первым, Джордж поддержал брата, Слизеринцы тут же полезли в драку. Вскоре всё поле превратилось в хаос: кулаки, крики, смех, ярость. Когда на стадион вбежала Амбридж в своём нелепом розовом пальто, драка уже бушевала вовсю. Она взвизгнула своим противным голосом: — Прекратить! Немедленно! Заклинание разлетелось по полю, разметав дерущихся в стороны. Амбридж подошла к Фреду и Джорджу, словно уже заранее знала, кого накажет. — Всё! Вы отстранены от игр! Отныне и навсегда! — её голос звенел от удовольствия. — Хогвартс не место для таких хулиганов! — Что?! — выкрикнул Джордж. — Но это Малфой нас спровоцировал! — Я сказала, достаточно! — перебила Амбридж. И именно в этот момент вперёд шагнула София. Строгое лицо, прямой взгляд — её голос прозвучал холодно и твёрдо: — Это несправедливо, профессор. Наказывать только одну сторону, когда виноваты обе, — значит сознательно потворствовать драке. Амбридж медленно повернула голову, и её приторная улыбка исказилась в мерзкую гримасу. — Ах, мисс Грин-Дэ-Вальд, — протянула она с подчеркнутым ядом. — Какая у нас тут защитница! Думаешь, твоя фамилия даёт тебе право учить меня справедливости? Или, может быть, твоё… сомнительное происхождение? Половина отсюда, половина откуда-то из твоего Советского Союза… Какая мерзкая смесь. София не дрогнула, хотя её пальцы сжались в кулак. — Моё происхождение не имеет отношения к вашей слепоте, — ответила она ледяным тоном. — Я защищаю невиновных, потому что вы не способны это сделать. Амбридж злобно прищурилась, её голос сорвался на визг: — Твоё место — молчать! С твоей фамилией и твоей кровью тебе остаётся только благодарить, что тебя вообще допустили в эту школу! В зале послышались возмущённые выкрики — даже некоторые слизеринцы замолчали от неожиданности. Фред и Джордж уставились на Софию с такой смесью ярости и восхищения, будто прямо сейчас готовы были броситься защищать её так же, как она защищала их. София медленно подняла голову и, не теряя холодного выражения, произнесла: — Если быть честной, профессор… вам самой стоило бы благодарить, что вас вообще пустили учить детей. Тишина повисла над полем. Амбридж побагровела, но больше ничего не сказала, только развернулась и покинула стадион, оставив за собой след унижения и страха. Фред шагнул к Софии и тихо сказал: — Ты только что сделала то, что никто бы не решился. Спасибо. София лишь кивнула, строгая и собранная, но в её зелёных глазах горела холодная решимость. —- У общих комнат Гриффиндора царил шум: студенты возбуждённо пересказывали события на стадионе. Но в стороне, у лестницы, собрались Фред, Джордж, Гарри, Рон и Гермиона. Их лица были всё ещё красными от драки, но разговор явно крутился вокруг одного человека. — Ты видел её? — первым заговорил Фред, энергично жестикулируя. — София встала прямо перед Амбридж, будто перед ней не безумная тётка с властью, а обычная курица в розовом! Джордж кивнул, всё ещё улыбаясь от уха до уха. — И загнула ей так, что даже мы с тобой позавидовали. А я думал, только мы умеем её доводить. — Она рисковала, — сказала Гермиона, нахмурившись. — Амбридж теперь будет точить зуб именно на неё. Это опасно. Рон фыркнул, подпрыгивая от возбуждения. — Опасно? Да это было шикарно! Ты слышала, как она ответила про справедливость? Я бы… я бы никогда так не смог. Гарри молчал дольше всех, опираясь о стену и глядя в пол. Потом поднял глаза и тихо сказал: — Она сделала то, что должен был я. За вас. — Он посмотрел на близнецов. — Она храбрая. — Храбрая? — переспросил Джордж и ухмыльнулся. — Она, Потти, не просто храбрая. Она настоящая легенда. — Я бы сказал, наш новый лучший друг, — добавил Фред и театрально положил руку на сердце. — Грин-Дэ-Вальд, может быть, и в Слизерине, но отныне мы её официально усыновляем. Все засмеялись, даже Гермиона не удержалась и улыбнулась. — Только не перегибайте, — заметила она, но её голос был мягче. — София действительно заслуживает уважения. Гарри кивнул, задумчиво глядя в сторону, словно обдумывал что-то важное. — Она на нашей стороне. И это многое меняет. ⸻ Гостиная Слизерина утопала в зелёном свете факелов, отражавшемся в холодных камнях и чёрной воде за окнами. В углу спорили старшекурсники о проигрыше в квиддиче, но почти каждый бросал взгляд на диван, где сидела София. Она держалась прямо, с привычно строгим лицом, будто ничего не произошло. Рядом расположились Тео и Дафна, а чуть поодаль, с демонстративным равнодушием, сидела Пенси, но взгляд её всё же то и дело скользил к Софии. — Ну ты и выдала, — с ухмылкой произнёс Тео, наклонившись к ней. — Говорить такое Амбридж в лицо? Я думал, ты хладнокровная, но не самоубийца. Дафна усмехнулась, но её глаза сверкнули с явным восхищением. — Ты видела, как на тебя смотрели все гриффиндорцы? Уверена, Поттер уже считает тебя своей союзницей. А близнецы… они вообще в восторге. София чуть пожала плечами, пытаясь сохранить холодный вид. — Я просто сказала правду. Она оскорбила их ни за что. — И тебя тоже, — вмешалась Пенси неожиданно. Все повернулись к ней. — За твою фамилию. За твоё происхождение. Но ты… — она скривила губы, пытаясь изобразить равнодушие, хотя голос звучал мягче обычного, — ты не позволила ей унизить тебя. В гостиной повисла короткая тишина. Даже те, кто сидел в стороне, будто прислушивались. — В нашем доме мало кто умеет держать удар, — продолжил Тео, опираясь на спинку кресла. — А ты держишься так, что даже Малфой заткнулся. Дафна усмехнулась. — Думаю, сегодня в Хогвартсе родилась новая легенда. София позволила себе лёгкую ухмылку, но глаза её оставались холодными. — Если кто-то решит, что я собираюсь стать героиней — сильно ошибается. Я просто делаю то, что считаю правильным. Пенси впервые открыто улыбнулась. — Вот именно поэтому все начинают тебя уважать. Даже здесь. В этот момент по комнате пробежал ропот — старшекурсники в углу перестали спорить о матче и явно обсуждали Софию. И пусть её лицо оставалось строго-собранным, где-то в глубине души она чувствовала: теперь она не просто часть Слизерина, а фигура, с которой будут считаться. — Ты выглядишь так, будто в книге инструкции по выживанию после пыток Амбридж, — заметил он. София лениво подняла глаза: — А ты выглядишь так, будто сам их составлял. — Всегда такой яд, — ухмыльнулся Блейз, потом замолчал на секунду, подбирая слова. — Слушай… София прищурилась: — Это у тебя серьёзное лицо? Или я всё-таки сплю и вижу сон? — Очень смешно. — Он закатил глаза. — Я хотел спросить… Ты ведь близка с Пенси. София медленно закрыла книгу, улыбнувшись краем губ: — Начинается. Ну да, я близка. А ты? — Я просто… — Блейз запнулся, что случалось редко. — Она в последнее время какая-то… ну… — Симпатичная? — подсказала София с хитрой ухмылкой. — Я этого не говорил, — сразу отрезал он, но уши его предательски покраснели. София откинулась в кресло, наблюдая за ним с откровенным удовольствием: — Значит, ты пришёл ко мне за советом? Забини, тебе точно не жарко? Может, всё же признать, что Пенси — больше, чем просто «одна из»? — Хватит, — отмахнулся он. — Просто… Ты думаешь, она что-то чувствует? — Думаю, — София сделала паузу, нарочно выдержав тишину, — что ты слишком много думаешь. Но, если хочешь честно, Пенси на тебя смотрит так, как я на пирожные после постной столовой. Блейз усмехнулся, но всё равно избегал взгляда Софии: — Значит, она и правда… — Значит, ты и правда влюбился, — перебила его она и едва слышно хмыкнула. — Ну поздравляю. Это будет весёлое зрелище. Блейз вздохнул, а София вернулась к книге, но глаза её блестели — новая «серия» драмы обещала быть интересной. ⸻ Класс магловедения был наполнен звуками карандашей, шуршанием бумаги и тихим перешёптыванием учеников. Профессор Чарити Бербидж стояла у доски, объясняя особенности магловских игр и гаджетов, когда Блейз Забини тихо ткнул Софию локтем. — Эй, — прошептал он, улыбаясь, — хочешь сыграть в морской бой прямо здесь? София прищурилась, скрестив руки, но в глазах мелькнуло лёгкое любопытство. — В классе магловедения? — пробормотала она с лёгкой насмешкой. — Думаю, профессор будет в восторге. — Главное — тихо, — подмигнул Блейз, доставая маленькую сетку бумаги и рисуя свои корабли. Они устроились за одной партой, и игра началась. София хмыкнула: — Ну что ж, мистер «я-лучше-во-всём», готов проигрывать? — Я готов к поражению… от тебя? — Блейз фыркнул. — Сомневаюсь. — Посмотрим, — ответила София, ставя свои корабли. — Но если ты думаешь, что я буду относиться к тебе по-дружески, ты ошибаешься. Игра началась. София целилась точно, иногда улыбаясь, когда Блейз пытался угадать её позиции. — Ха! — сказала она, когда попала в один из его кораблей. — Сдавайся, Блейз, твоя эгоистичная репутация ничего не спасёт! — Эй, это была чистая удача! — я — Удача? — София прищурилась. — Просто внимательность и терпение. Что, Блейз, слабо попробовать ещё раз? — Слабо? — он улыбнулся. — Нет, но будь готова к моему реваншу. Пара смеялась, переглядываясь и шепча колкости, а ученики вокруг ловили их саркастические реплики, но никто не решался вмешиваться. — Попалась! — София тихо воскликнула, когда её последняя атака поразила остатки его флота. — Чёрт, — пробормотал Блейз, делая вид, что поражён. — Ну ладно, победила… в этот раз. Но знай, я планирую реванш на следующем уроке. София ухмыльнулась: — Жду с нетерпением. Но предупреждаю: я не снисходительна к повторным попыткам. Профессор Бербидж, наблюдая за ними из угла класса, едва заметно улыбнулась, отмечая, что даже между сарказмом и шутками учеников иногда рождается настоящее обучение — ведь они учились стратегии, внимательности и магловской смекалки. ⸻ Декабрь 1995. Хогвартс. Три дня спустя. «Амбридж: лицо власти или лицо позора?» Статья из «Ежедневного Пророка» Имя Долорес Джейн Амбридж уже давно ассоциируется не с порядком, а с лицемерием и жестокостью. На первый взгляд — представитель Министерства магии, преподаватель Хогвартса, символ дисциплины. Но за этой маской кроется куда более неприятная правда. Поездка на Фолкленды — удар по собственной стране Недавний визит Амбридж на Фолклендские острова вызвал возмущение даже среди её коллег. Ещё несколько лет назад Британия вела военные действия за эти земли, а визит представителя Министерства магии в регион, ассоциирующийся с противником, выглядит как откровенное предательство интересов своей страны. Семейные тайны и двойные стандарты В личной жизни Амбридж царит полное противоречие её политическим лозунгам. Её супруг открыто изменял ей с маглом, хотя сама она яростно проповедует чистокровность. Отец госпожи Амбридж покинул семью ради бизнеса, оставив дочь без опоры — и это не мешает ей сегодня учить учеников морали и «правильному» поведению. Уголовное дело Как стало известно нашей редакции, на Долорес Амбридж заведено уголовное дело. Следственные материалы касаются её методов преподавания в Хогвартсе, использования запрещённых артефактов и превышения полномочий. Однако Министерство пока старается замалчивать детали расследования. Квиддич под её рукой: крах команды После покупки квиддичной команды Стоунхейвенские Сороки болельщики ожидали перемен. Перемены действительно пришли — но в худшую сторону. Команда, некогда считавшаяся перспективной, превратилась в самую слабую в лиге. Управленческие решения Амбридж стали катастрофой для игроков и позором для фанатов. Преподаватель или мучитель? Хогвартс не раз становился свидетелем её жестокости. Зачарованные тёмной магией перья, которыми она заставляла писать учеников, оставляют на коже шрамы — буквально впечатывая страх в детские руки. Какая власть оправдает такие методы? Лицемерие в отношении учеников Особенно скандальной стала история с Софией Грин-Дэ-Вальд, ученицей Слизерина. Амбридж позволяла себе публично унижать девочку, подчёркивая её «сомнительное» происхождение: англо-советские корни и знаменитая фамилия Грин-Дэ-Вальд стали для Долорес поводом для травли. Разве подобное поведение достойно преподавателя? Что должны думать дети, когда их национальность и родовое имя становятся объектом оскорблений от взрослого? Секреты молодости И это ещё не всё. В молодости госпожа Амбридж охотно делилась своими откровенными фотографиями с маглами — факт, который явно противоречит её нынешним заявлениям о чистоте крови и морали. Вместо заключения Кто же такая Долорес Амбридж? Представитель власти? Преподаватель? Или символ всего того, что рушит доверие к Министерству? Уголовные дела, проваленные проекты, жестокость в Хогвартсе и лицемерие — именно этот пример сегодня получает молодое поколение магов. Если такие люди продолжают оставаться у власти, стоит ли удивляться, что вера в Министерство с каждым днём слабеет? —— Большой зал шумел и гудел — завтрак подходил к концу, студенты обменивались свежими выпусками «Ежедневного Пророка». Газета с обложкой, где крупным шрифтом кричало имя «Амбридж», переходила из рук в руки, и в воздухе витали приглушённые смешки и возгласы. София сидела на своём месте, невозмутимо отпивая чай, когда в зал вошла сама Долорес Амбридж. Её розовый наряд выглядел так же нелепо, как и всегда, но в этот раз лицо было перекошено от ярости. Ученики поспешно прятали газеты под столы, но перешёптывания не прекращались. Амбридж, тяжело ступая, направилась прямо к столу Слизерина. В её глазах горела злость. Она остановилась напротив Софии, наклонилась и процедила: — Это твоих рук дело, мисс Грин-Дэ-Вальд? София медленно подняла взгляд. На её строгом лице впервые за утро появилась лёгкая ухмылка — тонкая, насмешливая. — А вам понравился мой подарок на Рождество, профессор? — холодным тоном поинтересовалась она, делая вид, что говорит о пустяках. На мгновение Амбридж потеряла дар речи, захлопав глазами, а София продолжила, откинувшись на спинку скамьи и всё так же спокойно улыбаясь уголком губ: — Искренне желаю вам хорошего дня… в Азкабане. Тишина за столами стала почти осязаемой. Несколько Слизеринцев сдержанно прыснули, Когтевранцы переглянулись, а даже Гриффиндорцы не смогли скрыть довольных ухмылок. Амбридж побагровела, губы задрожали, но она лишь резко развернулась и вышла из зала под насмешливый гул перешёптываний. София спокойно вернулась к завтраку, словно ничего не произошло, и едва заметно поправила чёрную заколку в волосах. После ухода Амбридж шум в Большом зале вспыхнул с новой силой. Все переговаривались, словно только что стали свидетелями легендарного события. — Ты это слышал? — шепнула Дафна Тео, но достаточно громко, чтобы София тоже уловила. — Она ей прямо в лицо сказала… Азкабан! — София хладнокровнее змеи, — усмехнулся Тео, глядя на неё с уважением. — Я бы такого точно не рискнул. С противоположного стола донёсся голос Когтевранки: — Если это не храбрость, то я не знаю, что тогда! — Храбрость? — фыркнул один из Гриффиндорцев. — Это было скорее… чистое искусство сарказма. Даже Малфой так не умеет. София не вступала в разговор, спокойно разрезая вилкой кусочек хлеба. Лицо оставалось строгим, будто её всё это не касалось. Но лёгкая ухмылка мелькнула и исчезла так же быстро, как и появилась. — Героиня дня, — сказала Пенси, наклоняясь к ней. — Ты только что сделала то, о чём мечтает пол-Хогвартса. — Меньше шума, Пенси, — негромко ответила София, пригубив чай. — Иначе профессор решит, что это не Рождество, а личный праздник в мою честь. Дафна не удержалась и прыснула, Тео покачал головой, а по залу продолжали разлетаться перешёптывания: имя Софии звучало теперь едва ли не громче, чем заголовок газеты. Амбридж исчезла из зала, но её поражение осталось висеть в воздухе, превращая утро в настоящий триумф Софии. Фред и Джордж сидели за столом Гриффиндора и едва ли могли сдержать улыбки. Когда слова Софии про «Азкабан» прогремели в Большом зале, они переглянулись и почти одновременно прыснули в кулаки. — Вот это подача, — сказал Фред, облокачиваясь на стол. — Не думал, что кто-то сможет так эффектно заткнуть Амбридж. — Знаешь, — продолжил Джордж, наклоняясь ближе к брату, — после того, как она заступилась за нас на квиддиче и получила свою дозу оскорблений, я думал: эта девчонка из Слизерина явно не из простых. Но теперь… она точно одна из нас. — Да, — ухмыльнулся Фред. — После того, как мы её от падения с башни спасли, я начинаю думать, что это судьба. Настоящее партнёрство в бедах. Близнецы переглянулись, их глаза сверкнули одинаковым задором. Тем временем за соседним столом «золотое трио» тоже обсуждало увиденное. — Она храбрая, — сказал Гарри, глядя на Слизеринский стол. — Большинство даже и не мечтали бы так заговорить с Амбридж. Рон энергично закивал, не скрывая восторга: — Да это было лучше любого матча по квиддичу! Она просто поставила её на место. У Амбридж лицо было, как у тролля, которого оставили без обеда! — Всё же, — осторожно заметила Гермиона, — София рискует. Мы все знаем, что Амбридж не простит такого. После её перьев… — она понизила голос, — я боюсь представить, как она попытается отыграться. — Но именно это и делает её смелой, — тихо сказал Гарри. — София не боится бросить вызов, даже если знает, что будет больно. Рон фыркнул и улыбнулся: — Вот бы она была в Гриффиндоре. Мы бы не знали поражений. Фред и Джордж, услышав слова брата, хором крикнули через весь зал: — Слишком поздно, Ронни! Она уже на нашей стороне! София, услышав их, только слегка склонила голову и позволила себе тонкую ухмылку. Когда завтрак в Большом зале закончился, студенты начали расходиться на уроки. София поднялась из-за стола, поправила пальто на плечах и направилась к выходу. Она уже почти миновала двери, когда кто-то резко перегородил ей путь. Фред и Джордж — одинаково ухмыляющиеся, одинаково самоуверенные. — Мисс Грин-Дэ-Вальд, — торжественно начал Фред, приложив руку к сердцу. — Мы с братом пришли к выводу, что вы официально заслужили… — …вступление в наш эксклюзивный клуб смельчаков, — закончил Джордж, делая театральный поклон. София скрестила руки на груди, холодно глядя на них, но уголок её губ чуть дрогнул. — Какой ещё клуб? Тех, кто умудряется попадать в неприятности быстрее, чем успевает завтракать? — О, нет, — улыбнулся Фред. — Это клуб тех, кто смеет плевать в лицо системе и при этом выглядит чертовски стильно. — А условия вступления весьма просты, — добавил Джордж. — Нужно хотя бы один раз публично унизить Амбридж. — И вы, дорогая София, — Фред сделал паузу, словно выдавал медаль, — справились лучше, чем мы когда-либо мечтали. София чуть приподняла бровь и прошла мимо, но, оборачиваясь, произнесла с тихой ухмылкой: — Хм. Звучит сомнительный клуб… Но, пожалуй, в нём хотя бы нет скуки. Близнецы переглянулись, и Джордж подмигнул: — Скука? Никогда. С нами она вымирает, как старые школьные правила. Фред крикнул ей вслед: — Добро пожаловать в команду, София! Она лишь подняла руку, не оглядываясь, и продолжила идти по коридору — строгая и собранная, но с едва заметной улыбкой на лице. ⸻ Класс истории магии был тихим, почти мёртвым. Профессор рассказывала о древних сражениях волшебников, но скучные детали, даты и имена постепенно накрывали Софию волной усталости. Она тихо положила голову на парту, едва сдерживая сон. — Тсс… — прошептала Дафна, заметив её. — Не засни прямо на уроке! София тихо фыркнула, но веки всё равно опустились. Блейз, сидевший рядом, заметил это и с трудом сдержал улыбку: — Ну вот, мисс Грин-Дэ-Вальд, ты первая, кто сдаётся… — Я не сдаюсь, — прошептала София с полузакрытыми глазами. — Просто временно… оцениваю стратегию сна. Блейз тихо фыркнул и вскоре сам склонил голову на парту, притворяясь, что проверяет свои записи, но на самом деле засыпая. Дафна едва сдерживалась, но достала маленькую магическую камеру. Она аккуратно щёлкнула фото, ловя момент, когда София мирно спала, а Блейз рядом прикрывал глаза и слегка улыбался во сне. — Хм, — пробормотала Дафна себе под нос, — это будет шедевр. Когда урок подошёл к концу, она показала фото Софии и Блейзу: — Смотрите, что я поймала, — сказала она с улыбкой, демонстрируя им снимок. — Правда, мило? София мгновенно подняла голову, едва не захохотав, а Блейз открыл глаза и нахмурился, но не смог сдержать лёгкую улыбку: — Отлично, Дафна, теперь у нас есть доказательства, что мы не только умные и саркастичные, но ещё и смертельно милые, когда спим. — Сарказм к месту, как всегда, — пробормотала София, слегка краснея. — Но да, снимок забавный. Дафна тихо засмеялась, а София и Блейз обменялись взглядом, который говорил больше, чем слова: иногда даже самые серьёзные и токсичные ученики могли быть просто обычными подростками, заснувшими на скучных уроках истории магии. —— Урок зельеварения в Большом зале проходил как обычно: котлы бурлили, ученики сосредоточенно перемешивали ингредиенты, а профессор Снейп с недовольным видом обходил ряды. София сидела за своим столом, аккуратно следя за процессом. Её волосы теперь были полностью бордовые, сияли на свету факелов, а длинные ногти телесного цвета, слегка заострённые, напоминали коготки кошки. Амбридж, стоявшая у задней стены класса, сразу заметила изменения. Её губы сжались в тонкую линию, глаза загорелись раздражением: — Что это за безобразие?! — вскрикнула она, указывая на бордовые волосы и длинные когтеобразные ногти Софии. — Вы хотите превратить Хогвартс в цирк? София подняла взгляд, едва заметно ухмыльнулась: — Если для вас это цирк, профессор, то я, видимо, главный номер. Амбридж побагровела, но её прерывали звуки шагов у дверей. В класс ворвались несколько представителей Министерства магии, строгие и бесстрастные, как тени. — Долорес Амбридж, — произнёс один из них холодным тоном, — вы арестованы за злоупотребление властью, применение запрещённых артефактов в учебном заведении и угрозы ученикам. Амбридж вытянулась, пытаясь сохранить достоинство, её розовое пальто казалось нелепым контрастом к холодной строгости чиновников. — Что?! — зашипела она, шагнув вперёд. — Это абсурд! — Ни на йоту, — ответил старший представитель, — вам предстоит следовать за нами без сопротивления. София, наблюдавшая за всей сценой, спокойно положила ложку рядом с котлом и медленно повернулась к Амбридж: — Похоже, профессор, теперь вы тоже узнаете, что значит стоять лицом к власти. Надеюсь, ваша «красота и стиль» помогут вам сохранить самообладание. Амбридж стиснула губы, ярость сверкала в глазах, но она не могла ничего сделать. София осталась стоять, холодная и собранная, наблюдая, как бывший кошмар всех учеников ведут прочь. Ученики в классе сдерживали шёпоты и улыбки, понимая: теперь София — не просто фигура силы, а символ справедливости. Даже те, кто её раньше опасался, теперь смотрели на неё с новым уважением. ⸻ Коридоры Хогвартса были почти пустыми, но слухи о вчерашнем инциденте с Амбридж не давали покоя. София стояла у окна класса зельеварения, наблюдая, как представители Министерства ведут Амбридж в мантии темно-зеленого оттенка. Её волосы, окрашенные в глубокий бордовый цвет, блестели на свету факелов, а длинные когтеобразные ногти телесного цвета выглядели хищно и уверенно. София держалась спокойно, но каждый её жест излучал контроль и силу. — И всё же, — тихо сказала она Тео, Дафне и Пенси, которые стояли рядом, — Министерство давно наблюдало за ней. Я лишь помогла им «не проморгать» факты. Мягко намекнула, что если бы ничего не сделали, я могла бы обратиться в вышестоящие органы. Связи есть, и последствия были бы неприятными. Дафна удивленно подняла бровь: — То есть… ты спровоцировала арест? — Не спровоцировала, просто немного им помогла. — ответила София ровно. — Просто показала, что последствия неизбежны. Амбридж думала, что всё под контролем. Ученики, прячась за колоннами, наблюдали за процессией: розовое пальто Амбридж уже не казалось внушительным, а её приторная улыбка полностью исчезла, заменённая смесью ужаса и злости. Фред и Джордж Уизли, проходя мимо, улыбнулись Софии: — Наша союзница умеет расставлять приоритеты, — сказал Джордж. — И стоять за своих друзей — это всегда красиво, даже если против тебя весь кабинет, — добавил Фред. София слегка кивнула, холодная и собранная, но в глазах мелькнула едва заметная искра удовлетворения. Она понимала: школа изменилась. Ученики, которые раньше опасались Амбридж, теперь видели, что сила и справедливость могут принадлежать не только Министерству или преподавателю, но и ученице. И хотя впереди было ещё много испытаний, София знала: её влияние растёт. Даже те, кто не рискнёт открыто поддержать её, будут считаться с её решимостью и холодной уверенностью. —— Утро в Хогвартсе было морозным, и лёгкий туман клубился по внутреннему двору. София и Блейз сидели за одним столом в Большом зале за завтраком, листая газету, которая только что вышла из печати. Заголовок крупными буквами гласил: «Амбридж арестована: вмешательство учеников и Министерства». — О, посмотри на это, — пробормотала София с едва заметной ухмылкой, — кажется, наши маленькие рекомендации дошли до нужных людей. — Маленькие рекомендации? — Блейз фыркнул, кивая на её бордовые волосы и когтистые ногти. — Ты называешь «маленькими» то, как ты практически заставила Министерство арестовать Амбридж? — Ну, да, — София скривила губы, — маленькие и аккуратные. Я просто показала им, что если они сами не справляются, у меня есть… альтернативные способы. — Альтернативные способы… — Блейз усмехнулся. — Интересно, сколько учеников в школе сегодня подумают: «О, если София вмешается, даже Амбридж окажется в Азкабане». — Слишком приятно слышать это от тебя, — холодно улыбнулась София. — Хотя, боюсь, ты всё равно будешь продолжать изображать героя, даже если знаешь, кто настоящий виновник. — Ну, что поделать, — сказал Блейз, подмигнув. — Я должен хоть как-то балансировать твою токсичность. София фыркнула: — Балансировать мою токсичность? Ты сам ходячая угроза сарказма, Малфой бы позавидовал. — Спасибо, я приму это как комплимент, — ответил Блейз с лукавой улыбкой. — Но, честно, наблюдать за твоими выражениями лица, когда Амбридж в газете — это настоящее искусство. — Искусство? — переспросила София, слегка прищурившись. — Хм, я бы сказала, что это скорее моя маленькая вендетта в действии. — Вендетта — прекрасное слово, — Блейз сжал газету в руках. — Ты точно знаешь, как создавать последствия, София. — А ты точно знаешь, как хвалить меня сарказмом, — ответила она с ухмылкой. — Но ладно, сегодня мы официально отмечаем маленькую победу. И пусть все думают, что Амбридж сама себя сдала. — Ну, если уж о победах, — сказал Блейз, слегка наклонився к ней, — мне нравится, что мы вместе можем разрушать авторитеты с улыбкой. Токсично, но приятно. — Приятно — это когда кто-то выживает после моих саркастических замечаний, — сказала София с холодной ухмылкой. — Так что не расслабляйся, Блейз. Они оба засмеялись, едва скрывая колкости, и, несмотря на токсичность и сарказм, ощущали крепкую связь, которую невозможно было разрушить никакими заголовками, угрозами или старшими преподавателями. ⸻ Вечер опустился над Хогвартсом, коридоры пустели, но напряжение висело в воздухе. София шла по коридору Слизерина, обхватив книгу, когда услышала за спиной знакомые шаги. — Ну и куда ты так идёшь, мисс Грин-Дэ-Вальд? — прозвучал голос Драко, резкий, но с ноткой иронии. Она обернулась, глаза сверкнули холодом: — О, Малфой. Я думала, тебя выгнали искать оправдания за вчерашнее поражение. — Похоже, ты не только умная, но и язвительная, — ухмыльнулся Драко, сделав шаг ближе. — Правда, видеть твоё имя в газете… было немного шокирующе. — Шокирующе? — переспросила София, скрестив руки. — Думаю, тебе просто неприятно, что я смогла поставить Амбридж на место, а ты — нет. — О, ты действительно умеешь дразнить, — сказал он, едва сдерживая улыбку. — Я, честно говоря, не ожидал, что такая маленькая девочка сможет держать всех в страхе. — Маленькая девочка? — София нахмурилась, приближаясь на шаг. — Ты что, пытаешься меня унизить, или просто боишься признать, что я не игрушка для твоих игр? — Игрушка? — Драко фыркнул. — Хм… скорее сложный пазл, который я наконец начал понимать. Но честно, иногда мне хочется просто бросить тебя в котёл и посмотреть, что выйдет. София ухмыльнулась, холодно глядя ему в глаза: — Попробуй. Только не удивляйся, если котёл ответит тебе вдвойне. — Ах, ты всегда такая дерзкая, — произнёс он с едва скрытой раздражённой улыбкой. — Но, знаешь, я устал от этого вечного игнорирования и драмы. Может, попробуем… начать с нуля? — С нуля? — София прищурилась. — Ты предлагаешь мне доверять тебе после всех твоих игр? После того, как игнорировал меня ради Блейза? — Я предлагаю попробовать, — сказал Драко с хищной улыбкой. — Не то чтобы я рассчитываю на полное доверие, но, по крайней мере, без постоянных оскорблений… мы можем попытаться. — Без оскорблений? — переспросила София, с лёгкой ухмылкой. — Малфой, ты забыл, кто я. Я не дружелюбна просто так, а уж тем более не для тех, кто думает, что его язвительность меня остановит. — Хорошо, — сказал он с мягким насмешливым тоном. — Я знаю, что у тебя свои стандарты. И поверь, я умею терпеть колкости. — Терпеть? — София скривила губы. — Ты, наверное, и сам удивлён, как долго я могу терпеть твои пафосные выходки. — Возможно, — признался Драко, слегка фыркнув. — Но знаешь что? Мне это нравится. Я наслаждаюсь этой токсичностью. — Что ж, — София шагнула ближе, чуть улыбается уголком губ. — Если токсичность — это то, что нас объединяет, то, Малфой, похоже, у нас есть шанс. Но предупреждаю: я не прощаю и не забываю. — И я тоже, — ответил Драко, слегка ухмыляясь. — Возможно, именно поэтому мы всё ещё в одной школе и всё ещё раздражаем друг друга. Они стояли в тишине, коридор пустел, но воздух между ними был напряжён и живой. Ни один не уступал, ни один не отступал. И хотя это не было полным примирением, впервые за долгое время они оба почувствовали, что старые обиды могут уступить место сложному, но… настоящему взаимопониманию. —— Класс зельеварения был почти пуст, только пары старшекурсников задержались, чтобы доделать домашние задания. София и Драко стояли у одного котла, оглядывая ингредиенты. Бордовые волосы Софии блестели на свету факелов, а длинные когтеобразные ногти аккуратно держали ложку. — Хорошо, — сказал Драко, перебирая травы. — Если это твоя идея, то давай посмотрим, сможешь ли ты хоть раз следовать инструкции, а не делать всё по-своему. — Следовать инструкции? — София фыркнула. — Я думала, ты знаешь, что инструкции написаны для скучных людей. А мы с тобой явно не из их числа. — О, я знаю, — улыбнулся Драко с едва заметным вызовом в голосе. — Но иногда мне нравится наблюдать, как ты издеваешься над правилами, чтобы потом всё испортить. — Испортить? — София прищурилась. — Я скорее доведу до совершенства. А вот твоя привычка показывать всем, какой ты умный, может закончиться взрывом котла. — Взрыв котла? — он сделал драматический взмах рукой. — Ах, да, наверное, я просто люблю маленькие катастрофы. Но, возможно, ты тоже их любишь, раз улыбаешься сейчас. София ухмыльнулась, слегка поклонившись котлу: — Может быть. Но помни, Малфой, что я всегда контролирую последствия. А у тебя… ну, твои последствия обычно непредсказуемы. — И это часть удовольствия, — ответил он, поправляя шапку волос, которая спадала на лоб. — Смотри, если мы не убьём друг друга до конца урока, значит, у нас всё-таки есть шанс работать вместе. — Убьём? — София приподняла бровь и легонько ткнула котлом в его сторону. — Сначала котёл, потом ты. Не удивляйся, если окажется, что ты не так уж и непобедим. — Ах, — Драко сделал шаг назад, делая вид, что боится, — мне нравится, как ты играешь с огнём. Но знай: я не боюсь маленьких бордовых монстров. — Монстр? — София усмехнулась. — Я бы сказала, что я хищник, а ты — просто слишком самоуверенный юнец, который думает, что может меня напугать. — Слишком самоуверенный юнец? — Драко фыркнул и подкинул ложку с ингредиентами в котёл. — Ну, тогда мне остаётся только надеяться, что твоя хищная натура не решит меня съесть прямо здесь и сейчас. — Не переживай, — София слегка ухмыльнулась, — я тебя пока не трогаю. Но не испытывай меня. Они оба замерли, глядя на бурлящее зелье. Воздух был насыщен напряжением и лёгкой игрой, где ни один не хотел уступать, но оба знали: эта токсичность — новая форма доверия. — Знаешь, — сказал Драко тихо, — работать с тобой гораздо интереснее, чем с кем-либо ещё. — Интереснее? — переспросила София с едва заметной ухмылкой. — Ты действительно знаешь, как лестью разыграть человека. — А ты… умеешь разозлить меня и одновременно держать меня в тонусе, — ответил он, слегка усмехаясь. — Значит, мы идеально подходим друг другу. — Тогда продолжим, — София кивнула и снова погрузилась в котёл, а Драко следовал за её действиями, тихо ухмыляясь. И хотя их урок был полон сарказма, колкостей и едких шуток, оба понимали: в этой токсичной игре родилось новое, непредсказуемое доверие.