Глава 20

      Я курила в ванной, облокотившись на стену. Дым проникал в легкие. Дышать было легче, чем раньше. Или я просто убеждала себя в этом. Дверь открылась с мерзким скрипом. Корица.       — Софа, нам нужно пого… — начал Андрей, но тут заметил сигарету в моих руках. — Ты что творишь?!              Он резко вырвал сигарету из моих пальцев и вышвырнул в окно. Я глубоко вздохнула. Пачка не упала на меня с неба. Достать ее было сложнее, чем я думала. Когда я стянула ее на кухне, Володя почти спалил меня.       — Это Морозов тебя подсадил? Хотя нет, к черту. Нам нужно поговорить, — он взял меня за руку.       Нет. Не нужно.       Андрей смотрел на меня, терпеливо ожидая ответа. Раньше от взгляда карих глаз в животе бушевали бабочки. Что произошло со мной?       — Я не хочу, — ответила я, аккуратно освободив руку и отвернулась к окну.       Авдеев резко развернул меня обратно. Его взгляд изменился. Напряглись скулы, дрогнул кадык.       — Софа, я понимаю... — я снова перебила Андрея.       — Нет. Андрей, ты не понимаешь. У тебя осталась сестра, у меня — никого, — я смотрела парню в глаза.       В его взгляде со скоростью света менялись эмоции. Злость, сочувствие, бессилие. В груди неприятно сжалось. Я не хотела причинять ему боль. Это было неправильно.       В последние дни все мои поступки и мысли сводятся к тому, что правильно, а что нет. А не к тому, чего я по-настоящему хочу. Что чувствую.       — Прости. Я не хотела делать тебе больно, — тихо сказала я.       Андрей подошел ближе и положил руку мне на плечо. Я не поднимала головы. Не хотела смотреть ему в глаза.       — Я знаю. Тебе нужно время. Я подожду. Я буду рядом, — он нежно поцеловал меня в макушку и вышел из ванной.       Я достала новую сигарету. Закурила машинально. Будто это правда могло помочь мне что-то почувствовать. Максу ведь помогает, почему не работает у меня? Я какая-то неправильная?       Нужно было отправляться на завтрак. Хоть я и не была голодна. Все ребята уже собрались. Я почувствовала на себе сразу два взгляда. Один — пронизывающий, давящий, холодный. Второй — нежный, обволакивающий.       — Есть новости от Савкиной? — спросил Авдеев, когда я села рядом с ним.       Морозов встретился со мной глазами. Усмехнулся, как обычно. Никто не ответил на вопрос.       — Кто бы сомневался, — буркнул Макс.       — Может, она с ними заодно? — предположил Рома.       Я бы ничему не удивилась. Могло произойти что угодно. И я уже переставала верить, что способно ввести меня в ступор.       — Нам нужно было быть осторожнее, — прошептала Вика.       После нашей драки с Самойловой Вика намеренно избегала меня. Даже не смотрела в мою сторону. Слишком сильно она сдружилась с блондинкой. Мимо проходила Маша, под мышкой у нее была газета. Я попросила уборщицу отдать ее мне.              Пробежавшись взглядом по статьям, я нахмурилась.       — Что, плохой прогноз погоды? — усмехнулся Макс.       Лучше бы он.       — Судья Савкина пропала во время судебного процесса, — процедила я сквозь зубы.       Андрей забрал газету из моих рук. Не верил моим словам. Я сложила руки на груди.       — И что нам теперь делать? — голос Даши дрогнул.       — Что-что, у нас снова ничего нет, — спокойно сказала я.       Хоть в душе и скреблись кошки. Казалось, меня уже не трогала эта ситуация так глубоко, как раньше. Но все же... Раздражение накрыло с головой. Реальность стала заевшей пластинкой.       — Вик, у тебя сохранилось видео Темы? — спросил Авдеев.       — Нет, — вздохнула девушка. — Я его стерла.       Я задумалась. Провела рукой по волосам.       — Можно восстановить его? Ты же компьютерный гений, — спросила я.       Вика зыркнула на меня, но все же ответила:       — Есть одна программа. Можно попробовать.       Я оставила завтрак, и мы побежали в комнату. Вика нервно стучала по клавишам, Андрей стоял около двери и следил, чтобы никто не подходил. Я села на кровать. Макс развалился рядом. Не слишком близко, чтобы наши колени соприкоснулись, но достаточно, чтобы я чувствовала его запах.       — Ну что там? — спросил Авдеев.       Он обернулся и посмотрел на меня. Когда заметил рядом Морозова, нахмурился, но промолчал.       — Загружается, — процедила Вика сквозь зубы.       Даша нервно кусала губы. Рома ходил по комнате, Макс сложил руки на груди. Я не испытывала ярких эмоций. Была уверена, что нас снова ждал провал. Это было довольно пессимистично, но правдиво. Я не обманывала себя несбыточными надеждами. Глупыми мечтами.       — Нет времени, пошли, — сказал Рома.       Мы все направились к выходу. Макс прикрыл крышку ноутбука и спрятал его под свою кровать. Даша задержала взгляд на парне дольше, чем нужно. На секунду я напряглась, но прогнала сомнения.       Вика отвела взгляд, как только я вошла в зал фехтования. Невозможно было игнорировать, как девушка избегала меня. Она не оставалась со мной в комнате наедине, не смотрела мне в глаза, не разговаривала со мной. У нас и так были натянутые отношения, но сейчас стало еще хуже. Меня это мало напрягало. До определенного момента.       А вот Самойлова, наоборот, хищно улыбнулась мне, так, будто увидела свою добычу. После нашей стычки она стала смелее. У нее есть защита в виде Кузнецовой и учителей. Виктор и Елена закрывают глаза на мои поступки. У меня же умерла тетя. Но вечно мне не будут прощать грехи.       — Вика, Софья, вставайте. Посмотрим, чему вы научились, — сказал учитель.       Я сжала кулаки и закатила глаза. Одноклассница даже не взглянула на меня. Мы молча встали. Надели маски, я поправила форму и размяла шею.       Я услышала громкий хлопок учителя, что означало начало нашего поединка. Несколько выпадов проходили нормально, но Вика стала слишком агрессивной. Или мне так показалось?       Шпага соперницы полоснула по плечу. Ткань неприятно затрещала. Я дернулась и прошипела от боли. Сразу сорвала маску и отбросила ее на пол. Девушка повторила за мной. Перед глазами вспыхнули искры, и Кузнецова наконец встретилась со мной взглядом.       — Какого черта? — воскликнула я.       Это месть за Юлю? Или все еще злость из-за Морозова? В любом случае я этого не заслужила.       — Я случайно, — голос девушки дрогнул.       — Ну разумеется, — я схватилась за плечо.       Боль почти не чувствовала. Я злилась. Сильно. Я была уверена, что этот порез был намеренным.       — Разойдитесь, — учитель встал между нами. — Она сказала, что случайно.       Я зыркнула на Юлю. Она смотрела на меня почти не моргая и улыбалась своей ядовитой улыбкой. Хотелось кинуть в нее шпагу в надежде, что она попадет прямо в сердце.       — Вы сами в это верите? — усмехнулся Макс.       Я обернулась. Морозов не смотрел на меня. Краем глаза я заметила Дашу, которая незаметно юркнула в коридор. Вика замерла. Лицо побледнело. Ее руки стали дрожать. Она переводила взгляд с Морозова на меня. Девушка не могла поверить, что одноклассник встал на мою сторону. Ее трясло. Я усмехнулась про себя. Хоть кто-то поверил мне, даже если это был Морозов.       — Макс, — прошипел Андрей.       Я напряглась. Авдеев защищал Вику или просто был за справедливость? Я не знала. Раньше я бы точно не сомневалась, а сейчас…       Я быстро покинула зал. Если бы кто-то захотел меня остановить, у него просто не осталось бы такой возможности. Впрочем, вряд ли кто-нибудь этого хотел.       На ходу стянула экипировку, кинула ее в раздевалке вместе с оружием и отправилась в ванную. В коридоре увидела Дашу, которая тихо закрывала дверь комнаты парней. Я прижалась к стене, чтобы она не заметила меня, но девушка пошла в противоположную сторону.       — Что за… — прошептала я себе под нос.       Нет. Это невозможно. Ей просто что-то понадобилось в комнате. Не могла же она удалить видео. Не Даша. Только не она.       Я твердила это себе не раз, пока смывала кровь с плеча. Но ведь я видела, как она ночью возвращалась ночью, как избегала моего взгляда. Нет, это ничего не значит. Правда же?       После звонка я тут же пошла в комнату одноклассников. Все уже собрались и толпились вокруг ноутбука. Никто не придал значения нашей потасовки с Викой. Я не знала, радует меня это или расстраивает. Жалости я не хотела, но нуждалась в поддержке. И получила ее. От Морозова.       Я подошла ближе и заглянула через плечо Старковой — хотелось понять, что происходит за столом. Вика сидела, не отрываясь от экрана, почти не моргая.       — Ну? Восстановилось? — спросила я, нарушив тишину.       Кузнецова агрессивно стучала по клавишам, словно пыталась выбить из компьютера нужную информацию.       — Ерунда какая-то… — пробормотала Вика. — Всё исчезло.       — В смысле? — мой голос дрогнул.       — Я… Я не понимаю, что произошло, но файл удален, — нервно ответила одноклассница, покусывая губы.       Я сжала кулаки. Конечно. Я даже не удивилась. Это уже давно перестало быть совпадением.       — Может, какой-то сбой? — спросила Даша, пытаясь отыскать хоть крупицу надежды.       Я покосилась на соседку. Она смотрела прямо перед собой, намеренно избегая моего взгляда, хоть и не подозревала, что я видела ее в коридоре. Внутри все болезненно сжалось. Нет, у меня нет никаких доказательств. И всё же…       Все внутри кричало, что это сделала Даша. Но я не позволяла себе произнести это даже мысленно. Я не могла поступить так, как поступили со мной. Да, отчасти меня гнало вперед чувство справедливости, но еще больше — упрямство.       — Двадцать восемь минут назад кто-то удалил видео, — сказала Вика, резко захлопнув ноутбук.       Я смотрела на Дашу не отрываясь. Она нервно сглотнула, но ни один мускул на ее лице не дрогнул.       — Восстановление невозможно, — прошипела Кузнецова сквозь зубы.       Андрей опустился на пол, Рома уместился рядом. Макс наматывал круги по комнате.       Я прислонилась к стене и прикрыла глаза. Что бы мы ни предпринимали — провал. Каждый гребаный раз. Я перестала надеяться на счастливый финал. Вопрос был уже не в том, победим ли мы. А в том, что или кто исчезнет следующим.       Макс резко провел рукой по лицу, будто пытался взять себя в руки. Не получилось. В следующее мгновение стул уже летел в стену. Я вздрогнула от резкого грохота.       — Дарья Старкова, просьба пройти в кабинет директора, — послышался голос Елены Сергеевны из громкоговорителя.       — Этой что от меня нужно? — буркнула одноклассница себе под нос.       На секунду лицо Даши побледнело, но уже через миг она снова выглядела спокойной.       Почти все вышли за ней, я осталась. Андрей задержался, доставая тетради из тумбочки.       — Кто-то из нас предатель, — спокойно сказал парень.       Я обернулась и встретилась с ним взглядом. В глазах был холод. Непривычный, глубокий, давивший со всех сторон.       — Этого не может быть, — прошептала я.       Я пыталась убедить в этом себя.       — Про ноутбук знали только мы. И чердак обчистили, — Андрей взял меня за руку.       Сердце на миг перестало биться.       — Я видел, как Даша выходила из зала во время урока. Именно тогда у нас удалили видео, — Авдеев пронизывал меня взглядом.       Я не одна сомневалась в Даше. Мне это не показалось. Но от этого стало только больнее.       Хоть я почти ничего не чувствовала большую часть времени, предательство подруги било под рёбра с такой силой, что можно было сломать кости.       — А вдруг это я? Я тоже выходила из зала, — я сощурилась.       Андрей даже не задумался.       — Я тебе верю. Всегда, — прошептал парень. — Я всегда на твоей стороне.       — Да. Но сегодня ты защищал Вику, когда мне это было нужнее всего.       Я высвободила руку. Мы молчали. Авдеев уже собирался что-то сказать, но не решился. Я не хотела слушать и молча вышла из комнаты.       Ментол мгновенно проник под кожу.       Морозов стоял около комнаты, облокотившись на стену. Он бросил на меня ленивый взгляд, но даже не подумал повернуться.       — Подслушивать нехорошо, — я облокотилась рядом.       — Я никогда не называл себя хорошим, — усмехнулся Макс.       — Я видела, как Даша заходила к вам во время урока. И вчера она вернулась с улицы уже после отбоя, — тихо сказала я.       Признание оказалось пыткой. Каждое слово — игла под кожу. Макс даже не повернул головы. Только уголок губ едва дрогнул. На этот раз без привычной насмешки.       — Так она крыса? — уточнил парень, наконец встретившись со мной взглядом.       — Я не знаю... — прошептала я.       — Мы проверим.       Он уже что-то придумал. Я поняла это раньше, чем он сделал первый шаг.