Часть 11 Прорывы и Наставления.

      Утром после первого сентября всех студентов Хогвартса, что выбрали на третьем курсе изучение древних рун и нумерологии, как факультативные предметы ждало важное объявление. Преподаватели этих дисциплин позвали их в отдельный класс и сделали предложение, начать изучать следующую ступень этих областей магической науки, отдельно, в вечерние часы.              Достаточно небольшая группа студентов, ведь большая часть учеников Хогвартса считала, что и им так хватает учебной нагрузки, принялась яростно обсуждать, стоит ли оно того. Кто-то напирал на то, что столь сложный раздел знаний за год они всё равно не освоят, а значит и нечего начинать, да и отдыхать по вечерам хотелось всем. Другие, видя кое-какие перспективы в столь заманчивом предложении, рассуждали на тему будущих возможностей и что они успеют изучить за целый год.              - А ты что думаешь, Грейнджер? – закончив обсуждение и разделившись на две неравные группы, спросил Терри Бут у единственной Гриффиндорке на их курсе.              - Конечно, я согласна, - будто перед ней в принципе не стояло такого вопроса, ответила Гермиона, - ведь зачем тогда мы вообще брали изучение рун и нумерологии?              - Вот, видите! – указал на неё Терри.              - И всё равно, - фыркнула девочка с шестого курса Рейвенкло, - для освоения столь сложной науки, одного года не хватит. Лучше потратьте это время на подготовку к СОВ.              - Моя тётя говорит, - решительно вклинилась в их разговор Сьюзен Боунс, - что никогда не знаешь, когда тебе понадобятся знания, а учитывая, что вне Хогвартса подобному почти никто не учит… Я лучше рискну.              - А ещё, - поддержала подругу Ханна Аббот, - многие знания лучше усваиваются, если их применить на практике.              Спор о необходимости изучения новых предметов разгорелся вновь, но на этот раз в него были включены студенты всех факультетов. Громче всех были студенты Рейвенкло, но только потому, что Гриффиндорцев в классе было всего несколько человек. Хаффлпафцы почти единогласно приняли решение рискнуть и попробовать себя в столь редкой магической науке, но были и среди них и те, кто для себя решил не рисковать. Самой тихой частью аудитории была та, где компактно расположились студенты Слизерена. Тут не было споров или перекрикиваний, потомственные маги и аристократы, что выбрали данные предметы для изучения, поголовно сделали это не по своей прихоти. Каждый из них в будущем будет использовать эти знания для продолжения семейного дела или усиления своей семьи. А ещё они знали истинную цену знаниям, потому записались поголовно.              ***              Азгерос наслаждался полётом над волшебным лесом, попутно не забывая высматривать добычу, или удобную ветку, на которой можно прилечь и насладиться тёплым солнцем. Ещё достаточно юный дрейк любил такие моменты, когда ему и его «старшему товарищу» позволялось свободно парить в небесах или бегать по диким местам. Сидеть в татуировке тоже было неплохо, в крошечном подпространстве было тихо и спокойно, но иногда так хотелось размять крылья…              Необычный для леса шелест привлёк внимание дрейка и тот мигом нашёл его источник. Им оказался небольшой паук, всего в половину его длинны, что прямо сейчас плёл паутину в кроне старого дерева. Азгерос знал об этих паразитах ещё со времён первого мира, хозяин иногда отправлял его поохотится на них вместе с отрядом юных героев или авантюристов. А уж как приятно хрустели их лапки на зубах…              Пусть он не был таким обжорой как Фрэки, но перекусить всегда был не прочь, а потому, хищно облизнувшись, решил побаловать себя.              Долгое пребывание в татуировке на теле хозяина было не только удобно и маскировало его, но и давало несколько прочих плюсов. Когда он был фактически внутри тела хозяина, их связь становилось очень крепкой и через неё юный дрейк мог видеть многое… В том числе так он понемногу учился магии, запоминая ощущения хозяина, когда он творил заклинания.              Многие из них он считал бесполезными, например: сотворение еды, зачем давиться имитацией, если можно поохотится, и ремонт вещей, Азгерос в целом не понимал привязанность к ним бескрылых. Однако была от магии и польза. И пусть он пока умеет использовать только самые базовые чары, как сказал бы хозяин не выше второго круга, но и среди них есть множество достойных, например – Невидимость.              Вызвав в себе то же ощущение, когда хозяин творил подобные чары, Азгерос исчез. После чего, убедившись в правильной работе чар, продолжил творить магию. Недавно появившаяся убеждённость хозяина, что никогда не стоит недооценивать врага, перешла и к нему.              Закончив творить магию, дрейк начал снижаться. Будущая добыча не подозревала о его присутствии, а потому, когда невидимый снаряд врезался в хитиновое тело, не смогла вовремя среагировать. Острые клыки, покрытые магическим серебром, вонзились чуть выше брюшка паука, а через секунду острейшим серебряный шип на кончике хвоста пробил голову добычи.              Лёгкая победа, даже очень, но… не стоит расслабляться, может именно этот паук был слаб. Однако сейчас – это неважно. Важно только то, каков он на вкус.              Отнеся добычу подальше от огромного логова пауков, Азгерос принялся отрывать одну лапу паука за другой, тщательно прожёвывая каждую. Вкус ему понравился, как и звук трескающегося хитина, а значит… он будет почаще заглядывать в эту область леса.              За угощениями.              ***              С возвращением студентов, древний замок наполнился жизнью, это ощущалось не только привычными органами чувств, но и на более тонком уровне. С появлением студентов манапотоки пронизывающие замок стали намного гуще и плотнее. Возможно, это как-то связано с чарами наложенными на замок, до которых я ещё не добрался, а возможно из-за сильно увеличившегося количества потребителей этой самой маны. Надо будет потом изучить данный феномен.              Выходные, что выпали на второе и третье сентября позволили, не спеша разобраться с некоторыми организационными делами, а заодно более плотно пообщаться с новыми коллегами. Так что к первому занятию в понедельник вечером у меня всё было готово, в том числе небольшая демонстрация пика моего мастерства. Никаких масштабных разрушений, только красочные и запоминающиеся эффекты. Надо же дать детишкам наглядный пример, чего они смогут достичь, если приложат достаточно усердия.              В вечер воскресенья, в очередной раз отправившись патрулировать коридоры замка, на этот раз даже лично, я неспешно шагал по тёмным коридорам, освещённым лишь ярким лунным светом. Пусть сейчас я мог бы потратить время с большей пользой, например, продолжить с нуля перерабатывать ритуал путешествия через астрал, но иногда стоило проветриться.              Очередной сигнал от фантома, что прямо сейчас отчитывал и назначал наказание припозднившейся парочке, на секунду вывел меня из задумчивости. Сфокусировав взгляд на статуе перед собой, я начал её изучение. Явно древняя, и с чарами укрепления, до сих пор отлично работающими. Изображена на ней женщина в длиннополом платье и диадемой на голове, которая показалась мне крайне знакомой… Пусть скульптор не смог передать все нюансы головного убора древней волшебницы, но некоторые весьма характерные элементы указывали, что это была диадема Великого Интеллекта.              Ещё одно подтверждение того, что ранее этот мир как-то контактировал с Голарионом или похожим на него миром. А значит, во время рождественских каникул я отправляюсь на восток.              Вновь из задумчивости меня вывел весьма необычный шум, а именно звук соприкосновения голых ступней и замкового камня. А потом пришёл знакомый аромат…              - Не ожидал вас здесь увидеть, мисс Лавгуд, - произнёс я, стоило столь знакомо пахнущей девочке выйти из-за поворота, - нарушаете комендантский час?              - Хм, - склонив голову набок, внимательно посмотрела она на меня, - нет, его нарушают нарглы. Они прячутся от меня и не отдают ботинки, - смотря сквозь меня, совершенно спокойно ответила девочка, - завтра я их обязательно поймаю.              - Нарглы? – примерно понимая характер данной особы, ведь кое-какие слухи о ней от преподавателей я успел собрать, - Не поясните, кто это такие?              - Невидимые существа, что заползают людям в голову и разжижают мозги, - без тени сомнения в истинности своих слов, ответила она, - после чего они начинают совершать глупые поступки.              - Ужасные существа, - кивнул ей я, ведь где-то я читал о похожих по принципу воздействия на людей астральных паразитов.              - Да, - посмотрев на меня внимательней, она слегка нахмурилась, - но их никто не видит и думает, что я их придумала, - в её голосе промелькнула не детская обида, а что-то вроде разочарования в несправедливости мира, - они даже отказались от моих амулетов. Глупенькие.              В качестве подтверждения, она тряхнула ожерельем из бутылочных крышек. Присмотревшись к такому необычному украшению, я заметил исходящую от него слабую магию. Похоже, передо мной действительно чародей в истинном его смысле.              - Ужасная беспечность, - кивнул ей я, - отказываться от искренней заботы. Однако, оставим этот вопрос на потом, сейчас вам необходимо вернуться в общежитие, вы же не хотите, чтобы из-за нарглов вам назначили наказание?              - Нет, - помотал головой она, отчего палочка за её ухом едва не выпала, - тогда они станут только сильнее. Спасибо профессор, я сделаю для вас хороший амулет, чтобы вас тоже не беспокоили нарглы.              Посчитав, что разговор закончен, девочка вприпрыжку поскакала к дверям в общежитие Рейвенкло. Забавно, что защитная система общежития даже не рискнула задавать ей вопрос, необходимый для входа, мгновенно открывшись перед ней. Кажется, полуразумный артефакт запомнил её и больше не рисковал своим псевдоразумом.              Очень интересно.              ***              Первый день нового учебного года прошёл как обычно сумбурно. Вернувшиеся с каникул студенты настраивались на учебный лад, преподаватели вливались обратно в привычный поток. Некоторое из них, такие как Снейп и Макгонагалл не жалели студентов и на первом же занятии проводили небольшой экзамен, Филлиус и Помона был гуманней и давали ученикам время прийти в себя после очередного лета.              Пока большинство студентов тянулось в общежития, обсуждая первый учебный день, малая их часть собралась у дверей ранее заброшенного класса. Посматривая на часы и делая самые невероятные предположения о том, что скрывается за тяжёлыми дверями, они ждали начала занятия.              Точно в срок двери распахнулись, и дети неуверенно начали входить, внимательно рассматривая убранство кабинета. В первую очередь они замечали преподавателя, что уже стоял за кафедрой. Уже виденная ими серая мантия и высокие сапоги из драконьей кожи, серьёзный взгляд серебристых глаз и будто бы тяжёлая аура. Однако в кабинете было на что посмотреть и помимо преподавателя. Например, немного нелепо выглядящие из-за своей толщины рыцарские латы в углу, индивидуальные широкие парты, вместо общих, ну и, конечно, учебные плакаты с кучей непонятных линий и узнаваемых символов.              - Проходите, рассаживайтесь, - спокойно произнёс я, внимательно осматривая каждого из студентов, - все желающие пришли?              Студенты переглянулись, пытаясь вспомнить, кто вместе с ними записывался на эти дополнительные курсы.              - Да, профессор, - первой ответила Гермиона Грейнджер, - вот полный список, - хотела было она передать список, но тот тут же был подхвачен телекинезом.              - Меньше, чем я ожидал, - нахмурился для вида я, сравним этот список с тем, что мне передали в субботу, - ну им же хуже. Сегодня мы проведём вводное занятие, где я объясню вам основы ритуальной магии, а заодно расскажу об отличиях артефакторики и наложения чар на предметы, которое, как я вижу, некоторые из вас вполне успешно используют. И, чуть не забыл.              Волевое усилие и соседнего стола взлетели учебники, что я составил для юных чародеев. Ничего сверх секретного, только самые основы, которые, впрочем, дети вряд ли успеют освоить за этот год, но ничего страшного, захотят – продолжат изучение самостоятельно.              - Все вопросы вы зададите потом, мисс Грейнджер, - увидев тянущуюся руку девочки, осадил её я, чем вызвал пару сдержанных смешков, - сначала вступительная речь. Так вот. Ритуалистика и ритуалы – многие заслуженно считают именно этот раздел магии самым древним. Давным-давно, на заре времён, первые маги, ещё ничего не знающие ни о самой магии, ни о скрытых в них силах, жили в жестоком и опасном мире. Тогда в мире властвовали дикие и опасные хищники, злые духи и прочие угрозы, о которых сейчас вы можете разве что прочитать в учебниках истории. Такое положение дел продолжалось долго, пока те древние маги, в попытках защитить себя и своих соплеменников не начали пользоваться своим даром. Поначалу они били по монстрам сырой силой, иногда погибая при этом, но позже… намного позже один из них решил действовать опосредованно. Никто не знает точно, воззвал ли он к духам стихий танцуя вокруг костра, нарисовал ли он на стенах пещеры одному ему понятные символы или сделал что-то ещё, что направило его сырую ману и придало ей форму.              Видя интерес в глазах детей, я добавил к повествованию немного иллюзий, для наглядности. Пусть достоверность их была весьма сомнительной, но эффект они произвести смогли.              - Со временем, начав замечать некоторые закономерности, древние маги начали сначала воспроизводить те успешные действия, а затем и улучшать их, - на иллюзии за моей спиной происходило именно то, что я описывал, рисунки на стене пещеры становились детальней, танцы менее хаотичными, - так и зародилась ритуальная магия. Как понятно из названия, в её основе лежит ритуал, выверенная последовательность действий, приводящая к определённому результату. Это дало древним людям возможность противостоять тем, для кого они раньше были не более чем добычей. Шли века и количество ритуалов росло, некоторые из них защищали жилища, другие исцеляли или наоборот, наносили раны, с их помощью подчиняли животных и духов стихий, пока однажды, некий древний маг не решил улучшить оружие, которым сражалось и охотилось его племя.              Картинка за моей спиной продолжала вторить рассказу. Прямо сейчас на ней человек в шкурах начал наносить грубые рисунки на оружие племени.              - Как вы понимаете, и это сработало, пусть и не сразу, - позволил себе лёгкую улыбку я, - так зародилась артифакторика, пусть не самая древняя из магических наук, но в том числе благодаря ей разумные виды начали активней отвоёвывать себе жизненное пространство у древних чудовищ.              Батальная сцена, с точки зрения реалистичности, получилась так себе, но схватка голодранца с кремневым копьём и мелкой виверны выглядела эпично.              - Шли века и тысячелетия, магия развивалась, а ритуалы становились сложнее, однако до сих пор этот раздел магии является наиболее универсальным, а заодно и могущественным. С его помощь можно преодолеть предел собственных сил, сотворить заклинания небывалой мощи и многое другое. Главное – точный расчёт и живой ум.              Осмотрев заворожённо смотрящих то на иллюзию, то на меня учеников, я понял, что пора заканчивать. Заинтересовать я их сумел. Осталось показать… пожалуй середину пути, на которой они решили вступить.              - А, чтобы не оставаться голословным, я покажу вам кое-что. Подойдите к окнам.              Подхватив со стола лист пергамента с уже подготовленным ритуалом, я телекинезом открыл все окна в кабинете. Тёплый ветерок ворвался внутрь, а от детей потянуло предвкушением. Следуя моей воле, листок упорхнул в окно, скрывшись в сумеречном небе, летя на середину озера.              Дети выдержали две минуты, прежде чем вопросительно посмотреть на меня. Не сдержав улыбки, я кивнул им на происходящее за окном, представление как раз начиналось.              ***              Устав после первого учебного дня как собака, Рон степенно двигал фигуры на шахматной доске, загоняя Гарри в ловушку. Его братья уже что-то обсуждали с Ли, явно готовя новую шутку. Остальные Гриффиндорцы, так и не успев наговориться за два дня выходных. Странно, что никто не делал домашнее задание… ах, да, Гермиона же отправилась на дополнительные курсы. В первый день учёбы. Заучка.              Всё изменилось, когда через окна выходящие на Чёрное Озеро озарились ярким светом. Первый ступор прошёл быстро и некоторые уже попытались поднять панику, но… самые храбрые из факультета смельчаков уже выглянули в окна, а там было на что посмотреть.              Над недвижимой гладью озера развернулась, кажется, иллюзия, но нет… это не могло быть ей. Смотрящие на формирование исполинских фигур чародеи чувствовали, что всё происходящее – реальность.              Первой фигурой была водяная нимфа, что обрела тело из озёрной воды, тонкая и звонкая, изящная и гибкая, будто сама вода… хотя почему как?              Второй фигурой стал сплетённый из ветра юноша, его кожей были воздушные потоки, его глазами – маленькие ураганы.              Третьей пришла на импровизированную сцену огненная дева, разогнавшая сумерки своим свечением. Там, где нимфа была плавной и текучей, воплощение огня было резкой и порывистой. Её горящую страсть могли ощутить все, у кого были сердце и душа.              Последним, не видя смысла спешить, миру явился каменный исполин. Широкий, степенный и могучий. Он был воплощением силы и упорства.              Дождавшись, когда последний участник будущего представления займёт своё место, ритуал вступил в свою следующую стадию. Пары великих духов, которых с помощью ритуала пригласил в реальный мир маг, сошлись и начали танец. Не вычурную придумку людишек, с нормами и правилами, тактами и шагами, нет. То, за чем сейчас наблюдал уже весь Хогвартс был танцем стихий, диким, необузданным и первобытным.              Пока вода и ветер кружили над водной гладью, превращая её в тонкий лёд, огонь и земля выбрали сушу, очищая почву для новой жизни. Несколько кругов и вспышек чистейшей природной энергии, и пары поменялись.              Теперь огонь сошёлся с ветром и порождённый ими огненный вихрь, казалось, достиг стратосферы, пока вода с землёй, двигаясь по кромке озера, оставляя за собой цветы и новую жизнь.              За этим представлением смотрел Дамблдор, поглаживая феникса, что сейчас жалел лишь о том, что не сможет принять участие в столь прекрасном действе. Старый же волшебник, даже не задумываясь о том, чтобы рассмотреть всё это буйство стихий с помощью волшебных очков, просто наслаждался зрелищем.              Профессор Флитвик едва ли не подпрыгивал на месте от восторга. Профессор Спраут забыла о новых растениях, и даже не заметила, когда садовая лопатка выпала из его рук. Профессор Макгонагалл пыталась убедить себя, что всё это… просто красивый фокус, но не могла оторвать от прекрасного танца взгляд. И даже Северус Снейп, успевший к началу представления выбраться из своей лаборатории, наблюдал за невозможным танцем стихий.              Когда неуклюжий, гротескный каменный гигант кружил по земле в паре с огненной девой, зельевару показалось, что он видит в очертании лиц духов узнаваемые черты. Кусок скалы, что заменял духу земли нос, казался ему знакомым, как и чёрные корни, что заменяли тому волосы. Видел он что-то знакомое и в огненной деве, чьи пылающие волосы не успевали за её подвижной фигурой.              Затем, когда пришла пора смены «партнёров», его обуяла злость, ведь в духе ветра он вновь заметил знакомые черты, те же непослушные волосы, та же надменная улыбка, кажется, он даже заметил очки, на…              Не в силах больше смотреть вверх, Северус опустил взгляд, где каменный гигант нашёл себе новую партнёршу. Не менее прекрасную, но не пылающую, не огненную, не Лили… Однако. Не в силах оторвать взгляд, Северус Снейп почувствовал чей-то нереальный взгляд в саму его душу. Вновь подняв глаза, он встретился взглядом с огненным духом, что с укором посмотрела на него или ему так показалось?              Окончание танца, когда все четыре стихии сплелись вместе и исчезли в яркой вспышке, окатив всё вокруг концентрированной маной, заставили всех наблюдающих за представлением начать аплодировать. Такое зрелище, что ощущалось нутром на совершенно ином уровне никого не оставило равнодушным, всех задело буйство стихий.              Кому-то оно принесло надежду, кому-то – счастье, а кому-то дало повод задуматься.              Лишь один человек в замке остался глух к явлению стихий. Женщина в розовом платье внимательно смотрела за танцем и с каждой секундой всё больше понимала, что всё вокруг – угроза Министерству Магии!              ***              - Как-то так, - привлёк я внимание обалдевших детей, - это, конечно, не вершина искусства ритуальной магии, но результат многолетнего опыта. Лет тридцать и вы сможете достичь чего-то подобного.              - Тридцать? – удручённо спросил Терри Бут, - А нельзя…              - Нельзя, - прервал я его невысказанный вопрос, - в худшем случае, ритуал вас выпьет досуха и вы умрёте, в лучшем, вы допустите ошибку и оскорблённые духи разорвут вас на части, и да, вы тоже умрёте.              - А почему про смерть во втором случае вы сказали «в лучшем случае»? – едва слышно спросил мальчик с Хаффлпафа.              - Потому что так ты хотя бы умрёшь быстро, - безапелляционно ответил ему семикурсник Слизерена, чья семья, насколько я успел узнать, ещё кое-что помнила из ритуальной магии, чем и зарабатывала.              - Верно, пять баллов Слизерену, - вспомнив о системе поощрений в этой школе, решил наградить за правильный ответ его я, - а теперь возвращаетесь на свои места.              Смотря на то, как явно возбуждённые дети едва сдерживаются, чтобы не начать гомонить и обсуждать увиденное, я ещё раз уверился, что решил для обучения взять студентов не младше четвёртого курса.              - Раз введение и демонстрацию мы закончили, то самое время приступить к пояснению, чего я от вас жду в конце года. Пусть это время пролетит незаметно, но, надеюсь, за этот срок вы освоите базовые навыки управления маной, сможете воспроизвести простейшие заклинания в ритуальной форме, а также вкладывать их в предметы, предварительно усиленные рунами. Если успеем, я научу вас созданию накопителей, а для лучших, кто освоит весь курс… будет подарок. Уверен, вам понравится.              Видя, как загорелись их глаза, я лишь усмехнулся. Ещё бы им не понравится, беспаловочкая магия у них тут нечто вроде показателя величайшей силы. Интересно, как они среагируют на столь простой способ её обучению?              - Простите, сэр Эрик, - получив мой кивок, едва ли не вскочил с места семикурсник Слизеренец, - пока вы не начали лекцию, я хочу уточнить, - оглядев класс, он продолжил, - мы так и будем заниматься все вместе?              - Первый месяц – да, - кивнул я, - за это время вы должны освоить основы, без которых продолжать занятия не будет смысла, а затем я займусь каждым курсом отдельно.              - А сколько занятий будет в неделю? – набравшись смелости, задал вопрос Хаффлпафец.              - Не более двух, иначе остальные преподаватели съедят меня из-за вашей неуспеваемости, - вновь хмыкнул я, - но если кто-то желает большего… я не против дать парочку лишних уроков, но не во вред оценкам по остальным предметам. И раз уж речь зашла о них – получение Тролля означает автоматическое отстранение до конца года, Отвратительно – до исправления оценки, Слабо… я ещё готов терпеть. Ещё вопросы? Если их нет, - выдержав небольшую паузу, осмотрел класс я, - то перед тем как приступим, передайте тем, кто внезапно решит записаться на мой курс, что мест осталось немного и опоздавшие сами виноваты.              Несколько раз ударив пальцем по четырём оставшимся книгам, сделал намёк я.              - И раз с организационными вопросами мы разобрались, начнём с основы любой ритуалистики – базовые конструкции: круги, квадраты, треугольники, линии. Их виды, способ и области применения.              Класс наполнился шуршанием перьев. Какие дисциплинированные дети.              ***              Когда директор Дамблдор отправлял его на задание по внедрению в стаю Фенрира Сивого, Римус Люпин ожидал всякого: избиений, проверок, насмешек, но точно не такого.              Выбравшись из-под развалин хижины только на второй день и стряхнув с себя комья засохшей грязи вперемешку с кровью, он осмотрел, то, что осталось от логова сильнейшего оборотня Британии. Ещё позавчера здесь кипела жизнь, оборотни, предвкушая скорую победу Тёмного Лорда, бахвалились, пили и ждали скорого полнолуния, чтобы повеселиться в магловских, а может и волшебных деревнях. Некоторые даже предлагали заявиться в Годрикову Впадину, планируя разорить дома Поттеров и Дамблдоров. Люпин, пытаясь сойти за своего, внимательно запоминал каждое слово, пока…              Над лесной деревней раздался низкий протяжный вой, и каждый обладатель волка в душе замолк. Их яростные внутренние звери выли от ужаса и требовали бежать. Бежать от верной смерти и высшего хищника, пришедшего по их души. Самые трусливые так и поступили.              Сначала были крики разрываемых заживо людей, а потом части их тел начали падать с неба.              Римус хотел уже аппарацировать, чтобы спастись, как сделали это некоторые оборотни, что владели волшебными палочками, но… он увидел ребёнок, как напуганный воем из леса, выглянул из двери одной из хижин и не смог его оставить.              Мозг сразу заработал необычайно быстро и разум прояснился. Он помнил, что в доме, что занимал Фенрир, есть крепкий подвал, а потому не мешкал. На инстинктах увернувшись от упавшей перед ним окровавленной головы с навечно застывшей гримасой ужаса, Люпин ворвался в ближайший дом и, подхватив не сопротивляющихся детей, бросился к единственному спасению.              Сбившиеся в кучу оборотни, кто-то из них держал в руках топоры и мечи, у парочки были даже волшебные палочки, проводили его взглядом и начали отходить к дому Фенрира. Пара ближайших подчинённых вожака прорычали команды и собирать детей бросилось несколько слабаков. Как бы не вели себя оборотни этого посёлка, какими бы они не были кровожадными, свою стаю они были готовы защищать до конца.              Люпин спасал чужих детей до последнего, даже когда чёрное нечто рвало на части остатки стаи, даже когда корни из-под земли пытались обвить ему ноги, даже когда тучи шершней преграждали ему путь… Когда последняя девочка лет тринадцати оказалась в подвале, Люпин понял, что остался последним выжившим. На улице было тихо, слишком тихо.              Держа палочку наготове, Люпин решил рискнуть, если повезёт, у него будет шанс с помощью аппарации и заклинаний отвлечь монстра на себя, уведя его подальше от детей. Вдохнув и выдохнув, он шагнул к распахнутой двери.              То, что он увидел, повергло его в шок. Тела, разорванные на части, увитые шипастыми корнями и пожираемые обитателями леса, а в центре всего этого… самый большой оборотень, которого он когда-либо видел.              Фенрир в полном обороте смотрелся на его фоне щенком.              Вой внутреннего зверя предупредил Люпина, что его заметили. Два горящих в темноте жёлтых глаза осмотрели, оценили и решили его судьбу. Действуя больше на рефлексах, Люпин рванул в вихре аппарации на другую сторону деревни. Сейчас он обстреляет его заклинаниями, отвлечёт внимание, а потом…              Додумать Люпин не успел, огромная лапа вырвала его на середине пути. Парализованный страхом, он ощутил, как смертоносные когти впились ему в плоть. Колоссальный оборотень поднёс его к своей пасти, обнюхал и фыркнул.              Следующее, что Римус Люпин запомнил – это полёт и вид того, как невозможный зверь швыряет в его сторону комья земли, пропитанные кровью, будто закапывая.              Дальше была только боль и темнота.              Раскидав завалившие его брёвна, часть из которых он сломал собственным телом, Римус впервые в жизни порадовался, что он оборотень. Регенерация у него была намного сильнее, чем у любого человека, а уж в преддверии полнолуния… Жаль только, что его палочке – конец, её обломки он нашёл быстро.              Вспышка осознания выжгла лишние мысли из головы неудачливого оборотня и он выбежал из развалин дома. То что осталось стаи Сивого уже растащили звери и о ночной бойне напоминали лишь пятна крови, обрывки одежды и сломанные дома. Бросившись к главному дому, Люпин с недюжинной силой начал разбрасывать мусор, стремясь добраться до заветного люка. Хоть бы успеть.              Приглушённые крики и едва слышимый плач стал музыкой для ушей Люпина, придав сил. Жалея, что его волшебная палочка утрачена, он всё же смог откинуть последнее бревно и открыть люк.              Перепуганные дети, что ещё совсем недавно, подражая взрослым, смотрели на него исключительно с презрением, сейчас едва ли не бросились ему в объятья. Слёзы и плач разнеслись по ближайшему лесу.              Он должен предупредить Дамблдора, мелькнула в голове у Люпина мысль, но тут же была задвинута на задний план, сначала он позаботится о детях, а заодно поищет палочку, и только потом всё остальное.              Внутренний зверь Люпина довольно рыкнул. Давно пора.              ***              Дни сменялись днями, а я понемногу втягивался в процесс обучения. Детишки, что пришли на первый урок оказались выше всяких похвал, замотивированные, старательные, исполнительные. Даже очень, но была одна проблема… Они настолько привыкли полагаться исключительно на палочки, что у них возник… пожалуй, блок в разуме на использование магии без них. А умение дозированно выпускать ману не используя костылей – основа ритуалистики, во всяком случае той, которой я хочу научить их. Хотя и были уникумы.              Наблюдая за очередными потугами детей выпустить из себя крупицу маны, я проверял их первые самостоятельные работы на понимание сути ритуалов. В основном – неплохо, не без огрехов, конечно, но опять же не обошлось без отличившихся.              В выпуске маны отличились Майкл Макхаген, как он потом рассказал мне наедине, его клан до сих пор сохранил кое-какие знания из древности, а потому научил его этому. Для сохранения секретов семьи он сейчас наравне со всеми «тужится» пытаясь выдавить из себя ниточку маны, а на самом деле практикуется в плетении соединительных линий. Второй, кто быстро освоился с «невозможным», оказалась уже знакомая мне Луна Лавгуд.              Придя на второе занятие, она спокойно взяла в руки одну из книг, перевернула её и погрузилась в чтение. Когда же я начал объяснять, как создавать щуп из маны, через который можно запитать ритуал напрямую из ауры, она посмотрела в потолок пару минут и сделала это. Хорошо ещё, что на её примере удалось объяснить остальным, где они ошибались и подтолкнуть в верном направлении.              С заданиями же отличилась та, от кого я подобного и ожидал: Гермиона Грейнджер. Девочка, безусловно, старательная, но понимания у неё… немного. Кажется, когда я выдал ей домашнюю работу с оценкой Плохо, она едва не поймала сердечный приступ. А когда я начал объяснять, что простое переписывание кусков текста из разных источников не равно хорошее понимание материала, едва не сломал картину мира.              Второй такой отличившейся вновь стала Луна, в домашней работе которой не было вообще ни слова о формулах и расчётах, я даже думаю, читай её измышления кто-то другой – он не понял бы ни слова. Однако… я понял всё. Как говорится, от наследия никуда не убежишь.              С девочкой потом надо будет поработать отдельно, когда произойдёт разделение на группы по курсам, а пока, наблюдение и наставления.              Вечерние занятия с детьми мне в целом нравились, но в первой половине дня я был занят совершенно другим, меньшую часть времени – восстанавливал чары замка, а большую – искал знания или точнее, изо всех сил пытался найти иной подход к путешествию через астрал. Идея о том, что раз не получается найти ошибку в существующем ритуале, то стоит попробовать создать его с нуля, показалась мне достаточно перспективной, а потому приставленный ко мне домовой эльф не только обеспечивал быт, но и пару раз в неделю мотался в канцелярские магазины. Бумаги на расчёты уходило много, и надеюсь, оно того стоит.