Часть 9

День в Конохе медленно клонился к вечеру. Тренировка уже закончилась, и площадка постепенно пустела. Ветер шевелил траву, а солнце опускалось за деревья, окрашивая всё вокруг мягким золотым светом. Чочо шла по тропинке между деревьями, стараясь дышать ровно. Каждый вдох давался тяжелее. Она уже привыкла к этому ощущению — будто что-то медленно растёт внутри её груди, сжимая лёгкие всё сильнее. Но сегодня было хуже. Гораздо хуже. Она остановилась возле дерева, закрыв глаза. — Только немного… — прошептала она. Но кашель пришёл внезапно. — Кха…! Она резко согнулась, прижимая руку ко рту. Белые лепестки упали на землю. Один. Потом второй. И ещё. Чочо сжала ладонь, пытаясь остановить это, но дыхание стало ещё тяжелее. — Кха… кха…! Среди лепестков появился маленький цветок лилии. Она смотрела на него с болью. — Даже… ты… Слёзы медленно скатились по её щекам. Она быстро вытерла их. Нельзя плакать. Нельзя показывать. Она уже собиралась идти дальше, когда услышала шаги. — Чочо? Она вздрогнула. Перед ней стояла Сарада. Сарада остановилась, внимательно посмотрев на неё. — Ты здесь? Чочо быстро отвернулась. — Просто гуляю. Сарада подошла ближе. — Ты плохо выглядишь. — Всё нормально. — Нет. Сарада нахмурилась. — Ты бледная. Чочо попыталась улыбнуться. — Просто устала. Но Сарада уже заметила лепестки на земле. Она наклонилась и подняла один. Белая лилия. Её глаза слегка расширились. — Это… Чочо резко сказала: — Просто цветок. Сарада посмотрела на неё. Очень внимательно. — Чочо. Она подошла ближе. — Ты кашляешь цветами? Тишина стала тяжёлой. Чочо не отвечала. Сарада тихо сказала: — Это Ханахаки? Чочо закрыла глаза. Она знала, что Сарада умная. Слишком умная. Скрывать долго не получится. Но сказать правду… Она не могла. Сарада мягко взяла её за руку. — Скажи мне. Её голос стал тише. — Кто? Чочо резко выдернула руку. — Это неважно. — Важно! Сарада сказала это неожиданно резко. — Если это Ханахаки, ты можешь умереть! Чочо тихо ответила: — Я знаю. Сарада замерла. — Тогда почему ты молчишь?! Чочо опустила голову. — Потому что это ничего не изменит. Её голос дрожал. — Он всё равно любит другую. Сарада почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Она тихо спросила: — Это кто-то из наших? Чочо молчала. Сарада сделала шаг ближе. — Это… Боруто? Мир будто остановился. Чочо резко подняла голову. И в её глазах была боль. Этого выражения было достаточно. Сарада побледнела. — Нет… Она тихо прошептала: — Нет… Её руки слегка дрогнули. — Чочо… Она не знала, что сказать. В голове сразу возникли воспоминания. Все моменты. Как Чочо иногда смотрела на Боруто. Как она всегда была рядом. Как она улыбалась. Сарада тихо сказала: — Почему ты никогда ничего не говорила? Чочо слабо усмехнулась. — Потому что видела… как вы смотрите друг на друга. Сарада замерла. Чочо продолжила тихо: — Я не хотела разрушать это. В груди снова стало больно. Она согнулась. — Кха…! Ещё один цветок упал на землю. Сарада испуганно опустилась рядом. — Чочо! Чочо тяжело дышала. — Прости… Сарада осторожно поддержала её за плечи. — Тебе нужно в больницу. — Нет. — Чочо! — Я не хочу, чтобы кто-то знал. Сарада смотрела на неё с болью. — Ты можешь умереть. Чочо тихо сказала: — Может быть. Эти слова ударили Сараду сильнее, чем она ожидала. Она вдруг почувствовала странную тяжесть. Вину. Потому что она понимала. Если Чочо любит Боруто… значит именно её любовь к нему медленно убивает подругу. Сарада тихо сказала: — Это… моя вина? Чочо резко подняла голову. — Нет! Она покачала головой. — Никогда так не говори. Её голос стал неожиданно твёрдым. — Любовь — это не вина. Сарада смотрела на неё со слезами в глазах. — Но если бы не я… Чочо мягко улыбнулась. — Он бы всё равно не полюбил меня. Тишина между ними стала тяжёлой. В этот момент неподалёку стояли ещё двое. Шикадай и Сумирэ. Они случайно услышали часть разговора. Шикадай тихо выдохнул. — Чёрт… Сумирэ закрыла рот рукой. Теперь всё стало окончательно ясно. Чочо любит Боруто. А Боруто любит Сараду. И эта любовь медленно убивает её. Шикадай тихо сказал: — Мы должны что-то сделать. Сумирэ посмотрела на него. — Но что? Шикадай посмотрел на Чочо. И впервые за долгое время его лицо стало серьёзным. — Найти способ спасти её. Любой ценой.