Глава 19

Дженнифер отбивалась от читаури в воздухе — резкие, отточенные движения, будто она танцевала посреди урагана. Вокруг неё вихрилась сиреневая магия: то сгущалась в плотные шары, которые она швыряла в корабли врагов, то растекалась мерцающей дымкой, прикрывая от выстрелов. Каждый сгусток магии вспыхивал, как маленькая звезда, и, ударяясь о броню читаури, оставлял на ней глубокие оплавленные борозды. Нападение на летучую базу ЩИТ до сих пор стояло перед глазами — тот самый миг, когда небо разорвалось от залпов, палубы задрожали, а связь рассыпалась на обрывки помех. Она помнила лица агентов, мелькавшие в проёмах, помнила, как трещали перекрытия… Но сейчас на это не было времени. Ни на воспоминания, ни на страх. Она отправила очередной сгусток сиреневой энергии в ближайший корабль — он врезался в борт с оглушительным треском, по обшивке побежали трещины, из которых повалил густой тёмный дым. Тут же со стороны вражеского звена вырвались ответные выстрелы — ослепительные полосы света, рассекающие воздух. Дженнифер отмахнулась от них привычным движением, формируя перед собой тонкий, но прочный щит: он вспыхнул сиреневым, поглотил удары и рассыпался на искры, чтобы тут же собраться вновь. — Держи темп, не давай им подойти ближе, — прошептала она себе под нос, будто это был личный боевой ритуал, помогавший не потерять фокус. Посмотрев вниз, Дженнифер заметила, что читаури добрались до жителей. Их угловатые фигуры сновали между перепуганными людьми, хватая кого за плечо, кого за рукав, таща к своим кораблям. В воздухе висел тяжёлый запах гари и озона, а над улицами клубился едкий дым, скрывая то, что творилось в переулках. — Чёрт! — выдохнула Дженнифер, стиснув кулаки. Она рванулась вниз — резко, стремительно, будто сама гравитация подчинялась её гневу. Ветер свистел в ушах. Едва оказавшись над толпой, она начала атаку, одновременно пытаясь защитить гражданских. Сиреневая магия окутала её тело, словно вторая кожа — нежная, но плотная, переливающаяся, будто в ней застыли сумерки. От каждого движения по этой дымчатой ауре пробегали волны света, и стоило только читаури направить на неё оружие, как магия вспыхивала ярче, отражая выстрелы. — Феникс, Айси! — протараторила она быстро, резко пригнувшись от выстрела, который пронёсся в сантиметре от её плеча, опалив воздух резким запахом перегретого металла. — Как слышно? — Слышно хорошо, — тут же отозвался в наушнике спокойный, но напряжённый голос Хлои. Дженнифер на секунду прикрыла глаза, словно пытаясь собрать мысли в кучу, и тут же распахнула их, сканируя поле боя. — Вы скоро? — крикнула она, одновременно формируя щит. Он вспыхнул перед группой людей, прижавшихся к стене полуразрушенного здания, — полупрозрачный, сиреневый, с тонкими прожилками света, будто внутри него пульсировали крошечные звёзды. Щит дрожал под градом выстрелов, но держался, издавая тихий, звенящий гул, похожий на перезвон далёких колокольчиков. — У нас критическая ситуация, — голос Димы звучал глухо, будто сквозь помехи и рёв двигателей. — Локи повредил самолёт. Прибежим, как сможем… Только не умри. Дженнифер вздохнула — короткий, горький выдох, в котором смешались усталость, злость и упрямое нежелание сдаваться. — Электра! Берегись! — вдруг крикнул до боли знакомый голос. Она мгновенно сориентировалась — инстинкты сработали раньше, чем мозг успел обработать предупреждение. Дженнифер метнулась вперёд и создала перед собой щит, который вспыхнул густым сиреневым светом, поглотив выстрел. Отдача прошла по рукам дрожью, но она устояла, даже не пошатнувшись, лишь крепче сжала зубы. Повернув голову, она увидела ЭмДжей. Та стояла, прижавшись спиной к стене, с побелевшими костяшками пальцев, сжимавших импровизированное оружие — обломок трубы. Рядом с ней были двое мальчиков‑ровесников, явно не из бойцов. Один — пухленький, с испуганными, но решительными глазами, — прижимал к груди какой‑то рюкзак, будто это был щит. Другой — с кудрявыми волосами, щуплый, ниже Дженнифер где‑то на полголовы, — держался рядом с ЭмДжей, готовый в любой момент заслонить её или броситься вперёд, несмотря на явную нехватку сил. Их лица были перепачканы копотью, волосы слиплись от пота, а в позах читалась та самая отчаянная храбрость, которая бывает только у тех, кто защищает то, что ему дорого. — Уходите отсюда! — крикнула Дженнифер, голос её сорвался на хриплый рык, усиленный магией, чтобы перекрыть грохот битвы. Она отправила поток сиреневой магии в ближайший корабль читаури — волна ударила по обшивке, заставляя металл плавиться и течь, как воск. Корабль накренился, из пробоин повалил густой, маслянистый дым, но тут же из боковых люков посыпались новые отряды. ЭмДжей сжала губы, скрипнув зубами, и кивнула — резко, почти судорожно. В её глазах мелькнуло что‑то похожее на протест, на желание остаться и драться бок о бок с подругой. Она не могла оставить Дженнифер вот так, но и рисковать тайными не могла. И они рванулись прочь, пригибаясь, скользя между обломками, исчезая в лабиринте разрушенных улиц, пока Дженнифер снова повернулась к врагу, чувствуя, как сиреневая магия бурлит в венах, как адреналин смешивается с решимостью. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Локи стоял и смотрел на одну сиреневую точку в небе — она мелькала среди вспышек выстрелов и обломков, то исчезая в дыму, то вновь вспыхивая, как упрямое пламя. Эта девчонка заинтересовала его. От неё шла совсем другая аура — не такая, как от её друзей: не грубая сила, не выученная дисциплина, а что‑то текучее, живое, будто магия была не инструментом, а частью её самой. А тогда, на корабле, когда она отчаянно пыталась остановить его, бросаясь вперёд без расчёта, почти без надежды — он в этом убедился ещё сильней. Её магия до боли странная, не поддающаяся его пониманию: не подчинялась привычным законам, не следовала известным схемам, будто родилась где‑то за пределами тех миров, что он знал. Внезапно под его ногами заклубилась чёрная дымка магии с фиолетовым отливом — тонкие струйки, словно дым от сгоревшего заклинания, потянулись по брусчатке, сплетаясь в узоры. Локи медленно повернул голову. У стены стояла женская фигура. Костюм сидел на ней как вторая кожа — не сковывая движений, но надёжно прикрывая уязвимые места. Чёрная броня с жёсткими рельефными вставками подчёркивала каждый шаг, делая её силуэт хищным и собранным. Светящиеся фиолетовые линии, будто живые молнии, змеились по рукавам и ногам — словно сама магия искала выход, пульсируя в такт её дыханию. Рваный плащ тянулся за ней тёмной волной, будто тень, не успевающая за хозяйкой. На висках поблёскивала тонкая диадема с тёмными кристаллами — не украшение, а часть ритуала, фокусирующая силу. Кристаллы едва заметно мерцали, впитывая и преломляя свет, вытягивая из воздуха малейшие остатки энергии. Ладони были открыты, и Локи заметил на них тонкие, будто вытравленные, следы чёрной магии — шрамы от чужих чар или плата за собственные. — Локи, Локи… — медленно произнесла девушка, смотря на него своими тёмными глазами, в которых не было ни страха, ни восторга — только холодная, острая сосредоточенность. — Жалеешь их? Её голос прозвучал не как упрёк и не как провокация — скорее как проверка, попытка нащупать в нём хоть что‑то, что можно использовать. Или понять. Локи чуть склонил голову, изучая её так же, как изучал древние руны — ища скрытый смысл за каждым изгибом, за каждым словом. — Жалеть — слишком человеческое чувство, — отозвался он, чуть приподняв бровь, но в голосе скользнула едва уловимая пауза, будто он сам проверял, насколько это правда. — Мы все люди… — она подошла ближе, плавно, почти бесшумно, и провела пальцем с острым чёрным маникюром по линии его челюсти — движение вышло не нежным, а скорее хищным, как у кошки, проверяющей, насколько остры когти. — Я тоже жалею… — прошептала она ему почти в губы, а затем вдруг рассмеялась — резко, звонко, будто звук разбитого стекла. Отступив на шаг, она чуть склонила голову, и в её тёмных глазах мелькнуло что‑то холодное и безжалостное. — Но только конкретную персону. Её хищный взгляд метнулся к Дженнифер, которая уже сражалась на земле: вихрь сиреневой магии кружился вокруг неё, отбивая выстрелы, швыряя врагов прочь, защищая прижавшихся к обломкам людей. В каждом её движении сквозила отчаянная, упрямая решимость — она билась не ради славы, а ради тех, кто не мог защитить себя. Локи проследил за её взглядом, и в его мыслях промелькнуло странное: эти две девушки были до странного похожи в том, как они держали спину, когда весь мир рушился. В том, как смотрели на опасность — не как на препятствие, а как на вызов, который нужно принять. Не успел он толком осознать эту мысль, как вдруг оказался в воздухе — словно невидимая рука схватила его за грудки и подняла над брусчаткой. Он даже не успел шевельнуть пальцем, чтобы призвать магию. — Забудь обо мне. Забудь о Таносе. Забудь о камнях, — голос женщины стал твёрдым, как сталь, и в нём больше не было ни намёка на игру. — Встань на сторону Мстителей. Помоги Дженнифер в обучении своих сил. Она пустила чёрную дымку — не обычную магическую завесу, а нечто иное: тонкие, извивающиеся нити, которые не стелились по земле, а тянулись прямо к его вискам, проникая в сознание, словно щупальца, ищущие нужную струну. Локи почувствовал, как в голове вспыхнули чужие образы — лица Мстителей, разрушенные города, сияющие камни бесконечности, — а потом всё это начало тускнеть, стираться, словно кто‑то стёр их мокрой тряпкой. По щелчку её пальцев бог обмана отключился — не потерял сознание, но будто выпал из реальности на долю секунды, когда время замедлилось, а мир стал серым и беззвучным. А когда он снова смог видеть и слышать, то уже летел по воздуху. Незнакомка небрежно откинула его в сторону, даже не глядя, как он падает. Её губы тронула лёгкая, почти незаметная улыбка. — Игра началась, Дженни. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дженнифер старательно отбивалась от атак, но паника в душе нарастала, тяжёлой волной подкатывая к горлу и мешая дышать. Каждый новый залп читаури, каждый крик из переулка, каждый обломок, падающий с рушащегося здания, — всё это складывалось в одну страшную мысль: если они не придумают, как остановить это всё, то Совет директоров стопроцентно сделает свой ход. И всем будет всё равно, сколько жизней сгорит в этом «решении ради спасения планеты». Она отбила очередной удар, выставила щит — сиреневый, дрожащий от напряжения, — и краем глаза заметила, как ещё один отряд читаури прорывается к площади. Времени не оставалось. Совсем. И вдруг, без предупреждения, без шороха шагов или вспышки портала, рядом с ней возник Локи. Он стоял, слегка покачиваясь, будто только что вернулся из долгого падения сквозь пространство, и смотрел на неё так, словно видел впервые. — Прости, смертная, — выдохнул он, и в его голосе не было привычной насмешки, только странная, неловкая тяжесть, будто слова давались ему с трудом. — Я… я не могу. Позволь помочь. Дженнифер на секунду застыла, щит в её руках дрогнул, но не исчез. Она вгляделась в его лицо — в резкие черты, в напряжённые скулы, в опущенные плечи, которые обычно были гордо расправлены. А потом её взгляд упал на его глаза.Раньше они были голубыми — холодными, пронзительными, как осколки льда. Теперь же в них плескалась зелень, густая и неестественная, будто кто‑то залил в них чужую магию. И тут всё встало на свои места. — Ты был под гипнозом, — повторила она твёрже, не сводя глаз с его зелёных глаз. Локи снова провёл ладонью по виску, будто пытался стереть с себя чужую волю, как липкую паутину. — Возможно, — снова признал он, и в этом «возможно» было столько горькой правды, что даже Хлоя на миг опустила лук. — Но сейчас… сейчас я сам себе хозяин. Внезапно рядом просвистела стрела — ледяная, мерцающая, как осколок зимнего неба. Она вонзилась в брусчатку в сантиметре от ноги Локи, рассыпавшись мелкими кристаллами. Хлоя держала лук натянутым, её пальцы побелели от напряжения, а взгляд был острым, как лезвие. — Предупреждаю, — холодно произнесла она, не моргая. — Ещё шаг — и следующая будет не рядом. Дима, сжав кулаки, выпустил из ладоней небольшой огненный шар — тот завис в воздухе, пульсируя жаром, готовый сорваться в любую секунду. — А ну отойди от неё, — процедил он, голос звенел от ярости. Локи не шелохнулся. Он даже не посмотрел на стрелу или на огненный шар. Его взгляд был прикован только к Дженнифер. — Эй, эй, эй! — Дженнифер резко шагнула вперёд, вставая между Локи и своими друзьями, выставив руки в стороны, будто пыталась удержать саму реальность от разлома. — Он за нас. По крайней мере, сейчас. — Что?! — Хлоя чуть не выронила лук. — Какого… хера? Ты серьёзно? После всего, что он сделал? — Серьёзно, — твёрдо ответила Дженнифер, не оборачиваясь. — Посмотри на него. Он не играет. Да, он Локи. Но сейчас в нём нет той самодовольной ухмылки. Он выглядит… сломленным. А это куда страшнее. Дима прищурился, всё ещё не опуская руки, но огненный шар медленно погас, растворяясь в воздухе. — Сломленный Локи, — пробормотал он, качая головой. — Звучит как начало катастрофы. Локи чуть склонил голову, будто принимая эту правду. — Катастрофа уже здесь, — спокойно сказал он. Хлоя медленно опустила лук, но не убрала его полностью. — И что ты предлагаешь? — спросила она, голос звучал жёстко, без доверия. — Просто поверить тебе на слово? Локи едва заметно усмехнулся, но в этой усмешке не было насмешки — только усталость. — Нет. Я предлагаю действовать. Дженнифер на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями. Паника всё ещё царапала изнутри, но теперь к ней примешивалось что‑то ещё — холодная, стальная решимость. — Хорошо, — выдохнула она, открывая глаза и глядя прямо на Локи. — Мы попробуем. Но если ты хоть на секунду покажешься мне не тем, кем кажешься… я не стану спрашивать дважды. Локи коротко кивнул, и на мгновение в его зелёных глазах мелькнуло что‑то от прежнего Локи — не коварство, а упрямая, почти отчаянная решимость человека, который наконец понял, что на кону не игра, а настоящие жизни. — Договорились, — произнёс он, и голос его звучал непривычно серьёзно. — Тогда за дело. Время не ждёт. — Как закрыть портал? — выдохнул Дима, оглядываясь на рушащиеся фасады и на чёрные силуэты читаури. Локи чуть наклонил голову, будто прислушивался не к вопросу, а к самому ритму битвы, к тому, как дрожит воздух от чужой магии. — Нужен мой скипетр, — спокойно, но твёрдо ответил он. — В нём сила Тессеракта. Только так мы сможем стабилизировать разлом и схлопнуть его изнутри. Без него любые попытки будут лишь временной заплаткой — портал снова откроется, и в этот раз шире. Дженнифер стиснула зубы, чувствуя, как магия внутри неё пульсирует в такт бешеному ритму сердца. — И где он? — спросила она, голос прозвучал жёстче, чем она хотела, но сейчас не было места для мягкости. — «Старк Индастриз», — коротко бросил Локи, не отводя взгляда. Дима резко развернулся к нему, в глазах вспыхнула ярость, смешанная с отчаянием. — Ты что, блин, издеваешься?! — выкрикнул он, взмахнув рукой так, будто хотел стряхнуть с себя весь этот абсурд. — Мы не проберёмся через это всё! Читаури перекрывают каждый квартал! Это самоубийство! Локи едва заметно приподнял бровь — и в этом жесте вдруг проскользнуло что‑то от его прежней, невыносимой самоуверенности. Но в нём не было насмешки. — Нет, — твёрдо сказал он, глядя Диме прямо в глаза. — Проберёмся. Хлоя, до этого молча оценивавшая обстановку, наконец шагнула вперёд, её пальцы снова крепко сжали лук, но взгляд был устремлён не на Локи, а на Дженнифер. — У нас есть план «Б»? — тихо, почти шёпотом спросила она, будто боялась спугнуть хрупкое равновесие между надеждой и безумием. Дженнифер медленно покачала головой. — Плана «Б» нет, — призналась она, и эти слова прозвучали тяжелее любого заклинания. — Только «А». И он звучит как «проберёмся». — Вы что там, трое, с ума сошли?! — голос Тони в наушнике сорвался на хриплый рык, будто он одновременно кричал и пытался удержать рвущуюся из реактора энергию. — Мы тут, значит, пытаемся этого огромного летающего жука отвлечь — я в костюме кручусь вокруг него, как цирковой акробат, а вы там Локи поверили и идёте за ним?! Серьёзно?! Дженнифер на секунду прижала ладонь к виску, будто это могло приглушить не только голос Тони, но и ту тяжесть, что давила на плечи. Она коротко глянула на Локи — тот стоял неподвижно, не пытаясь ни оправдываться, ни язвить. В его позе было что‑то непривычно собранное, почти… покорное. — Пап, всё в норме, верь нам, — спокойно, но твёрдо ответила Дженнифер, и в этом «пап» прозвучало столько уверенности, что даже Дима покосился на неё с лёгким удивлением. — У нас есть единственный шанс закрыть портал. Для этого нужен скипетр. В наушнике повисла короткая, звенящая пауза. — Ты понимаешь, насколько это звучит как план, который придумал сам Локи, чтобы всех нас угробить? — наконец выдохнул Тони, и в его голосе слышалась не только злость, но и страх — тот самый, который появляется, когда понимаешь, что твои дети лезут в самое пекло. — Понимаю, — ровно сказала Дженнифер. — Но я вижу его глаза. Он был под контролем. Сейчас… он сам по себе. И он единственный, кто знает, как закрыть разлом. Локи чуть склонил голову, будто принимая эту странную защиту от девочки, которую пытался убить. — И да, Беннер? — Дженнифер чуть повысила голос, стараясь, чтобы в нём не дрогнула усталость. — Появился, — коротко ответил Тони. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Слёзы заливали глаза, но Дженнифер всё равно бежала — ноги сами несли её вперёд, будто если она остановится хоть на секунду, весь мир рассыплется в пыль. Совет директоров всё-таки нажал кнопку. Ядерка рванула к Нью‑Йорку, неся с собой конец всего, что было дорого. Но Тони… Тони перехватил её. В последнюю долю мгновения, когда время будто застыло, он перенаправил заряд — прямо в корабль Читаури, зависший в космосе. Взрыв озарил небо ослепительной вспышкой, и на миг даже тьма отступила. А потом всё стихло. Не по-хорошему, а тяжело, звеняще — как тишина после грома, когда понимаешь: худшее ещё впереди. Подбежав к месту, где лежал отец, Дженнифер резко остановилась, и этот рывок отозвался внутри острой, режущей болью. Тони лежал на земле, неподвижный, броня раскрыта, реактор погас. Рядом стояли Стив, Клинт, Наташа и Тор — их лица были словно высечены из камня, но в глазах читалось то, чего Дженнифер боялась больше всего: сочувствие. А за её спиной, тяжело дыша, замерли Дима, Хлоя и Локи. Дженнифер рухнула на колени рядом с отцом, схватила его руку. — Нет… — прошептала она, голос сорвался, и слова полились дальше, сбивчиво, отчаянно. — Пап, пожалуйста, не оставляй меня… Прошу, пап, вставай. Пошли домой, ладно? Просто… просто встань. Мы всё исправим, я обещаю, только не уходи, не сейчас, не так… Она прижала его ладонь к своей щеке, будто пыталась впитать в себя его тепло, удержать его здесь, в этом мире, любой ценой. Слёзы катились по щекам, падали на броню, исчезая в царапинах и вмятинах. Стив медленно подошёл и осторожно положил руку ей на плечо. Его прикосновение было твёрдым, надёжным, но сейчас оно не давало опоры — только напоминало, что она не одна, но и не может ничего изменить. Наташа стояла чуть в стороне, сжав кулаки, а Тор смотрел в небо, будто пытался найти там ответ, который не мог дать словами. Внезапно Халк громко, яростно рыкнул, и этот звук прокатился по площади, заставляя землю дрогнуть. Все вздрогнули, обернулись на него — и в этот миг Дженнифер услышала то, ради чего была готова отдать всё: громкий, хриплый, но такой родной вдох. Тони пошевелился. Его веки дрогнули, потом открылись. Реактор в груди тихо щёлкнул и снова загорелся мягким голубым светом — как будто сердце вернулось к жизни. Но Дженнифер не сразу поверила. Она всё ещё сжимала его руку, вглядываясь в его лицо, будто проверяя, не обманывает ли её надежда. — Что случилось? — прохрипел он, моргая, будто пытаясь прогнать туман перед глазами. — Надеюсь, меня никто не целовал. И тут её прорвало: смех сквозь слёзы, дрожащий, почти истеричный, но настоящий. Она уткнулась лбом в его плечо, всё ещё не отпуская его руку, будто боялась, что если разожмёт пальцы — он снова исчезнет. — Дурак, — всхлипнула она, и в этом слове была вся её боль, весь страх, вся любовь, которую она никогда не умела говорить правильно. — Ты чуть не убил меня. Ты не имеешь права… не имеешь права так со мной поступать. Ты обещал, что всегда будешь рядом. Ты обещал! Тони слабо улыбнулся, повернул голову и посмотрел на неё так, как умел только он — с этой смесью иронии и безграничной, упрямой любви. Он поднял свободную руку и неловко, будто каждое движение давалось с трудом, погладил её по волосам. — Прости, Штормик, — тихо сказал он, и впервые в его голосе не было привычной бравады, только усталость и искренность. — Но я не мог поступить иначе. Если бы эта штука упала на город… ты бы меня не простила. Дженнифер покачала головой, не поднимая лица, и крепко вцепилась в край его брони. — Я бы не простила, если бы ты умер, — прошептала она. — Пожалуйста, больше никогда так не делай. Даже ради спасения мира. Дима, стоявший чуть позади, шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу, будто только сейчас позволил себе поверить, что всё обошлось. — Ну наконец‑то, — буркнул он, голос дрогнул, и он тут же закашлялся, пряча это за неловким жестом. — А то я уже начал придумывать речь для похорон. И, честно, у меня плохо с речами. Хлоя тихо рассмеялась, но тут же снова стала серьёзной, оглядывая площадь, будто проверяя, не подкрадывается ли новая угроза. Локи стоял чуть поодаль, не вмешиваясь, не пытаясь шутить. Он просто смотрел на эту маленькую, невозможную сцену: на отца и дочь, на команду, которая держалась на честном слове и упрямстве. И в его зелёных глазах мелькнуло что‑то новое — не торжество, не насмешка, а тихое, почти благоговейное уважение. Тор шагнул вперёд, протянул руку Тони и помог ему сесть. — Ты сделал то, что должен был, — произнёс он, голос звучал низко и твёрдо. — Но впредь… не заставляй смотреть, как ты умираешь. Даже понарошку. Тони хмыкнул, коснулся реактора, проверяя показатели, и наконец посмотрел на всех по очереди — на Дженнифер, на друзей, на Локи, который всё ещё стоял в стороне. — Ладно, — выдохнул он, снова становясь тем самым Тони Старком, который всегда знал, что делать дальше. — Боеголовка уничтожена, корабль Читаури разлетелся на куски. Но это ещё не конец. Он снова посмотрел на Дженнифер, и в его взгляде было столько гордости и страха одновременно, что у неё снова защипало глаза — но теперь уже не от горя, а от того, что они всё ещё здесь. Вместе. — Так что, — Тони чуть приподнял бровь, возвращая себе привычную дерзкую ухмылку, — кто со мной? Пора навести порядок.