Глава 12. Профессор Амбридж

— Хагрид скоро вернется, — отрезала Джинни, появляясь у них за спиной. Она выглядела так, будто не спала полночи, но в глазах горел решительный огонь. — Он просто выполняет поручение Дамблдора. Вы же знаете, он не из тех, кто бросает друзей в беде. ​Она села рядом с Гарри, и он тут же почувствовал, как амулет на груди отозвался мягким, успокаивающим теплом. Джинни незаметно коснулась его локтя под столом. ​«Перестань грызть себя, Гарри», — ее голос в его голове был чистым и ясным, пробиваясь сквозь шум Большого зала. — «Когтевранцы просто дураки, они верят бумажкам больше, чем собственным глазам. А Хагрид... я чувствую, что он жив. Амулет не обманывает — если бы с кем-то из наших случилась беда, связь бы вибрировала по-другому». ​Гарри кивнул, благодарно посмотрев на нее. ​— Смотрите, совы летят, — сказал Рон, принимая из лап Сычика свежий выпуск «Ежедневного пророка». ​Гермиона тут же впилась глазами в заголовки. — Ни слова о тебе, Гарри. Зато целая полоса о том, какой замечательный новый декрет приняло Министерство относительно «стандартов образования». Похоже, Амбридж здесь не просто так. ​— У нас сегодня первый урок с ней, — мрачно заметил Гарри, изучая расписание. — Сразу после сдвоенных Зелий со Снейпом. День обещает быть просто «чудесным». ​«Будь осторожен на Зельях», — передала Джинни, вставая из-за стола. — «Снейп будет в ярости после твоего оправдания в суде. А на уроке Амбридж... помни, что я сказала. Не давай ей повода. Я буду в библиотеке, попробую поискать информацию о той странной двери на восьмом этаже. Мне кажется, нам скоро понадобится убежище». ​День тянулся мучительно долго. Снейп превзошел сам себя, в первый же час выставив Гарри «ноль» за приготовление Умиротворяющей настойки, просто потому что тот «забыл добавить щепотку измельченного лунного камня» (хотя Гарри был уверен, что добавил её). ​Но настоящее испытание ждало его в кабинете защиты от Темных искусств. ​Когда класс вошел, профессор Амбридж уже сидела за столом. На ней была всё та же розовая кофточка, а на столе стояла маленькая чашка чая. Она дождалась, пока все рассядутся, и приторно улыбнулась. ​— Добрый день, класс! — пропела она. ​Несколько человек пробормотали: «Добрый день». ​— О нет, так не пойдет, — сказала она. — Я бы хотела услышать: «Добрый день, профессор Амбридж». Давайте еще раз. Три-четыре! ​— Добрый день, профессор Амбридж! — хором ответил класс. ​— Вот так-то лучше, — сладко произнесла она. — А теперь уберите ваши волшебные палочки и достаньте перья и учебники. Мы будем изучать теорию. ​По классу прошел гул разочарования. Гермиона тут же подняла руку. ​— Профессор? Разве мы не будем практиковаться в защитных заклинаниях? В учебнике сказано, что практические занятия необходимы для С.О.В. ​— Теория — это залог безопасности, мисс... Грейнджер, верно? — Амбридж не сводила глаз с Гарри, который сидел, сцепив пальцы так сильно, что костяшки побелели. — В этой школе в последнее время царила атмосфера... излишнего риска. Министерство считает, что детям не нужно применять боевую магию, если им не угрожает опасность. А здесь, в Хогвартсе, вы в полной безопасности. Ведь так, мистер Поттер? ​Она произнесла его фамилию так, словно выплюнула что-то горькое.Гарри вышел из кабинета МакГонагалл, машинально сжимая в руке имбирного тритона. Коридоры уже кипели жизнью: ученики толкались, смеялись и обсуждали расписание, но для Гарри весь этот шум казался приглушенным, словно он шел под водой. ​Амулет на груди вдруг завибрировал — мелко, тревожно, как крылья пойманного в кулак золотого снитча. ​«Гарри! Что она сказала? Я видела, как ты заходил к МакГонагалл», — голос Джинни ворвался в его мысли, перекрывая гул толпы. — «Твой гнев... он стал тихим и холодным. Это хуже, чем когда ты орешь. Что случилось?» ​«Взыскание. Каждый день на этой неделе», — мысленно ответил Гарри, сворачивая в менее людный переход. — «МакГонагалл накормила меня печеньем и сказала, чтобы я держал язык за зубами. Она боится, Джинни. Все они боятся Амбридж». ​«Каждый день? Это же... это безумие!» — Джинни явно была возмущена. — «Она хочет сломать тебя до того, как начнутся настоящие проверки. Гарри, послушай... я в библиотеке нашла кое-что о "черных перьях". В Министерстве их иногда используют для подписей особо важных контрактов. Магия крови. Если она применит что-то подобное на взыскании...» ​«Магия крови в школе?» — Гарри остановился у окна, глядя на залитый дождем запретный лес. — «Дамблдор этого не допустит». ​«Дамблдор сейчас занят тем, что пытается удержать школу под контролем, Гарри. Он даже не смотрит на тебя, помнишь?» — голос Джинни смягчился, в нем послышалась бесконечная поддержка. — «Завтра в пять я буду на восьмом этаже. Я буду держать связь через амулет каждую секунду. Если она сделает тебе больно — я почувствую. Ты не будешь там один». ​Гарри глубоко вздохнул, чувствуя, как тепло амулета наполняет его уверенностью. ​— Эй, Гарри! — Рон и Гермиона протиснулись сквозь группу третьекурсников. — Мы тебя обыскались! Что сказала МакГонагалл? Она сняла взыскание? ​— Нет, — коротко бросил Гарри, пряча недоеденное печенье в карман. — Она добавила еще четыре. ​— Что?! — Гермиона всплеснула руками. — Но это же несправедливо! Ты просто сказал правду! ​— Справедливость в этом году не в моде, Гермиона, — Гарри горько усмехнулся. — Идемте на Историю магии. Мне нужно подготовиться к тому, чтобы "сидеть тихо", как выразилась профессор. ​Проходя мимо рыцарских доспехов, Гарри на мгновение увидел в отражении за своей спиной рыжую прядь волос — Джинни быстро прошла по параллельному коридору, коснувшись своего амулета. На мгновение их взгляды встретились в полированном металле щита. ​«Мы сильнее их, Сохатый», — промелькнуло в его голове. — «Потому что нам есть ради кого молчать». ​Вечер в гостиной Гриффиндора обещал быть тяжелым. Рон и Гермиона наверняка завалят его советами, но Гарри знал одно: настоящую помощь он получит завтра в пять вечера, когда ледяная тишина кабинета Амбридж будет прорезана невидимой нитью, связывающей его с той, кто понимала его без слов.