Часть 7

Утро в Конохе начиналось как обычно. На улицах уже открывались магазины, люди спешили по своим делам, а на тренировочной площадке снова собирались команды генинов. Но для Чочо утро было тяжёлым. Чочо сидела на скамейке, опустив голову. Пакет с чипсами лежал рядом, но она даже не открыла его. Это уже было ненормально. Очень ненормально. — Чочо. Она подняла голову. Перед ней стоял Шикадай  Он смотрел на неё внимательно. Слишком внимательно. — Ты сегодня опять ничего не ешь. Она быстро улыбнулась. — Просто не хочу. — Ты? Не хочешь есть? Он скрестил руки. — Это подозрительно. Чочо попыталась отшутиться. — Может, я на диете. Шикадай прищурился. — Ты ужасно врёшь. Она почувствовала, как сердце неприятно сжалось. — Я не вру. — Тогда объясни. Он сел рядом. — Ты стала бледной. — Не стала. — Ты кашляешь. Чочо замерла. Шикадай продолжил спокойно: — И вчера ты исчезла раньше всех. Он достал из кармана маленький лепесток. Белый. Лилия. — И я нашёл это на площадке. Чочо почувствовала, как внутри всё холодеет. — Это… просто цветок. — Да. Он посмотрел ей прямо в глаза. — Но такие цветы не растут на тренировочной площадке. Тишина между ними стала тяжёлой. Шикадай тихо сказал: — Это Ханахаки? Чочо резко отвела взгляд. И этого было достаточно. Он всё понял. — Чочо… Она резко встала. — Не говори никому. Её голос дрожал. — Пожалуйста. Шикадай смотрел на неё серьёзно. — Кто? Она покачала головой. — Я не скажу. — Чочо… — Это не имеет значения! Она почти крикнула. Шикадай нахмурился. — Если это Ханахаки, то имеет. Она тихо сказала: — Даже если я скажу… это ничего не изменит. Её руки слегка дрожали. — Он всё равно любит другую. Шикадай замер. Он начал быстро складывать всё в голове. Кто рядом с ними. Кто может быть этим человеком. И вдруг одна мысль появилась слишком ясно. Он тихо сказал: — Это… Но договорить он не успел. Чочо вдруг резко согнулась. — Кха…! Сильный кашель вырвался из груди. Она прикрыла рот рукой. Лепестки посыпались на землю. Много. Слишком много. Белые лилии. Шикадай побледнел. — Чочо! Она опустилась на колени. Кашель становился всё сильнее. — Кха… кха…! Среди лепестков начали появляться маленькие цветы. Настоящие. Шикадай почувствовал холод по спине. — Чёрт… Это было хуже, чем он думал. Он быстро опустился рядом. — Чочо, ты должна пойти в больницу. Она покачала головой. — Нет… — Это опасно. — Я знаю. Её глаза были влажными. — Но я не могу. — Почему?! Она тихо прошептала: — Потому что тогда придётся сказать… кого я люблю. Шикадай смотрел на неё несколько секунд. Потом тихо сказал: — Это Боруто? Чочо замерла. Тишина длилась всего секунду. Но этого было достаточно. Шикадай закрыл глаза. — Чёрт… Он медленно выдохнул. Теперь всё стало понятно. Почему она смотрела на команду семь. Почему ей становилось хуже рядом с ними. И почему она так страдала. Потому что Боруто любил Сараду. А Чочо любила его. Шикадай тихо сказал: — Это ужасная ситуация. Чочо слабо улыбнулась сквозь слёзы. — Я знаю. Он вдруг мягко положил руку ей на плечо. — Но ты всё равно должна жить. Она тихо спросила: — Как? Шикадай посмотрел на лепестки. И честно ответил: — Я пока не знаю. Но я что-нибудь придумаю. Даже если придётся перевернуть всю Коноху.