Полигон.

Спрыгнув с очередной ветки на еще немного влажную после утреннего дождя траву, Сакура огляделась. Ностальгия по былым временам подло проскользнула в ее мысли, прокручивая в сознании картины когда-то ежедневных тренировок Седьмой команды, что давно осталась в прошлом. Саске покинул Лист еще в первый год после окончания войны – он служил на благо деревни из тени, нейтрализуя очаги подпольных мятежников. О его точном местоположении знали лишь единицы. Одним из таких был Наруто, что в свою очередь ездил посланником Конохи, заключая торговые и военно-оборонительные союзы. Все трое, включая саму Сакуру, с головой ушли в работу, позабыв о любви, семье, полностью отдав себя долгу перед родной деревней. «Как всегда опаздываешь, сенсей.», оборачиваясь на скрытое в тени дерево, ехидно проговорила куноичи. Какаши еле слышно опустился в метре от девушки, оттряхивая плащ Хокаге. «Тебе было необязательно заставлять парнишку провожать меня до самого поля.», серьезно произнесла Сакура, скрещивая руки под грудью. «Не думаю, что меня сильно волнует твое мнение на этот счет.», отрезал мужчина, скидывая мешающую, изрядно надоевшую ткань на траву. «Плащ-палатка..», недовольно пробурчал он себе под нос, пытаясь обрамить в более ли менее аккуратную стопку образовавшуюся на земле кучу. Девушка глубоко закатила глаза и принялась разминать затекшие после долгого рабочего дня суставы, дабы отвлечь себя от вступления в бесполезную перепалку. «Скажешь, когда будешь готова начать.», проговорил Шестой, лениво усаживаясь на небольшой пенек в паре метров от бывшей ученицы. Темные глаза не скрывая скользили вдоль молодого тела, внимательно оценивая каждое его движение. Девушка не растеряла своей поразительной гибкости и изящности, несмотря на характер работы. Манящие изгибы, что искусно подчеркивались плотно сидящей одеждой, добавляли Сакуре пленительной женственности. Когда-то короткие розовые волосы теперь спускались ей ниже лопаток, касаясь середины поясницы и обрамляя узкую спину. Она была по-настоящему красива и стабильно привлекала мужское внимание. Только ей было все равно. Потухший взгляд, впалые щеки, темные круги под глазами, опущенные от усталости плечи – эти нюансы замечали лишь те, кому в действительности была важна сама Сакура, а не только ее тело. Хатаке был из первых. Переживал ли он? Даже сильнее, чем можно было подумать. Мог ли чем-то помочь?.. От того Шестой так противился идее вернуть бывшей ученице возможность ходить на миссии. Ведь иначе он попросту будет бессилен, не сможет защитить. Ответственность, что он взял на себя более десяти лет назад, все еще покоилась на его плечах, ощущаясь вечным бременем, что придется нести до самой смерти. Только вот бремя это было добровольным, в независимости от того признавал это сам Какаши или нет. «Я готова.», уверенно произнесла Сакура, вставая с земли и поправляя перекосившуюся на талии майку. Мужчина прочистил горло и, встав напротив куноичи, с еле заметной сквозь маску улыбкой достал из кармана штанов уже известный до боли колокольчик. «Ты серьезно, сенсей?», нервно смеясь, на всякий случай уточнила девушка. «Как раз из-за твоего "сенсей" я о нем и вспомнил. Вина полностью на тебе.», самодовольно проговорил Хатаке, умело перебирая небольшой звенящий предмет меж длинных тонких пальцев, – по истине завораживающее действие, что не ускользнуло от пытливых зеленых глаз. «Я всего лишь хотела проявить уважение.», наигранно надув губы, ответила куноичи. Какаши не смог сдержать смех и, наконец сместив внимание девушки со своих рук на разрез маски, многозначительно произнес: «Не думаю, что это хоть сколько-то актуально.» Поразмыслив, Сакура лишь согласно кивнула. «Тогда правила те же. Как заберешь колокольчик, так и закончим тренировку.», лениво покручивая тот в руке, проговорил Шестой. Приняв боевые стойки, двое начали поединок. Для девушки победа над бывшим сенсеем была острой необходимостью. Желание доказать свои способности, показать накопившуюся с годами тренировок силу ощущалось параноидальной идеей. Будучи столько времени позади, потребность встать вровень жгла куноичи изнутри. Какаши это знал, поэтому поддаваться не собирался. Собственный проигрыш мог стоить ему намного больше, чем потери негласного превосходства, – он в теории мог стоить ее жизни, приближая девушку к реальному поединку с врагом. Сакура наизусть знала стиль ведения боя Хатаке: то, где он может спрятаться; когда конкретно предпочтет подменить свое тело; в какой момент выкинет очередное атакующее дзюцу. Мужчина же совершенно не был готов к тому, насколько возросли навыки куноичи после окончания войны. Не без труда уклоняясь от нескончаемых атак, он понял, что нужно отнестись к процессу серьезнее. Когда тренировочное поле стало походить на развалины, на улице уже полностью стемнело. Делая последний рывок, девушка свалила бывшего сенсея на лопатки, устроившись у того в районе пояса и сжав мощное тело меж своих сильных бедер, острыми коленями впиваясь в мелкие камни. Довольная улыбка, коснулась ее блестящего от пота лица, когда то нависло над лицом, скрытым под плотной маской. Шумное дыхание обоих смешалось воедино. Маленькие ладони сдерживали крепкие мужские запястья, прибивая их обладателя к земле. Куноичи, понадеявшись на скорость, метнула руку к месту, где за кожаный ремень был зацеплен колокольчик, как вдруг сама оказалась вжата в траву под тяжестью чужого тела. Удерживая оба хрупких запястья одной рукой, Хатаке ухмыльнулся, что мгновенно отразилось в его темном взгляде. Приподнятое к небу колено правой ноги, что принадлежало Сакуре, коснулось внутренней стороны бедра ее бывшего учителя. Мужчина шумно выдохнул, когда его внимание сместилось со смысла процесса к его материальному исполнению. Тонкая майка девушки, что некогда была его подопечной, задралась к вздымающейся груди, оголяя плоский живот. А затем, округлые бедра, скрытые под обтягивающими джинсами. Влажная кожа, что выделяла очертания каждого изгиба привлекательного женского тела, что было вплотную прижато его собственным. Так картина выглядела, если лишить ее контекста. Контекста, о котором нельзя было забывать. Из прострации Хатаке вырвал легкий звон. «О чем задумался, сенсей?», ехидно улыбаясь, прошептала Сакура, освободившейся рукой держа злополучный колокольчик. Было ощущение, словно она проникла глазами в его мысли, надругательски преодолев все барьеры, что дотошно возводились десятилетиями его жизни. Девичья ладонь мягко скользнула по напряженному предплечью, окончательно возвращая мужчину из плена собственного сознания. Застыв еще на пару секунд, он поднялся, учтиво протянув девушке руку, чтобы та смогла встать. «Твоя победа не засчитана – у меня была куча времени, чтобы убить тебя.», холодно констатировал Какаши, отряхивая испачканную в грязи одежду. «Едва ли ты смог бы.», отрезала куноичи, без предупреждения ловя его внимание своими глазами. На секунду задумавшись, Хатаке накинул на себя изрядно помятый плащ. «Я никогда бы не смог, Сакура. Но они – не я.», ровно подытожил он, разворачиваясь по направлению к выходу с тренировочной площадки. Девушка на мгновение застыла, пытаясь услышать невысказанное через силуэт его отдаляющейся фигуры. «Когда мы увидимся в следующий раз?!», крикнула она вдогонку, когда образ практически полностью растворился в темноте. «Я пришлю за тобой.», еле слышно донеслось издалека и потерялось в густой тишине ночи. Домой Сакуру сопровождали трое из анбу.