Глава 7: Клятвы на глубине

Вода в Маленькой Италии была теплее и гуще. Она пахла орегано, крепким кофе и старыми тайнами, которые Сицилийский риф бережно хранил в своих коралловых гротах. Джонни едва переставлял плавники. Каждый взмах хвоста отзывался тупой болью в боку, где шов снова начал подтекать алой струйкой. Он миновал арку с высеченным на камне гербом — переплетенными морскими змеями. Это была территория семьи Isodovulka. Здесь не действовали ордера Фредди, здесь правили понятия чести и крови. — Эй, уголь, ты заблудился или ищешь свою смерть? — голос донесся из тени летнего кафе, где за столом сидели трое массивных груперов в полосатых жилетах. Джонни остановился, тяжело дыша. Он поднял глаза, в которых не было страха, только вызов. — Я ищу тех, кто не боится копов так же, как я. Один из мафиози медленно встал, поигрывая массивным перстнем на плавнике. Он оценил и дорогой револьвер за поясом парня, и его «угольную» чешую, и шрамы. — Смело. Для мальчишки, за которым охотится весь спецназ города. Идем. Семья любит тех, кто умеет наводить суету в «Золотой Чешуе».

***

В баре «Голубая жемчужина» было тихо. Единственная лампа над стойкой создавала круг мягкого света, в котором плавали пылинки и пузырьки. Рэндалл и Фредди сидели в самом дальнем углу. Перед ними стояли два бокала с охлажденным фосфоресцирующим нектаром, но они к ним почти не прикасались. Рэндалл снял свой тактический жилет, оставшись в одной черной майке, подчеркивавшей его мощные плечи. Его фиолетовые глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас смотрели на Фредди с нескрываемым беспокойством. — Ты сегодня была... на грани, — негромко произнес он, нарушая тишину. — Когда аквариум лопнул. Я на секунду подумал, что не успею. Фредди крутила в плавниках тонкую ножку бокала. Её золотистая чешуя в полумраке казалась матовой, лишенной привычного лоска власти. — Я полковник полиции, Рэндалл. Опасность — часть моей диеты. Хотя, признаю... это было эффектно. Рэндалл молчал несколько секунд, собираясь с духом. Он был мастером тактики, но в разговорах о чувствах чувствовал себя минером на незнакомом поле. — Фредди... я должен спросить. В твоей жизни... был кто-то? Партнеры, кто-то близкий, кто ждет тебя дома после таких перестрелок? Фредди замерла. Она медленно подняла взгляд на него. В её голубых глазах промелькнула тень грусти, которую она так тщательно скрывала под формой. — Нет, — просто ответила она. — Моим единственным партнером всегда был закон. Был... друг, Лютер. Он из тех-отдела. Он добрый, умный, всегда помогает мне с отчетами и гаджетами, но... это другое. Максимум — чай в перерывах между допросами. Мое сердце всегда оставалось застегнутым на все пуговицы, как и мой мундир. Рэндалл подался вперед. Дистанция между ними сократилась до нескольких дюймов. Воздух между ними, казалось, наэлектризовался сильнее, чем во время боя в казино. — Тогда послушай меня, — его голос стал низким, вибрирующим. — Я не умею говорить красиво, как те рыбы из оперы. Но я знаю одно: когда я прикрывал тебя сегодня, я боялся не пуль. Я боялся, что если с тобой что-то случится, в Sunken Hope погаснет последний свет. Я предлагаю тебе свой ласт и свое сердце, Фредди. Навсегда. Если ты позволишь мне быть тем, кто будет ждать тебя не с отчетами, а с любовью. Фредди почувствовала, как жар заливает её щеки. Румянец, редкий гость на её лице, проступил сквозь чешую. Она была ошарашена его прямотой, его силой, которая не требовала оружия. — Рэндалл... — прошептала она, и её голос дрогнул. — Я... я согласна. Она медленно протянула ему свой изящный плавник-руку. Рэндалл аккуратно, словно касаясь драгоценного фарфора, взял её ласт в свои огромные ладони. Он склонил голову и запечатлел долгий, благоговейный поцелуй на её плавнике. Это был жест старой рыцарской закалки, символ полной и безоговорочной преданности. Фредди закрыла глаза, чувствуя, как внутри неё рушится ледяная стена одиночества. В это же время в подвале особняка Isodovulka Джонни принимал из рук старого дона чашу с густым вином. Он обрел новую «семью», основанную на мести и крови. А в тихом баре два офицера полиции обрели друг друга, понимая, что теперь их война стала общей. В Sunken Hope начиналась новая глава, где любовь и ненависть сплелись в один тугой узел на самом дне великого озера.