Let Me Solo Her (ч.2)

      Устало выбросив сигару в реку за изгородью набережной, Мерсер повернул голову в сторону опиравшегося на забор Кейси, чей лоб, точнее ведро, переливалось янтарём в лучах садившегося солнца. Разбойник давно не был в таком плачевном состоянии, когда в мешки под глазами можно было складировать картошку. Он сказал:       — В общем-то, вот и всё. Ну что, будешь смеяться надо мной?       — Почему это? Тебя предал любимый человек. Каким бы ты... жутким и неприятным не был, никто не заслуживает такого. И ты тоже, — вздыхал Кейси, повиснув головой на перегородке.       — Я никогда не думал, что буду говорить об этом с тобой, Кейси.       Новичок вдруг ожил и ободрительно спросил:       — Ха? Ни «Ведро», ни «Ведроголовой», ни «Эй»? Прям по имени?       — Не заставляй меня жалеть, что я поделился этим с тобой. Если ты кому-то расскажешь, то я буду ломать тебе по пальцу за каждую лишнюю разузнавшую пару ушей.       — Я не собирался. Но почему ты не хочешь попросить помощи у гильдии? Тут же твои друзья. Вместе мы сможем найти эту твою Ирэн и, ну, заставить ответить!       Кейси хоть и был неприятно удивлён, узнав, что Мерсера преследуют какие-то ублюдки за совершённую кражу, но высказывать своё возмущение вслух было бы лицемерием. В конце концов, одно из первых приключений новичка заключалось в угоне скота.       — Я не хочу, — ответил Мерсер. — Мне кажется, что если я расскажу всем о том, что со мной сделала Ирэн, её возненавидят. Может и заслуженно, но я не могу сам её обвинять. Я должен, да, но у меня, даже после всего этого, просто рука не поднимется на неё. Я ведь... я ведь правда люблю её.       Мерсер отвернулся и также упёрся подбородком, свесив руки за забор. Разбойник считал, что всё произошедшее — его личная трагедия, в которую он не имеет права впутывать никого, тем более двухнедельной свежести новичка. Но если бы не прямой приказ Кая угомонить Мерсера, Кейси не был бы так настойчив.       — Я по глазам вижу, что ты хочешь проглотить обиду, — сказал ведроголовый, — но так же нельзя. Ты станешь ходячей тучкой. Будешь вонять, как прокисшее молоко, и всех вокруг огорчать. Понимаешь, ничего не приносит столько боли, как видеть, как тот, кто вечно всех побеждал и выдерживал удары, так размяк. Это кажется таким неправильным.       Кейси схватил Мерсера за плечо, тем самым развернув его к себе.       — Ты не можешь всё так оставить! Ты же сам говорил: «Урок первый: не сопротивляются только идиоты и мертвецы», или как-то так?       В ответ Мерсер грубо рявкнул, высвободившись из хвата:       — Да нет никаких уроков, идиот! Никогда не было! Я их придумал на ходу, чтобы ты хоть как-то научился себя защищать, сам!       Шокированный признанием, Кейси замолк, смотря на то как Мерсер разворачивается и уходит прочь.       — Но сами-то уроки верные, — сказал новичок вслед.       — Я не могу победить Ирэн, Ведро. Можешь считать меня идиотом, можешь считать меня подкаблучником, тряпкой, чем хочешь. Я не смогу её ударить. Для меня она не изменилась. Изменился лишь я.       — Ты сказал, что она победила тебя без единого удара? То есть, дуэли не было? — переспросил Кейси.       Мерсер остановился. Сам не способный объяснить себе, почему его интересовало, что может выдать глуповатый новичок, он стоял и ждал.       — Значит, тебе и не нужно с ней сражаться напрямую. Твои навыки гладиатора бессильны против неё, и, может быть, ты прав, говоря о том, что не сможешь победить её. Но я знаю, кто может!       Нервно усмехнувшись, разбойник через плечо взглянул на новичка.       — И кто же? Может быть, ты? — саркастично подметил Мерсер.       — Не совсем, но... можно и так сказать!       Кейси высказал свою идею, но она была встречена в штыки. Она показалась Мерсеру настолько же абсурдной, насколько бесполезной. Но новичок сдаваться не собирался. Если он и не встретил поддержку, тогда он провернёт всё сам.

***

      У опушки леса стояло двухэтажное здание, из кирпича и красного дерева. На крыше, из дымоходов, стоящих в ряд, валили чёрные облака. «МакНелл Арсенал» — чёрным однотипным шрифтом было написано на стене. Макнелл младший встал с кресла своего офиса на втором этаже и подошёл к окну, когда, успев уже занервничать, услышал многочисленные шаги снаружи.       — Куда они собрались? Рабочий день ещё не окончен, — ворчал он, выглядывая в окно.       Но на улице он увидел не работников своей фабрики, а группу из десяти человек. Каждый — в шляпе и с мушкетом. От увиденного Макнелл испуганно отпрыгнул от окна и спрятался за стеной, пытаясь громко и нервно отдышаться.       Озман и его парни вошли в здание, чем сразу же привлекли внимание трудяг. Он только спросил, где их начальник, и неуверенно один из работников показал в сторону лестницы на второй этаж, откуда до офиса Макнелла рукой подать. Сам Макнелл в это время нервно слонялся по комнате, понимая, что ему бежать некуда. Когда в дверь постучали, сердце замерло. Он даже не сказал «открыто» — Озман вошёл сам.       — Сколько лет, сколько зим, Макнелл младший, — зловеще поздоровался главарь банды.       — Озман. Что ты здесь делаешь? Ты же в королевском розыске! Ты знаешь, что со мной сделают, если узнают, что ты здесь?!       Сам Озман в этот момент уселся в кресло начальника, будто был у себя дома, и показательно закинул ноги в грязных ботинках на стол.       — Славное местечко, Теодор. Напомни, откуда оно у тебя?       Испуганный начальник аккуратно подбирая слова пробормотал:       — Ты вложился в наш бизнес... Отец считал бы себя по гроб тебе обязанным, если б знал, насколько в гору пошли наши дела.       — Всё верно.       Макнелл старший в своё время связался с бандой Озмана. Не только для того, чтобы тот вложился в бизнес, но ещё и для установления собственной монополии на рынке Сан-Хэйвена. Озманцы просто перебили всех конкурентов, производителей боеприпасов, оставив «МакНелл Арсенал» единственным поставщиком пороха. В качестве благодарности за безупречно выполненную работу, Макнелл буквально задаром снабжал банду Озмана патронами и взрывчаткой. Теодор Макнелл, его сын, не одобрял методы отца, но перечить ему, а тем более Озману, было себе дороже. Зная, что озманцы сотворили с конкурентами, никак не хотелось, чтобы подобное повторилось с ним и перешедшим в наследие делом.       — Но ты же не думал, что я за «спасибо» помогаю вам? — задал риторический вопрос Озман.       — Н-нет, конечно.       — Вот и славно, потому что самое время вернуть должок. Не переживай, ничего страшного не будет. Мои парни просто будут укрываться у тебя, и всё. Мы ненадолго, буквально сделаем одно дело и исчезнем. Ты, тем временем, просто занимайся своей работой — отдавай нам все бочки с порохом, до единой.       Соглашаться было боязно, но не так страшно, как прочувствовать на себе перспективу возможных альтернатив.       — Хорошо, Озман...       — Называй меня просто «хозяин». Тогда не ошибёшься. Давай, брысь отсюда. Прими моих ребят со всеми почестями.       Вошедший бандит выгнал Макнелла из собственного офиса, заняв его же место. Перечить бесполезно, и, спотыкаясь, Теодор побежал к членам банды.

***

      Яркий солнечный день, голубое небо. Ирэн смотрела, как в Смагглерсе кипят восстановительные работы. Ну, не кипят, а вяло текут, но всё же хутор отстраивался практически с нуля. После вчерашнего вряд ли бы это поселение восстало из буквально пепла за всего-лишь сутки. Девушке, впрочем, здесь уже делать было нечего. Она собиралась уходить, но вдруг увидела, как через покрытые нагаром частоколы пролез незнакомец. Не то чтобы ей хотелось с ним разговаривать, но мимо пройти всё равно не получится. К тому же, умилителен был его внешний вид.       — Мальчик, ты чего, потерялся? — язвительно спросила Ирэн.       — Я, э-э-э... Это же Смагглерс?       — Полагаю, ещё вчера он здесь был. Сейчас уже не уверена, — хихикнув, ответила она. — Ты своё ведро-то сними, а то сам не заметил, куда забрёл. Мамочка, наверное, уже разыскалась тебя.       Кейси узнал описываемые черты. Красные волосы, тренч с лисьим мехом. Два кинжала на поясе. Это была она. Когда он это осознал, то всю свою неловкость и растерянность с лица вмиг стёр, заменив их накипевшим гневом.       — Так это ты, — прохрипел Кейси, достав гладиус из ножен.       — Ого. Мальчик, убери ножичек. Поранишься же.       За Ирэн чуть позже последовал единственный выживший после вчерашнего Кларк. По шляпам этих двоих Кейси понимал, что пришёл по адресу. Кларк же ненавязчиво окликнул Ирэн.       — Кто это? Пф-ф-ф, что за... — Кларк выдал нервный смешок, увидев ведро на голове у дурачка.       Свободной рукой Кейси залез в карман и вытащил оттуда вырванный кусок бумажки, который, сдержав злобу со стиснутыми зубами, протянул Ирэн.       — Меня просили передать это тебе, — рявкнул Кейси. — Но знай, если ты откажешься, то тебе придётся иметь дело со мной!       Девушка умилительно засмеялась, выдёргивая свёрток из рук. Распрямив бумажку, она вычитала на ней:       «биру риванш. завтро в девить за домиком скряги в пириулке. не придёш значит я пабедил — мерсир»       От прочитанного у Ирэн выпятились губы. Всё, что она смогла выдавить из себя сейчас, было:       — Бог ты мой. Его почерк выглядит хуже, чем он сам.       Затем девушка перевела взгляд на Кейси и, невинно улыбнувшись, сказала:       — Хорошо. Передай своему папочке, что я приду.       Похлопав Кейси по ведру на голове, она выпрямилась, затем схватила новичка за плечи и настойчиво развернула его от себя, как бы намекая, что ему здесь не рады. Но Кейси оглянулся за плечо на Ирэн и с неожиданной улыбкой, едва не выпрыгнув с места, крикнул:       — Правда? Ты согласна?!       — Ну конечно, глупыш. Мы с ним так и не закончили в прошлый раз. Всё, давай, иди. Кыш.       Кейси чуть ли не вприпрыжку убежал из Смагглерса, оставив позади этих разбойников. Самая сложная часть плана — вернее, не зависящая никак от самого Кейси, — была позади. Изначально новичок сам не мог представить, что Ирэн поверит в то, что почерк на записке принадлежит Мерсеру, но, по итогу, шалость удалась. Таким образом Кейси сам навязал Ирэн встречу с Мерсером. Но мало лишь свести их вновь в поединке — нужно тщательно подготовиться.       Под тщательной подготовкой Кейси подразумевал следующий шаг: он ворвался в лабораторию Уилсона. Прям без стука, чуть не выбив дверь с ноги. В лаборатории сейчас беззаботно виляла ногами Грета, сидя на бочке и плохо скрывая свой интерес в лице, наблюдала за тем, как работает Уилсон с колбами за столом.       — Докто-о-ор! — закричал ворвавшийся Кейси, чем заставил Грету и Уилсона дёрнуться.       Алхимик с колбой в руке обернулся и увидел вспотевшего от бега новичка. Покосившись лицом с полным недоумением, тот спросил:       — Что? Что такое? И вообще, стучаться надо! Я занят!       — Ну... Грета же здесь! Значит и мне можно, — ответил Кейси.       Новичок был чересчур бодрым и возбуждённым. Походил на торпеду, не способную усидеть на месте. Даже когда он стоял, из него сочилась энергия, прямо через край.       — А что? Я молчу, — быстро сказала Грета и прикрыла лицо первым попавшимся учебником по зельеварению, решив подслушать разговор не глядя.       — Уилсон! Прости пожалуйста, что так резко, но... помнишь ты тогда в рейде вколол что-то Грете, после чего она такая "тра-та-та-та-та"?!       Уилсон, пытаясь ответить, первое время смотрел на Кейси, как на сумасшедшего. Непонятно, какая муха укусила перевозбуждённого воина, но всё же доктор решил пойти навстречу.       — Ну, помню, да. Стимулятор. А что?       — Он убирает перезарядку умений?! — не прошло и мига, как Уилсон договорил, так Кейси сразу же задал новый вопрос.       — Э-э-э... Да, убирает. Секунд на пять, затем эффект ослабевает, пока не сойдёт на нет.       — Дай мне этот стимулятор!       — Что?! Зачем?! — шокировался Уилсон.       — Надо. Кровь из носу, очень надо!       — Но...       Вдруг Грета выглянула за книгу и обратилась к алхимику.       — Дай ему стимуляторы, Уилсон. Я всё равно больше тебе не позволю ими меня колоть.       Делать нечего, подумал доктор и, поставив колбу, принялся рыскать в ящике в поисках склянки с надписью "АДРЕНАЛИН". Когда он её нашёл, вытащил её и набрал содержимое в шприц. Кейси встал рядом и практически дышал Уилсону в затылок, когда тот исполнял просьбу.       — Вот, держи. Только, это самое, не увлекайся.       — Ещё! — крикнул Кейси.       — Ха-а? — скривился Уилсон. — Куда тебе столько? Знаешь ли, сердце и от одной дозы может пострадать, если оно слабое у подоп... у пациента.       — Уилсон, пожалуйста, — Кейси сомкнул ладони в мольбе, хотя доктор толком даже не успел ещё отказать.       — Я... могу, но ты же понимаешь, что... Хотя, если ты себе их хочешь взять, то твоё молодое сердце, скорее всего, выдержит. Ладно!       Уилсон набрал ещё один шприц и отдал его Кейси.       — Ещё!       — Ты с ума сошёл?!       Так, Уилсон всего набрал пять шприцов с адреналином. Кейси даже не успел послушать напутствие доктора, что от такого количества новичка скорее всего вырвет, ведь он уже усвистал прочь. Алхимик остался стоять в недоумении и смотрел лишь на распахнутую дверь, скользящую по петле от сквозняка.       — Забавно, — подала голос Грета. — Что это с ним?       — Я боюсь даже спрашивать, — прошептал Уилсон. — Наверное, надо замки в лабораторию купить.       — Мне это воспринимать как приглашение?       — Не... стоп, что? — покрасневший доктор выкатив глаза взглянул на ведьмочку.       

***

      Единственным способом проглотить горе для Мерсера, как он сам это видел, было увидеть дно десятой стопки в любимом баре. Принято считать, что лечить меланхолию алкоголем — самое неправильное решение, к которому может прийти человек на грани, но Мерсер в целом редко когда поступал правильно. С руками в карманах, опустив голову, он шёл сутулясь в «Домик Скряги», не подозревая о том, что в переулке, через который он обычно в него ходит, его поджидала бывшая возлюбленная.       — Вот и ты наконец, — проворчала Ирэн, загородив проход в конце переулка.       Мерсер понуро поднял взгляд на неё и даже не удивился тому, что она его тут ждала. Удивился бы, но сейчас плут был так подавлен, что не мог проявить естественную в любое другое время реакцию. Даже сказать ничего не смог, просто смотрел на неё.       — Я рада, что ты помнишь о нашей незаконченной дуэли. В конце концов, мне не помешает твой рейтинг арены, а ты, как я вижу, в таком состоянии, что практически любезно его мне отдашь.       Даже когда Ирэн уже снимала кинжалы с пояса, она всё ещё осознавала, что здесь что-то неладное. Тот паренёк, каким-то образом отыскавший её в Смагглерсе, явно что-то уготовил, но вряд ли дурачок с ведром мог сообразить достаточно серьёзную ловушку, чтобы одолеть разбойницу. Потому даже с пониманием всей подозрительности ситуации, Ирэн не робела, обнажая своё оружие.       — Ирэн, — наконец жалобно выдавил Мерсер, — я не хочу с тобой сражаться. Не потому что ты якобы недостойна дуэли со мной, или ещё какая-нибудь другая причина. Я просто не хочу вступать в заведомо проигранный бой.       И вот, на плане новичка начали виднеться белые нитки, которыми он был шит. Ирэн нахмурилась, когда поняла, что Мерсер совсем не готов к битве, на которую её же сам и позвал. Она спросила:       — Так получается, не ты послал того мальчика в ведре?       — Мальчика? В ведре? — Мерсер разул глаза чуть шире.       Всего за секунду дуэлянт осознал, во что вляпался. Сейчас не было времени проклинать Кейси за то, что тот втянул его в авантюру, от которой с самого начала Мерсер отказался. Если бы не неожиданность, то всё шло согласно тому плану, который новичок рассказывал согильдийцу тогда, на набережной. Но в нынешних условиях какой в этом всём смысл? Из-за того, что Кейси не смог усидеть на месте, он привёл Мерсера прямо в руки Ирэн, и теперь она убьёт разбойника, забрав себе разницу в рейтинге в виде очков арены. Как будто до этого у Мерсера было мало проблем, так теперь он потеряет всё, что у него осталось.       Поняв, что Ирэн не отступит, Мерсер поднял правую ногу и неохотно достал из ботинка кортик, но в боевую стойку не встал. Он лишь разочарованно смотрел на бывшую, ожидая, какая из язвительных насмешек последует дальше.       — Ты не в курсе, что твой любимый Кай приходил, чтобы отомстить за тебя? Представляешь, он пал от моей руки. И теперь падёшь ты, совсем обессиленный, совсем жалкий. Никогда не думала, что этот зануда проиграет мне раньше тебя, но теперь я не позволю тебе сбежать.       Мерсер выставил руку с кортиком вперёд и отпустил его, что заставило оружие упасть со звоном о каменную кладку.       — Я не буду с тобой драться, Ирэн. Не потому что я наивно люблю тебя, несмотря на предательство, несмотря на то, что тебе уже глубоко плевать. Просто потому что в моих глазах ты всё та же Ирэн, которую я так давно знал, и которая бы ни за что меня не предала.       — Да-да, как скажешь. Это уже значения не имеет. Я всё равно тебя убью, потому что таков приказ Озмана — забрать у тебя последнее.       — Ты получишь, наверное, тысячу или полторы очков арены за то, что убьёшь меня. Но это всего-лишь в очередной раз отбросит меня на дно списка, откуда мне предстанет выбираться уже в третий раз. Ирэн, ты не понимаешь, что по-настоящему имеет... имело для меня значение. Рейтинг я вернуть смогу, мои навыки никуда не денутся. Я тебя вернуть не смогу.       — Насчёт меня ты подметил верно, но я очень сомневаюсь, что в нынешнем состоянии ты хотя бы того мальчугана победишь в дуэли, не то что вернёшься во Всемирную Лигу. Всё, хватит болтать.       Ирэн достала второй кинжал и, скрестив руки, направила их остриями в Мерсера, готовясь его проткнуть. Тот лишь раскинул руки, готовый к распятию.       — Делай что хочешь, — выдавил он напоследок.       Девушка согнулась, готовясь к прыжку, как тигрица, чтобы сокрушить некогда злейшего врага своего нового любимого. Хоть сейчас он и не представлял никакой угрозы, но если таракан мучается в агонии, то лучше его дожать, хотя бы пальцем.       Мерсер зажмурил глаза в ожидании пронзительной боли, когда услышал крик, с которым Ирэн помчалась на него. Но раскрыл он глаза только тогда, когда понял, что этот крик... принадлежал не ей.       С глухим стуком Ирэн оказалась прижатой к стене переулка, неспособная сдвинуться с места. Щит, знакомый Мерсеру, не был закреплён на руке новичка. Кейси спиной давил щитом на Ирэн, не давая ей даже дёрнуться.       — Ч-что? — прохрипела Ирэн. — Отку..?       — Сейчас, Мерсер! Сейчас! — заорал во всё горло Кейси, повернув голову и продолжая держать щит спиной, как баррикада держит дверь.       Кейси использовал «Таран» щитом воина, чтобы удержать Ирэн на месте с помощью оглушения. Неважно, насколько он ниже был её уровнем — длительность оглушения фиксирована для любых целей!       — Я.. выберусь и убью..! — рычала Ирэн, еле вывернув лицо наружу.       Но новичок с самого начала понимал, что трёх секунд длительности оглушения ему не хватит. «Таран» уйдёт на перезарядку, и противник высвободится. Именно ради этого и был приготовлен стимулятор! Кейси вытащил его из кармана и иглой проткнул себе руку одним резким махом. Зрачки сузились, и воина окатило приливом сил. Достаточным, чтобы использовать «Таран» повторно до того, как Ирэн вырвется, и продолжить её давить!       — МЕРСЕР! Я держу её! Атакуй!       Остолбеневший Мерсер смотрел на то, как Кейси давит Ирэн, и не успел даже восхититься. Он был шокирован; не понимал, что происходит вовсе. Кейси знал, что Мерсер будет мешкать, и потому взял несколько шприцов, чтобы держать разбойницу в контроле столько, сколько потребуется. Неважно, будь это десять секунд, или минута. Чтобы одолеть Ирэн, Мерсеру нужно совсем немного ударов, и пока он решится на них, Кейси сделает всё, чтобы лишить девушку возможности сопротивляться.       — МЕ-Е-Е-Е-ЕРСЕ-Е-Е-ЕР!!!       После истошного вопля, Кейси рухнул на спину, ударившись о стену. На месте Ирэн осталась лишь дымка. Нет, новичок не стёр её в пыль — она использовала разбойничий «Побег», чтобы выбраться из оглушения. Через долю секунды Ирэн вышла из тени перед упавшим Кейси и направила кинжал ему в лицо, чтобы покончить с выскочкой! Всего один удар, и этот воин крошечного уровня будет убит великой плутовкой...

***

      В этот раз Мерсер, к счастью для Кая, не закинул ноги ему на стол. Он знал, что эльф его зачем-то вызывает, но тему разговора доселе не знал. Это было после событий в Эншене, когда Кейси кошмарил Зейн, ныне уже проученный. Более того, этот разговор случился после самого рейда в Усыпальницу.       — Я хочу, чтобы ты берёг Кейси, — сказал Кай, смотря на вид из окна своего кабинета.       — Зачем? — недоумённо спросил Мерсер. — Разве ты не сказал Мэй, что на ней целиком и полностью ответственность за этого дурачка?       — Сказал. Потому что я думал, что он такой же, какими были мы с тобой, ещё десятыми уровнями, — ответил Кай.       — И что изменилось?       Эльф обернулся и посмотрел на лучшего друга, совершенно невозмутимо сказав тому:       — Он — самородок, Мерсер. Для новичка он чрезвычайно смышлёный. Он схватывает всё на лету.       — Пф-ф-ф, не дури мне мозг. То, что он смог вытанчить УВИ, ничего не говорит. Это рейд первого года, кто его не вытанчит?       — Мне напомнить твои первые бои на арене и то, как ты спрашивал меня, что такое «Стан»? Ты не понял, что я хочу сказать. Несмотря на то, что он быстро нащупывает тонкости взрослого мира — ужасного, несправедливого и жестокого мира — он остаётся оптимистичным мальчишкой. Не наивным, а именно оптимистичным.       — Это не одно и то же? — покосился Мерсер, как собачка.       — Оптимистичный человек, в отличие от наивного, принимает реальность со всеми её недостатками, но находит в себе силы радоваться жизни. С этой силой он готов броситься в огонь, лишь бы защитить тебя, самодовольного кретина эдакого. Мерсер, человек с его мышлением станет величайшим героем. И наш долг, как старших по уровню и званию, сохранить такой самородок.       — Так а что с Мэй? Она же вроде уже его лелеет.       — Ты же знаешь. Мэй никогда не борется с другими героями; только защищает и исцеляет нас в боях с монстрами. От бессовестных уродов и преступников защитить его сможешь только ты. Только ты, Мерсер.       Перед тем как завершить свою мысль, Кай опёрся руками о стол и заглянул своему собеседнику прямо в душу.       — Это единственный раз, когда я о чём-то прошу тебя серьёзно. Оберегай его. Неделю назад я не поверил бы, что сейчас скажу это, но если погибнет Кейси — погибнут все «Пьяные гоблины».       После этого целый час в кабинете Кая не прозвучало ни единого слова. Сдавалось Каю, что наконец, хоть раз, Мерсер его понял.

***

      Кинжал вылетел из рук Ирэн и, с ровно таким же звоном, какой ранее издал кортик Мерсера, ударился о землю. Это произошло буквально за мгновение до того, как клинок должен был вонзиться в грудь Кейси. Девушка повернулась в сторону и увидела Мерсера, целившегося в неё одной рукой из своего пистолета.       — Ирэн, — сказал он, — то, что было между нами — исключительно наш личный конфликт. Если ты тронешь хоть кого-то, непричастного к Озману, я забуду о своём обещании не сражаться с тобой.       — Ха! И это говоришь мне ты после того, как этот подонок первым напал на меня со спины?! Я так и знала, что ты ничего не знаешь о чести, так что считай, что я уже его тронула!       — Так и сделаю.       Мерсер ловким движением пальцев развернул пистоль так, чтобы держаться за ствол и превратить его таким образом в дубинку. Ирэн не успела среагировать на то, с какой скоростью к ней подскочил плут, и вдарил ей ручкой пушки прямо по почкам! Даже не собравшись после атаки, разбойница сразу же получила серию новых ударов пистолем по телу, и даже по лицу. Её здоровье падало с ужасающей скоростью — пистоль, даже используемый как дубинка, оставался классовым оружием дуэлянта, а если Мерсер опасен даже с неподходящими инструментами, с "родным" он превращался в непобедимого монстра.       После очередного удара Ирэн должна была потерять равновесие и упасть, но Мерсер схватил её за горло и поднял над землёй, второй рукой нацелившись пистолетом в голову и возведя курок. Всего одна пуля, и предательница будет повержена.       Но разбойница видела, как дрожит его рука. Он сорвал. Несмотря на сказанное ранее, он всё-таки сдерживался. Так, держа Ирэн, Мерсер задрожал всем телом. Его глаза внезапно для него же самого намокли и заблестели, как стёклышко.       Нет. Он всё равно не сможет причинить ей боль.       Как бы глупо это ни было.       Любой бы сейчас сказал Мерсеру, что не нажимать на спусковой крючок — верх идиотизма и слабохарактерности. Он ведь всё понимал, и всё ещё не находил в себе силы опустить указательный палец. То ли от жалости к самому себе, то ли от невыносимой, необъяснимой, буквально проклятой любви.       Он подарил Ирэн секунды, чтобы вырваться.       Вырваться и юрко под мышкой, как ранее с Каем, выпрыгнуть ему за спину и вонзить оставшийся кинжал в спину.       Мерсер вздрогнул плечами от полученного колющего удара. Но и только. Ирэн занесла кулак, чтобы втолкнуть клинок глубже во внутренности плута, и замахнулась...       Но сама дёрнулась от боли, когда увидела, как из её груди торчит бронзовое, покрытое её же кровью, остриё гладиуса.       Неважно, насколько слаб был Кейси. Мерсер оставил свою цель лишь на один удар, любой чих. Этим «чихом» оказался удар новичка. Кейси выдернул клинок из спины Ирэн и толкнул её, полный огненной ярости в своих глазах.       Она упала замертво и испарилась, даже не успев ничего сказать напоследок.       Когда Мерсер вытащил торчащий кинжал из своей спины, он взглянул на спасшего его Кейси. Того самого Кейси, который вдруг, сам того не ожидая, рухнул без сознания от оглушительно громко вибрирующего ведра на голове.

***

      Как ранее упоминалось несколько раз, количество очков рейтинга за победу над противником зависит от множества факторов, и основной — разница в умениях и ранге. Ирэн, намеревавшаяся одолеть Мерсера, хотела спустить его на дно рейтингового списка, поскольку тот, проиграв низкоранговой девушке, потерял бы слишком много. Система банально посчитала бы, что разбойник не заслуживает своего нынешнего ранга, когда как Ирэн — наоборот.       Чего Ирэн не ожидала, да и в общем-то никто другой, то, что ничтожный новичок, даже ни разу не сражавшийся в дуэлях, не имевший ранга совсем, одолеет её и заставит её упасть в ту яму, которую она вырыла для Мерсера. Теперь уже Кейси заставил рухнуть рейтинговый счёт Ирэн, сам при этом возвысившись среди всех пвпшеров сервера. Именно от звука бесконечного уведомления о новых рангах Кейси и рухнул, так как просто оглох. Не так важно то, что Кейси не удастся сохранить свой новый рейтинг. Гораздо важнее то, что он победил Ирэн её же оружием.