Брешь.

«Как думаешь, Шикамару уже ушел?», сладко потягиваясь после пробуждения, невнятно пролепетала Сакура. «Еще час назад.», хриплым голосом ответил Хатаке, осторожно вытаскивая из под девушки затекшую за ночь руку. «Нам бы тоже уже начать собираться. Не хочу потом выслушивать недовольства Мей.» Заглядывая своими заспанными глазами в открытое лицо бывшего учителя, куноичи неуверенно проговорила: «Какаши.. У вас ведь что-то было с ней, да?» Мужчина, изрядно смутившись вопросу, холодно отрезал: «Ничего серьезного.». Хоть и понимая, что сама спросила, девушка все равно, как и всегда, надеялась услышать "правильный" ответ. Чего не произошло, дав ревности и тоске в мгновение охватить ее мысли. Сакура не злилась, только если на себя и на собственную наивность. Словно было хоть каплю реалистичным предполагать, что мужчина, вроде Хатаке, не имел за плечами впечатляющий список женщин. А уж тем более, было глупо допускать, что этот список не включал в себя такую обворожительную и властную женщину, как Мей. Увидев, как привычная искра в глазах куноичи потухла, Какаши аккуратно добавил: «Сакура, прошу тебя. Она даже не видела меня без маски.» «Ты не любил ее?», сама страшась своего вопроса, тотчас произнесла девушка, впиваясь ногтями в кожу на внутренней стороне ладони. Хатаке ласково улыбнулся. Его большой палец прошелся от мочки уха по линии скул к пухлым губам, остальные пальцы коснулись хрупкой шеи. «Тебе не стоит судить меня по нашим с тобой отношениям. И нет, я не любил ее. Я никого из них не любил, Сакура.» Веки еле заметно задрожали, когда куноичи с надеждой вымолвила: «У нас правда иначе?» Темный взгляд задумчиво скользнул по охваченному бессмысленной тревогой лицу, острым ключицам, изящным плечам и манящему силуэту лишенной любой одежды фигуры, что, слава Ками, была скрыта под тяжелым одеялом. Не без труда вернув внимание на изумруды, Хатаке тяжело сглотнул. «Ты пока даже не представляешь насколько..», на выдохе проговорил он, где-то за ресницами замалчивая все, что хотел сказать. Все, что нужно было сказать. «Но обещаю, что скоро ты все поймешь.», нежно добавил он, коснувшись ее губ своими. Коснувшись так, словно теперь и для него это было привычным и правильным.

***

Зал для совещаний был практически в половину меньше, чем для ужина, при этом оставаясь просторным, способным вместить в себя всех Каге с полным составом их сопровождающих. Посередине стоял круглый стол с пятью кожаными креслами, чуть позади которых, по правую руку, располагались стулья для советников. Вдоль стен в несколько рядов были выставлены места для принимавших участие в собрании политиков, военных и специалистов разных отраслей, начиная с медицины и заканчивая строительством. «Что ж, как принимающая сторона, я объявляю собрание пяти Каге открытым.», проговорила Мизукаге, усаживаясь на свое кресло. «Думаю, все понимают, ради чего мы здесь.», привычным басом отозвался Эй. Все присутствующие переглянулись в немом согласии. «Хаос, который сеют шиноби на границах, рано или поздно перетечет внутрь деревень. Они уже оказывают видимое влияние на настроения среди гражданских. Подчеркну – даже не трогая их.», ровным голосом произнес Хатаке, складывая руки в замок и устраивая те перед собой на столе. «Какаши-сан прав. В Суне люди боятся выходить по ночам из дома, стараются не торговать после захода солнца. Повсеместная тревога действительно ощущается кожей.», добавил к сказанному Казекаге. «Есть ли у кого-нибудь предположения о личности нашего врага? Или о его дальнейших действиях?», подняла вопрос Теруми, теребя длинными пальцами локон волос цвета пламени. «Позволите, Какаши-сан?», проговорил Шикамару на ухо своему начальнику. Получив немое разрешение, юноша поднялся со своего места: «Думаю, все зависит от того, насколько глубоко враг пустил свои корни. Нет ли у него пособников среди приближенных к Каге или он – лишь сторонний наблюдатель, использующий данные от, условно, уличного лавочника или работника Резиденции.» «Позволите добавить?», вежливо спросила Темари, выпрямляясь в коленях. Молодой гений учтиво кивнул своей невесте, сохраняя между ними деловую атмосферу. Бросив на юношу еле заметный окружающим ласковый взгляд, Песчаная Принцесса продолжила: «Еще существует вопрос о границах их способностей. Если мы не можем их обнаружить даже с помощью Наруто, то есть вероятность, что среди них есть опытные сенсоры, либо шиноби, обладающие неизвестными нам дзюцу. Опять же, уровень их скрытности потрясает.» «Я бы еще добавил, что наше сборище здесь ставит всех в достаточно уязвимое положение, не смотря на массив силы. Если, как предполагает Советник Шестого, среди приближенных Каге есть шпионы, то мы едва ли способны обеспечить полную безопасность себе и своей делегации.», устало проговорил Ооноки, полностью облокотившись на спинку кресла. Было видно, что сложившаяся ситуация выматывала его больше, чем остальных Каге, виной чему, вероятно, служил возраст. Сидящая позади Хатаке Сакура подняла руку, прося слово. Когда Шикамару и Темари вернулись на свои места, девушка начала: «Есть еще один важный нюанс. Люди, чудом выжившие после пыток, не могли вспомнить ни лиц врагов, ни даже их голоса. В крови каждого пострадавшего были обнаружены яды, над которыми моя команда усердно работала. Я привезла с собой прототип антидота, но процесс его создания очень трудоемкий и времязатратный, что значительно усложняет его массовое производство. Он требует исключительных знаний в области ядов, коими, к сожалению, обладают лишь некоторые медики Конохи и Суны.», ставя на середину стола несколько флакончиков с густой зеленоватой жидкостью, закончила куноичи. «И какой у них механизм действия? Побочные реакции? Условия применения, эффективности?», шквалом вопросов выдала Мей, не сводя острого взгляда с серьезного девичьего лица напротив. Глупцом был тот человек, что думал подловить Сакуру в вопросах медицины. Отрасль, в которой достойными соперниками ей были лишь Цунаде и Кабуто, была для девушки родной гаванью. Полем боя, на котором ей поистине не было равных. «Антидот действует сутки после применения. Однако если яд поступит в организм до, то у вас будет всего три часа, чтобы нейтрализовать его. В противном случае – вывести его без последствий будет невозможно. Значимых побочных реакций нет. Сам яд страшнее них в сотни раз.», ни секунды не колеблясь, ответила розоволосая куноичи, сохраняя ровность в тоне и мимике. «Сакура, позвольте узнать. Был ли он протестирован в реальных условиях?», вежливо спросил у девушки Эй. Несмотря на внешнюю грубость, он всегда испытывал к куноичи Конохи неподдельное уважение за ее профессионализм. Распрямляя плечи, девушка уверенно произнесла: «Да. Он был протестирован на мне. Все яды и антидоты к ним проверялись на моем теле.» Присутствующие удивленно ахнули, хаос шепотов охватил помещение. «Вашей смелости и самоотдаче можно позавидовать, госпожа Харуно.», довольно смеясь, проговорил Эй. Звуки были скорее устрашающими, чем совместимыми с весельем. Было слышно, что Райкаге явно испытывал неподдельное животное удовольствие от подобных методов. Тем временем веки Хатаке начали предательски подергиваться, когда он осознал, какой опасности подвергала себя его бывшая ученица каждый день, стараясь помочь, стараясь для других, для других во вред себе. Кулаки сильнее сжались, злость на себя затмила разум. Он снова позволил ей рисковать. Позволил, даже не зная этого. Мей, бегло окинув мужчину взглядом, нарочито скучающе хмыкнула. Нечто хлестко ударило по ее незыблемому женскому достоинству. «Мы поняли. Давайте продолжим.», едко выплюнула она, рефлекторно закатывая глаза. «Мизукаге, не уж то вы завидуете мастерству медиков Конохи?», усмехаясь, заинтересованно проговорил старик Ооноки, отрывая спину от кресла. Теруми, проигнорировав выпад в свою сторону, продолжила: «Предлагаю подумать над возможностью ловли врага на живца. Раз уж у нас теперь есть антидот, то мы могли бы послать кого-нибудь из наших шиноби на разведку.» «Ты предлагаешь разбрасываться нашими людьми, словно они – просто куски мяса?», бурно возразил Хатаке, жестко осаживая женщину. «Ты стал слишком мягким, Какаши. Едва ли я могу узнать в тебе человека, коим ты был несколько лет назад.», открыто ухмыляясь, парировала Мей, стреляя глазами в разрез маски. «Не говори так, словно когда-то знала меня, Теруми. Я не стану так безрассудно жертвовать своими подчиненными. Не сейчас, не потом.», леденящим кожу тоном отрезал Шестой. Воздух в переговорной стал вязким, тяжелым. Напряжение током сквозило меж тел присутствующих. «Я предлагаю всем подумать до завтра и на чистую голову утром вернуться к обсуждению.», пытаясь разрядить обстановку, проговорил Гаара. Канкуро, наблюдающий за происходящим, лишь криво улыбнулся. Мало кто остался без осадка от возникшей перепалки. Еще меньше было тех, кто понял ее истоки. Темари, взглянув на подругу, подбадривающе кивнула. Сакура, оставшись то ли в восторге, то ли в тотальном потрясении, смазано хмыкнула. Шикамару лишь закатил глаза, и только Песчаная Принцесса знала, что тот уже сотни раз окрестил происходящее "полной морокой". Все оставшиеся Каге, переговорив со своими советниками, согласились на предложение Казекаге перенести дальнейшие обсуждения на утро. Зал опустел, однако нечто липкое осталось на его стенах, нечто зловещее. Нечто, что должно было совсем скоро дать о себе знать.

***

Хатаке, спокойно прогуливаясь с Паккуном по вечерним улицам деревни Тумана, забрел в небольшой слабоосвещенный парк, по тропинкам которого размеренно гуляли местные жители. «Как думаешь, босс, Тадао не сболтнет лишнего госпоже?», лениво следуя за главарем, спросил мопс. Мужчина, закинув голову, устремил взгляд на усеянное звездами небо. Недолго подумав, он вернул внимание на пушистую макушку: «Он еще слишком маленький, чтобы что-то понять.» «Все равно ведь почувствует изменения.», подметил Паккун, параллельно обнюхивая встречающиеся на пути растения. Хатаке, прокрутив в мыслях все варианты, ответил: «Да, но только через запах.» Подняв источавшую грузную усталость мордочку, мопс серьезно произнес: «Когда собираешься рассказать ей?» «Когда она будет готова меня выслушать..», неубедительно даже для самого себя вымолвил человек в маске. Человек, что был вечным заложником собственных тайн. Молча пробираясь сквозь густые заросли, они вышли на широкую аллею, где на одной из лавочек уже сидели. «Какая занимательная встреча, Какаши.», промурчала Мей, изящно закидывая ногу на ногу. На женщине было надето короткое зеленое платье, что полностью обнажало ее бедра практически до самого белья. «Добрый вечер, Мей. Уже виделись.», холодно проговорил мужчина, проходя мимо. «Не посидишь со мной?», раздалось щебетанием позади. Хатаке, чуть обернувшись, раздраженно произнес: «Если хочешь что-то сказать, то скажи и не трать мое время.» Теруми наигранно надула губы, стараясь изобразить обиду. «Не зайдешь ко мне после прогулки? Ты ведь знаешь, что моя комната всегда открыта для тебя.», хитро улыбаясь, вымолвила она, медленно болтая туфлей на стопе, удерживая ту пальцами. «Нет, не зайду.», бескомпромиссно отрезал Какаши, развернувшись обратно. Спустя пару шагов его словно ошпарили: «Это из-за нее, да? Ты спишь с этой девкой?» Глаза мужчины мигом наполнились кровью. «Даже не смей, Теруми.», предупреждающе отчеканил он, останавливаясь. «Столько лет мы проводили вместе целые ночи, а сейчас ты вдруг решил отказать мне? Если дело в ней, то ты смешон, Какаши», недоумевающе, с явным презрением в голосе, выпалила Мей. Паккун, ощущая подавленную враждебность главаря стаи, инстинктивно встал перед ним, защищая. «Не волнуйся.», кинул он мопсу, возвращая внимание на изуродованное ревностью женское лицо. «Может я и смешон, но тебе в жизни не дотянуться до нее.», ледяными осколками вырвалось из уст Хатаке. Теруми громко засмеялась. Истерично. Словно происходящее граничило с абсурдом. «С бывшей ученицей. Как же ты жалок.», едко выплюнула она, врезаясь узкими зрачками в фигуру напротив. «Единственный, кого жалко – Чоуджуро, что влюблен в тебя. Вот его жаль. Положить жизнь на такого человека – он явно не заслуживает такой участи.», сохраняя спокойствие, проговорил мужчина. Развернувшись, он неторопливо продолжил свой путь по аллее. Ни тревоги, ни сомнений, ничего из этого до момента, пока до него легким дуновением ветра не донеслось уродливое: «А она знает? Знает, на кого согласилась положить свою жизнь, а, Какаши?»

***

Вернувшись с прогулки, Хатаке обнаружил в своей постели сладко спящую Сакуру, под боком у которой, животом кверху, мирно посапывал Тадао. Нечто кольнуло сердце мужчины. Чувство, что он не заслуживал этого. Словно не имел на это право. «Она чудесна, босс.», проговорил Паккун, с удовольствием похрустывая оставленными девушкой у кровати собачьими лакомствами. «Да, она потрясающая..», прошептал Какаши, осторожно укладываясь рядом с хрупким девичьим телом, аккуратно подминая его под себя. Сильные руки оберегающими объятиями легли на бархатистую кожу. Провалившись в сон, разум не успел нарисовать ни единого образа, ведь как только сознание погрузилось в густую тьму, его громким стуком в дверь вырвали наружу. «Я прошу прощения, что так врываюсь, но мне нужна ваша помощь. Шикамару пропал.», со слезами на глазах, произнесла Пустынная Принцесса.