Глава 8: Неминуемое. Часть I.

«Tag, you're it...»

— фраза из песни "Tag, You're It". Melanie Martinez

***

Утро началось слишком спокойно, даже непривычно спокойно. Не было приевшийся тревоги, напряжения, постоянного ощущение, что за ней наблюдают, и Аня проснувшись, ещё какое-то время просто лежала глядя в потолок. Что с ней стало? Солнце еще не пробивалось сквозь неприкрытые до конца шторы, что извещало о слишком раннем времени суток. С похода в полицию прошло около недели, с того момента у Ани было достаточное количество времени на то, чтобы всё обдумать, и последствиям этих мыслей стал вывод, что она должна не бросать лед. Нужно упорно работать, возвращаться в прежнее русло. Никто кроме нее самой, ей не поможет. Прислушиваясь к себе, к тишине дома, к редким звукам за окном, и впервые за эти длительные дни она не чувствовала, как внутри что-то сжимается, не было липкого страха под кожей. Только легкая усталость и странное, пугающие ощущение, что сегодня может быть хорошо, по-настоящему хорошо, без срывов или без вечно норовящих взорвать голову, мыслей, от которых невозможно избавиться, и это само по себе казалось подозрительным. «Все ведь не могло быть так просто?» – твердил внутренний голос, но приятное чувство брало вверх над разумом. Почему она всегда должна сомневаться? Неужели она не заслуживает счастья? Но сомнения все же не желали отпускать ее до конца, сколько бы она не твердила обратное. Как будто так не должно быть, после невероятно радости и счастья всегда проходит хаос и боль, ничего не бывает просто так. Но она упорно старалась отогнать эту мысль, медленно сев, провела ладонями по лицу и всё же поднялась, потому что впереди был день, который нужно было впервые прожить спокойно. Ухватиться за эту возможность, вцепиться в нее зубами, и может тогда у нее все получится? Получится ведь? Спускаясь по лестнице, Аня почувствовала, что с кухни доносился вкусный запах, похоже мама уже была там. Звуки готовки становились все громче, с каждым шагом к кухне. На плите стояла готовая яичница, издавая характерный звук раскаленного масла под крышкой. Не теряя времени, фигуристка принялась быстро проглатывать еду и бежать собираться на тренировку. Обычный разговор ни о чём, чашка чая, короткие фразы, которые не требовали особых усилий, что не могло не радовать. Аня ловила себя на том, что отвечает чуть свободнее, чем раньше, что не путается в мыслях, не уходит в себя, и даже когда мама в какой-то момент спросила, как она себя чувствовала, она просто пожала плечами, слегка улыбнувшись, делая последний глоток чая, и это выглядело более чем отлично, доставляя радость матери фигуристки. Будто жизнь действительно понемногу возвращалась в привычное русло. Может ли всё стать действительно лучше, чем прежде? Сборы не заняли много времени, и поэтому поспешно накинув на себя кофту, девушка вышла из дома направившись к машине за матерью. Приглушенный звук музыки ни капли не мешал, а наоборот лишь усиливал умиротворенную атмосферу. Пейзаж за окном стремительно менялся, на улицах все также светили фонари, ведь солнце только начало всходить из-за горизонта. Уютные улочки Фэрфакса, белые дома, небольшие терассы с цветам, все мелькало за окном одним большим, едва различимым пятном. Последнее время действительно не хватало по-настоящему тёплых дней. Наступившая осень давала о себе знать, в виде приевшихся, серых дождей, оранжевой листвы, непроглядного тумана и значительно низкой температуры, по сравнению с былыми, теплыми, летними днями. Не заметив того, как остановился автомобиль, за размышлениями, девушка чмокнув маму на прощание, побежала на тренировку. Да, именно побежала, да еще и вприпрыжку, сама себя пугаясь. Откуда столько энергии? Перекинувшись парой слов, на большее не хватило,все таки она слишком рано поверила в себя, Анна направилась прямиком на растяжку и разогрев перед льдом, что выдалось вполне неплохо, учитывая ее нелюбовь с этой частью тренировок. Напарницы же лишь удивленно смотрели вслед Морозовой, не зная то ли радоваться ее наконец-то хорошему настроению, то ли пугаться, думая не сделает ли она что-нибудь с собой. Настал долгожданный выход на лед, казалось она выпустила приглушенный, удовлетворенный выдох, прежде чем вышла. Что не могло не укрыться от глаз тренера. Он стоял чуть поодаль от бортика, внимательно наблюдая за подопечной, что сегодня была более активной, относительно живой, чем прежде. Что послужило такой быстрой смене настроения? Скорее всего какой-то сдвиг в психике, чтобы окончательно не сойти с ума, мучая себя переживаниями. Ведь она была еще не окрепшей, совсем детской. В любом случае, пока выпала такая возможность надо хвататься за нее всем чем только можно, иначе неизвестно, насколько все это еще затянется. Приятный прохладный воздух резко контрастировал с душным и спертым в зале, что давало некий разряд телу позволяя наконец-то прийти в себя. Пластиковые чехлы слетели куда-то в сторону и немедля ни минуты Морозова вышла на лед, снова разминаясь. Перекидные, бабочки, перебежки и тройки. Все шло как по маслу, будто и не было тех дней без тренировок, казалось тело помнило всё. Однако уже через пару секунд, во время захода на тройной риттерберг, девушка с приглушенным звуком, повалилась на лед. Небольшой зуд отдался в ноге, заставляя инстинктивно закусить нижнюю губу. Больно. И дураку было ясно, что ничего с первого раза не получится. Но она по всей видимости так не считала, поэтому вновь подскочила и поехала набирать скорость на прыжок, без разницы какой. Главное прыгнуть. Доказать наконец, самой себе, что она чего-то стоит. Все смешалось в один большой туман в голове, и кажется она потеряла счёт попыток захода на флип, или это был тулуп? Да в прочем и не важно, все это сейчас не имело никакого значения, главное она вновь двигается; работает, что не могло не радовать.

***

— Ты серьёзно думаешь, что это действительно может быть Лиам? — с явным скепсисом спросил Илья, глядя на сидящую напротив Эмбер. — А почему нет? — тут же возразила она. — Вспомни, он живёт недалеко от неё. Может спокойно знать, когда она приходит домой, когда уходит. И вообще, это единственный человек, который постоянно пытается что-то ей испортить. Эмбер нервно постукивала пальцами по столу. Рядом лежал телефон с открытым чатом Ани. Последнее сообщение было отправлено несколько часов назад и до сих пор оставалось без ответа. Илья устало провёл рукой по волосам, окончательно превратив причёску в подобие птичьего гнезда. — Тебе честно сказать или соврать? — Илья, мать твою, ну не может больше никто! Как ты этого не понимаешь? — Да потому что это бред, Эмбер. Да, у них вечные тёрки. Да, он её бесит. Но я не думаю, что у него есть причина заниматься всей этой хернёй. Он придурок, спорить не буду, но не настолько же. — А если вдруг? Илья замолчал. На несколько секунд между ними повисла тишина, прерываемая лишь фоновым гулом в этом небольшом кафе, где они сейчас сидели, выясняя кто же мог так любезно "уделять внимание" их общей подруге. Эмбер опустила взгляд на экран телефона, все еще ожидая ее ответа. — Она мне рассказывала про поход в отделение, но судя по всему помогать ей никто не собирается. Илья тяжело выдохнул. — Неудивительно. Они снова замолчали, каждый думая о своём, пытаясь собрать все пазлы воедино. Голова совершенно отказвалась думать, они торчали здесь уже битый час. Коротали время до отъезда Эмбер. Илья откинулся на спинку стула и несколько секунд смотрел куда-то в сторону окна. — Ладно, допустим, — наконец произнёс он. — Допустим, твоя теория верна. Эмбер тут же подняла голову. — Серьёзно? — Заметь, я сказал «допустим». Несмотря на ситуацию, уголки её губ едва заметно дрогнули. — Значит, ты всё-таки признаешь, что это возможно? На телефоне всплыло уведомление о регистрации рейса. Эмбер взглянула на экран и тихо выругалась. — Мне пора. — Уже? — Через полтора часа самолёт. — Она быстро поднялась со стула, закинула сумку на плечо и снова посмотрела на телефон. — Если Аня ответит тебе раньше, сразу напиши мне. — Обязательно. — Сразу, Илья. — Да понял я. Эмбер молча кивнула и направилась к выходу. Когда дверь закрылась, Илья остался один. Он посмотрел на непрочитанный чат с Морозовой нахмурился и поймал себя на мысли, что очень хотел бы, чтобы теория Гленн оказалась правдивой. Это в лучшем случае, в худшем.. Он даже думать об этом не хочет.

***

Спустя часа три после тренировки, она списалась с Эмбер, увидев что та написала ей гораздо раньше, чем сообщение было прочитанным. Она уезжает на пару дней в Техас, добавив что-то вроде «не умирай там без меня», и Аня невольно усмехнулась, отвечая коротко, что справится, хотя внутри всё же мелькнуло лёгкое беспокойство. «Да уж, задача со звёздочкой.» Последнее время Аня и не заметила, как часто Эмбер была рядом, помогая ей во всём. Она заботилась о ней, несмотря на собственные проблемы и дела, которые тоже требовали внимания. Из-за этого Анне было в какой-то степени стыдно за то, что она так сильно нагружала девушку. Гленн действительно стала для неё родным человеком. И дело было не только в последних событиях, она всегда была рядом. Просто сейчас Аня наконец начала осознавать это по-настоящему. И нет, нельзя было сказать, что раньше она не дорожила их дружбой или не была благодарна за помощь. Всё было совсем наоборот. Просто раньше её поддержка казалась чем-то настолько привычным и естественным, что Аня редко задумывалась об этом. Не обращала внимания на подобные мелочи. Теперь же, оглядываясь назад, она понимала, сколько времени и сил Гленн потратила на неё. Осознание этого вызывало тёплую благодарность и заставляло думать о том, как отплатить ей той же заботой. Аня прекрасно понимала, насколько ей повезло иметь рядом такого человека С Ильёй переписка тянулась в течение дня урывками, между делами и тренировками, без чёткого начала и конца, как это обычно у них и было. Он мог внезапно прислать короткое видео с катка с подписью «смотри как я чуть не убился», и там был кривой заход и смешное приземление, от которого она тихо фыркнула, отвечая что-то вроде «позор». И через пару сообщений переписка превращалась в привычное поддразнивание, лёгкое, беззлобное, в котором они оба чувствовали себя абсолютно свободно, и даже когда он пропадал на какое-то время, а потом отвечал все было так привычно и легко, будто они разговаривали не через экран, а просто где-то рядом, перекидываясь словами между делом, и в этом не было ни неловкости, ни пауз, которые нужно заполнять, смущаясь. Всё текло само, просто потому что им было легко друг с другом. Тренировка прошла неожиданно хорошо, без фатальных провалов, без тех сбоев, которые ещё недавно выбивали её из колеи, тело слушалось, элементы получались пусть не идеально, но стабильно, и даже тренер, проходя мимо, коротко кивнул, не останавливаясь, и это едва заметное одобрение почему-то согрело сильнее, чем любые слова. Аня поймала себя на том, что улыбается, будто сама себе, потому что да, она действительно возвращается, медленно, но возвращается, и это было так важно. Это было доказательство самой себе, а може и остальным, что она не сломалась окончательно. Она ведь выдержит. Все сможет. К вечеру каток постепенно пустел, люди расходились, шум стихал, и привычная суета сменялась тишиной, каждый звук становился громче, отчётливее, и Аня, переодеваясь в раздевалке, на секунду замерла, потому что ей показалось, что за дверью кто-то прошёл, но когда она прислушалась, ничего не было, только гул вентиляции и далёкие голоса где-то в коридоре, и она тихо выдохнула, списывая всё на усталость, на нервы, на всё сразу, потому что иначе пришлось бы признать, что это чувство никуда не делось. «Что она сумасшедший параноик.» Весь день прошёл на катке: лёд, разминка, отработка программ, снова лёд. Сейчас даже мысль о том, чтобы ещё раз надеть коньки, казалась издевательством. Аня медленно шла по почти пустому коридору, перекинув сумку через плечо. За день она успела перекинуться парой слов с Андреем. Ничего особенного. То он что-то прокомментировал во время тренировки, то она огрызнулась в ответ, то они случайно столкнулись возле автоматов с напитками. Обычные, бытовые разговоры. Настолько обычные, что сейчас она едва могла вспомнить их содержание. Когда она вышла на улицу, уже стемнело, воздух стал холоднее, и фонари отбрасывали длинные тени на асфальт, создавая странные, почти нереальные формы, и на секунду ей показалось, что одна из них двинулась. Но она тут же отвела взгляд, не давая себе зацепиться за эту мысль, потому что сегодня был хороший день, слишком хороший, чтобы снова начинать бояться, и она даже усмехнулась себе под нос, будто споря сама с собой, будто доказывая, что всё в порядке, что ничего не происходит. Вечерний воздух становился все более прохладным. Фонари размытыми кругами освещали парковку перед катком, а редкие машины проезжали мимо, оставляя после себя только шум шин по мокрому асфальту. Телефон завибрировал. Это была мама. Аня открыла сообщение. Зайка, прости. Задерживают на работе. Сможешь дойти сама? Она посмотрела на время и слегка нахмурилась. Быстро набрав ответ, вдохнула поглубже.

Да, всё нормально.

Несколько секунд смотрела на экран. Эмбер сейчас была в Техасе. Кто-то из знакомых уже разошёлся по домам, а Илья на другом конце города. Стоило бы.. Да и что вообще могло случиться? Это была всего лишь дорога домой. Обычный вечер. Обычная улица. «Правда же?» Телефон вновь завибрировал в кармане, и она достала его на ходу. “ilia_lutzboi_malinin” Ты уже вышла?

“anna.morozova”

Да

Ок, напиши как дойдёшь А то потом скажешь, что я даже не переживал Она закатила глаза, но улыбка все равно скользнула по губам.

хорошо, мам

иди давай Убрав телефон в карман куртки, Аня поправила ремень сумки на плече и направилась вдоль пустой улицы. После переписки с Ильёй на душе стало немного легче. Совсем чуточку. Его привычные дурацкие шутки раздражали, но почему-то именно сейчас помогали отвлечься от мыслей, которые в последнее время слишком часто лезли в голову. Аня шла размеренным шагом, чувствуя, как усталость постепенно накатывает сильнее. День на катке выжал из неё последние силы. Ноги неприятно ныли, плечи ломило от напряжения, а веки казались тяжёлыми. Сейчас ей хотелось только добраться до дома, принять горячий душ и наконец рухнуть в кровать. Она машинально посмотрела на окна домов, мимо которых проходила. Где-то горел тёплый свет, мелькали силуэты людей, слышался приглушённый смех. Обычная жизнь. Такая спокойная и далёкая от всего, что происходило в её собственной. На мгновение ей даже стало неловко за свою тревогу последних недель. Может, она действительно слишком накручивала себя. В конце концов, сколько раз она уже возвращалась домой этим маршрутом? Сотни. И каждый раз всё заканчивалось одинаково. Ничего не происходило. Поэтому сейчас она заставила себя выдохнуть и перестать оглядываться по сторонам. Всё было нормально. Но не совсем.. Аня машинально оглянулась через плечо и тут же почувствовала, как внутри всё сжалось. Позади шёл мужчина, размеренно шагая прямо за ней. В груди неприятно кольнуло. Она отвернулась и попыталась продолжить идти как ни в чём не бывало, убеждая себя, что это ничего не значит. Совпадение. Обычный прохожий. Человек, который просто идёт той же дорогой. Но стоило ей ускорить шаг, как ускорился и он. Страх накрыл мгновенно. Холодной волной пробежал по позвоночнику, заставив сердце бешено заколотиться где-то в горле. Аня снова обернулась и на этот раз отчётливо увидела, что мужчина больше не пытался сохранять дистанцию. В голове стало непривычно пусто. Осталась только одна мысль. Бежать. Она резко отвернулась, сильнее сжала ремень сумки и ускорила шаг. Дыхание участилось, ладони вспотели, а кровь шумела в ушах так громко, что заглушала остальные звуки. Когда позади послышалось ускоряющееся движение, её выдержка окончательно сломалась. Аня побежала. Бежала, почти не разбирая дороги. Холодный воздух обжигал лёгкие, а сердце колотилось так сильно, что заглушало остальные звуки. Только собственное дыхание и шаги позади. Шаги, которые не исчезали. Наоборот, становились всё ближе. Аня резко свернула за угол дома, едва не поскользнувшись на мокром асфальте. Ноги уже начинали болеть от непривычно быстрого бега после целого дня на катке, но останавливаться было нельзя. Она не знала, кто именно находится за спиной, не знала, чего он хочет, да и знать не хотела. Но инстинкт буквально кричал ей бежать дальше. Позади мелькнула тень, человек тоже свернул следом. По позвоночнику пробежал ледяной холод. Аня судорожно вытащила телефон из кармана, едва не выронив его на бегу. Пальцы дрожали так сильно, что она несколько раз промахнулась мимо экрана. В голове билась только одна мысль: «Только бы кто-нибудь оказался рядом, только бы увидеть людей.» Фонари проносились мимо размытыми пятнами света. Тёмные дворы, пустые парковки, закрытые магазины. Казалось, весь город вдруг вымер, оставив её один на один с человеком, который не собирался отставать. Она рискнула оглянуться. Фигура была ближе, чем ей хотелось бы. Гораздо ближе. Паника окончательно перехватила дыхание. Аня ускорилась ещё сильнее, хотя сил почти не осталось, в этот момент ей было всё равно, куда бежать. Главное не дать ему догнать себя.