Глава 21. Низводить и курощать

Убежище 114 было злой шуткой. Туда планировали заселить семьи элиты. Загнать их в крайне стесненные условия. И поставить над ними в качестве смотрителя маргинала, который пьет все, что горит (кроме угля и дров) и даже не утруждается надеванием штанов. Жесткий социальный эксперимент, целью которого было посмотреть, за какой срок напыщенные богатеи и политики сломаются.

Но, как обычно, что-то пошло не так. То ли деньги разворовали слишком быстро, то ли еще какая фигня случилась. А может банально не успели. Так и осталось Убежище 114 немножко недостроем.

Зачистить его было делом техники, и тут мой новый костюм показал себя во всей красе — занявшие станцию и Убежище гангстеры меня не видели. Чистоту эксперимента слегка нарушил Малыш, который рвался раздать звездюлей врагам и пару раз серьезно спалился. Так серьезно, что я еле отбилась. Надо будет потом отработать этот момент, потому что сложно ловить пса, который весит примерно столько же, сколько и я, и при этом отстреливать врагов.

Все-таки, до настоящей всемогущей Мэри-Сью мне еще ох как далеко. Приличные попаданки одним плевком валят супостатов и покоряют всяких королей и герцогов с полувзмаха ресниц. Одна я, как последняя лошара, не только раздаю пиздюли, но и получаю сдачи.

В любом случае, мы с Малышом справились.

В запертом офисе смотрителя маялся в плену детектив Ник Валентайн.

— Здравствуй, железный дровосек! — радостно воскликнула я, взломав замок на массивной двери и столкнувшись нос к носу с детективом.

— Здравствуй, малышка Элли! А это, я так понимаю, Тотошка? — не растерялся Ник, кивнув на осклабившегося во всю пасть Малыша.

— Ага! — кивнула я, потроша стол смотрителя и забирая все мало-мальски ценное.

— А если серьезно, кто вы и как тут оказались? Всякое бывало у меня в жизни, но вот красивые девушки меня еще ни разу не спасали. Обычно как-то наоборот, — полюбопытствовал детектив, сквозь пластиковую кожу которого местами проглядывал стальной каркас. — И, кстати, нам бы свалить отсюда поскорее, пока не вернулся Доходяга и остальные члены банды.

— Свалим, обязательно свалим, — успокоила я его, заканчивая сбор трофеев. — Я тут кое-кого ищу. Ты не видел рядом с Доходягой некую Дарлу? — спускаясь вслед за Ником по лестнице я поддерживала непринужденную беседу. Идти, кстати, пришлось совсем не тем путем, которым мы с псом проникли в Убежище. Чисто по техническим причинам — прыгать вниз я умею, а вот летать еще не научилась.

— Видел, еще как видел. Девчонка сбежала из дома, я ее разыскивал по просьбе родителей. И что ты думаешь? — Валентайн замер на лестнице. Вид бойни, открывшийся детективу, сбил его с мысли.

По игре, сейчас в зал, куда мы спустились от офиса смотрителя, должны были зайти бандиты и нам пришлось бы либо красться, либо вступать в эпическую битву. Только вот перед освобождением Ника я прошлась по Убежищу, расчищая нам путь. Истратила три обоймы, заработала синяк на плече и парочку на ногах, когда некий неразумный гражданин вместо того, чтобы тихо и быстро помереть, решил наброситься на меня с бейсбольной битой. Ну и пули несколько раз чиркали, но броня выдержала. Хотя, конечно, ощущения были такие, словно меня кувалдой шандарахнули, поэтому я слегка прихрамывала.

— Я думаю, что-то пошло не так, — деликатно ответила я Нику, обходя очередной труп. Валентайн встрепенулся и вернулся в наш грешный мир.

— Золотые слова. Именно "что-то пошло не так", иначе и не скажешь. Оказалось, что она добровольно примкнула к банде и занимает в ней не самое последнее место. Мне дали по голове и заперли на две недели. Я уже думал, что начну ржаветь со скуки, и тут заявляешься ты. Зачем тебе Дарла? Тебя тоже послали ее родители?

— Нет, не родители. Кстати, ты же Ник Валентайн? — спросила я, чтобы не нарушать этикет. А то как-то неловко. Идем по бесконечным переходам и жилым помещениям, а до сих пор официально друг другу не представлены. — Меня зовут Хельга. Хельга Фрост, хозяйка «Старлайта»

— Черт, кто строил это убежище? Тренер по фитнесу? — проворчал детектив, поднимаясь по очередной лестнице и выходя в зону жилых помещений, в которой уже пахло как на скотобойне. — Да, я Ник Валентайн. Слышал о тебе, приятно познакомиться. Это ты тут порезвилась? Не то чтобы я устал перешагивать через мертвецов, но боюсь поскользнуться на крови и окончательно развалиться.

— Ник… слушай, — я остановилась, мой спутник, стремившийся поскорее вырваться из осточертевшего ему Убежища, повернулся ко мне. — Я убью Дарлу. Она пыталась похитить моего сына, отправив за ним ушлепка из банды Доходяги. Ты мне нравишься, но не пытайся ее защищать. Я не хочу тебе вредить, и очень огорчусь, если придется.

— Хм…

Приятный баритон Валентайна безумно шел ему. Я любовалась профилем синта. Если бы не потрепанный вид, он был бы красив. Именно той классической мужской красотой, которая так привлекает в героях нуарных детективов. Черт побери, в игре Ник мне всегда нравился! Хоть он и порядочный и правильный — порой до абсурда. Один из немногих напарников, которых я была готова терпеть. И мне не хочется ссориться с ним в самом начале знакомства. Он реально хороший человек, пусть и похож на побитого молью Терминатора.

Молчание подзатянулось.

— Знаешь, две недели назад, я бы действительно бросился ее защищать, — наконец-то отмер Ник. — но дни, проведенные взаперти, заставили меня пересмотреть свои взгляды на профессиональную этику. Доходяга не виноват?

Было видно, что о главаре банды Валентайн забеспокоился всерьез.

— Доходяга не виноват. Мне не хочется его трогать, — призналась я.

Мы подошли к двери, за которой был выход из Убежища.

— Это радует, — облегченно выдохнул Ник. — Сейчас я открою дверь, ты будь осторожнее, я слышу, как там кто-то сопит и ругается.

За дверью нас ждала теплая компания из приятного полноватого мужчины, пары гулей с автоматами и красивой, но стервозной на вид девицы с бейсбольной битой в наманикюренных лапках. Синее платье в пайетках и тщательно уложенные волосы придавали определенный шарм ей, и легкий оттенок безумия всей картине в целом.

Я жестом отослала Малыша к выходу из Убежища.

— Ник! Мать твою, Ник, ты что творишь? Ты что же думаешь, тебе все позволено? — завопил пухляш, которого все знали как Доходягу Мэллоуна. — Ты убил моих ребят, ты думаешь, что я буду это терпеть?

— Доходяга… — смущенно начал Ник, но его тут же перебила девица.

— Доходяга, да что ты с ним разговариваешь? Давай грохнем его и дело с концом! Он еще какую-то сучку приволок, давай убьем их всех! — заверещала она. Красивое лицо оскалилось и стало похоже на мордочку какого-то мелкого злобного зверька. Голос был визгливый и противный, а когда она орала, изо рта летели слюни.

Фу такой быть.

Я решила, что пора бы вступить в беседу. Звучно откашлялась и начала шоу:

— Господа! Предлагаю вам посмотреть наверх! — голосом довольного жизнью экскурсовода, я кивнула на потолок. Все, включая Ника, посмотрели наверх. Там, прямо над головами встретившей нас делегации, приветливо мигали красненькими светодиодами несколько неприятно выглядящих взрывных устройств. Даааа, я помнила, где нас должны встретить. Я подготовилась. Как удачно, что у местных нет привычки искать опасность на потолках.

Доходяга побледнел. Гули нервно сглотнули и покрепче сжали автоматы. Ник отчетливо хмыкнул, а Дарла злобно выпучилась на меня.

— А теперь смотрим сюда! — и я показала зажатый в моей левой руке пульт с большой красной кнопкой, которую я до упора вдавила большим пальцем. — Все видят нажатую кнопочку?

Все дружно кивнули. Видно было, что дамочке очень хочется высказаться, но какие-то мозги у нее под прической водились, поэтому она промолчала.

— Как только кнопочка отожмется, направленный взрыв нашпигует мягкие, нежные, беззащитные человеческие тела твердым, корявым и вредным для организма железом. Мне пофиг, я в броне. Нику пофиг, он железный. Отгадайте, кому будет больно? Поэтому сейчас все кладут свое оружие, толкают его в сторону Ника и поднимают руки за голову, — все тем же радостным голосом продолжила я. — И постарайтесь сделать так, чтобы я не нервничала. А то руки вспотеют, палец соскользнет...

— Ты ж в перчатках, — ошарашенно пробормотал один из гангстеров.

— Милый, ты не представляешь, как сильно я могу переживать, — доверительно сказала я, добавив в голос интимной хрипотцы. — Буквально смертельно.

В душе у меня кипела и бурлила веселая злость. Из тех, что заставляют сжигать за собой мосты, останавливать коней и входить в горящие избы. Даже синяки практически не болели. Адреналиновый кураж — он такой. Главное потом, когда все закончится, найти место, где можно отлежаться.

Автоматы пробрякали по полу в сторону детектива. Тот аккуратно их подобрал и продолжил наблюдать за спектаклем.

— Ник, в принципе, можешь идти, — бросила ему я.

— Да знаешь, я пожалуй останусь и посмотрю, — хмыкнул он.

— Ник! Мы же были друзьями! — взмолился Мэллоун. — Я же не убил тебя. Тут какое-то недоразумение, мы же всегда могли договориться! Кто эта женщина? Что она хочет?

— Я — очень добрая фея, — брякнула я на автомате. Просто ничего другого не пришло в голову. — Хочу наказать одну плохую девочку. Доходяга, скажи мне, ты знал о планах Дарлы по поводу похищения моего сына?

— Какого сына? Я вообще тебя не знаю! — растерялся гангстер. — Мы не похищаем детей.

— Да потому что ты безмозглый слюнтяй! — не выдержав, заверещала его подружка. — Ты слабак, Доходяга! Ты слабак! Я тебе говорила, что надо было сразу грохнуть этого детектива, так нет, ты распустил сопли! «Мы же друзья, я так не могу» — проныла она, передразнивая Мэллоуна.

Доходяга с ужасом смотрел на меня.

— Конечно, мне пришлось взять все в свои руки! Я отправила за сопляком Герберта, только он не вернулся! — продолжила разоряться Дарла. Ну чисто базарная баба на Привозе.

— Герберта? Но ты мне сказала, что он решил навестить семью, — ошарашенно пробормотал Доходяга, глядя на то, как с его драгоценной Дарлы слетает все мишура.

— А что я могла тебе еще сказать, я же знала, что ты будешь против! Потому что ты слабак! Слабак и слюнтяй! — продолжала брызгать слюной его подружка.

— Но Дарла…Воровать ребенка? — на Доходягу было жалко смотреть. Казалось, все его надежды и мечты рухнули в один миг. И, пожалуй, он уже сам был не рад, что решил встретить нас именно здесь.

— Да какая разница, что делать! Если бы у Герберта получилось, мы бы уже купались в роскоши, а не прозябали в этой чертовой пещере, гребаный ты кусок говна! — истерика Дарлы пошла на новый виток.

Ник наблюдал за всем этим с непередаваемым выражением лица. Казалось, он жалел, что негде взять ведерко с попкорном и бутылочку ядер-колы.

"Удивительно хорошо у него сделаны мимические мышцы. Даже несмотря на то, что организм полностью состоит из металла и синтетики, сложно воспринимать Валентайна иначе как человека. Впрочем, личность-то ему пересадили от настоящего живого полицейского", — промелькнула в голове не относящаяся к делу мысль.

А скандал, тем временем, набирал обороты. Дарла обвиняла Доходягу и Ника во всех смертных грехах, Доходяга что-то лепетал в ответ. Гангстеры преданно смотрели мне в глаза.

— Заткнулись оба! — прервала я семейные разборки. — В общем, Герберт попытался. И я пришла не за Ником, Дарла, я пришла за тобой. Никто не смеет причинять вред моему ребенку. Тебе пиздец, Дарла. Большой жирный пиздец.

Дарла замерла с открытым ртом. Кажется, раньше никто не позволял себе так разговаривать с ней. Интересно, кто ее родители, что в постапокалипсисе вырастили настолько избалованную дрянь?

— Кстати, Доходяга, ты извини меня, — я внезапно успокоилась и виновато посмотрела на Мэллоуна. — Я не знала, кого еще из твой банды подмяла под себя Дарла. Поэтому, на всякий случай, убила всех. Неловко получилось, конечно, но зато ты можешь собрать новый коллектив. Который не прогнется под новую подружку.

В холле повисла гнетущая тишина. На пафосность момента было плевать одному Малышу, который смачно чихнул на своем посту.

Бледный Мэллоун совершенно больными глазами смотрел на Дарлу. Его подчиненные напряженно пялились то на пульт, зажатый в моей руке, то на мины. Дарла с ненавистью зыркала на на нас с Ником.

И когда мне надоело молчание, я выстрелила ей в живот.

Пули со смещенным центром тяжести считаются запрещенными в моем мире. В общем-то не зря. Попав в организм, такая пуля не пролетает по прямой и не застревает в аккуратном раневом канале. Она начинает «гулять», перемалывая все на своем пути.

Нанося непередаваемые увечья.

Полностью лишая шанса на жизнь.

Причиняя ужасные муки.

— Дарла! Нет!!!! — Доходяга ринулся к свое подружке, хрипящей и корчащейся на полу. Черт, он все-таки любит её.

— Жаль, конечно, этого добряка. Но кто виноват в том, что он не умеет выбирать девушек? — равнодушно прокомментировала я.

— Хм. Жестоко... — пробормотал Ник. Мэллоун плакал, сжимая окровавленную руку Дарлы, бормоча ласковые слова и пытаясь как-то заткнуть ее рану.

— Приходится соответствовать антуражу, — я пожала плечами. — Вообще-то в планах было прострелить ей колени, но так даже интереснее получилось. Ну что, Ник, пойдем из этого склепа?

Малыш нетерпеливо гавкнул у выхода из Убежища.

— Бегите, глупцы! — сказала я гулям, махнув рукой с зажатой кнопкой. Те не стали ждать и рванули со всех ног.

Следом за ними отправились и мы с Ником. Я убрала пульт в карман.

— А как же... — Валентайн, намекая на взрывчатку, кивнул в сторону холла, в котором остался горюющий Мэллоун и мертвая Дарла с развороченными кишками.

— Если честно, я вообще не уверена, что они рабочие. Выбрала чисто из-за лампочек.

— А… — он выразительно глянул на мой карман.

— Автомобильный ручной тормоз. И цветной лак. Мне нужна была большая красная кнопка, — пояснила я.

— Так ты, получается…

— А что делать?

— Ну так-то да… я однажды сделал вид, что у меня включилась система самоуничтожения. Меня тогда бандиты окружили, так я начал пищать: "Бип бип бип..". Видела бы ты, как они от меня бежали! — неожиданно признался мне Валентайн. — Синты-то тогда были диковинкой, никто не знал, чего от нас ожидать.

— Жить захочешь — еще не так раскорячишься, — философски заметила я. Ушибленную ногу снова начало дергать болью, но останавливаться и колоть стимулятор при Нике не хотелось.

— Верно подмечено.

Мы выбрались со станции метро когда солнце клонилось к закату.

— Зайдешь ко мне в офис? — спросил Ник. — Это в Даймонд-сити, недалеко отсюда.

— У меня дела в Добрососедстве, а потом может навещу тебя. Если нужна будет помощь, заглядывай ко мне в «Старлайт», чем смогу — помогу, — ответила я.

— Мы только познакомились. Со мной-то понятно, я тебе благодарен за то, что вытащила меня. Еще пару дней — и Дарла уговорила бы Мэллоуна меня добить. А вот ты с чего так добра ко мне? — подозрительно прищурился детектив. Хороший полицейский всегда остается полицейским. Профдеформация, мать ее так...

— Моя мама учила меня ко всем относиться хорошо. До тех пор, пока человек не докажет, что заслуживает обратного, — пожала я плечами, ответив практически фразой из игры.

— Я не человек, видишь это? — усмехнулся Ник, показывая левую руку, полностью лишенную пластиковой «кожи».

— Это просто тело, Ник. Не важно, в какую оболочку влезла твоя душа, — серьезно сказала я ему.

И ушла, оставив растерянного Ника Валентайна ошарашенно пялиться мне вслед.

Нас с Малышом ждало Добрососедство и господин Финн, который несколько месяцев топтал эту землю, не подозревая, что является покойником.