Глава 19.Танго на пепелище

Первым делом Габриэль наняла целое агентство, но через два дня уволила их всех. Никто не мог понять её видение: она не хотела «белого и пушистого». Она хотела «величественного и опасного». В итоге она взяла управление в свои руки, превратив одну из гостевых комнат особняка в оперативный штаб. — Илья, посмотри на это, — она разложила на огромном столе эскизы декора. — Основной темой будет «Лед и Обсидиан». Черные каллы, прозрачное стекло, имитирующее глыбы льда, и серебряные нити. Илья, который только что вернулся с тренировки на их черном льду, подошел к ней, вытирая шею полотенцем. Он взглянул на эскизы и усмехнулся. — Ты хочешь, чтобы гости чувствовали себя как в склепе или как в «Зеро»? — Я хочу, чтобы они чувствовали наше превосходство, — Габриэль прикусила колпачок ручки, её глаза лихорадочно блестели. — Мы пригласим всех. Семью Романо, остатки Федерации, Моретти. Все, кто пытался нас сломать, должны увидеть, как мы надеваем друг другу кольца. Это будет их публичное поражение. Илья обнял её сзади, заглядывая через плечо. — Ты превращаешь нашу свадьбу в казнь, Габи. Мне это нравится. Платье и Костюм Для пошива платья Габриэль вызвала команду дизайнеров из дома Schiaparelli прямым рейсом из Парижа. Она отказалась от традиционного белого. — Оно должно быть цвета «лунного льда», — инструктировала она мастеров. — Тончайший шелк, расшитый вручную тысячами микроскопических черных бриллиантов, которые будут мерцать только при движении. И корсет должен быть жестким, как доспехи. Примерки длились часами. Габриэль стояла неподвижно, пока портные задыхались от напряжения. На её теле всё еще были едва заметные следы их бурного прошлого, и она не просила их скрывать. — Это часть моей истории, — холодно говорила она, когда дизайнер предлагал более закрытый фасон. — Оставьте спину открытой. Костюм Ильи был отдельным произведением искусства. Черный бархат, который поглощал свет, и подкладка из темно-красного шелка — цвета запекшейся крови. На лацкане — неизменная брошь-копье, но теперь в паре с крошечным пиковым тузом. Лиза Особое место в подготовке занимала Лиза. Илья настоял на том, чтобы его сестра была главной цветочницей. Для неё Габриэль заказала платье, которое сделало девочку похожей на маленькую сказочную принцессу, но в стиле их дома — нежно-серое с серебром. Илья проводил с сестрой всё свободное время, лично выбирая для неё украшения. — Ты будешь самой красивой, мелкая, — говорил он, надевая ей на шею крошечный кулон с сапфиром. — И ничего не бойся. В этом доме тебя никто не тронет. Лиза смотрела на Габриэль с восторгом и легким опасением. Она чувствовала силу этой женщины, но видела, как Илья меняется рядом с ней. — Габи теперь наша семья? — шепотом спросила она брата. — Габи — это и есть наш мир, Лиза, — серьезно ответил Илья. Список гостей и Безопасность Это была самая сложная часть. Габриэль лично вычеркивала и добавляла имена. — Мы посадим Лоренцо Моретти за один стол с прокурором, который ведет его дело, — Габриэль хищно улыбнулась Марку, который занимался логистикой. — Пусть понервничают. Безопасность особняка была усилена до уровня военного объекта. Габриэль наняла частную охранную фирму, состоящую из бывших спецназовцев. Каждое приглашение содержало чип, который отслеживал перемещение гостя по территории. — Если кто-то пронесет хотя бы столовый нож без моего ведома — головы полетят у всех, — Марк кивнул, понимая, что Габриэль не шутит. Кольца Кольца они заказывали в Швейцарии. Для Ильи — массивная полоса из черного титана с гравировкой «Queen’s Guard» внутри. Для Габриэль — платиновое кольцо, дополняющее её черный бриллиант, с надписью «Ares’s Soul». За неделю до свадьбы Илья привел Габриэль на их черную арену в подвале. Там уже стоял алтарь — огромная глыба прозрачного льда, внутри которой были заморожены сотни черных роз. — Здесь мы скажем «да», — Илья притянул её к себе. — Среди этого льда. Там, где мы настоящие. Габриэль прижалась к нему, закрыв глаза. Подготовка измотала её, но это была приятная усталость. Она чувствовала, как их жизни окончательно сплетаются в одну тугую нить, которую не разрезать ни одному ножу в мире. — Мы почти у цели, Арес, — прошептала она. — Осталось только выйти к ним и показать, кто здесь хозяева. — Мы уже победили, Габи, — Илья поцеловал её в лоб. — Всё остальное — просто декорации для нашего триумфа. Их ссоры во время подготовки были короткими, но разрушительными. В особняке то и дело звенел разбитый хрусталь или раздавались крики, от которых прислуга в ужасе разбегалась по углам. Первая серьезная стычка: Список «стервятников» Всё началось в кабинете Габриэль. Она разложила на столе окончательный список гостей, и когда Илья увидел там фамилии людей из Федерации, которые год назад голосовали за его отстранение, его глаза налились кровью. — Ты с ума сошла? — Илья швырнул папку со списком прямо в стену. — Ты зовешь этих крыс в наш дом? Людей, которые пытались стереть меня в порошок? Габриэль даже не вздрогнула. Она медленно поправила свой идеальный маникюр и подняла на него ледяной взгляд. — Илья, не будь ребенком. Мы зовем их не на ужин. Мы зовем их, чтобы они посмотрели, как ты надеваешь мне кольцо на палец, владея половиной их активов. Это публичное унижение. Я хочу видеть, как они будут давиться икрой, зная, что мы можем уничтожить их одним звонком. — Мне плевать на твои политические игры! — прорычал Илья, подходя к ней вплотную и упираясь руками в стол. — Мой дом — это моя крепость. Я не хочу видеть здесь их рожи. Я не хочу, чтобы они дышали тем же воздухом, что и Лиза! — Лиза под охраной! — выкрикнула Габриэль, вскакивая. — Ты думаешь, я не забочусь о ней? Я строю наше будущее, Илья! Если мы их не пригласим, они подумают, что мы всё еще прячемся. Мы должны показать им свою силу! — Сила — это когда ты можешь их убить, а не кормить их за свой счет! — Илья смахнул со стола всё: ноутбук, документы, лампу. Шум был оглушительным. Габриэль замерла, её грудь бурно вздымалась. Она подошла к нему и с силой толкнула его в грудь. — Ты просто мужлан с коньками на плечах! Ты ничего не понимаешь в стратегии! Илья перехватил её руки, прижимая их к её туловищу и впечатывая Габриэль спиной в книжный шкаф. — А ты — холодная сука, которая готова продать душу дьяволу ради красивого жеста! Они стояли, тяжело дыша, глядя друг другу в глаза с ненавистью, которая в секунду превратилась в обжигающую страсть. Илья грубо впился в её губы, и эта ссора, как обычно, закончилась прямо там, на полу среди разбросанных документов. Вторая стычка: «Призрак льда» За две недели до свадьбы Габриэль обнаружила, что Илья проводит на их черной арене в подвале по шесть часов в день. Он тренировался до изнеможения, игнорируя примерки, встречи с юристами и её звонки. Она спустилась в подвал в три часа ночи. В свете неоновых ламп Илья казался тенью. Он зашел на четверной лутц и… упал. Жестко. Снова на то самое бедро. — Хватит! — крикнула Габриэль, выходя на лед в домашних тапочках, скользя и едва не падая. — Ты убьешь себя до свадьбы! Посмотри на свои колени, они синие! Илья поднялся, тяжело дыша. Его лицо было бледным, в глазах — маниакальный блеск. — Я должен быть идеальным. Ты хочешь шоу для своих крыс? Я дам им шоу. Я прыгну каскад, который они никогда не забудут. — Мне не нужно, чтобы ты прыгал! — Габриэль подбежала к нему, хватая за мокрую футболку. — Мне нужно, чтобы ты стоял у алтаря на своих ногах, а не на костылях! Ты опять уходишь в себя, Илья. Ты опять закрываешься на этом льду от меня! — Потому что это единственное место, где я чувствую, что я еще что-то значу! — он сорвался на крик. — В этом твоем мире планирования и банкетов я — просто декорация. А здесь я — Илья Малинин! Габриэль ударила его по лицу. Несильно, но звонко. — Ты — мой муж. И ты значишь для меня больше, чем все чертовы медали. Перестань доказывать им что-то. Они уже проиграли. Илья замер. Ярость медленно уходила, сменяясь опустошением. Он обнял её, прижимаясь мокрым лбом к её плечу. — Прости. Я просто… я боюсь, что когда всё это затихнет, от меня ничего не останется. — От тебя останусь я, — прошептала Габриэль. — И это всё, что тебе нужно. Сорванные нервы. Последний скандал случился из-за безопасности Лизы. Илья нашел в списке охраны имя человека, который когда-то работал на Моретти. Он впал в такое бешенство, что едва не разгромил комнату охраны. — Ты проверяла их?! — орал он на Габриэль в холле особняка. — Этот ублюдок может слить наш адрес за пять минут! — Его проверил Марк! — Габриэль была на грани истерики. — Илья, у нас триста человек охраны! Если ты будешь так параноить, мы просто сойдем с ума! — Я не доверяю Марку! Я не доверяю никому, кроме себя! — Илья сорвал с себя галстук, который Габриэль пыталась на него примерить, и швырнул его в камин. — Свадьбы не будет, пока я лично не перепроверю каждого официанта! Габриэль просто села на ступеньки лестницы и закрыла лицо руками. — Я больше не могу… Ты всё превращаешь в войну. Это должен был быть лучший день в нашей жизни, а это — чертова спецоперация. Илья посмотрел на неё. Увидеть Габриэль такой — сломленной, беззащитной — было для него самым сильным ударом. Он подошел, сел рядом и обнял её, закрывая собой от всего мира. — Мы справимся. Я проверю их, и мы закончим с этим. Обещаю. Больше никаких криков. Они сидели в тишине огромного дома, среди коробок и роскоши, два психопата, которые пытались построить любовь на пепелище своих жизней. Эти ссоры были их способом сбрасывать напряжение. Они не умели по-другому. Каждая вспышка ярости заканчивалась еще более глубокой привязанностью. К утру дня свадьбы в доме воцарилась пугающая тишина. Буря утихла. Осталось только ожидание финального акта. К воротам особняка один за другим подкатывали бронированные лимузины. Гости выходили, оглядываясь по сторонам с плохо скрываемым трепетом. Охрана в черных костюмах с микрофонами в ушах работала бесшумно и жестко. Каждый приглашенный проходил через сканеры, а их телефоны изымались и запечатывались в специальные конверты. Лоренцо Моретти вышел из своей машины, поправляя галстук. Он выглядел постаревшим, но взгляд его оставался хищным. Он кивнул прокурору, стоявшему в паре метров, и в этом обмене взглядами было столько яда, что хватило бы на целый город. Все они — враги, конкуренты, бывшие судьи — чувствовали себя здесь как на минном поле. Они пришли не праздновать, они пришли засвидетельствовать свое поражение. Жених Илья стоял в своем кабинете на втором этаже, глядя в окно на прибывающую толпу. Его смокинг из полночно-черного бархата сидел идеально. На лацкане холодно поблескивало серебряное копье. — Ты готов, Илья? — Рафаэль вошел в комнату, поправляя свой пиджак. Он был одним из немногих, кто искренне улыбался в этот вечер. — Я был готов к этому с того момента, как увидел её на льду Токио, Раф, — Илья провел рукой по своим волосам, убирая их назад. Его лицо было спокойным, но глаза горели темным пламенем. — Сегодня я окончательно забираю свою Королеву. И пусть весь мир попробует мне помешать. Лиза вбежала в комнату, её серо-серебряное платье разлеталось при каждом шаге. — Илюша, там так красиво! Лед внизу… он действительно черный! И пахнет цветами! Габи уже готова? — Габи всегда готова, мелкая, — Илья присел перед сестрой, поправляя её кулон. — Иди вниз, твой выход первый. Ничего не бойся. Сегодня мы — хозяева этого дома. Невеста В это время в другом крыле дома Габриэль заканчивала последние штрихи. Команда из Schiaparelli затягивала корсет её платья. Ткань цвета «лунного льда» облепила её тело, как вторая кожа. Черные бриллианты на лифе мерцали при каждом вдохе, создавая иллюзию инея. Габриэль посмотрела на себя в зеркало. На шее отчетливо виднелись следы вчерашнего страстного примирения с Ильей после их последней ссоры. Она не позволила визажистам их замаскировать. Это было её колье. Её знак принадлежности Аресу. — Марк, — позвала она, не оборачиваясь. Марк стоял у двери, его лицо было непроницаемым. — Всё готово, Габи. Гости внизу. Сигналы заблокированы. Моретти сидит там, где ты приказала. — Отлично. Пора начинать шоу. Гостей пригласили спуститься в подземелье. Когда двери на арену распахнулись, по залу пронесся коллективный вздох. Черный лед отражал огни сотен свечей, расставленных в высоких стеклянных колбах. В центре стоял ледяной алтарь с замороженными черными розами. Музыка началась — не вальс, а глубокое, вибрирующее виолончельное танго. Лиза шла первой, рассыпая лепестки белых роз, которые на черном льду казались каплями света. Затем вышел Илья. Он шел по льду в своих кастомных коньках-ботинках (без лезвий, но со стальными набойками), и звук его шагов напоминал удары метронома. Он встал у алтаря, скрестив руки на груди, глядя на вход. И тогда появилась она. Габриэль не шла. Она скользила. На ней были коньки, скрытые под длинным подолом платья. Она двигалась бесшумно, как призрак, её платье переливалось под неоновыми огнями, создавая эффект мерцающего пламени. Когда она подъехала к Илье, он протянул ей руку. Весь зал замер. Даже Моретти перестал дышать. В этот момент они не были просто женихом и невестой. Они были двумя хищниками, которые объединили свои стаи. — Ты выглядишь как мой самый прекрасный кошмар, — прошептал Илья, когда она встала рядом. — А ты — как мой самый верный палач, — Габриэль улыбнулась, и её глаза блеснули от непролитых слез триумфа. Священник (бывший судья, которого Габриэль когда-то спасла от тюрьмы) начал церемонию. — Илья Малинин, берешь ли ты Габриэль в жены, чтобы делить с ней лед, кровь и власть, пока смерть не заберет одного из вас? — Беру, — голос Ильи прозвучал так твердо, что стекла в колбах завибрировали. — Габриэль, берешь ли ты Илью в мужья, чтобы быть его щитом, его мечом и его Королевой, пока тьма не станет вашим общим домом? — Беру. Они обменялись кольцами. Черный титан на его пальце, черный бриллиант на её. — Теперь, — Илья притянул её к себе за талию, — вы можете засвидетельствовать наше единство. Вместо традиционного поцелуя Илья резко подхватил Габриэль и закружил её в безумном, скоростном вращении прямо там, на черном льду. Её платье взметнулось, черные бриллианты ослепили гостей. Это было их «свадебное танго» — агрессивное, властное, лишенное всякой нежности для посторонних глаз. Когда он наконец остановился и впился в её губы поцелуем, зал взорвался аплодисментами — нервными, испуганными, но признающими их величие. Габриэль оторвалась от его губ и посмотрела на толпу. — А теперь, — её голос, усиленный акустикой зала, прозвучал холодно и ясно. — Поднимайтесь наверх. Нас ждет ужин. И помните: вы в гостях у Малининых. Здесь действуют только наши правила. Ужин прошел в напряженной роскоши. Илья и Габриэль сидели во главе стола на креслах, похожих на троны. Они не ели. Они наблюдали. За тем, как Моретти пытается не смотреть на прокурора. За тем, как люди из Федерации шепчутся, боясь поднять глаза. В середине вечера Илья встал, поднимая бокал с черным вином. — Я хочу поблагодарить всех вас за то, что вы пришли. Вы были частью нашего пути. Кто-то помогал, кто-то мешал. Но сегодня… сегодня мы закончили старую главу. С этого дня любой, кто посмотрит на мою жену без моего разрешения или попытается навредить нашему дому… Он сделал паузу, и Габриэль продолжила за него, лениво играя своим кольцом: — …узнает, что черный лед — это не только красиво. Это еще и очень холодно. И очень глубоко. Свадьба закончилась далеко за полночь. Когда последний гость покинул особняк, Илья и Габриэль остались одни в огромном холле. — Мы сделали это, — Илья сорвал галстук и подхватил Габриэль на руки. — Теперь ты официально моя Малинина. — Я всегда была твоей, Арес, — Габриэль уткнулась лицом в его шею. — Пойдем домой. Наш настоящий дом — там, где мы вдвоем. Они ушли вглубь своего темного, роскошного замка, оставляя позади мир, который они наконец-то поставили на колени.