Глава 17: Сапфировый оберег

Ювелирная лавка старого мастера Барнаби пахла полировочной пастой и вечностью. Рэндалл Рэй чувствовал себя здесь нелепо — огромная белая акула в тактической куртке среди хрупких витрин. Его массивные плечи едва не задевали стеклянные стеллажи, а тяжелые армейские ботинки глухо стучали по перламутровому полу. — Мне нужно что-то... настоящее, — пробасил он, глядя на россыпь бриллиантов. — Не просто блестяшка. Что-то, что выдержит шторм. Барнаби, старый ворчливый краб, вытащил из-под прилавка бархатный футляр. В нем, окруженный мелкими каплями жемчуга, покоился глубокий, пронзительно-синий сапфир в оправе из белого золота. — Сапфир, сержант, — проскрипел ювелир. — Камень мудрости и верности. Он не горит, не тускнеет и помнит тепло того, кто его подарил. Рэндалл осторожно взял кольцо двумя пальцами. Оно казалось невесомым, но в его глубине пульсировал свет самого синего сектора океана. В этом камне он увидел глаза Фредди — не те, что отдают приказы, а те, что смотрели на него в баре «Голубая жемчужина». — Беру, — отрывисто бросил он, выкладывая стопку купюр. Выйдя наружу, он достал телефон. Его пальцы, привыкшие к спусковому крючку, неловко замерли над сенсором. > *«Фредди, жду тебя на Главной площади в восемь. Нам нужно поговорить. Это важно».*

***

Вечер опустился на Sunken Hope мягким темно-синим одеялом. Главная площадь была заполнена мягким светом биолюминесцентных фонарей. Рэндалл стоял у центрального фонтана, чьи струи воды выписывали в пространстве причудливые пируэты. Он то и дело касался кармана куртки, проверяя, на месте ли коробочка. Фредди появилась ровно в восемь. На ней был гражданский плащ цвета слоновой кости, скрывающий погоны полковника, но её осанка всё равно выдавала в ней лидера. Она выглядела уставшей — тени под глазами говорили о бессонных ночах после рейда на школу и смерти Дона. — Рэндалл? — она подошла ближе, всматриваясь в его лицо. — Ты выглядишь так, будто готовишься к штурму штаб-квартиры ФБР. Что случилось? Рэндалл глубоко вздохнул. Воздух в его жабрах казался раскаленным. Он взял её за руки. Её ласты были прохладными и нежными, и он невольно сжал их чуть крепче, чем собирался. — Фредди... послушай, — он заговорил низко, и в его голосе не было привычного командного металла. — Ты знаешь, кто я. Я акула. Хищник. В моем военном билете написано, что я — идеальное оружие. Мои инстинкты говорят мне хватать, рвать и уничтожать. Я могу сожрать кого угодно в этом городе, и порой мне кажется, что я опасен даже для тебя. Фредди молчала, её глаза расширились, отражая свет фонарей. — Но я понял одну вещь, — Рэндалл сделал шаг еще ближе, заставляя её поднять голову. — Я никогда не позволю этому миру съесть то, что мне дорого. То, что является единственной красотой в моей жизни. Я — акула в бронежилете, но я тот, кто готов вечно защищать свою «травоядную рыбку», даже если мне придется пойти против всего океана. Он медленно опустился на одно колено. Этот жест от существа такой мощи выглядел почти сокрушительно. Рэндалл достал коробочку и открыл её. Синий сапфир вспыхнул под неоновым небом, как упавшая звезда. — Фредди... Анна... Ты выйдешь за меня? Станешь моей навсегда? Тишина на площади стала абсолютной. Фредди смотрела на кольцо, потом на него. Её губы дрогнули, и она быстро-быстро заморгала. Первая слеза — чистая и соленая — скатилась по её золотистой чешуе. — Ох, Рэндалл... — выдохнула она, и её голос надломился от нахлынувшего счастья. — Да. Тысячу раз да! Она буквально рухнула в его объятия, всхлипывая и смеясь одновременно. Рэндалл, чувствуя, как гора свалилась с его плеч, осторожно взял её левый ласт и надел кольцо на палец. Сапфир сел идеально, словно всегда там и был. Он рывком поднял её на руки, прижимая к себе так крепко, что она едва могла дышать, и накрыл её губы страстным, собственническим поцелуем. Это был поцелуй хищника, который нашел свою тихую гавань. На мгновение весь хаос города, все угрозы Джонни и интриги ФБР перестали существовать. Остались только они двое, свет сапфира и клятва, которая была прочнее любой стали.