Глава 7. Министерство магии

Они быстро шагали по просыпающимся лондонским улицам. Гарри чувствовал себя странно: вокруг спешили на работу маглы, не подозревая, что рядом с ними идет волшебник в старом кожаном пиджаке и подросток, судьба которого должна решиться через пару часов. ​Амулет на груди Гарри внезапно потеплел. Это не было жгучее тепло тревоги, скорее — мягкое, обволакивающее напоминание. ​«Гарри, я проснулась», — голос Джинни в его голове звучал так четко, будто она шла в шаге позади. — «Я слышала, как вы ушли. Не слушай свой страх, он сейчас — твой самый плохой советчик. Я здесь, слышишь?» ​«Слышу», — мысленно отозвался Гарри, и его шаг стал тверже. — «Мы почти у метро. Мистер Уизли говорит, что лучше прибыть без магии». ​«Папа прав. Но помни, что я сказала вчера: сожми амулет, если станет совсем тошно. Я попробую передать тебе немного своей злости — она сейчас полезнее, чем уныние». ​Гарри невольно усмехнулся. Злости у Джинни всегда было в достатке, и сейчас это действительно подбадривало. ​Они спустились в подземку. Мистер Уизли с детским восторгом разглядывал турникеты и автоматические кассы. — Потрясающе! — шептал он, пытаясь разобраться с билетами. — Как они додумались до такой механики без единой капли магии? Гарри, посмотри на ту штуковину... ​На мгновение Гарри отвлекся от своих мрачных мыслей, наблюдая, как Артур Уизли сражается с эскалатором. Но как только они вышли на нужной станции и направились к обшарпанной телефонной будке в замусоренном переулке, тяжесть в груди вернулась. ​— Ну вот, пришли, — сказал мистер Уизли, заходя внутрь будки и приглашая Гарри следом. — Втискивайся. ​В будке было тесно и пахло старой бумагой. Мистер Уизли снял трубку и начал набирать номер. ​«Гарри!» — внезапно вскрикнула Джинни в его сознании. Её голос был полон странного напряжения. — «Подожди... я в гостиной... Сириус! Он только что швырнул что-то в камин! Какое-то кольцо или медальон, оно не горело, оно... оно закричало!» ​Гарри замер, прижатый к стеклу будки. «Что? Джинни, что случилось?» ​«Дом... он как будто вздрогнул. Сириус в ярости, он кричит на Кикимера. Ох, Гарри, здесь такая тяжелая магия... Амулет прямо обжигает! Будь осторожен в Министерстве, мне кажется, этот дом и то, что там происходит, как-то связаны с твоим судом!» ​— Назовите имя и цель визита, — проскрежетал механический женский голос из телефонного аппарата, прервав ментальную связь. ​— Гарри Поттер, на дисциплинарное слушание, — четко произнес мистер Уизли. ​Из прорези для монет выскочил серебристый значок. Гарри взял его в руки, чувствуя, как амулет под одеждой мелко дрожит. Видение Джинни — кричащий медальон, ярость Сириуса — смешалось с предчувствием чего-то огромного и опасного. ​Будка вздрогнула и начала плавно погружаться под землю. ​«Джинни, держись подальше от Сириуса, пока он в таком состоянии», — успел передать Гарри, прежде чем пол будки мягко опустился в ярко освещенный Атриум Министерства магии. ​— Ну вот мы и дома, — бодро сказал мистер Уизли, хотя его глаза за стеклами очков беспокойно поблескивали. — Пойдем, Гарри. Нам нужно отметиться у охраны. ​Гарри вышел из будки и зажмурился от золотого блеска огромного фонтана. Перед ним раскинулся Атриум, полный волшебников, спешащих по своим делам, но он видел лишь одно — холодные взгляды, которые то и дело бросали на него прохожие, узнав «того самого Поттера».Гарри шагнул в холодную пустоту зала номер десять, и дверь за его спиной с глухим стуком закрылась, отсекая его от мистера Уизли и остального мира. Воздух здесь был затхлым и неподвижным, а стены из темного камня, казалось, давили со всех сторон. В центре зала, освещенного лишь тусклым светом факелов, стояло одинокое кресло, на подлокотниках которого угрожающе поблескивали цепи. ​Амулет на груди Гарри внезапно дернулся, словно живое существо. Он стал ледяным, и Гарри почувствовал, как по его венам разливается холодная, чистая ярость. Это была не его ярость — она была острой, девичьей и совершенно бесстрашной. ​«Гарри, я с тобой», — прошептала Джинни прямо в его сознании. — «Не смей опускать голову. Посмотри на них. Они просто кучка перепуганных чиновников в дурацких мантиях. Ты сражался с Ним, а они прячутся за своими столами». ​Гарри поднял взгляд. Перед ним на высоких скамьях, уходящих в тень, сидели ряды людей в сливового цвета мантиях с серебряной буквой «В» на левой стороне груди. В самом центре, с каменным лицом, сидел Корнелиус Фадж. Рядом с ним Гарри заметил женщину с короткими серыми волосами и моноклем — Амелию Боунс, и Перси, который старательно делал вид, что изучает свой пергамент. ​«Гарри...» — голос Джинни вдруг стал тише, в нем послышалось напряжение. — «Слушай меня внимательно. Пока ты шел по лестнице, я подслушала Кикимера. Он бормотал, что "Хозяин не знает, что в зале суда номер десять стены помнят всё". Он сказал, что этот зал — один из древнейших, и магия здесь реагирует на правду. Если ты будешь говорить правду и... если ты призовешь свою магию, они не смогут тебя засудить. Амулет поможет нам соединить наши силы». ​— Вы опоздали, — произнес Фадж холодным, официальным тоном. — Садитесь. ​Гарри прошел к креслу и сел. Цепи на подлокотниках звякнули, но не коснулись его рук — амулет выпустил едва заметную золотистую искру, и металл словно отпрянул. ​— Слушание по делу Гарри Джеймса Поттера от двенадцатого августа начинается, — объявил Фадж. ​«Держись, Сохатый», — передала Джинни, и Гарри почувствовал, как её уверенность наполняет его тело. — «Я буду твоим вторым зрением. Если кто-то из них начнет лгать, я подам знак — амулет станет горячим. Покажи им, кто ты такой». ​Гарри выпрямил спину и посмотрел прямо в глаза Министру магии. В этот момент он уже не был просто испуганным подростком. За его плечом незримо стояла сила Уз и верность той, кто была готова разделить с ним любой бой.